Знаменитые последние слова

      События полуторагодовой давности.       Сакуноске Ода. Наёмник. Как ни странно, деньги его не особо интересуют. Этот человек всегда гнался за собственным идеалом — совершение идеального убийства. Чтобы на него не смогла выйти не только полиция, но и кое кто похуже.       Мафия.       Эту организацию опасались все, даже правительство не смело пискнуть против них. Несмотря на то, что она сама по себе считалась чем-то за гранью преступности, мафия в своих целях успешно подавляла другие опасные группировки, устраняя конкурентов.       — Может расскажешь ещё что-нибудь о себе? — бета поправил сползающие очки, недовольно взглянув на рядом стоящего Сакуноске. Альфа был невозмутим, это только сильнее раздражало. — Этой информации слишком мало для отчёта!       — А что мне про себя рассказать? Знак зодиака, любимый цвет, размер ноги? — мужчина устало хмыкнул. Работать в мафии куда сложнее, нежели быть наёмником. Хоть эта организация и преступная, требований здесь не меньше, чем на каком-нибудь государственном предприятии.       — Не ёрничай, — злобно процедил бета, открывая на своём ноутбуке новый текстовый документ с буквально парой написанных строк. И это огорчало больше всего.       Сакагучи Анго — новый архивариус мафии, которому предстоит ещё долго свыкаться со своим положением. Одной из его задач является описание всей подробной информации о сотрудниках и об их родственниках. В случае предательства на них можно будет надавить, а в случае смерти — приносить соболезнования.       Абсолютно на каждый кадр заведена отдельная папка, в которой находятся материалы от их первого слова до прозвища двоюродной бабушки в школе. Бывало, приходилось повозиться, чтобы добыть такие данные, но обычно Анго получал их чуть ли не в готовом виде, требующем только переоформления. Но сейчас случай совсем другой. На Сакуноске буквально невозможно что-либо найти. Никакой информации о родственниках, прежнем месте жительства; неизвестно, есть ли у него питомец. Бедного Сакагучи просто оставили с этим альфой. Хоть Ода ничего и не скрывал, отвечал он на каждый вопрос уж слишком туманно, заставляя ломать голову над ответом.       — Вернёмся к тому, с чего начали, — вновь поправив свои очки, бета пробежался глазами по файлу, что-то быстро напечатав, а потом огласил вслух: — Расскажи о любой полезной информации. Например, кто тебя нанимал до мафии. Тебе приказали убить кого-то из исполкома, если я не ошибаюсь?       — Нет, — тут же отрезал Ода. — Мне приказали убить самого босса.

* * *

      Сакуноске брезгливо повёл носом от назойливого дыма. Тишина прерывалась шорохами и хихиканьем двух омег, которые неустанно лезли к альфе напротив. Вот он — новый заказчик очередного убийства. В сей раз это даже не организация. Да что там, этих людей нельзя было назвать хотя бы группировкой! Обычная шайка контрабандистов, которые имеют при себе неплохие деньги.       — Слушаю, — твёрдо произнёс Ода, с прищуром оглядывая всех присутствующих. У этих людей нет никакого статуса, а пафоса-то сколько. Сидящие рядом с заказчиком омеги, надеясь получить хотя бы долю внимания, бросили на Сакуноске надменные взгляды.       — Ода Сакуноске, — глядя на наёмника с лёгким прищуром, мужчина протянул его имя, словно пробуя на вкус, после чего ухмыльнулся. — Надеюсь, ты слышал слухи про Мори Огая, босса Портовой мафии.       — Вы про то, что у него якобы есть сын? — внутренне Одасаку удивился этому, внешне же остался спокойным. Даже непонятно, откуда пошёл слух, что у мафии, оказывается, есть принц, да ещё и омега. Видимо, засветился на одном из заданий. Либо в их организации появилась своя крыса, но всё равно, какое отношение это имело к делу? Если этот «сын» окажется не выдумкой, то его защита наверняка будет лучше, чем для самого Огая. — Сомневаюсь, что это правда. Босс Портовой мафии далеко не дурак, чтобы так легко подставлять себя.       — У каждого короля есть свой наследник, — голос альфы был слишком монотонным, а взгляд спокойным, из-за чего мужчина всё же насторожился. — Мне нужно, чтобы ты как можно больше разузнал об этом. Любая лазейка к боссу будет полезной. Но если ты справишься с этим и не умрёшь, — будто бы нарочно альфа растягивал слова, тем самым раздражая наёмника все больше с каждой секундой. — твоей основной задачей будет убить Огая и его возможного отпрыска.

* * *

      — Вот как, — бета в очередной раз состроил уставшее выражение лица, глянув на альфу. И снова это повторилось — ему вроде как рассказали всё в подробностях, но то, кем был этот заказчик, что за организация хотела устранить самого босса мафии, раз уж её «нельзя назвать даже группировкой», придётся чуть ли не клещами вытаскивать из этого альфы.       — Если хочешь получить нормальный ответ, задавай нормальный вопрос, — Ода отвернулся от архивариуса, глянув на часы позади них. Время уже как раз близилось к полудню, а они торчат тут с самого утра. — На самом деле, я не понимаю, почему боссу понадобилось личное дело именно сейчас. До этого моё нахождение в мафии без какой-либо информации никого не беспокоило.       — До этого ты был обычной шестёркой. Что умрёшь, что предашь, всем плевать, ущерб не велик, — Анго резко выплюнул эти слова, буквально пропитывая их ядом. На него, конечно, не похоже, но этот альфа отнимает у него уж слишком много времени, чтобы бросаться в его сторону любезностями. — Не знаю, что за повышение тебя ждёт, но раз босс лично приказал мне узнать о твоей личности, то закрыть глаза на этот приказ я не могу.       Ода неоднозначно хмыкнул, закатив глаза. Гнев Сакагучи был ему понятен, однако это всё равно не придавало никакой мотивации помогать ему. Давать на себя компромат? Это же смешно, ещё бы предложили выпустить пулю в лоб!       — В любом случае, раз уж босс выбрал меня, значит ему досконально известна моя личность. — Ода не был каким-то ценным сотрудником для мафии, даже наоборот, шестёрки в организации считались лишь пушечным мясом. Не многие доживают до повышения, так как постоянно попадают под удар. Обычные пешки, которыми пожертвуют при первой же необходимости.       Анго тяжело вздохнул, откидываясь на спинку кресла. Хотелось верить, что этот приказ лишь для галочки, и если Ода ему всё-таки не поможет, получится выйти сухим из воды. Однако некоторые вещи бета всё ещё не понимал. Даже когда Сакуноске смутно рассказал про свою жизнь до мафии, это добавляло только больше вопросов. Почему он так и не убил босса мафии? Вернее, причина сама по себе ясна: обычному наёмнику не по силам убить короля криминального мира. Но тогда как он оказался в мафии? Не справился с задачей и решил примкнуть к самой сильной организации? Впрочем, гадать бесполезно. Будет лучше, если альфа расскажет всё самостоятельно.       — Ты ведь не смог убить босса, — наконец подал голос бета, привлекая к себе чужое внимание. — Тебя поймали, пытались убить, и чтобы выжить, ты решил присоединиться к мафии, не так ли?       — Не совсем, — хоть предположение и было слишком дерзким, оно было приближено к правде. — Стоит только немного изменить начало. Я даже не пытался убить босса мафии, а сразу присоединился к этой организации.       Удивлённо распахнув глаза, Анго уставился на альфу, будто тот сейчас сказал что-то немыслимое. Хотя, по сути, так оно и было.       — Подожди, ты хочешь сказать, что ещё не приступал к своему заданию? Хотя, сотрудникам ведь наверняка легче убить своё начальство, — бета подозрительно уставился на Оду, тут же потянувшись к ящику стола, где лежал пистолет. Не хватало ещё сейчас узнать, что он всё это время сидел в одной комнате с предателем.       Завидев этот жест, альфа тут же нахмурился, посмотрев на Сакагучи как на идиота. Его догадки тоже оказались ложными, а подобная осторожность излишней.       — Успокойся, ты ведь и сам знаешь, прошло уже полтора года. Если бы я хотел избавиться от Мори, то давно бы это сделал! — голос был резким, буквально на грани рыка. Кто знает, чем могли закончиться эти разногласия, если бы они оба не услышали щелчок замка, оповещающий о том, что в архивы зашёл ещё кто-то. Как же вовремя.       — Прошу прощения, — внутрь заглянула темноволосая девушка, пробежавшись оценивающим взглядом по присутствующим, после чего поспешила добавить: — Мне нужен Сакуноске Ода, кто из вас?       — Я, — альфа кивнул, поднимаясь из-за стола, намекнув архивариусу на окончание разговора. Всё равно сидеть дальше не было никакого желания.       — Босс вас вызывает.

