Ангел и Демон

6      — Отличный пирог, мам.      — Как вам мои подарки, ребят?      — Мам, мы не одеваемся девушками и не стремимся быть похожими на них, — пояснил Эндре. — Мы — обычные парни, просто любим друг друга. И все тут.      — Ну, понятно. В следующий раз привезу что-нибудь другое. Племянничек! — миссис Борджиа громко поцеловала Джерри в щеку. — Он славный парнишка, я рада, что вы вместе. Берегите друг друга, — она взяла руку Джерри и положила на нее руку Эндре. — Я люблю вас! Сын, головой за малыша отвечаешь! С тебя спрос, ты опекун.      — Я знаю, мама. Я одного его теперь ни на минуту не оставлю.      — Вот и славно, пойду на кухню, чего-нибудь приготовлю.      Джерри посмотрел на Эндре:      — У меня такое ощущение, что мы с тобой женаты. Я чувствую себя твоей женой.      — Навыдумывал. Хотя, что в этом плохого? У нас все серьезно, можно сказать, что женаты. Говорят, семейный быт убивает любовь, а у нас он, вроде как, добавляет страсти.      — О, у нас отнюдь не обычная жизнь, — сказал Джерри, — вместе со всеми твоими силами, откуда они только взялись.      — Если бы не это, мы могли бы никогда не познакомиться, — сказал Эндре.      — Не говори таких страшных вещей!      Эндре опустил кузена на диван и медленно начал целовать в губы:      — Мне никогда не надоедает это. И чем больше целую, тем больше хочется. Откуда берется эта страсть к тебе, которая никогда во мне не утихает?!      Джерри вышел на улицу выносить мусор. Вдруг, чья-то ладонь закрыла мальчику рот и незнакомец потащил его к своей машине.      — Будь умным парнем, сиди тихо.      — Омар Али!      Омар улыбнулся. Машина выехала на дорогу и помчалась в неизвестном направлении.      — Омар Али, почему бы Вам не оставить нас в покое! — вскричал Джерри.      — Твой кузен сильно строптив и ответит за это, — сказал Али.      — Вы ничего этим не добьетесь. Мы любим друг друга, и даже ваша сила не сможет нас разлучить.      — Посмотрим. Ты — его слабое место. А ты теперь мой заложник, мальчик. Тебе не будет со мной скучно, поверь. Я скрашу твое одиночество.      — Вы омерзительны!      Омар Али только улыбался.      Джерри тщетно дергал дверь автомобиля.      — Не трать силы понапрасну, — спокойно ответил Али. — Он включил медленную восточную музыку.      — Выпустите меня сейчас же! Это уже похищение несовершеннолетних и оно карается законом!      Омар Али только рассмеялся ему в ответ.      — А то, что тебя развратил собственный кузен, законом не карается? Мальчик, мне-то уж можешь не рассказывать.      "Что же делать? Что же делать?" — напряженно думал Джерри.      — Сидеть, слушать музыку и получать удовольствие, — ответил Омар.      "Представь огромное зеркало, и что теперь ты под его защитой"... Джерри представил здоровое зеркало, которое скрывало его от чужих глаз. Омар усмехнулся:      — Братец научил ставить защиту?      "Неужели у меня получилось?!"      — Зря ты воспринимаешь меня, как врага, — сказал в абсолютном спокойствии Омар Али. — Я не был врагом твоему брату, я предлагал ему союз...      — Что?! — вскричал Джерри. — Какой еще союз?!      — Наш с ним союз. Согласись, мы идеально подходим друг другу? Мы были бы красивой и сильной парой и смогли бы покорить мир... Ты не пара ему, понимаешь, ты всего лишь его временная игрушка. Он бросит тебя, как только наиграется, как только удовлетворит свою страсть. Сильные всегда поступают так со слабыми. Только я с ним могу чувствовать себя на равных.      — Замолчите! Вы пытаетесь сделать мне больно, но у вас ничего не выйдет. Эндре любит меня, и в этом я ни на минуту не сомневаюсь!      — Глупыш! Это лишь слова, пустые слова...      Омар Али своими фразами начинал бесить Джерри все больше и больше, он мечтал заклеить ему рот скотчем, чтобы этот коварный человек не пытался посеять в его душе сомнения.      — Выходи из машины и иди в дом. И без фокусов, если не хочешь навредить своему любимому брату.      Джерри молча вошел в дом.      — Располагайся, будь, как у себя дома. Я принесу выпить.      Джерри мрачно сел.      Омар Али расположился на мягком диване рядом с ним. Он обнял Джерри за плечи:      — Ты и вправду славный мальчик. Но, увы, не пара Борджиа...      — Это не Вам решать. Чего вы только хотите этим добиться?      — Твоего кузена, чего же еще. Его силы, его тела, его любви...      — Что?! — Джерри накинулся на Омара Али. — Не стоит лезать на рожон к тому, кто сильнее тебя.      Али схватил мальчика так крепко, будто зажал в тиски. Провел языком по его шее, погладил по спине под футболкой.      — Да, ты славный, я бы хотел тебя, но пока что нужно позвонить твоему возлюбленному.      — Борджиа, мы тут с твоим кузеном развлекаемся немножко...      — Ублюдок, ты труп! — заорал Эндре в трубку.      — Так присоединяйся к нам, мы гостям рады, места всем хватит. Адрес сказать, или ты "видишь"?      — Я приеду, чтобы похоронить твой труп! — заорал Эндре.      — Ой, как много чести для меня! Приезжай, похоронишь. А я пока уделю немного внимания малышу, а то он совсем заскучал...      Омар Али запустил руки под футболку Джерри:      — Какая нежная кожа, Эндре знает толк в наслаждении. Но такими, как ты, можно удовлетворять свою страсть и больше ничего серьезного.      Джерри молчал. Он думал о том, что будет, когда приедет Эндре. Омар Али мог причинить ему вред. Этого нужно избежать.      Омар Али смотрел на Джерри и улыбался:      — Маленький мальчик Джерри. Джерри-игрушка.      — Не подходите ко мне!      Омар Али схватил мальчика в охапку и усадил к себе на колени.      — Нужно подготовиться ко встрече с братом, не дергайся, милый. Нужно произвести впечатление.      Омар Али поцеловал Джерри в шею:      — Представляю, сколько удовольствия получает Борджиа, лаская эту шею, эту нежную кожу...      — Вы, видимо, неудачник, мистер Али, — сказал Джерри, — и рождены лишь для того, чтобы портить другим жизнь.      — Смелое заявление, малыш. Да только неудачник здесь — это ты. Ты полностью зависишь от кузена. У тебя нет ни дома, ни денег, ты несовершеннолетний, а брат теперь — твой опекун. Даже, если ты и вернешься к своим прежним родителям, тебя ждет духовная семинария. Скучно, правда? Тем более, когда уже привык жить на широкую ногу...      — Вы прекрасно осведомлены, мистер Али.      — Еще бы! Страшно представить, какая участь ждет тебя, если кузен тебя покинет... — Омар Али крепче стиснул Джерри в объятиях.     В дом ворвался Эндре, он был не в себе. Кресло само подъехало к его ногам:      — Присаживайтесь, мистер Борджиа, в ногах правды нет.      — Я убью тебя! — вскричал Эндре.      — Спокойнее, Борджиа, — Омар Али приставил к виску Джерри пистолет. — Одно неосторожное движение и никакая сила не спасет твоего маленького кузена.      Эндре остановился, задыхаясь от возмущения:      — Чего ты хочешь, скотина?      — Ну, для начала, я был бы не против провести с тобой пару часов в постели, — ухмыляясь, сказал Омар Али.      — Мразь, ты мне отвратителен...      — Твои эмоции меня сейчас мало беспокоят, — Омар Али с вожделением разглядывал Эндре. — Ну, если ты не дорожишь жизнью этого мальчика, который пожертвовал ради тебя всем...      