Оставь надежду

Последние часы перед битвой всегда волнуют даже самую привычную к схваткам душу. Каждый воин невольно задается вопросами в духе "не мой ли сегодня черед" и "как я могу пережить этот день" - и каждый пытается найти подходящий ему ответ. Многие обращаются к своим Богам за благословлением и покровительством в предстоящем бою; другие пытаются вести себя непринужденно-развязно, кое-кто смеется и поет пока еще может. А другие осматриваются по сторонам и раздумывают: могут ли они вообще полагаться на своих соратников? Едва ли Север за всю историю, хоть и чрезвычайно богатую на насилие и кровопролития, раньше видел настолько разрозненное и недружное воинство, собранное воедино. Под потрепанным и выцветшим знаменем с легендарным лютоволком сегодня выступали люди северных лордов и владык; бок о бок с ними собирались драться их многовековые враги-одичалые. Жители Севера - что цивилизованного, что дикого - отличались крепким телосложением, привычкой к снегам и морозам. Не было полного единства и промеж самих северян: предательство Русе Болтона никак не желало уходить в историю, продолжало вредить и после смерти непосредственных организаторов. Люди изменников и лоялисты Старков И презрением к "мягкотелым" южанам. За ними двигались нестройными рядами выжившие участники злополучной экспедиции Станниса Баратеона: те самые "изнеженные" южные рыцари, сквайры и ратники, которых так любили задирать местные. Даже проведенные на Севере года не превратили их в настоящих северян: они общались по-своему, именовали себя владельцами далеких земель и замков, а некоторые до сих пор молились языкам пламени в поисках ответов. На такой непростой вопрос на самом деле легко найти ответ: просто надвигавшаяся на них угроза была смертельно опасна для всех собравшихся. Коронная гвардия равно презирала и северян, как диких так и "цивилизованных", и южан; что семибожники, что старобожники, что огнепоклонники для нее были идолопоклонниками, отринувшими истину Обещанного короля. Ее не интересовала ничья прежняя верность: честный Робб Старк, безжалостное семейство Болтонов, справедливый Станнис Баратеон - все они были обыкновенными разбойниками, покушавшимися на законные владения Эйгона VI. Все гвардейцы, в свое время отобранные Благословленным Регентом и вымуштрованные обоими Тарли, знали одну-единственную кару за подобные преступления. Жестокую кару. Если мы не будем драться бок о бок, то гореть будем вместе. И теперь все эти люди шли и скакали по Королевской дороге к Винтерфеллу - обители Старков и месту решающей схватки за Север. С тяжелым сердцем и грустным вздохом сир Давос Сиворт подъехал к человеку, под чьим флагом собралось это разношерстное воинство - Рикону Старку. Вдвоем они пережили многое за прошедшие лета, но никогда еще Луковый рыцарь не видел в глазах Рикона такого огня. Он рвался на битву, он желал драки и алкал кровопролития: безумный северный берсерк может вести себя подобным образом, но король и полководец должен в схватке сохранять спокойствие. Парня надо остудить - или хотя бы попытаться. - Мы победим, сир Давос. - Хищно улыбнулся Рикон Старк, предводитель войска и последний из своего древнейшего рода. Юноша почувствовал сомнения в старом рыцаре и попытался их развеять. - Не сомневайтесь в этом. Гвардия не насчитывает и половины своего изначального состава, они изголодались и истощены долгим маршем по чужому для них краю. Нас трое против одного, и этот один уже истекает своей гнилой кровью. Пришло время нашей расплаты! - Поговаривают, что раненый зверь особенно опасен. - Давос попытался осторожно возразить. - Нам стоит быть осторожнее... - Наши северные пути не таковы, сир Давос. Думал, вы уже это поняли. - Улыбка мгновенно сошла с молодого лица. - Враг вторгся на Север, осквернил наши земли