* * *

      Скучающе перелистывая доклады подчинённых, Чуя прикрыл рукой рот в очередном зевке. Да уж, работы накопилось знатно, и даже Липпманн, который уже находился в небольшом отпуске, не сильно-то разгрёб её за время отсутствия босса. Накахара явно не того хотел, когда получил место Огая, ожидая, что жизнь члена исполнительного комитета не сильно отличается от жизни босса, но, как оказалось, он горько ошибался.       Омега, который только недавно вернулся, тоже особо ничем интересным не занимался, как подметил для себя Чуя. Поэтому он всё же решил разбавить их непрерывное молчание одним вопросом:       — Как дела в школе?       Дазай, у которого весь этот день был сплошными американскими горками, слегка раздражённо вздохнул. Что в школе? Пиздец в школе.       — Ничего такого, просто пришлось показать пистолет одному особо тупому альфе. Настойчиво пытался проводить меня. Интересно, ты в моем возрасте тоже был тупым и непрошибаемым? — судя по документам про Арахабаки — не был, но это был риторический вопрос. Осаму тихо фыркнул. — Всё же мои одноклассники такие идиоты.       — К сожалению, я в твоём возрасте думал о том, как не умереть на очередном задании, а не об омегах, — Чуя издал лёгкую усмешку, откидываясь в кресле. Что это за альфа, который зная, что у Дазая есть законный муж, всё равно продолжал гнуть свою линию? — Знаешь, как раз думал об этом недавно, и решил, что тебе бы не помешал сопровождающий, — альфа взял со стола телефон, быстро кое-кому написав, и тут же вернулся к разговору. — Возражения не принимаются.       А вот это было неожиданно. У Дазая никогда не было личного телохранителя — только от Мори, которым он иногда передавал задачу охранять сына или возвращать его с побегов, только и всего. Осаму вопросительно поднял брови.       — Да ну? Приставляешь ко мне личную собачку? И кого же ты наградил такой жестокой участью? — серьезно, он — худший человек, за которым только можно следить.       — Сакуноске Оду, — и буквально через пару секунд в дверь постучали. — Войдите, — крикнул Чуя, пододвигаясь к своему столу и делая вид, будто он вовсе не отвлекался ни на какой разговор, а прилежно работал. Всё-таки перед подчинёнными нужно держать лицо.       Дверь открыли охранники, пропуская альфу вперёд, после чего он почтительно склонил голову, стараясь не показывать свою заинтересованность в визите. Не часто ведь получишь приглашение от самого босса, особенно будучи шестёркой.       — Сакуноске, как я знаю, ты превосходный сотрудник, который состоит в нашей организации уже довольно давно. Поэтому я предлагаю тебе повышение. Не заниматься грязной работой для молодых мафиози, а стать личным сопровождающим моего супруга. — повышением это можно назвать лишь с натяжкой. Когда ты перестаёшь быть шестёркой для одних, станешь послужным псом других. Однако охранять мужа самого босса безусловно намного почётнее.       Мужчина наконец позволил себе поднять взгляд на босса и заодно увидеть неподалёку сидящего омегу, который оказался совсем ребёнком. Хорошо, не ребёнком, но всё же подростком.       И уже носит метку босса на шее. Не будь у этой ситуации другого контекста, Сакуноске бы наверняка возмутился, но этот омега не был таким уж и несчастным. Скорее надменным. Да, здесь это больше подойдёт.       — Как скажете, босс, — спокойно ответил альфа, сославшись на то, что это в принципе не его дело, и он в это лезть не должен.       — Прекрасно. Значит с этого момента Дазай у тебя в главном приоритете, даже больше, чем я. А теперь, предоставляю вас друг другу для знакомства.       Дазай заинтересованно посмотрел на мужчину, стараясь скрыть искры в глазах. Рыжий, большой, с щетиной — ещё и альфа, судя по увиденному. Но Осаму никогда не слышал этого имени, да и в отчётах не замечал. Ну ладно. Омега встал с дивана и протянул руку собеседнику.       — Приятно познакомиться, Ода, э-э... — он посмотрел на Чую в ожидании намёка на то, как он должен обращаться к старшему по возрасту, но младшему по званию. — ..Сан?       Чуя лишь опустил взгляд в бумаги, приподняв брови, молча намекая на то, что можно было не так официально, и то, что теперь это заботы Осаму, но Сакуноске решил самостоятельно исправить ситуацию:       — Если вам будет удобнее, можно просто — Одасаку, — постарался улыбнуться альфа, чувствуя некоторую неловкость.       — Тогда, если вы позволите, — Чуя поднялся со своего места, подходя к омеге, и почувствовал лёгкую неприязнь из-за разницы в росте с Сакуноске. — то мне нужно поработать. Ода, отвезёшь Дазая домой? — приобнял омегу, подталкивая его к выходу и перед дверьми остановился, легко касаясь губами лба супруга.       Осаму немного подозрительно посмотрел на мужа, но быстро понял — Чуя явно ревнует и выделывается перед другим альфой. Побаивается, видимо, что Дазай решит, что какая-то шестёрка лучше, чем он. Бедный, бедный Накахара с комплексами. Омега улыбнулся, привстал на носки и мягко чмокнул его в щёку, а потом помахал рукой.       — Ладно, увидимся вечером.       Когда они вышли из кабинета, Дазай, вновь оглядев рыжеволосого, начал засыпать его вопросами.       — А сколько тебе лет? Альфа, да? Кем работал до этой должности? Давно в мафии?       Тот лишь приподнял брови, глядя на неугомонного омегу, который теперь не казался таким грозным, — как в присутствии босса, — поэтому спокойно покачал головой. Что с него взять, это же ребёнок.       — Дазай-сама, ответы на все ваши вопросы есть в моём личном деле. Полагаю, у вас есть доступ к архиву, чтобы их увидеть, так что, если вам интересно, мы можем зайти туда, — строго отчеканил Ода, спрятав руки за спину и внимательно посмотрев в чужие глаза в ожидании ответа.       Дазай задумчиво пожевал губу и кивнул.       — Я не против. Заберём оттуда одного человечка и поедем отдохнуть. Кстати, можно просто Дазай, — почему он решил выпить? Да потому что с постоянным присмотром Чуи ему дотянуться до алкоголя невозможно (хотя на свадьбе он ему подливал вина, кажется), а тут есть возможность воспользоваться своим телохранителем.

* * *

      — А-анго! — Дазай подкрался со спины к архивариусу и хлопнул его по плечам. Бета, наверное, инфаркт схватил. — Заканчивай работу, поехали отдыхать!       Сакагучи резко дёрнулся и огляделся. Прямо за его спиной стоял этот чокнутый мальчишка, который совсем недавно забрал "Дело об Арахабаки", а вместе с ним ещё более чокнутый альфа. Скривившись, словно услышав самую омерзительную вещь в своей жизни, он перевёл взгляд на стоящего рядом равнодушного Сакуноске.       — А, это вы, — проконстатировав для себя этот факт, бета отстранился от ребёнка, недовольно на него посмотрев. — Для тебя "Анго-сан", мальчишка, — фыркнул Сакагучи. — Какой отдыхать? С вами? Смеёшься? Даже если бы я хотел, у меня работы полно!       Дазай закатил глаза. Боже, какой же брюнет нудный. Все беты такие? Ну, Кое вроде бы вполне себе адекватная... Может, его в детстве недолюбили? Осаму оттянул воротник рубашки в сторону, оголяя метку, которая уже превратилась в шрам, и ответил:       — Это — метка босса, Анго. И с этого момента у тебя выходной. Сворачивайся и поехали пить. Я уж тебя прикрою перед Чуей, так и быть, — омега усмехнулся и отпустил воротник.       Буквально даже не имея понятия, можно ли ему хотя бы дышать, Сакагучи замер, всё испепеляя то место на шее. Доверия это не особо прибавляло. Он вновь глянул на альфу позади, который, лишь прикрыв глаза, подтверждающе кивнул ему.       — Вот ведь... — всё же успокоившись, осознавая, что его прямо здесь не пристрелят, бета усмехнулся, глядя на этих двоих. — Я даже и мысли не допускал о том, что мне придётся пить с мужем босса и его... телохранителем, я так полагаю? Забавно...

* * *

      Дазай, сделав еще один глоток коньяка, бессильно растекся по барной стойке — благо, бармену было наплевать на это, он спокойно стоял и протирал бокалы, оставшиеся от предыдущих гостей. Омега взглянул на своих собутыльников и улыбнулся.       — Давно я так ни с кем не пил, — точнее, вообще ни с кем и никогда, потому что та же Хигучи отказывалась от его крепких напитков, сворованных у отца, но не суть. — Ладно, серьезно, мне лень лезть в ваши документы, расскажите н-немного о себе, — омега старался контролировать свой заплетающийся язык изо всех сил. Осаму помолчал, а потом пожал плечами. — Или не говорите. В принципе, я не ваш босс, так что...       — Сакуноске Ода, двадцать три года, альфа, до мафии работал наёмным убийцей, — тяжело вздохнув, он покрутил в руке свой недопитый виски, поглядывая на еле державшегося на ногах омегу. — Впрочем, я предлагал вам заглянуть в архивы как раз таки за этой информацией.       — "Вам"? Серьёзно? — усмехнулся Анго. В отличии от своего нового, слишком серьёзного и ответственного знакомого, он не побрезговал выпить. Не он за рулём, значит не его забота, что кто-то должен оставаться трезвым. — Я, конечно, понимаю, что ты его сторожевой пёс, но это же просто ребёнок, у которого нет даже элементарного чувства меры. Интересно, какую бутылку по счёту он всасывает в себя?       Дазай сощурился и повернулся к Анго.       — К-кто тут ещё ребёнок, а? Мне вообще-то, это... — он посмотрел на свои пальцы, загнул парочку, посчитал что-то в голове и уверенно помотал головой. — Восемнадцать! Мне можно пить! А бутылка... вторая? Всё равно Чиби мне не может запретить, — он довольно ухмыльнулся и перевёл взгляд на Оду. — Двадцать три, а? Такой молодой... Очень молодой...       — Слушай, он уже совсем плох, — с натяжным беспокойством Анго глянул на альфу, пытаясь забрать у Дазая стакан с алкоголем. — Не хочешь помочь?       — Чем именно? — рыжеволосый невозмутимо посмотрел на бету, а после вновь приковал свой взгляд к омеге.       — Ты ведь его сопровождающий! Что же скажет босс, когда узнает, что ты не доглядел за его возлюбленным? — возмущённо упрекнул бета.       — Накахара-сан сказал, что Дазай для меня в большем приоритете, так что я выполняю исключительно его приказы, — потихоньку альфа начинал немного злиться. Да, он понимал, что бета прав, и что он должен был остановить омегу ещё до того, как они вошли в этот бар, но что-то его всё время останавливало. Возможно, это была мнимая надежда, что Дазай отдаёт отчёт своим действиям.       — Думаю, он имел в виду, что его безопасность должна быть для тебя в большем приоритете, а не приказы! — чуть ли не пропитывая каждое слово ядом Анго недовольно повернулся к барной стойке, понимая, что его мнение тут мало весит.       Дазай молча слушал их ссору и впитывал каждое слово, осознавая и пытаясь вспомнить значение каждого. Зря они ругаются. Осаму вздохнул и повернулся к Анго.       — Анго, расслабься. Я прекрасно осознаю свои действия. Ода — мой телохранитель, и я считаю, что он отлично справляется с поставленными задачами, — он будто бы внезапно протрезвел. Речь стала чистой и плавной, сложные слова и обороты появились — это так желание защитить своих работает? Омега продолжил: — И я бы всё равно напился, с ним или без него. А так безопаснее. Гораздо. Одасаку, — он повернулся к рыжеволосому. — ты молодец.       — Благодарю, — кивнул Ода, слегка удивлённо вскидывая брови вверх. Да этот паренёк умеет удивлять! Как минимум своим даром быстро трезветь, что был сейчас очень вовремя.       — Тц, Осаму! Я отправлял тебя домой, а не в бар! — недовольно прорычал Чуя, спускаясь по лестнице. — От тебя одни проблемы, — медленно прошёлся взглядом по присутствующим, кивнув своим подчинённым, которые молча смотрели на него. Он лишь потёр переносицу, протянув руки к омеге, осторожно подхватывая и отрывая от стойки.       Трезвые мысли на сегодня закончились, так что Дазай просто радостно повалился мужу в руки, повисая на нем и прижимаясь поближе.       — Чу-уя! А ты что тут де-елаешь? — на самом деле, увидеть альфу в баре было и вправду неожиданно. Как он мог...? А, очевидно, ведь. Наверняка воспользовался подарком Мори. Омега немного нахмурился, но потом всё равно довольно устроил голову на чужом плече и прикрыл глаза.       — Пойдём домой, пьяница, — долго злиться на омегу Чуя не мог. Дазай был слишком безобидно милым для руганий, поэтому, чуть приподняв уголки губ, Накахара подхватил его на руки и вновь кинул взгляд на подчинённых. — Спасибо, что хоть присмотрели за ним, — конечно, тут подошло бы "недоглядели за ним", но учитывая свой опыт знакомства с пьяным Дазаем альфа возникать не стал, направляясь с этой тушкой на выход.       — Боже... я думал, он нас прикончит, — протянул Анго, провожая их взглядом. Ода казался ему каким-то на удивление спокойным. Он даже не моргнул, смотря на босса, хотя с большей вероятностью мог лишиться головы прямо тут. — Эй, это ведь ты его позвал сюда?       — М? Да, — кивнул рыжеволосый, наконец расслабленно облокачиваясь на стойку и выпивая свой нетронутый стакан с виски залпом. Альфа чуть поморщился и заговорил: — Ты был прав, когда сказал, что этот ребёнок не знает меры, но нас бы он всё равно не послушал, а вот босса... его-то он и послушал. Поэтому я написал ему сразу же как мы зашли в бар.       — Что ж, теперь я знаю, кого благодарить за отсутствие моего трупа, — расслабился и бета, пододвинув недопитый стакан коньяка омеги к альфе, и дождавшись, когда он наконец возьмёт его в руки, тихо чокнулся с ним. — Спасибо.       — Да не за что, — усмехнулся Сакуноске. Хоть сейчас они смогли найти общий язык, что несомненно радовало.       — Чего смеёшься? Тебе ведь платить, — сразу после этих слов бета опустошил свой стакан, тут же подскакивая с места и направляясь к выходу.

