Пристегните ремни, следующая станция-Китай.

Ян Гуй приехал лишь к вечеру. Его вид оставлял желать лучшего. Ю отметил про себя покрасневшие прожилки в глазах режиссёра, его выхоленные некогда скулы были небрежно выбриты. Длинные волосы, собранные в хвост, слегка серебрились на висках. Можно было подумать, что мэтр не спал несколько ночей к ряду. Неужели из-за него, Сяо? — Ты готов, мой мальчик? — вопросил Ян Гуй, игнорируя все потуги Клинча поздороваться. — Вот к чему эти бессмысленные перестановки слагаемых? — расстроенно заметил Ю, — Как будто там я буду в большей безопасности, чем здесь… Кто-то открыл на меня охоту? — Мне не нравится эта мышиная возня рядом с тобой, — Ян Гуй обнял Сяо и поцеловал его в упругую щёку, — Что бы там ни было — я должен защитить тебя. Пока мои люди занимаются расследованием, я хочу, чтобы ты был в безопасности. Я прошу чего-то невыполнимого? — Если Рой вернётся, он меня не найдёт. А если ему нужна будет срочная помощь? — Я ничего не хочу слышать, — Ян Гуй повернулся наконец к Клинчу, — Помоги ему собраться! — приказал он, — Мы выдвигаемся через пять минут. На самом деле «выдвинулись» они только через полчаса. Сяо долгое время пытался объяснить, что ничего в этом опасного нет — оставаться в своём собственном доме, но режиссёр был неумолим. В конце-концов, Ю плюнул и пошёл собирать необходимые вещи. В любом случае — он был на связи. Если Рой захочет сообщить о себе — найдёт выход. Клинч всё больше молчал, лишь посматривал на шефа очень серьёзными глазами и старался не попадаться в зону прямого взгляда. От греха подальше. Забравшись в машину, Ян Гуй немного успокоился и выдохнул. Было заметно, как он нервничает. Клинч уселся на заднее сиденье, прижимая к себе ручную кладь взятых Сяо вещей. Огромный чемодан, кроме того, заполнял весь багажник. У Сяо Ю появилось чувство, что он уезжает из своего дома далеко и надолго. Чтобы избежать дальнейших ущербных мыслей, он заговорил с режиссёром: — Мне кажется, твои люди некомпетентны в расследовании… Прошло столько времени, а воз и ныне там… Даже мне удалось продвинуться гораздо дальше… со своими куриными мозгами… — Этот человек, которого ты нам подкинул… русский… оказался мелкой сошкой. Он и правда ничего не знает… Так, пустышка… А зацепок больше нет. Бо и Е Инь словно бы растворились в воздухе: вот камеры засняли их, спешащими куда-то и через несколько минут — дорога была пуста. — Можешь засунуть эти подставные камеры куда подальше! — обозлился Сяо, — Лично моё мнение, что кто-то весьма влиятельный перекрыл нам все входы-выходы. Вопрос — кто? Может, это был именно ты? — Сяо кинул долгий взгляд на режиссёра. Ян Гуй хмыкнул. Он старался вести машину спокойно, но внутри всё было напряжено до предела. — Я понимаю тебя, мой мальчик, — покивал он, — Я бы сам на твоём месте подозревал кого угодно. — Вот скажи мне, чем ты был так занят, что приехал спасать меня лишь к вечеру? У тебя были такие неотложные дела? — ехидно улыбнулся Сяо. Клинч помалкивал, чтобы разговор, каким-то волшебным образом, не перекинулся на него. — Я подготавливал для тебя место локации, — вздохнув, обронил Ян Гуй, — Сам же понимаешь, что везти тебя и ко мне — опасно. — Ясно! — ухмыльнулся Сяо, — А сказать мне это сразу было нельзя, да? Потому что невидимые враги прослушивают твой телефон! Почему я должен тебе верить, любимый? Ян Гуй откашлялся и обернулся на Клинча. Тот сделал вид, что его ничего не касается. — Мне очень не хочется об этом говорить… — тянул резину режиссёр, — Но полиция нашла твой мотоцикл… — Что? — вскричал Сяо, — Когда