своими коваными сапогами и молебнами лжебогу. Он безжалостно сжигал древние твердыни заодно с их достойными обитателями! Он твердил, что Север будет им сломлен и порабощен. И сегодня, когда настоящий вольный Север разорвет их на мельчайшие кусочки, они поймут свою ошибку. Рикон Старк действительно нашелся на удаленном Скагосе, но вернулся он с проклятого каменистого острова другим человеком. Он сомневался во всем, чему его научили родные; последующие годы борьбы, лишений и тягот полностью его изменили. Теперь он напоминал, по словам престарелых северян, не благородного Неда, но сурового и жестокого Брандона - жертву Безумного короля. О, времена, когда безумным в незнании звали Эйриса! Борясь с имперцами, Рикон сам стал похожим на них: беспощадным, кровожадным, диким и яростным. По войску ходили слухи, будто бы Старк поедает сердца врагов - и Давос боялся, что за этими слухами действительно что-то да есть. - Я не имел чести знать вашего отца, милорд, но многое о нем слышал. - Рыцарь пытался урезонить этого юношу, столь же дикого, как и его земля. - Думаю, лорд Эддард не одобрил бы такой подход... - Отец был слаб. - Жестко и бескомпромиссно оборвал поседевшего контрабандиста Рикон. В его синих глазах сияла чистейшая и всепоглощающая злоба; злоба, которая уже давно полностью определяла весь его нрав. - Отец вернулся порченым из Долины: он размяк на проклятом Юге, потерял хватку и волю. Женился на южанке-семибожнице и позволил той вмешиваться в наше воспитание. Результат? Все они мертвы: Робба убили свои же вассалы на его свадьбе, Сансу отравило чудовище, обещавшее ей защиту, до Брана и Джона добрались собаки регента. Арья попыталась убить монстра Харренхолла, но была поймана и убита после долгих пыток. Стая, ослабленная негодными воспитателями, сократилась до одного, самого маленького волка. - Но я выжил. Выжил и именно я веду войско к нашему древнему оплоту на решающую битву. - Молодой король продолжал свою гневную отповедь. - Я выжил, потому что стал настоящим северянином за эти года испытаний и боев. Я стал настоящим Старком и докажу это, отправив Тарли и его прихвостней по частям на аудиенцию к их дражайшему королю. Рикон пришпорил коня и оторвался от надоедливого старика. Он явно не желал продолжать этот разговор; а его собеседник не собирался настаивать. Более не собирался. Сир Давос Сиворт, благородный и настойчивый рыцарь, продолжил бы свой спор с Королем Севера: он попытался бы обуздать нрав Рикона, подготовить горячего юношу к опасной битве... Хотя бы обсудить план сражения! Рыцарь предложил бы поговорить по душам с вожаками отдельных групп и банд, составляющих эту "армию". Утешить южан, обнадежить одичалых, поблагодарить лоялистов и успокоить бывших предателей; объединить всех их против общего врага. Тогда Рикон Старк, одолев Тарли, мог бы стать справедливым и чутким королем - государем, которого так не хватало Вестеросу в эти дни. Контрабандист Давос, хитрый и смышленый малый, воспользовался бы любым удачным моментом для побега. Бесчестно и подло? Боги проклянут? Вот же глупости! Ни один ему известный Бог не запрещал своим последователям искать спасения с тонущего корабля: в конце концов, только живой может каяться и жертвовать септонам за их молитвы. Пусть высокорожденные увальни сами спорят о власти над обожжёнными, пустыми руинами и заросшими полями, а он спасет нечто действительно важное и ценное - свою собственную жизнь. Но теперь он был старым и усталым человеком. Теперь он просто двинулся дальше, на битву, в которой будет искать не победы, а смерти. ______ Название объединенного Вестероса: Семь Королевств (Старки). Цитата объединителя: "Оставьте одного волка в живых, и стадо никогда не будет в безопасности!". (Арья Старк). Цитата при поражении: "Страдания закончились".