* * *

      Когда спина Осаму встретилась с мягким матрасом, он довольно замычал, продолжая обвивать шею мужа руками. Он уже не помнил половину встречи в баре и поездку домой; единственное, что отложилось в памяти — тёплый Чуя, его запах и руки, держащие омегу, чтобы тот не упал. Дазай наверняка что-то бормотал в пьяном бреду, просто не помнил этого, и сейчас ничего не поменялось. Притянув альфу поближе, он поцеловал его в шею и проурчал:       — Какой ты у меня заботливый... Неудивительно, что я тебя люблю... И такой запах... Приятный... — Осаму уже начинал постепенно отключаться, слова путались и становились непонятной кашей, но он старался.       Накахара бы не воспринял этот пьяный бред всерьёз, если бы не одно единственное слово, которое заставило его замереть. Дазай его любит. По крайне мере, он так сказал! И какие же основания у Накахары ему не верить? Правильно, никаких.       — Любишь, значит, — тихо прошептал альфа, словно ему было вообще всё равно. Он чуть навалился на омегу для удобства, убирая пару прядей с его лица, чтобы они не мешали, и если бы мог, то хотел бы сейчас увидеть трезвый взгляд своего мужа, чтобы убедиться в правдивости тех слов. — Ты знаешь... Я ведь тоже тебя люблю.       В самих словах не было ничего такого. Да, они важны, но сказать их не сложно, внимание стоит уделить лишь их искренности. И Чуя не был тем, кто бы предал такое огромное значение этому. Даже больше, альфа продолжал держать серьёзное лицо, прекрасно понимая, что если Дазай его сейчас услышал, то всё равно на утро и не вспомнит.       Наклонившись к шее омеги, Чуя осторожно прильнул к коже губами, чуть покусывая, оставляя багровые засосы, осторожно заползая пальцами под рубашку, оглаживая талию омеги. По крайней мере, он не встречает никакого сопротивления, что уже говорит о том, сколько ему дозволено, но всё же, спросить напрямую никогда не будет лишним.       — Дазай, я... — и, к его великому разочарованию, омега уже сладко дремал. Чуя удивлённо моргнул, пока наконец в полной мере не осознал произошедшее. — Да твою ж...

* * *

      У Дазая с утра было очень, очень много вопросов к Чуе по поводу красных пятен на шее, но решив, что лучше неожиданно вялого Накахару лишний раз не дёргать, он замазал лишь самые видимые, просто закрыв глаза на обстановку. В школу его отвёз Ода — выглядел он достаточно бодрым. Из всей троицы он выпил меньше всех, а вот Осаму с утра пришлось опохмеляться.       В школу они всё равно опоздали — возможно, причиной были нескончаемые пробки, а возможно желание самого омеги опоздать на ненавистную математику. Так или иначе, в итоге он оказался перед входом в кабинет. Настрочив Чуе, что он доехал, Дазай толкнул дверь вперёд.       — До-оброе утречко, Куникида-сенсей!       — Опоздавшие к доске, Дазай-кун, — строго отрезал альфа, дописывая очередное уравнение. Если этот омега действительно считает, что у него есть право вот так по желанию опаздывать или вообще не приходить, то должен понимать, что предстоящие экзамены его не обойдут стороной. — Надеюсь, что твои родители уже подыскивают тебе репетитора, ведь судя по твоей успеваемости, он точно понадобится, — корректнее было сказать "родитель", но Доппо не особо заботила личная жизнь учеников, поэтому все базовые фразы — которые он повторял по сотне раз — не имели исключений.       — Ага, отец спит и видит, как бы найти мне репетитора, — с ухмылкой ответил шатен. Он кивнул Хигучи, взглядом пробежался по остальным одноклассникам, опустил рюкзак на свое место и вышел к доске. Функция, хм? Дазай по привычке постучал мелом по губе, а затем бубня себе под нос набросал решение. — Если мы приведем их к общему множителю, то получим "икс"... Эту часть не трогаем, переносим это вниз... Теперь используем игрек вверху... И делим... Вот, — ткнул на вышедшее число. Может, он и редко бывал в школе и не делал уроки, но мозги у него были на месте.       — Рад, что всё ещё не так плохо, — кивнул альфа. — Можешь идти на своё место. И следующее уравнение пойдёт решать... — заглянув в классный журнал, Доппо быстро пробежался по нему глазами.       Хигучи, благодарная всем богам, спокойно выдохнула, что сейчас ей не придётся напрягать мозги у доски, после чего повернула голову к Дазаю.       — Ну и почему ты опаздываешь? Дай угадаю, твой Чуя-сан, — бета произнесла имя чуть презрительно. — снова тебя домогался? Что с шеей?       Дазай попытался покоситься на свою шею. Разве так заметно? А он ведь старался их скрыть...       — Да я не помню, откуда они. Вчера напился, наверное, сам к нему с поцелуями полез. А что, завидуешь? — он ухмыльнулся и ткнул подругу в щёку. — Может, мне тебя с Аку-куном познакомить? Ах, между вами тогда проскочила искра, клянусь, я видел! — он театрально закатил глаза, приложив ладонь ко лбу тыльной стороной.       — Ха? Да ничего подобного! — тут же вспыхнула Хигучи, на секунду забыв, что они сейчас, вообще-то, на уроке, из-за чего на них покосилось пару человек. Хорошо, хоть Куникида-сенсей был занят, объясняя, как решать уравнение другому ученику, иначе точно бы вызвал. Снова понизив голос, девушка недовольно надула щёки, глядя на омегу. — С твоим Аку я уже познакомилась. Он поднял меня в воздух с помощью своей способности, Расё-что-то там. Так что если я ещё раз его увижу, клянусь тебе, что...       В школе раздался пронзительный звук пожарной сигнализации, которая заставила замереть всех, кроме стоящего у доски ученика.       — Спокойно поднимаемся со своих мест и выходим из класса. Все вещи оставляем здесь, — альфа повернулся в сторону Ичиё. — Хигучи, ты, как староста класса, идёшь первая, я выйду последним!       Бета коротко кивнула, забрав телефон со стола, и тут же поспешила на выход, построив всех одноклассников по струнке.       Дазай лишь тихо наблюдал за сей картиной, чуть огорчённо глянув на уходящую вперёд подругу. Им ведь так и не удалось нормально поболтать, ну что за день? Встав в самом конце этого строя, — ведь наверняка это было лишь проверкой, — омега покосился на учителя, который что-то бурно выискивал в ящике у доски.       — Куникида-сан, вас подождать? — глупый вопрос в такой ситуации. Облокотившись на дверной косяк, Дазай стал выжидающе смотреть на преподавателя, вскинув брови вверх в немом вопросе: "Что же ему вдруг могло так сильно понадобиться?".       — Как хочешь, — Доппо, даже не взглянув на ученика, спокойно пожал плечами. — Не думаю, что дело в пожаре, но и тревогу включили не просто так, — на этих словах Дазай чуть напрягся.. В каком это смысле "не просто так"? — У меня записано расписание всех плановых проверок пожарной сигнализации. Внеплановых быть просто не может. Тут что-то не так.       — Конечно, это всё заговоры, — усмехнулся омега, подходя к преподавателю. Не то чтобы у них были какие-то близко-дружеские отношения, но Дазай был довольно выделяющимся учеником, который раньше часто засиживался вместе с Доппо после уроков, не желая идти домой. Так что спасибо пониманию этого преподавателя, и за идеальные бенто для проблемного ученика тоже спасибо. — Думаю, просто кто-то балуется. Вы ведь сами сказали, у нас экзамены на носу, двойная нагрузка от всех, вот кто-то и решил сорвать урок.       Альфа будто бы не слышал своего ученика, с досадой осознавая, что в его столе кто-то точно рылся, ведь забыть куда он переложил свои вещи и что вообще их перекладывал Доппо просто не мог.       — Куникида-сенсей, не знаю как вы, но я не огнестойкий, так что…       Дазай бы продолжил возмущённо фырчать пока не вздрогнул от неожиданного хлопка двери. Обернувшись, омега увидел, что класс закрыт, и это уже было не смешно. Он выжидающе глянул на учителя, будто тот знал причину всех этих странных событий, однако на его лице читалось лишь явное беспокойство.       Альфа подошёл к двери, попытавшись её открыть, но, как и ожидалось, она была заперта. Видимо, с другой стороны её чем-то удерживали. Ещё пару секунд и в нос ударил какой-то странный запах, а за ним тут же повалил дым вперемешку со странным пищащим звуком. Что происходит? И почему это происходит посреди дня? Вопросы непроизвольно прибавлялись в голове, но времени искать ответы нет. Сейчас стоит позаботиться только о безопасности ученика, а если получится, то и о своей.       — Быстро, бери какую-нибудь тряпку, намочи и дыши через неё! — тут же на глаза попались куски ткани, лежащие у доски. Не самый лучший вариант, но времени искать альтернативу просто не было, поэтому Куникида молча впихнул их ученику в руки.       — Фу, они же воняют мелом, — заканючил Дазай, хоть и понимал, сейчас им грозит реальная опасность. Времени серьёзно припираться нет. Благо ткань уже была влажной, так что искать воду для увлажнения ему не пришлось. Хоть это радовало.       Проигнорировав омегу Доппо повязал на лицо влажную повязку. Взял в руки блокнот. Довольно глупое решение, учитывая ситуацию, в которой они находятся. Стоило бы поискать что-то более полезное. Дазай лишь хмыкнул. Видимо, его и вовсе не беспокоило развитие событий. Дым немного щипал глаза, а пищащий звук сходящей с ума сигнализации только раздражал слух.       Блондин дошёл до конца класса, перевернув две парты на бок, дабы закрыть ими небольшое пространство. Как жаль, что окна у них в школе не открываются из-за некоторых выдающихся учеников, которым вдруг захотелось из них повыпрыгивать. Это сильно усложняло положение, но справиться можно.       — И что мы будем делать? Баррикады строить? — Дазай удивлённо взглянул на учителя, приподнимая брови вверх. Если честно, он впервые видел Куникиду таким обеспокоенным и сосредоточенным. Наверное, ему бы тоже стоило прекратить относиться к этой ситуации несерьёзно, но хоть кто-то же должен ведь сохранять оптимизм!       — Если это усыпляющий газ, нас хотят вырубить. Сделаем вид, что спим, из-за дыма нас не увидят, — раздражённо объясняя это словно такую очевидную вещь, Доппо опустился на пол, махнув рукой, призывая последовать его примеру. — Без понятия, кто это делает, но, судя по всему, твой отец снова не может решать свои дела мирно, не так ли?       Тяжело вздохнув Дазай плюхнулся на пол, отрицательно покачав головой. Теперь это уже не дела его отца, а дела Чуи. Его стало даже немного жаль, ведь редко в мафии все согласны со сменой босса и с его выбором приемника. С Мори было точно так же. Насколько знал сам омега, даже хуже, ведь он прибегнул к убийству предшественника. В этом случае никто не знал о его слабых местах. Никакой информации о родственниках, близких или друзьях, в то время как Чуя относительно более открыт. По крайней мере, о свадьбе нового босса не слышал только глухой.       — Боюсь вас расстроить, но в мафии произошла смена власти. Теперь отец ничего не решает.       — Что?!