это? Я только сегодня штудировал все новости! Ничего такого не было. Ты что, меня за идиота принимаешь? — От меня ведь мало что зависит, — покивал головой Ян Гуй, следя за дорогой, — Я только констатирую, что произошло… — А что «произошло»? — разнервничался Сяо, — Нашли мой мотоцикл и не сообщили мне об этом? Серьёзно? Да полиция сразу бы примчалась ко мне, потому что зарегистрирован он именно на меня! — Полиция уже в пути… — каким-то странным голосом сообщил Ян Гуй, — Именно поэтому мы скрываемся, мой мальчик. — Если ты мне сейчас же не объяснишь, в чём дело, я позвоню в службу спасения… — проговорил Сяо. Клинч на заднем сидении громко чертыхнулся и снова замолк. *** — Ты была очень непослушной, Кики, — Хуанди отвернулся от девочки и накрутил на палец локон тёмных волос, — Ты покинула дом в такой ливень… — Это не моя вина, Хуанди! — воскликнула Кики, стаскивая с себя мокрый плащ. Её только что привели охранники и оставили в этой уютной комнате. Девочка подбежала к хозяину дома и упала на колени, обняла его за ногу, — Кай сказал, что ты ждёшь меня! Он — обманщик! — А почему ты слушаешь других людей? — хмыкнул Хуанди, — Разве между нами нужны посредники? — Прости меня! — заплакала Кики, — Я заслужила наказания… Ведь я — дрянная девчонка! Отправь меня, пожалуйста, в карцер! Хуанди отцепил от себя девочку и уселся в кресло. — Подойди сюда, Кики, — позвал он. Девочка сразу вскочила и уселась возле его ног. Она не вытирала слёзы, а лишь смаргивала их, зажмуривая глаза. Ресницы мешали ей смотреть и торчали острыми стрелками в разные стороны. Хуанди мягко улыбнулся, наблюдая за ребёнком, — Ты умрёшь от простуды, если сейчас же не примешь тёплую ванну. — Я очень устала, — вздохнула девочка, — Но мне не хочется сейчас идти к себе… Глупые дурочки проснутся и будут кудахтать как курицы… — Можешь остаться здесь, — нежным голосом сообщил Хуанди и на спину Кики обрушились мурашки. Перед глазами вдруг всплыло бледное лицо Кая. — Я бы выпила сейчас горячего чаю, — попросила девочка, — Можно мне позвать Базеля? — Никто в доме больше не поминает это имя, — сдвинул брови к переносице Хуанди, — Ты забылась? Кики перевела дыхание. Внутри неё что-то сладко сжалось, а потом раскрутилось острой пружинкой и ударило в грудь. Как она могла забыть, что Базель умер? Бедный хромой старик… И виновата в этом Мария… Дерзкая, злая девчонка! По которой давно плачет карцер… — Я так вымотана, что не соображаю, что говорю, — снова заплакала девочка, — Прости меня, Хуанди! Я просто пойду к себе, ладно? Я сейчас неспособна о чём-нибудь думать… — Конечно, малышка, — улыбнулся мужчина, — Каждый должен отвечать за свои поступки… Но не сегодня. Я понимаю, как ты устала. Идём, я покажу тебе место, где ты сможешь отдохнуть. Там тебя не будут мучить дурацкими вопросами. Ты сможешь принять ванну и выпить чашечку чая. Я сам приготовлю… Кики доверчиво подала маленькую ладошку и почувствовала как тугие, твёрдые пальцы сжимают её запястье. Рука занемела, но она стерпела боль. Радость была сильнее. — Раздевайся и полезай в воду, — сказал Хуанди, когда они подошли к небольшому бассейну, — Я принесу тебе чай. — Как здесь хорошо, — улыбнулась Кики, осматриваясь: блики от воды играли со светом в какие-то немыслимые пятнашки и от этого кафельная плитка, что заполняла стены и потолок, казалась блестящей, как рыбья чешуя. Огромное пространство потолка было усеяно точечными фонариками. Они напоминали звёзды на ночном небе. Сияние света не слепило глаза, оно было мягким, сказочным… Вода в бассейне мерцала глубинными фонариками и