Услышав о том, какой ультиматум Омар Али поставил Эндре, Джерри вспыхнул. Он вцепился в руку Омара Али зубами, тот дернулся, раздался выстрел и люстра с грохотом упала на пол. Эндре набросился на Омара Али:      — Тварь! Я задушу тебя! Джерри, беги в машину! — прикрикнул он. — Как низко ты пал: шантажировать меня, приставив пистолет к виску маленького мальчика! Ты — ничтожество, таких, как ты, я презираю. Ты готов разрушить жизнь чужих людей, видимо, не имея своей.      Эндре поспешно вышел и сел за руль.      — Этот ублюдок ничего тебе не сделал?      — Нет... Я боялся, что он что-нибудь сделает тебе...      — Немедленно уезжаем отсюда! А завтра вылетим в Лондон. Я здесь больше не останусь.      — Он трогал меня под футболкой, тискал, лизал мою шею, говорил такие вещи... — начал Джерри.      — Я похороню его... — глаза Эндре начинали наливаться кровью.      — Он говорил, что я тебе не пара, что я — всего лишь игрушка. Что с такими, как я, можно только играться... Что ты меня бросишь...      — Надеюсь, ты хоть понимаешь, что он говорил это, чтобы посеять разлад между нами?      — Да. Он сказал, что я научился ставить зеркало.      — Не понимаю: как, имея такую силу, можно так низко пасть! — возмущению Эндре не было предела. — Не хочу домой, все давит... Этот ублюдок окончательно вывел меня из колеи...      — Эндре, смотри на дорогу, когда ты за рулем в таком состоянии, мне страшно...      — Сейчас мы где-нибудь прилично поужинаем, закажем приватный столик.      — А миссис Борджиа?      — Она уехала уже, — Эндре затормозил возле какого-то ресторана. — Идем.      — Приватный столик. И, чтобы нас никто не тревожил.      — Как скажете, мистер.      Эндре начал осматривать Джерри, ничего ли не повредил ему Омар Али.  — Когда я услышал, что это ничтожество трогало тебя, мне захотелось на кусочки его растерзать... Этого таракана...      — Успокойся, Эндре, — прошептал Джерри.      — Приставить пистолет к виску пятнадцатилетнего мальчика! Ты наверное очень испугался?      — Я не успел испугаться. Я не сразу понял, что произошло. Все было будто бы в кино...      Эндре поднес руку Джерри к своим губам:      — Милый... Я очень испугался за тебя... Я люблю тебя.      Джерри обнял Эндре и уткнулся лицом ему в грудь. Красноватый свет ламп освещал помещение. Горели свечи.      — Нет, ты не сядешь напротив, ты сядешь со мной, сюда, на диван... После всего этого даже не хочется выпускать тебя из своих рук ни на минуту...      — И не выпускай... Слова Али были еще отвратительнее его прикосновений. Он внушал мне, что я — твоя игрушка, и что ты меня бросишь.      — Нелюдь. Надо забыть о нем, иначе я взорвусь. Давай перекусим.      Джерри развалился на диване, обнимая Эндре. Но слова Омара Али не выходили у него из головы. "А вдруг и правда я игрушка для него?" Эндре смотрел на худое тело Джерри и с ужасом представлял, как тонкие пальцы Омара Али гладили его под футболкой, как его губы касались шеи Джерри. Эндре молча и нервно ел.      — Тебе надо выпить, — наконец сказал Джерри. Кузен покорно выпил. Они снова молчали.      — Эндре, — сказал Джерри, — ты так напряжен, хочешь, я сделаю тебе массаж?      — Хорошо бы, — мрачно ответил Эндре. Джерри встал коленями на диван и принялся расстегивать пуговицы на белой рубашке кузена.      — Когда ты это делаешь, я начинаю возбуждаться, — сказал Эндре, — почаще бы ты это делал, а то все приходится делать самому.      — Раздевать тебя? Когда захочешь...      