* * *

      — Знаешь, я всё ещё удивлён, что ты решил назначить Дазаю в телохранители этого... м-м, Оду, так вроде? — Ледяной покосился на Накахару в ожидании ответа, на что тот молча кивнул. Иногда было очень полезно — близко общаться со своим боссом, имея возможность немного передохнуть от работы, сидя в удобном кресле, при этом имея восхитительный вид на город. — Я ведь слышал, что он был наёмником. Хотя, бывших наёмников не бывает, и всё же, если об этом узнают, засмеют.       Накахара прикрыл глаза, продолжая наслаждаться ещё несколькими секундами тишины и спокойствия, пока не осознал, что его друг ждёт ответ на свой вопрос. И действительно, Сакуноске ещё и был нацелен на голову предыдущего босса, потому мог быть особо опасен для Дазая, но всё-таки...       — Когда я восстанавливался после Порчи, в больнице на меня было совершено нападение, — Ледяной согласно кивнул, говоря о том, что уже осведомлён об этом случае. — Потом я узнал от Дока, что нападавшим являлся один из моих сопровождающих, почуявший кровь, — и в этом действительно был смысл. Накахара явно не из тех, кто захочет вдруг принять необдуманное или безосновательное решение, за что его многие и уважали в организации. — Сейчас я доверяю этому наёмнику намного больше, чем тем, к кому присматривался годами. Думаю, теперь можно немного сократить персонал.       Со стороны Ледяного послышалась усмешка, после чего он согласно кивнул, не смея возразить. Да и незачем было. Конечно, у них с Чуей всегда были личные разногласия. Ледяной поначалу не особо скрывал своей неприязни из-за прошлого Накахары в качестве Короля Овец, ожидая, что тот лишь втирается в доверие мафии, но к его радости или разочарованию догадки оказались ложными.       — И всё же, разве не было ни одного варианта получше? — настаивать на своём он точно не стал бы, если не его настороженность и недоверие. Чуть что, они могут пригрозить Сакуноске только смертью, не имея возможности надавить на близких. Навряд ли подобное напугает бывшего наёмника, из-за этого нежелание довериться только возрастало.       — Скажу по-другому. Мне абсолютно плевать на то, кем Сакуноске был до мафии. Особых причин попасть в эту организацию никогда не требовалось, работай ты хоть на правительство. Те нужны лишь для того, чтобы покинуть мафию. Хотя и они не примутся во внимание, приводя в итоге к смерти, — монотонную речь альфы прервал неожиданный стук в дверь. Даже странно, он ведь никого не ждал, а Дазай так рано прийти не мог. Видимо, причина была в чём-то другом, что явно прервёт его и без того редкий отдых, поэтому спустя протяжный вздох боли Чуя наконец ответил: — Войдите.       — Накахара-сан, прошу прощения, но у нас проблема, — альфа выжидающе приподнял брови, намекая переходить сразу к сути, опустив любезности. — Поступил звонок из школы, в которой учится Дазай-кун. Там сработала пожарная сигнализация, — на этих словах альфа заметно напрягся, но предпочёл не поддаваться эмоциям и не перебивать. — Она оказалась ложной, а рядом со зданием была замечена одна из машин мафии, но Дазай-кун так и не покинул здание школы.

* * *

      Буквально за пять минут Накахара собрал небольшой отряд. Это было вынужденной мерой, ведь если сведения были правдивыми, то это значит, что в мафии ещё не истребили всех предателей. Альфу буквально переполняла злоба, но внешне он старался сохранять хладнокровие. До тех пор, пока они не добрались до нужного здания. Ожидание было слишком разъедающим, неизвестность напрягала с каждой секундой всё сильнее, поэтому. Когда машина остановилась, Чуя выскочил из неё самым первым, буквально не замечая никого вокруг и отталкивая с дороги охранника, который мешал им пройти внутрь.       Пришлось притормозить внутри школы, ведь они с Дазаем довольно редко говорили на тему его учёбы, хотя бы класса. Альфа с облегчением услышал вопли знакомой беты, которая пыталась пробиться к нему через толпу вооружённых мафиози. Пожалуй, этой слепой отваге он уже не должен удивляться.       — Эй, Чуя! — вновь завопила Хигучи, пнув одного из мафиози, который пытался удержать её на месте. Они уже в курсе произошедшего. — Чуя!       — Отпустите её, — уставше скомандовал Накахара. Не будь Ичиё сейчас ему полезна, его идея столкнуть девушку с пирса могла воплотиться в реальность.       — Чуя, Дазай всё ещё в классе! — не трудно было догадаться, почему Чуя не пошёл дальше. Он не хотел бесцельно носиться по школе и выбивать каждую дверь. Девушка поспешила пояснить: — На втором этаже, первая дверь слева.       — Спасибо, — резко бросил альфа, тут же повернувшись к Хигучи спиной, пока его неожиданно не схватили за руку. — Ну что ещё?       — С Дазаем наш учитель, Куникида Доппо, его случайно не убей, ясно?       Закатив глаза, рыжеволосый согласно кивнул. Кровь невинных людей он проливать не планировал.       В нос ударил непонятный запах, совсем не похожий на гарь. И это настораживало. Поднявшись на второй этаж, альфа увидел нужную ему дверь, на удивление она была открыта. Тело неприятно заныло, а в голове появлялись самые ужасные мысли, которые Чуя старался от себя отгонять. С Дазаем ведь не могло произойти ничего плохого. Это невозможно.       Но все ожидания тут же разбились. Вместе с лёгким ступором, который охватил альфу, когда тот зашёл внутрь класса. Все парты перевёрнуты, в воздухе виден лёгкий туман, а трое знакомых ему мафиози лежали на полу без сознания. Рядом с Накахарой стояли несколько подчинённых, которые точно так же ошарашенно смотрели на эту картину, пока их наконец не окликнул, видимо, тот самый Доппо, про которого говорила Хигучи, протирая очки. — Долго же вы. Надеюсь, хоть мусор вынести будете в состоянии.