казалось, что девочка очутилась между двумя волшебными мирами: небом и водой. Синие, зелёные, жёлтые фонарики подмигивали ей своими глазками, а живая гладь воды манила своей глубиной. Кики спокойно стянула с себя одежду, стесняясь только своих ужасно детских панталон. Она, дрожа всем телом, спустилась по закруглённому выступу из ступеней, ощущая как течение ласково обволакивает её кожу. Вода была такой тёплой, что захотелось закрыть глаза и погрузиться в эту чарующую атмосферу с головой. Она чувствовала лёгкую усталость и старалась прогнать сон. Только не сейчас, когда сам Хуанди готовит для неё прекраснейшее свидание! Железный босс выставил на поднос приборы для китайского чаепития и улыбнулся своим мыслям. Если и есть в этой жизни что-то, требующее к себе пристального внимания, то это только ты сам. И ничего кроме. В дверь вдруг глухо постучали и Хуанди обернулся. Он запретил своим слугам беспокоить его в столь поздний час. Но кто-то совершенно не церемонится с его требованиями? Это был Мариэль. Он учтиво склонил седую голову, как только Хуанди нервно распахнул створки двери. — Ты должен придумать неопровержимую причину, чтобы я не содрал с тебя живого шкуру… — приглушённо сообщил хозяин дома, — Говори! Мариэль ещё раз поклонился и только потом поднял глаза на уровень верхней пуговки шёлковой рубахи Железного босса. — Кай… Он потерял сознание… Охранники убили его тигра. Якобы он напал на них… — дрожащим голосом сообщил дворецкий. — Где он сейчас? — свистящим шёпотом вопросил Хуанди, — Кай, а не Цезарь… — По вашему приказу Кая закрыли в камере с Антоном… Но он не приходит в себя! Умоляю, мой господин, пришлите врача! Неужели, вам будет всё равно, если мальчик умрёт? — Уж не собираешься ли ты и думать за меня? — раздвинул губы в ярчайшей улыбке Хуанди, — И страх не наступает тебе сейчас на пятки? — Прошу вас, — взмолился мажордом, и заглянул прямо в глаза, — Этот мальчик стоит всех ваших игрушек! — Не тебе решать, — оборвал его Хуанди. Захлопнул дверь. Подошёл к подносу, задумчиво разглядывая тонкую фарфоровую пару чашек. Накрутил прядь волос на палец. А потом снова открыл дверь и торопливо принялся спускаться по мраморным ступеням, ощущая нарастающий шум в ушах, который эхом отражался от его поспешных шагов. Кики подождала Хуанди ещё немного, наслаждаясь обволакивающим теплом, но хозяин дома всё не шёл и не шёл. Задремав, Кики хлебнула воды и закашлявшись, решила, что оставаться здесь одной просто опасно. Тогда она медленно поднялась по скользким ступеням и оглядела помещение. Совсем рядом стояло просторное кресло с накинутым на подлокотник покрывалом. Кики завернулась в это покрывало и, устроившись в удобном ложе, закрыла глаза. *** Ян Гуй не хотел ничего объяснять, пока они не приедут и впервые в жизни твёрдо стоял на своём. Сяо очень сильно переживал, но всё же решил заручиться терпением и промолчал весь дальнейший путь. Клинч вообще делал вид, что приучен ко всем жизненным тяготам. А что ему оставалось? Его и спрашивать-то никто не собирался, что он чувствует сию секунду. Да если бы даже и спросили, он бы не смог ответить. Мысли были заняты просчётами в голове всех возможных комбинаций и ситуаций. Он готов был голову положить, лишь бы этот красивый актёр перестал терзаться. По обочинам дороги тянулись унылые деревья, переходящие в непроходимые заросли, а режиссёр всё вёз их в какое-то богом забытое место. Когда Сяо пришло в голову, что они застрянут в этих лесах навечно, автомобиль вдруг вильнул куда-то в сторону и покатился по изъеденным корнями тропам. Домик так неожиданно