Пальцы его маленьких ручек продолжали расстегивать пуговицы рубашки. Вскоре обнажился красивый стройный торс Эндре. Джерри прошелся по нему губами. Эндре закрыл глаза и вздохнул. Джерри продолжал прикасаться губами и языком к его груди и Эндре казалось, что он погружается в совершенно другой мир, далекий от реальности. Он перебирал волосы Джерри, потом с силой прижал его к своему полуобнаженному телу и проник к нему в рот своим языком. Джерри с улыбкой отстранил его:      — Вначале массаж, который я обещал тебе.      Кузен осторожно снял с Эндре рубашку и она белым пятном скользнула на пол.      — Ложись на живот.      Джерри вскарабкался к нему на спину и начал делать массаж.      — Ну как? Попробуй расслабиться хорошо.      — Сделай массаж языком.      — Всему свое время, — сказал Джерри. Мальчик наклонился и начал целовать спину кузена.      — Джерри, я люблю тебя, — простонал Эндре. Джерри лег на него, положил голову ему на спину и замер.      Эндре резко встал.      — Все, достаточно ты меня возбуждал! — он повалил мальчика на диван, стаскивая с него джинсы.      — Эндре, мы же в ресторане!      — У нас приватный столик. Ты сам виноват, что начал меня возбуждать, так что теперь не отмажешься, — без лишних разговоров, Эндре стянул с кузена футболку и джинсы, запрокинул его голову на подушки и стал целовать в шею.      — Люблю только тебя, — прошептал Джерри.      — Теперь ты от меня не отвертишься.      Свечи мерцали. В бокале рубинами светилось недопитое вино. Джерри лежал на диване, изнемогая от страсти. Все, что ему нужно — это чтобы кузен был рядом. Чтобы эта минута продлилась вечно. Минута наслаждения и страсти как глоток недопитого вина, вкус которого сладкой каплей застыл на его губах. И снова он одно целое с Эндре, будто бы у них тело теперь одно на двоих. И душа.      — Эндре, все, хватит, мы же не у себя дома, — простонал Джерри.      — Нет, не выпущу тебя. Тебе же нравится, когда я это делаю с тобой? Нравится обнимать мое тело, гладить его?      — Да, да, Эндре... Но тебе этого всегда мало...      — Да, мало тебя, — он еле заставил себя остановиться.      Джерри поспешно натягивал одежду, посматривая по сторонам, никто ли не видел.      — Твоя рубашка.      Эндре переводил дыхание:      — Давно не было такого отличного секса. Хочу продолжения. Сегодня спать мы не ляжем.      — Эндре, ты конского возбудителя выпил? Давай только не здесь, — Джерри положил голову ему на колени и накрылся подушками. Эндре нравилось перебирать его мягкие светлые волосы. Джерри смотрел на него снизу вверх и его такие же светлые глаза блестели. Он улыбался. Значит все хорошо.      — Повторяй, что любишь меня, — говорил Эндре.      — Люблю, люблю, люблю...      Эндре прижался щекой к его руке.      — Мы поедем в бассейн.      — С тобой, куда угодно, милый мой. Но так тяжело теперь встать отсюда.      — Так я подниму.      — Эндре, отпусти, вдруг кто увидит. Я у тебя на руках, как девчонка!      — Да и пусть видят. И знают, что ты мой. Мой навсегда. 7 — Раздевайся, чего ты стоишь? — сказал Эндре. — Ты так смотришь на меня, что мне становится стыдно... — пробормотал Джерри. — Ой ты, Боже мой! — воскликнул Эндре. — Стыдно ему! Чего я там не видел? Я знаю твое тело, как свои пять пальцев. — Пока не отвернешься, я с места не сдвинусь, — упрямо сказал Джерри. — Черт с тобой, — махнул рукой Эндре и поплыл. Джерри начал поспешно раздеваться, чтобы кузен не повернулся, но стоило ему начать спускаться по лестнице, как Эндре внезапно повернулся и уставился на него. — Эндре! — вскричал, краснея, Джерри. — Ты же обещал. — Ничего я никому не обещал, — рассмеялся Эндре, которого забавляла застенчивость Джерри. — Какой стыдливый, надо же. Мне нравится твое тело, я его обожаю. Джерри прыгнул в воду. Эндре уже поджидал его. — Когда ты такой