* * *

      Дазай немного неуверенно шагнул за порог их квартиры, краем глаза поглядывая на Чую. От альфы пахло стрессом и агрессией, глаза метали молнии, рыжие волосы, растрепанные вечерним ветром, больше походили на гриву льва.       За день случилось слишком многое, все события в школе повлияли на каждого из них, но для Осаму нашелся даже небольшой плюс — он смог пропустить оставшиеся уроки благодаря своей неудавшейся экзекуции. Ладно, не очень смешная шутка. Он посмотрел на супруга. В омеге боролось множество чувств — усталость, неловкость, неясная пассивность и вялость, но превалировало какое-то странное ощущение... Будто бы чем-то пахло... Как-то странно...       Тишина была неприятной и вязкой, так что Осаму осторожно коснулся плеча мужчины и спросил:       — Ты злишься?       Накахара будто очнулся от своих мыслей, переводя усталый взгляд на омегу. Дазай казался не менее уставшим, но хотя бы не был таким раздражённым как он, а наоборот, словно видел в происходящем свои плюсы, что тоже немного бесило, ведь этого не должно было происходить. Чуя отрицательно покачал головой, приподнимая уголки губ и с нежностью посмотрел на омегу:       — Только не на тебя. Я зол лишь потому, что ты мог пострадать, если бы тебе не помог Доппо... И из-за того, что меня в этот момент рядом не было. — да уж, инстинкты явно пошатнулись, когда ему доложили, что его омега в опасности. И Чуя прекрасно понимал, что это всё происходит по его собственной вине. Раз Дазай теперь его муж, а он стал боссом мафии, то его теперь принимают за слабое место Накахары. Хотя, возможно, так оно и было. — Да и... я всё равно сейчас себя неважно чувствую. Пожалуй, отдохну немного. — альфа устало потёр переносицу, начиная лениво двигаться к спальне, по дороге стягивая пиджак.       Дазай немного посверлил его взглядом, а затем, хмыкнув, взял альфу за плечо и, игнорируя все трепыхания, дотащил его до дивана, после чего повалился туда, утянув за собой и Чую. Омега со вздохом погладил его по голове:       — Если ты устал, то полежи здесь. Думаю, так будет получше, чем в кровати, м?       Хорошо, Чуя сопротивлялся как мог. Неохотно, но сопротивлялся. С Дазаем ему сейчас лучше контактировать по минимуму, но, когда омега утянул его за собой, Накахара был словно в пьяном припадке, переставая контролировать своё тело, и жадно вдыхая его запах. Так, стоит уже признать, что как не крути, а гон всегда возьмёт своё, поэтому стоит поискать подавители и лучше лишний раз не тревожить этим Осаму. Уж пугать его тем, что возможно альфа в скором времени перестанет себя контролировать, Накахаре точно не хотелось.       — Подожди, — слишком резко, словно ошпаренный, альфа отстранился, тут же поднимаясь с дивана, и направился как можно быстрее из комнаты к спальне, где в прикроватной тумбе должны были быть подавители.       И, к его великому сожалению, таблеток там не оказалось. Чуя лихорадочно хлопал глазами, протягивая руку к тумбочке, и как можно быстрее всё ощупывая (сославшись на галлюцинации), лишь подтвердил то, что там видел. Но он ведь точно помнил, что они там были! Может Дазай их куда-нибудь переложил?       Вот теперь, это была реальная проблема, когда в соседней комнате сидит его беззащитный омега, даже не догадываясь, что Чуя в любой момент может перестать себя контролировать. Если он сейчас подойдёт и задаст вопрос прямо в лоб, то вероятнее всего только напугает его. Но выбора то особо не было.       — Малыш, ты не знаешь, где подавители? В прошлый раз были ведь в тумбочке у кровати, — альфа осторожно заглянул в комнату, серьёзно смотря на омегу, облокотившись на дверной косяк. Стоит хотя бы сделать вид, что он может держать себя в руках, чтобы не доводить омегу до крайностей.       На самом деле, Дазай может показаться глупым и наивным омегой, который только глазами умеет хлопать, но это не значит, что он и в самом деле такой. Осаму давно заметил эту упаковку в ящике, почитал инструкцию и понял их действие. Врать нет смысла, у него давно зудело между ног, но к счастью, поговорка "и хочется, и колется, и папа не велит" на него уже не действовала, так что он просто предпринял кое-какие меры по обеспечению себе занятной ночи. В конце концов, он взрослый, может уже и сам решить, когда ему заниматься сексом и с кем. А альфы во время гона, как ему говорили, лучшие любовники.       Дазай встал с дивана, состроив максимально невинное лицо и слегка покачивая бедрами подошел к Накахаре:       — Какие такие подавители? Я ничего в ящике не видел. Ты на кухне не смотрел? — вообще, он забрал эту упаковку в свой шкафчик в школе, чтобы Чуя его точно не нашел во время своих поисков. Сейчас оставалось только действовать. Омега якобы случайно почесал шею, на самом деле возбуждая железы с феромонами и стараясь выпустить побольше запаха.       Нервно сглотнув, Чуя опустил взгляд, стараясь подавить в себе желание так нагло раздевать омегу глазами. От себя самого тошно становилось, а уж если и Дазай заметит то, как альфа на него нагло пялится, то точно обернёт это в свою сторону, издевательски раззадоривая ещё больше.       — Нет... мх не смотрел, — слова еле как приходилось выдавливать из себя, при этом стараясь казаться более-менее внятным. — Просто подумал, может ты их забрал и куда-то переложил. — чуть наклонившись вперёд, продолжая опираться о косяк, Накахара схватился за горло, расстёгивая пару верхних пуговиц. Было слишком жарко. Это плохо. Да и зубы понемногу начинало сводить, от потребности вновь укусить омегу, но Чуя лишь закусил губу, жадно вдыхая воздух. — Ладно, забудь. Мне нужно просто передохнуть.       Это было даже немного забавно — наблюдать, как Чуя силится сдержать свои инстинкты, пытается перебороть свою сущность, но близится к проигрышу. Он кажется слабым и уязвимым, но в то же время — настоящим альфой, который просто еще не пробудился. И ему нужно слегка помочь...       Дазай потянулся к пуговицам своей рубашки и начал их расстегивать:       — Да, что-то тут жарковато, — и скинул её вниз, оставаясь в одних штанах.       Не успев даже ничего возразить, альфа просто застыл. Буквально на пару секунд, но этого времени ему вполне хватило, чтобы потерять голову, и чуть ли не набросится на омегу, жадно сминая его губы и сильно (до синяков) сжать его запястья, притягивая к себе. Ладно, Чуя, ты официально педофил, но хотя бы это не будет считаться изнасилованием, ведь Дазай сам того захотел. А Накахара лишь жертва обстоятельств.       На секунду, Чуя смог от него оторваться, тут же меняя их местами, прижав омегу к стене. Всё тело немного подрагивало от сильного желания завладеть этим омегой полностью, ведь метки на шее определённо было слишком мало, хотелось и перемешать их запахи. Приторный глинтвейн наверняка слегка притупится из-за терпкого вина, но всё ещё не перестанет быть таким дурманящим и соблазнительным.       — Что же ты творишь, — хрипло прошептал альфа, вновь прильнув к омеге губами, но на этот раз к шее, жадно всасывая её и оставляя на ней багроветь очередные засосы, на замену старым. Клыки непроизвольно царапали бархатистую кожу, а руки плавно опустились на талию, переходя к ягодицам и с огромной жадностью их сжимая, Чуя смог закинуть хотя бы одну ногу омеги к себе на бедро. — Только помни, что ты сам этого захотел.       От неожиданности Дазай вздрогнул, а потом тихо зашипел, когда приложился затылком об стенку. От резких действий Чуи он даже немного опешил, потому что это было ну очень внезапно, но тем не менее омега застонал, когда чужие руки сжали его задницу. Боже. Вот таким он еще не видел Накахару. Ни одно слово не описывало его лучше чем "первобытный" — повинующийся только инстинктам, живущий ими, отключивший сознание и бессознательно метящий его шею альфа потерял любые черты личности, оставляя вместо себя лишь свою оболочку. Так вот что такое гон... Дазай слегка болезненно застонал, когда Накахара сжал его руку ну слишком сильно, и с трудом разорвал поцелуй:       — Чи... би... давай хотя бы... до постели дойдем... — голос хрипел, а губы слегка побаливали, но это было только начало.       Дважды просить Чую не нужно. Сразу после такой манящей просьбы, он подхватил омегу под ягодицами, продолжая выцеловывать его шею, при этом двигаясь в сторону спальни, пока остатки сознания хоть как-то пытались его вразумить. Хорошо, он всё-таки сорвался. И Дазай вроде как не против. Вот только было одно единственное но, которое всё же хоть чуть-чуть, да притормаживало альфу — этот омега слишком чист и невинен. Как уже понял Чуя, до него, у Дазая просто-напросто никого не было, иначе бы он это понял. Как минимум, это могло сказаться на запахе, который был бы чем-то притуплен, или на самом омеге, тогда был бы хоть какой-то опыт в поцелуях, а не одна незрелость. И это чутка пугало, заставляя альфу быть нежнее с ним.       Когда они смогли беспрецедентно добраться до кровати (с состоянием Чуи это возможно только при хорошей карме) Накахара осторожно опустил омегу на кровать, с трудом от него оторвавшись:       — Дазай, ты... точно готов? — несмотря на все действия, альфа словно смог очнуться от своих звериных инстинктов, умоляюще смотря на шатена, даже не до конца осознавая чего сам хочет: чтобы омега его послал или наоборот притянул к себе ближе.       Но Дазай только вопросительно на него уставился. Чуя сейчас серьезно? Серьезно? Он считает, что Дазай может отказаться от этого красивого, рельефного тела, этих спадающих водопадом вниз рыжих волос, этих умелых и сильных рук, этих слегка шершавых пальцев? Серьезно? Осаму с улыбкой фыркнул, но на самом деле его немного трясло — все же, у него никогда не было подобного опыта. Наверняка это будет больно или неприятно. Он не был особым поклонником болезненных ощущений, даже кровь сдавал нехотя, а тут что-то крупное... В него... Дазай сглотнул, а потом решил: сейчас или никогда. Омега кивнул, разводя ноги пошире:       — Да. Точно. Только не сильно медли, Чиби, я и передумать могу, — он усмехнулся.       — Лучше бы ты сделал это раньше, — словно разочарованный ответом, Чуя покачал головой прикрыв глаза, но всё же поддался вперёд, в этот раз осторожно касаясь губами белоснежной кожи на ключицах омеги. И всё же, сдерживать себя тяжело, поэтому стоило почувствовать хотя бы небольшое, но облегчение, что Дазай согласился, ведь даже в случае отказа... лучше не думать об этом. Этого всё равно не произошло.       Стоило лучше сосредоточить внимание на своих ласках, чтобы Дазай хоть немного потёк, хотя омеги делают это и от простого феромона во время гона, но кто знает, насколько Осаму испортил свой организм, вечно сдерживая свою течку таблетками.       Продолжая покрывать чужую кожу лёгкими поцелуями, Чуя плавно спустился рукой вниз, огладив сначала соски, после чего живот, а затем столкнулся с плотной тканью штанов, из-за чего у него вырвался раздражительный рык. Ладно, пожалуй это было непреднамеренно, поэтому, глубоко вдохнув, альфа попытался вновь взять себя в руки, расстёгивая чужую пуговицу и тут же справляясь с ширинкой, чуть замедлился. Лучше будет, если Дазай перевернётся на живот. Так хотя бы легче пройдёт растяжка.       — Малыш, не хочешь перевернуться? Так будет... удобнее.       Организм на удивление резво отзывался на все ласки Чуи, Дазай четко ощутил, как начал возбуждаться. Наверное, удивляться этому не было смысла — все же, Накахара был взрослым, опытным альфой, у которого наверняка было немало омег, а он был обычным пареньком, который толком и порно-то не смотрел. Осаму кивнул и перевернулся на живот, слегка приподнимая задницу вверх и продолжая держать ноги разведенными. Хватка Чуи была уверенной, твердой, но осторожной — видимо, беспокоился, что Дазай еще не готов. Частично он был прав, конечно, но всё же...       — А зачем? Лицо моё надоело? — защитная реакция — шутки от стресса. Осаму тихо хихикнул, через плечо смотря на мужа.       — Нет! Конечно нет, — утешающе затараторил альфа, мягко улыбнувшись и вновь принявшись выцеловывать омегу, в этот раз от шеи, двигаясь по всему позвоночнику вниз, при этом придерживая одной рукой его под животом, Чуя осторожно стянул с Дазая штаны вместе с нижним бельём, огладив ягодицы. Разум и тело определённо сошлись в немом ликовании того, что сейчас происходит, хотя отдалённо, альфа в принципе не верил в случившееся. Казалось что это всё слишком реалистичный сон или галлюцинация, которая вот-вот закончится, а значит, стоит как можно быстрее взять от подобной выходки своего мозга всё и по максимуму. — Тебе так будет легче переносить растяжку. Я ведь у тебя первый, не так ли?       Дазай не сдержал стона, а потом несколько смущенно кивнул. Ну, явно не десятый. У него вообще раньше не было отношений с альфами, даже редких влюбленностей в одноклассников. Чуе повезло сорвать цветочек, так сказать.       Внезапно он ощутил что-то странное. Какое-то непонятное тепло и что-то немного склизкое, сползающее по ягодице вниз. Это... Это?? Что это? Это и есть что-то похожее на течку? Да? Осаму засуетился, чувствуя непонятное резко возросшее смущение (а с голой задницей ему лежать было не стыдно), и что-то невнятно пробубнил, пряча лицо в простыне.       У Накахары был явный шанс пощекотать своё эго, но вместо этого, он получил лишь невнятный ответ и наконец-то потёкшего омегу, которого мог нормально растянуть. Но Дазай ведь... явно не без причины смущается. Это из-за смазки, он такой? Слишком приторный запах тут же вскружил голову, а на лице появилась хитрая ухмылка, не предвещающая ничего хорошего.       Спустившись мягкими поцелуями к ягодицам, Чуя осторожно раздвинул их в разные стороны, с интересом разглядывая сочащуюся из отверстия смазку, после чего проследил за парой влажных дорожек, которые вели вдоль внутренней стороны бёдер и всё же решил побаловать омегу:       — Знаешь, я ведь в первый раз это делаю, — не одному же Чуе ликовать, что он первый у этого омеги. Пускай тоже чувствует хоть какое-то превосходство, зная что Накахара готов сделать только для него.       Наклонив голову, альфа прошёлся языком по внутренней стороне бедра, собирая вытекающую смазку, и на его удивление, это было не так отвратительно, как он себе представлял. Наоборот, даже чувствовался этот привкус глинтвейна, который так его дразнил, столь долгое время.       — Чуя, ты чт-а! — Дазай резко вздрогнул и раскрыл глаза. Куда он там своим языком полез?! Что он делает?! Так и должно быть? Это норма??? Слишком много вопросов и ноль ответов! Как ему реагировать? Что делать? Что??? Осаму еще пару секунд нервно трепыхался на одном месте, а затем попытался расслабиться и неуверенно позволил Чуе делать то, что... что бы он там ни делал. Омега с нарастающей неловкостью почувствовал, что начинает течь только сильнее, а по пояснице подползает слабая волна удовольствия. У него и так встал от одних только ласок... Зачем ещё... — Ч-чиби, ты... Это, э... — он утратил всё свое красноречие, а потом по голове резко ударило осознание — первый. Чуя впервые делает такое для кого-то. И если это и вправду так же стыдно и неловко, как Осаму себе это представляет, то... Это льстит. Очень льстит, на самом деле. Альфа прошелся языком по какому-то нерву, от которого Дазай не смог сдержать особо громкий стон. — Мх!       Нарастающее удовольствие, от того что его малыш не испытывает дискомфорта, только льстило Накахаре, от чего он вновь, уже с большей охотой, прошёлся языком по отверстию, собирая всю вытекающую смазку, и тут же стал проталкивать язык внутрь, проникая как можно глубже. Это было как-то странно для него. Вроде как его гон, а не чья-то течка, но на удивление, он мог его хоть немного подавлять, чтобы не навредить Дазаю. Видимо метка значит куда больше, чем просто знак принадлежности омеги к какому-то альфе. Вот она — обратная сторона.       И всё же, было ощущение, что Дазаю недостаточно хорошо. Его стоны были приглушёнными, из-за чего Накахара ненадолго оторвался от своего занятия, жадно облизнув губы, и прорычал:       — Прошу, не сдерживайся, — звучало это грубо, но вот сама фраза не несла в себе никакого приказного посыла. Только просьбу. Всё-таки взять над собой окончательный контроль было слишком сложно, как не крути.       Дазай и вправду слегка сдерживался — ему было немного стыдно от происходящего, и появлялось ощущение, будто на самом деле ему не должно это нравиться, что всё это — неправильно, а он — худший человек на свете. Но когда Чуя попросил, что ж... Осаму не мог сдерживаться. Особенно после ощущения языка внутри себя. Что-то теплое, скользкое, не очень большое, но сильное и толкающееся внутрь создавало странные ощущения в низу живота: возбуждение, наслаждение и желание чего-то побольше смешивались со стыдом и слабым желанием вернуть всё, как было, но пути назад уже нет. Омега внезапно застонал очень громко, когда Чуя ткнул языком в какую-то точку, которая срезонировала во всём теле. — Е... е... ещё, сюда, да... — голова отключилась, и за главного остались инстинкты. Что ж, возможно просить Дазая, не сдерживать стоны, было ошибкой, потому что Накахара стал едва в него не вгрызаться, чуть царапая клыками кожу и начиная как можно быстрее двигать языком в омеге. Может быть. А возможно это было наоборот к лучшему, но не стоило доводить омегу до пика. За сегодняшнюю ночь он определённо сможет кончить, но уж точно не от языка альфы или его пальцев.       С громким чмоком оторвавшись от омеги, Чуя довольно ухмыльнулся, смотря на обилие вытекающей смазки, и тут же приставил ко входу один палец. Всё же стоит растягивать Дазая постепенно, чтобы не создавать дискомфорта, поэтому, медленно проталкивая его внутрь, Чуя вновь принялся за выцеловывание белоснежной спины омеги, иногда оставляя пару "незаметных" укусов. Да и кто ему теперь запретит метить своего мужа, который своими стонами лишь доказывал что он явно не против?       Когда теплый и мягкий язык сменился не очень податливым пальцем, Дазай только вяло вздрогнул, потому что уже был разогрет и размяк от кучи непонятных ощущений со всех сторон. Тело было будто бы на пределе, как после тяжелой тренировки, когда все мышцы перетрудились и теперь отдыхают — вот только до отдыха Осаму было неблизко. Омега выдохнул через рот и слегка мутным взглядом покосился на мужа. Стоит ли сказать... Стоит ли... Стоит. Дазай немного тихо простонал:       — Давай это... Не медлить...       — Что? — Накахара будто ослышался, но Дазай казался абсолютно серьёзным. Это шутка такая? Если да, то вообще не смешно. Хотя... может быть, он просто не видел размеры альф? — Малыш, да я ведь тебя порву, понимаешь? — усмехнулся Чуя. Раз Дазай просил не медлить, то он решил сразу же добавить второй палец, начиная раздвигать их в манере ножниц. — Язык и член не идут ни в какое сравнение, и ты в этом скоро сам убедишься, — резко он осознал, что такая фраза походит больше на запугивающую, но никак не утешающую, поэтому тут же поспешил предотвратить все поспешные выводы Дазая. — Прости, но тебя ещё стоит получше растянуть. Хотя, знаешь... — на этих словах ухмылка стала будто хищной. — Думаю, я могу тебе позволить сегодня взять верх.       Дазай вздрогнул от второго пальца и зашипел, чувствуя натяжение в мышцах. Ладно, он поторопился с растяжкой, поторопился! Ему жаль, очень жаль! Честно! Осаму даже почувствовал жжение в уголках глаз — начали собираться слезы. Омега выгнулся в спине вперёд, пальцами сминая одеяло, а затем, когда боль чуть притупилась, слезящимися глазами посмотрел на мужа.       — Т-ты о чем?       — М-м? — Чуя немного вопросительно посмотрел на омегу, но его тут же прошибла мысль — он имеет дело с совершенно неопытным партнёром, который, возможно, даже в позах-то не разбирается. Это чуть позабавило альфу, хотя, скорее, больше льстило, ведь Дазай никем не тронут. Он только его. Ничей больше. Даже Мори теперь не имеет над ним никакой власти. Только он. — Я позволю тебе побыть сверху. Так ты сможешь задавать удобный для себя темп, ведь я... могу немного сорваться, — решил честно признаться альфа, наклонившись к чужому лицу. Подцепив за подбородок, чтобы омега не отворачивал голову, осторожно поцеловал его, стирая слёзы и продолжая растягивать. — Не переживай, скоро будет приятно.       От таких речей щёки покраснели только сильнее, и Дазай немного нахмурился, разрываясь разными ощущениями, а потом, прикрыв глаза, ответил на поцелуй. Побыть сверху заманчиво, учитывая, что он сможет рассмотреть каждый рельеф тела возлюбленного, уловить каждую его эмоцию, а не тупо рассматривать узор на простыне. Омега слегка подвигал бёдрами — предложение породило азарт.       — В таком случае... Давай уже...       — Как скажешь, — на удивление слишком спокойно ответил Накахара, вынимая пальцы из омеги. Не удержавшись он проследил за чужим взглядом, чтобы тот узрел, как альфа жадно облизывает свои пальцы в смазке. Наверное, такого нетронутого мальчика как Дазай это смутит, но Чуя подразумевал этим жестом совсем другое: то, как сильно он ему нравится, что альфе хотелось лишь наслаждаться им. Никакого намёка на желание пристыдить.       Отпрянув от тела мужа Накахара стал стягивать свою рубашку, чуть опустив взгляд на постель. Собственный стояк уже давно изныл, но мысли занимались совсем другим — реакцией Дазая на шрамы. Осознание того, что эту коллекцию Чуя получил не за хорошее поведение. Ему просто не повезло. Родился и вырос не в то время и не в том месте, а вся эта цепочка событий привела его именно сюда, когда он наконец почувствовал перед кем-то вину.       — Извини. Тебе, наверное, отвратительно на такое смотреть, да?       А вот это было неожиданно. Крайне неожиданно. Настолько, что шатен аж опешил и сел на простыню, марая её своей смазкой. Он посмотрел на рубцы — бледно-розовые, изогнутые, ровные. Некоторые со следами от швов, некоторые просто рваные. Они не были отвратительными и отталкивающими. В конце концов, как может отталкивать то, что есть и у тебя? Омега вздохнул и одной рукой уперся в чужое плечо, наваливаясь вперёд и усаживая альфу на задницу к спинке кровати, а второй потянулся к креплению на своих бинтах.       — Твои шрамы — это твоя история, Чиби. В них нет ничего такого, — на этих словах его бинты на руках свалились вниз, струясь белоснежными лентами, и обнажили множественные тонкие шрамы от порезов. Осаму не стал акцентировать на них внимание, спихнул бинты с кровати и с хищной улыбкой спокойно положил ладонь на пах Накахары. — Так что не забивай себе этим голову, когда можешь занять её чем-то другим... — пускай он и говорил это спокойно, на самом деле его пальцы уже нащупали член альфы.       Почему.       Он.       Такой.       Большой.       На лице омеги явно отразилось его удивление, а Накахара лишь тихо усмехнулся на такую реакцию. Хорошо, Дазай по крайней мере не забился на край кровати, принимая спасительную позу, а значит, он понимает, что отступать уже некуда. Отказывать альфе с гоном посреди процесса — практически то же самое, что и потянуться за поцелуем, после которого тут же влепить пощёчину. Тем более, когда ты сам этого захотел.       — В чём дело, передумал? — Чуя старался держать на лице ухмылку, но на деле всё же слегка забеспокоился. Наклонившись вперёд, альфа осторожно коснулся уха омеги, прикусив мочку. — Не беспокойся, когда ты привыкнешь, будет очень приятно.       Дазай неуверенно провел пальцами вверх к пуговице брюк и отцепил её, после чего перешел к ширинке. Это казалось чем-то невообразимым, чем-то выходящим за рамки сознания — разве "это" может в нем поместиться? Разве его тело к этому готово? К слову, Чуя ведь говорил что-то про "порвать"... Он это имел в виду? Осаму подался вперёд, утыкаясь лицом в плечо альфе, но, как говорится, глаза боятся — руки делают, поэтому спустя несколько секунд он уже ощущал горячую и слегка влажную кожу чужого члена. Омега покусал губу и тихо спросил:       — А он точно влезет?       — Точно, — кивнул альфа, вновь закатив глаза от приторного аромата. Но в этот раз тот был будто подавлен. И вправду, неуверенность омеги давала о себе знать, а чужое нетерпение лишь подливало масло в огонь. — Послушай, если тебе будет больно, мы можем сразу остановиться, — на самом деле Чуя был не уверен в этом, но... причинять боль мужу он бы ни за что не стал. — В тумбочке должна быть ещё смазка.       Дазай краем глаза покосился на шкафчик, выгнулся и достал из него смазку. Что ж... Понеслась? Омега открыл тюбик и выдавил немного прохладной склизкой субстанции себе на пальцы. Опустил взгляд на член Чуи, ещё раз напрягшись от его размера, после чего смазал его. Было неловко смотреть в глаза Накахаре, так что он просто уцепился ладонями ему за плечи и прошептал:       — Не поможешь его вставить?       — М-м, конечно, — предвкушающая ухмылка альфы не предвещала ничего хорошего, а в душе плескалось всё ещё непонятное ликование. То ли из-за гона, то ли он слишком долго ждал и им слишком много раз мешали, но факт остаётся прежним: происходящее действительно наяву.       Приподняв омегу Чуя немного наклонился вперёд, чтобы Дазаю было удобнее цепляться, после чего приставил член к растянутому входу, жадно вдыхая аромат нервного омеги. — Сейчас главное расслабиться, хорошо?       — Ага... — хотел добавить что-то ещё, но ощущение давления и чего-то крупного у ануса заставили его язык запутаться. Вначале боли не было, только ощущение небольшого натяжения, и Осаму даже немного смело опустил бедра вниз — и вот тогда он пожалел. Сейчас член его буквально натягивал на себя, несмотря на количество лубриканта и природной смазки. Омега громко вдохнул через рот и впился пальцами в плечи мужа. — М-м!... Ты большеват...       Довольно закатив глаза Накахара с тихим стоном попробовал поддаться навстречу, пока не почувствовал, как сильно тот напряжён. Словно струна, готовая вот-вот лопнуть от натяжения, и с которой стоит обращаться с особой аккуратностью.       — Да, но... вроде как для омег это наоборот в плюс, — усмехнувшись, рыжеволосый вновь прильнул к чужой шее, слегка её покусывая. На коже теперь точно останутся следы от ногтей, но они не так болезненны, как то самое желание продолжить входить и начать двигаться. Если он это сделает, то точно порвёт Осаму, и тот наверняка не подпустит его к себе ближайшие пару лет. От этой мысли бросало в дрожь, а потому Накахара едва позволял себе шевелиться.       От этой фразы Дазаю внезапно прилил адреналин к мозгу, и он, отстранившись от мужа, с нахмуренным выражением лица посмотрел ему в глаза и на удивление чётко произнёс:       — А что, много ты омег переебал? — наверное, он бы продолжил это предложение огромной тирадой, но колени от напряжения мягко расползлись в стороны, и омега насадился на член глубже, болезненно шипя и чувствуя, как на глазах выступают слезы. Ощущение приятной заполненности мешалось с ощущением рвущихся мышц, но Дазай не мог выбрать одну сторону, просто продолжая сползать ниже.       — Даже если это так, с ними я особо не церемонился, как с тобой, — Чуя опустил руки с талии на ягодицы, любезно придерживая омегу, чтобы тот просто не насадился на него одним резким движением. — Да и это всё равно в прошлом, сейчас у меня в приоритете только ты, — возможно, ему сейчас влетит, мол он такой плохой муж, который не сдержался и не стал ждать потери девственности до двадцати пяти, но... как Осаму себе это вообще представляет? Чуя ведь пару месяцев назад даже не подозревал о его существовании, чтобы так долго хранить верность. Наверняка, если бы у него была такая возможность, он бы оставил все прелести первого секса на то, чтобы провести его с Дазаем.       Тот немного расслабился, чувствуя опору под собой, даже смог кивнуть головой, соглашаясь, и попытался съязвить:       — В-вау, я польщён, что ты не рвёшь меня... Спасибо, — как боль слегка приутихла омега опустился ещё ниже — и вот, наконец, встретился с небольшой выпуклостью. Он вопросительно изогнул бровь и потянулся рукой, нагло ощупывая чужой член на месте этого уплотнения. — А это что?       Этот омега и вправду выделяет в предложениях только то, что может его задеть? Накахара ведь не пытался его обидеть. Может, он не так выразился, имея ввиду, что просто старается вести себя как можно осторожнее с Дазаем. Не это ли супружеская солидарность? Хотя, смущало даже не это, а вопрос, который озвучил Дазай.       — Мх, ты не знаешь, что такое узел? — удивлённо вскинув брови Накахара убрал чужую руку от своего члена, возвращая её на плечо, и попробовал сам задать медленный темп. — Твой отец ведь был врачом, и он не стал заниматься твоим половым воспитанием?       Половое воспитание от Мори? Оно заключалось максимум в том, что омега знал строение своей матки, особенности течки и то, что без этой самой течки он не забеременеет — вот и все знания, какие Огай вложил сыну в голову. И немного теории про гон. Но половое строение альф оставалось для него тайной и секретом, а сам Дазай, не особо интересовавшийся порно и не имевший друзей-омег, впервые слышал про узел. Он бы попробовал сейчас что-то осмыслить, выстроить логическую цепочку, но...       — А зачем... Б-блять, здесь!... — когда Чуя сам начал двигаться, он проехался головкой по простате, от чего по телу Осаму словно прошёлся разряд, заставивший его резко застонать и двинуть бёдрами навстречу Накахаре.       