вынырнул справа от дороги, что Сяо хмыкнул. Ян Гуй припарковался на большой поляне и торопливо вышел из машины. — Надеюсь, сюда никто не сунется, — сообщил он, — У меня было мало времени и я смог раздобыть только это! — режиссёр театрально развёл руки в стороны. — А ключи? — нетерпеливо спросил Клинч, вытаскивая огромный чемодан из багажника, — Отнесу это всё и сварганю обед. Здесь хотя бы плита есть? — обратился он к своему боссу. — Должна быть, — Ян Гуй кинул ключи Клинчу и тот ловко подхватил их, — Только вот вода в колодце. Справишься? Клинч молча кивнул и потянулся к дому, стараясь не смотреть на потерянного Сяо. Тот только что вышел из машины и удручённо разглядывал домик в глубине двора. Какая-то серость осеннего дня. Несмотря на лето… — Ты ничего не хочешь мне пояснить? — уже более сдержанно осведомился он у Ян Гуя, — Почему полиция так срочно хочет со мной связаться? — Кстати, не гневайся, что я выбросил твой телефон, — ухмыльнулся горестно режиссёр, — Позже привезу тебе новый. Возможно даже завтра утром. — Если ты не начнёшь объяснения, я просто ударю тебя! — не выдержал Сяо, — И мне плевать, что ты этого не заслужил… Ян Гуй прочистил горло и пошёл неторопливо к лесной опушке. Ю поспешил за ним. — Я не смог сразу приехать не потому что забыл про тебя, мой мальчик, — вздохнув, сообщил режиссёр, — А потому что наоборот, думал только о тебе… Сегодня мой человек, работающий в полиции, сообщил мне, что нашли два обгоревших трупа, а возле них твой байк…недалеко от места происшествия была найдена пустая канистра из-под бензина… — Что? — заорал Сяо, — Роя и Табаки нашли? — Вот видишь, я знал, что будет такая реакция! — Ян Гуй остановился и посмотрел на Сяо, — Дело даже не в них… — Почему мне сразу не сообщили? — продолжал орать Ю, — Это были они? Они? — Сяо схватил за грудки режиссёра и свирепо его встряхнул. — Дело не в этом, — прошептал через силу Ян Гуй, — Дело в том, что на канистре были найдены чьи-то отпечатки пальцев! Полиция думает, что это ты избавился от трупов. Типа вы чего-то не поделили, а потом ты их убил и пытался замести следы… В полиции хотели снять с тебя показания и взять отпечатки пальцев. — О чём ты? — снова заорал Сяо, — Я убил Роя? И Табаки, да? Что ты несёшь-то?! — Успокойся, мой мальчик. Мы даже ещё не знаем, они это или нет. Анализ медицинской экспертизы будет готов лишь завтра. Если бы я хотел тебя подставить, разве бы выбрал столь трудный путь? — Где нашли мотоцикл? — Сяо немного пришёл в себя и принялся задавать вопросы. Не может быть, чтобы эти трупы были его друзьями! В голове не укладывается! — Недалеко от Пещеры Дракона, там, дальше по дороге, есть лог… Сначала нашли байк и только потом наткнулись на двоих…гм…мёртвых людей… — Не может такого быть… — шёпотом сказал Сяо, — Рой жив! И Е Инь тоже… — Вот почему я верю тебе, мой мальчик, — обнял его Ян Гуй, — Потому что ты не заострил внимания на том, что на какой-то там канистре нашли отпечатки пальцев… Это для тебя не важно. Сразу понятно, что ты невиновен. Но ведь полиция будет искать тебя. Они столько нервов тебе попортят, что лучше обождать, пока мои люди разберутся во всём этом… — Какая чушь! — воскликнул Сяо и повернул в сторону дома. Необходимо было прямо сейчас разобраться с полицией. Зачем скрываться, если ты невиновен? Есть причина? — Клинч! — заорал Ю, оглядывая бревенчатый дом. Охранник выскочил так быстро, будто по пятам за ним гналась свинцовая пуля, он подбежал к Сяо и закрыл его своим торсом от Ян Гуя. Других «врагов» он не видел. — Мы немедленно едем в полицию, — сообщил ему