мокрый, ты меня еще больше возбуждаешь, — прошептал Эндре. — Эндре! В воде плавают лепестки роз, что это? — Это не чудеса, мышонок, это я заказал, потому что люблю тебя. Посмотри, сколько свечей вокруг бассейна! Сейчас я потушу свет и зажгу их. Ночь мы проведем здесь, а с утра заедем домой за вещами и улетим в Лондон. Билеты я уже заказал. — Какой ты молодец, Эндре. Ты знаешь чего хочешь и делаешь это. — Да, я знаю, чего хочу, — сказал Эндре, обнаженным поднимаясь по лестнице и зажигая свечи, — тебя! — Кто бы сомневался... — пробормотал Джерри. Украдкой, он разглядывал стройное тело Эндре, его высокую фигуру, и приходил в восхищение. Мальчика охватывал немой восторг. Все погрузилось в полумрак. В воде отражалось мерцающее пламя свечей. Эндре снова спрыгнул в бассейн. На Джерри попали брызги воды и он зажмурился. Мокрые волосы прилипли к лицу. Эндре взял мальчика за подбородок и со всей нежностью поцеловал в уголок губ. Джерри закрыл глаза. Мурашки побежали по коже. — Мы это еще не делали в воде, — сказал Эндре. — Только в ванной... — Прекрати домогаться меня, я хочу поплавать, — Джерри нырнул в воду. — Сейчас я поймаю тебя! — Эндре устремился за ним, но Джерри снова выскользнул. — Как хочешь, — сказал Эндре и лег на воду. Он казался покачивающимся на воде трупом. — Эндре, — сказал, наплававшись, Джерри, — ты что, обиделся? Мальчик подплыл к нему. — Я люблю тебя, — прошептал Джерри. Это было три магических слова. Эндре ожил и прижал к себе Джерри прямо в воде: — Джерри, мне не нужен этот мир без тебя... Моя задача сделать тебя счастливым... — Ну, это проще простого. Просто будь рядом, всегда. Джерри смотрел на его тело. — Мой любимый... Хочу тебя, мой Бог, сделай это со мной... — Ну, до Бога мне слишком далеко... Ты никогда не говорил мне, что тебе нравится или не нравится в сексе со мной... И что мне лучше делать, чтобы тебе было хорошо... — Мне все нравится, Эндре, любое твое прикосновение. Даже, если ты просто касаешься меня, я уже на десятом небе от счастья... Они держались за руки. — Если бы ты знал, какой ты сейчас красивый... — прошептал Эндре. — Я? Вот уж нет, — Джерри заглянул в темную воду и посмотрел на свое отражение. — И что во мне красивого? Щуплый, маленький, мокрые волосы висят, как сосульки... — Ты очень красивый... — Ты просто влюблен. — Ты бросаешь вызов моему вкусу, — сказал Эндре. — Люби таким, какой я есть, — прошептал Джерри, снова посмотрев на свое отражение. — Твои губы просто с ума сводят, — Эндре прижал его к себе, поглаживая по спине. Джерри смотрел на воду, в которой плавали лепестки роз и отражалось пламя свечей. Он был задумчив. Эндре повернул его спиной к себе. — Сделай это, Эндре, — прошептал Джерри. Джерри обхватил Эндре за шею, повис на нем, нежно целуя в губы. Эндре погладил его по плечу: — Знаешь, мне иногда даже страшно... Ты превратился в смысл моей жизни... Мальчик прижался к плечу кузена, сильнее обхватив за шею. — Я чувствую то же самое, нам нельзя друг без друга... — А теперь, — сказал Эндре, — я хочу, чтобы ты сделал со мной то же самое. Я совратил маленького мальчика, пусть он отплатит мне тем же. Изнасилуй меня. — Ого... Эндре... Ладно. Джерри слегка толкнул его, Эндре нагнулся и оперся руками на перила лестницы. — Ты сам хотел этого. Теперь держись!.. Джерри лежал в воде, на руках Эндре. Они оба обессилили. — Эндре? — Да, мой дорогой... — Можно попросить? — О чем угодно. С тех пор, как ты научился ставить зеркало, я больше не могу залезть в твою голову. — Я хочу скейт. В горы часто ездить не получится со сноубордом... — Мелочи какие, — сказал Эндре, — хочешь себе