Отлично, Дазай уже более-менее привык к нему, а значит, Чуя может ускорить темп, чего ему уже очень давно хотелось. Всё-таки он уже достаточно себя сдерживал, конечно, в итоге сорвался, когда Дазай сам его соблазнял, но вскоре смог перестать вести себя как животное и не сделал своему омеге больно, что являлось главным.       — Он нужен, мх... чтобы я мог повязать тебя, — неловко помогать омеге двигаться на нём, попутно рассказывая что нужно и для чего, но раз уж альфа теперь ответственен за него, то почему бы не посвятить того во все тонкости. Даже если ситуация не самая подходящая. — Если это сделать во время течки, то ты забеременеешь. Сейчас ничего страшного не произойдёт, не беспокойся.       Ладно. Понятно. Ну, частично понятно, а больше Дазаю сейчас и не нужно — в конце концов, у них не лекция по сексуальному воспитанию, а уже самая настоящая практика, так что про всё интересное послушает позже. Позже...       От его взгляда не ускользнула очевидная скованность Чуи — он осторожничал, старался двигаться не очень быстро, чтобы не повредить омегу. Странно, это ведь альфа в гоне... Дазай пару секунд подумал над плюсами и минусами одного из решений, а потом, решив, что хуже не станет. Сильно потянул Чую на себя, падая спиной на кровать и удерживая его на себе. Член внутри него от таких кувырков успел сильно надавить на простату, от чего Осаму опять застонал, но потом он смог заговорить:       — Ч-чиби, у тебя же гон... Давай, я готов... — не то чтобы это было правдой, но сдерживаться более не было сил.       Раз уж Дазай не против, даже наоборот, сам это предложил, то Чуя просто не мог ему отказывать, облегчённо выдохнув и понемногу начиная задавать темп быстрее.       То, как двигался омега на нём, не сильно помогало, но если уж это первый раз у Осаму, и он по крайней мере старается, то Чуя может его понять. Всё-таки не каждый день приходится ложиться в постель с альфой с гоном. Лишь бы Дазаю не было больно. С очередным грубым толчком Накахара принялся извиняющееся выцеловывать шею омеги, иногда замедляясь и позволяя ему если что остановить процесс. Он ведь остановит Чую, если тот ненароком сделает ему больно? Очень хотелось в это верить, но Дазай скорее походил на того, кто будет терпеть до последнего.       — М-мгх... Если тебе больно, сразу скажи!       Дазай не особо слушал его и даже не разбирал речь — как можно понять чьи-то слова, когда тебя буквально втрахивают в кровать? Тут будет не до вопросов. Осаму потерялся в ощущениях и только и мог что стонать, слепо хватаясь за плечи мужа и жмурясь от ощущений. Слишком много, слишком много всего, у него даже глаза закатывались. Омега ощущал каждый миллиметр члена своим телом, особенно хорошо и четко чувствовал набухающий узел, который становился всё больше и больше. Это немного пугало, но не настолько, чтобы отказаться от продолжения. Собственный пенис уже был красным и начинал ныть без прикосновений. Дазай на каждом выдохе и шлепке выстанывал комбинацию из имени Чуи и непонятных звуков, некоторые из которых собирались в словосочетания.       И вновь, не получив как такового внятного ответа, Накахара лишь обречённо выдохнул, продолжая двигаться. Омега уже явно на пределе, едва ли не задыхаясь от собственных стонов, а Чуя только и мог, что полностью отдаться ощущениям. Было даже странно допускать мысль о том, что после этой ночи Дазай останется с ним, а не нагло полезет в бумажник, чтобы забрать свою оплату и, мило помахав ручкой, удалится. Хотя, сейчас и не время думать о таком.       Осторожно проведя рукой по животу омеги, Чуя плавно спустился пальцами на его член, проводя по нему вдоль, чтобы уделить хоть какое-то внимание. Конечно, пока он двигался, его ласки были "слегка" смазанными, но уж точно не доставляли никакого дискомфорта.       Когда Чуя снизошел до его ласок, Дазай прогнулся в спине, чуть ли не позвоночником чувствуя член внутри себя, и громко застонал, не беспокоясь насчёт соседей. Он был близок. С каждым шлепком, с каждым движением Накахары он оказывался всё ближе и ближе к оргазму. Чувствовал, как в низу живота появляется это странное горение как начинает сводить мышцы и подгибать пальцы ног. Он еле как смог выдавить из себя:       — Я... почти..       Стоны омеги только подливали масла в огонь, заставляя ускориться и продолжать неистово втрахивать его в постель. Словно Чуя наконец перестал нежничать и снова сорвался, не контролируя грубость своих действий. Хотя, судя по чужой реакции, омега вроде как и не был против.       — М-м, я тоже... мх, — чуть замедлившись, Накахара смог закинуть ноги омеги себе на плечи для большего удобства, и, удерживая его за бёдра, вновь начал наращивать темп, чувствуя чужое напряжение.       От резкой смены положения член только сильнее начал ударять по простате, и Дазай буквально подавился постанываниями. Тело разом напряглось, мышцы сжались.       — Ч-чуя!... — он впервые кончил, называя чье-то имя.       От резкого ощущения узости Накахара чуть замедлился, приходя в себя когда омега вскрикнул. Вернее, этим вскриком являлись стоны, но они всё равно заставили насторожиться альфу, невольно чувствуя беспокойство за мужа. И всё же, хватило лишь несколько толчков, чтобы Чуя смог кончить следом, вгоняя узел в омегу. Приятное головокружение сменилось резкой усталостью, которая была успешно проигнорирована альфой. Он отпустил омегу, укладывая его на постели.       — Ну и как ты? — с лёгкой усмешкой поинтересовался Накахара, придвигаясь к Дазаю ближе и попутно накрывая его одеялом.       Тот не до конца понимал, что происходит, просто позволяя Чуе передвигать его куда захочется. Узел казался огромным камнем, который распирал его во все стороны, но пульсация во всём теле от оргазма приглушала предполагаемую боль. Омега посмотрел на мужа и, протянув руку вперёд, с лёгкой улыбкой погладил его по щеке.       — Ты просто монстр. Я свой таз не чувствую.       Чуя охотно поддался ласкам, продолжая глупо ухмыляться. Пожалуй, впервые за очень долгое время он испытывал непонятно-смешанные чувства к омеге, с которым провёл ночь. И это было практически в новинку для него. Может, всему виной была собственная метка на шее этого мальчишки, а может, просто никчёмная привязанность за время их замужества. Но факт, что Дазай останется с ним, почему-то сильно радовал.       — Прекрасно пахнешь, — альфа вновь приблизился к шее омеги, оставляя короткий поцелуй на метке и вдыхая полной грудью этот аромат подавленного терпкостью вина глинтвейна. В меру сладкий и так же в меру обжигающе-горький.       — М-м, благодарю, — Дазай слегка игриво улыбнулся и закинул ногу на бедро мужу — ну, как позволяло ощущение узла в себе. К слову об узле... Осаму немного напряг мышцы и вновь ощутил каждый сантиметр Чуи, от чего по телу прошлась мелкая дрожь. Омега повел плечами и запустил пальцы в волосы Накахары, совершенно обыденно играясь с ними, будто бы они только что не трахались, скрипя кроватью. — Чиби, а как я завтра на физкультуре заниматься буду? Тренер меня заживо проглотит и не подавится.       — Можешь не идти, — Чуя притянул омегу к себе как можно ближе, обнимая за талию и слегка поглаживая его, опускаясь до таза и обратно. Сцепка, конечно, не особо позволяла им двигаться, но что было в их возможностях, то они и использовали, продолжая вяло ласкать друг друга. — Я буду только за, если завтра ты побудешь весь день со мной. К тому же, теперь в твою сторону никто и пискнуть не посмеет, — ухмылка Чуи словно стала настороженной, и даже напоминала озлобленность, которая тут же сошла на нет, когда омега в очередной раз прошёлся пальцами по его волосам. — Я никому этого не позволю, обещаю.       — Ну-ну. После того, как сегодня все увидели твою злую гримасу, они и подойти ко мне не рискнут. Но мы договорились с Хигучи вместе сделать лабораторную по химии... А вот её ты уже не напугаешь. Пойти придётся, м-м... — Дазай немного потянулся и повернул голову так, что уткнулся в шею альфе. Теперь пришла его очередь кусать и целовать там, где пятна не сможет скрыть чокер. Чуя тоже пах приятно, даже захотелось немного выпить вина. Иронично, что они оба пахнут алкоголем. Прямо-таки соулмейты.       — С этой чокнутой? Конечно, ничего против не имею, можешь общаться с кем хочешь, но я бы на твоём месте обходил её стороной, — тихо бурчал альфа, будто бы действительно беспокоился за то, что уже не прошёл фейсконтроль от лучшей подруги своего мужа. Навряд ли у них заладятся отношения после того, как Чуя приказал запереть её в подвале мафии. — Ладно, если вам разрешают делать эти лабораторные на дому, можешь позвать свою подружку к нам. Допустим, я буду не против.       — Да ладно тебе, Чиби. Она просто за меня беспокоится, — Дазай мягко чмокнул мужа в щёку и устало прикрыл глаза — секс отнял больше сил, чем у него имелось. Осаму слегка поелозил, пытаясь найти угол поудобнее, что получалось не очень-то легко, учитывая нахождение в нем чужого члена. А это... Пожалуй, он спросит. — Чуя, а, эм... Когда вытаскивать надо?...       — Как природа-мать решит, — усмехнулся Накахара, чуть ёрзая на месте, так же подбирая удобную позу. Да уж, засыпать в подобном положении было мягко говоря неудобно, но выбирать не приходилось, чтобы не доставлять омеге вреда. — Когда узел уменьшится, чтобы его можно было безболезненно вытащить, — более понятливо решил пояснить альфа, прикрыв глаза, прижимая омегу вплотную к себе, чтобы тот далеко не отползал.       — М-м... Понятно... — протянул он истинно по-японски, закрывая глаза и с небольшим дискомфортом начиная засыпать. Тело слегка ныло, инородное тело внутри мешалось, но спать хотелось сильнее. Запах вина окутывал, успокаивал, создавал ощущение защиты. Но что-то... — Так... Стоп... В смысле природа-мать решит?!