Сяо, — И ты тоже! — посмотрел он на режиссёра. — Я не против, — вздохнул Ян Гуй, — Только что ты им скажешь, если твои отпечатки и пальчики на той злополучной канистре совпадут? У тебя уже есть план? — Вполне может быть, — произнёс Клинч, всё ещё прикрывая Сяо от невидимых врагов, — Лично мне кажется, что кто-то сильный и ловкий пытается вас подставить… *** Антон уже переоделся в шмотки, которые оставил охранник, но всё равно было холодно. Он слышал, как где-то гремел гром и свет в его каморке исполнял замысловатую «азбуку Морзе». Спать совершенно не хотелось и он просто сидел в уголке своей «койки», завернувшись в облезлое одеяло. Видимо, пленников ничего хорошего не ждало в этом доме. Рана почти не болела, но его всё ещё била внутренняя дрожь. Организм уже должен привыкнуть к стрессу, но ан, нет — рвётся и трепещет! Чтоб его… В коридоре послышались шаги и заскрежетал ключ в железных дверях. Антону захотелось превратиться в невидимку и исчезнуть навсегда. Только бы не встречаться больше с Хуанди. Но в камеру охранники внесли человека и бросили у порога. Дверь тут же закрылась. Антон сразу узнал Кая, но лицо парнишки было бледным даже при столь неярком свете. Что здесь делать выкормышу Железного босса? Бывший полицейский нагнулся над Каем. Парень ещё дышал, но его пульс был таким слабым и нитевидным, что мужчина испуганно выпрямился. Подхватил бесчувственное тело и закутал в одеяло, осторожно уложил на единственный топчан. Месть Хуанди не знает границ. Вот и до этого мальчишки дотянулись стальные лапы. Если в одном месте дёргать за паутину — в другом это движение отдаётся громким набатом. Антон заметался по камере, не взирая на всепожирающую боль в бедре. Забарабанил кулаками в дверь: — Эй, если он отдаст концы, кто будет виноват?! Кто будет виноват?.. Как будто это столь важно, что можно забыть про всё на свете… Разве Антон таков? Не будет он рыдать над бесчувственным телом своего бывшего врага. Но почему? Почему так сильно сжимается сердце, словно его затянули безжалостными тисками? — Хуанди! — заголосил Антон, пытаясь сигналить невидимым камерам, — Ему нужен врач! Кому — ему? Почему так сложно произнести такое лёгкое имя — Кай? — Эй, ты, Железный босс… — почти беззвучно проговорил Антон, — Ещё минута и ты потеряешь его навсегда. Ты же не умеешь воскрешать… Кай не двигался и кажется, уже не дышал. Антон знал, как нужно делать искусственное дыхание. Проходили ещё в первый год службы в полиции. Сердце ещё билось, но удары становились такими слабыми, что холодели пальцы. Потом… Он будет жалеть себя потом… Когда будет больше свободного времени… Одно дыхание на двоих… Прямо изо рта в рот… А потом несколько чётких толчков ладонями на основание грудной клетки… Сколько нужно повторять одних и тех же манипуляций, чтобы человек ожил? Антон на миг приостановился, тяжело дыша. Но сердце Кая работало, оно продолжало биться в том же ритме, что его сбивчивое дыхание. Антон смотрел, как лицо парня постепенно приобретает розоватый оттенок. Это маленький внутренний моторчик начал перекачивать красную жидкость с одного места на другое, питая лимфоузлы. Временное затишье наступило и теперь можно упасть и полежать рядом несколько минут… Но в замке снова завозился ключ и металлическая дверь распахнулась. Антон лишь каким-то десятым чувством уловил быстрое движение рядом с собой. Он слишком устал, чтобы реагировать на это. Хуанди постоял над ними, оценивая обстановку, а потом забрал Кая на руки и понёс из камеры. Бывший полицейский выдохнул воздух и прикрыл глаза. Очень сильно хотелось спать…