коленки разбить? — Эндре, мне всего лишь пятнадцать лет, я еще мальчишка и мне хочется иметь хотя бы скейт... Эндре поцеловал его в голову: — Да, конечно, родной. Какой захочешь. Как только мы приедем в Лондон. — Спасибо, — ответил Джерри, — как только я пойду работать, я все верну. — И думать забудь! — Я не хочу казаться нахлебником, который раскручивает богатого кузена. Не хочу быть твоей содержанкой. — Я сейчас начну серьезно злиться! — сказал Эндре. — Что ты несешь? Мы — одна семья. Я не только твой опекун, я человек, который сильно любит тебя. Ты — моя родная душа. Неужели ты думаешь, что мне будет жалко для тебя такой мелочи? У меня столько денег, что покупка скейта просто ничто. Да и деньги я нажил благодаря всем этим силам. — Прости, — прошептал Джерри. Эндре задумался, глядя в воду. "Мне всего лишь пятнадцать лет, я еще мальчишка". И правда... "Может, я лишаю его детства? Ведь в пятнадцать лет так много всего хочется, а я закрыл его здесь, позволяя общаться только с собой. Быть может, он хочет пообщаться со сверстниками?" — подумал Эндре. — Мне кроме тебя никто не нужен, — проговорил Джерри, прижимая к груди его руку, — я дышу тобой... Эндре закурил сигару. Он продолжал думать, смотря на воду. — Эндре, я огорчил тебя чем-то? — Что ты, мышонок, я просто думаю... — Я знаю все тонкости твоей души... — Не бери в голову. Давай вылезать из воды. Ляжем на диване. Джерри взял полотенце. Эндре выхватил его: — Позволь, я... Он бережно вытер капли воды на теле мальчика. — Тогда я тоже вытру тебя, — сказал Джерри. — Когда ты прикасаешься ко мне, я начинаю возбуждаться, — сказал Эндре. — Может лучше выспимся? — Да, малыш. Мы оба устали, — он подхватил его на руки и отнес на диван. — Иди ко мне, в мои объятия. Сейчас я тебя укрою и мы заснем. Джерри прижался к Эндре, который обнял его обеими руками. — Эндре... Это была одна из лучших ночей за последнее время, я даже забыл про Омара Али... — И не вспоминай! Эндре нашел его губы и прикоснулся к ним. Они целовались довольно долго. — Спокойной ночи, любимый, спасибо за отличный вечер и шикарную ночь, — прошептал Джерри. — Спокойной ночи, мышонок... — Эндре... Где ты? — Тут, мой дорогой. — Почему ты до сих пор голый? — Тебя это смущает? — улыбаясь, проговорил Эндре и взял его на руки. — Хватит таскать меня, как куклу, я не кукла! Куда ты несешь меня? — Завтракать и пить кофе, — Эндре усадил его перед столиком, на котором уже стояли пирожные, а в чашке был горячий кофе. — Нам еще лететь сегодня. Джерри мечтательно задумался: — Вспоминаю вчерашнюю ночь... Давно мне не было так приятно. Эндре, я никогда не видел более любящего и заботливого человека, чем ты. Я хочу быть для тебя таким же. — Ты льстишь мне, мышонок. — Мне так приятно, когда ты заботишься обо мне. И я хочу делать для тебя приятное... — Вчера сделал, — сказал Эндре, загадочно улыбаясь. — И мне приятно иметь такие привилегии относительно тебя, — Джерри встал из-за столика и сел к Эндре на колени. — Не против? — Я-то не против. Но просто ты голый и садишься на меня голого. Я начинаю возбуждаться. Мы можем никуда не улететь... — Тогда я лучше встану... — Сиди, — Эндре снова усадил его к себе на колени и поцеловал в голову. — В Лондоне поедем выбирать тебе скейт. Джерри обхватил кузена за шею. Утро было приятным, наполненным очарованием вчерашней ночи. После завтрака они оделись и поехали домой за вещами. Возле двери лежала огромная игрушка — мышонок Джерри , приставляющий себе к виску пистолет. — Это проделки Омара Али! — вскричал Джерри. — Да пошел он! Пусть не попадается мне на пути, — сказал Эндре, — летим в Лондон!