А память рисует нас рядом

Джон и Шерлок одновременно ворвались в комнату, едва не столкнувшись в проёме. Секунд двадцать назад оба подскочили в своих комнатах от громкого вскрика из спальни Розы. И теперь наблюдали интереснейшую картину: девочка сидела на кровати, вжавшись в стену, через открытое настежь окно в комнату врывался тёплый июльский ветер, а у самой дальней от кровати стены лежал странный дымящийся комок перьев. - Ч-что случилось? – наконец выдал Шерлок, пришедший в себя раньше друга. – Роза, а это… - мужчина неопределённо махнул рукой, указывая то ли на окно, то ли на развевающиеся занавески, то ли на перья. – что? Девочка то ли вздохнула, то ли всхлипнула, и воскликнула, подрываясь с кровати и пулей прячась за спину отца: - О-оно ж-живое! Оно влетело через окно, и что-то в меня кинуло, а я испугалась, и оно загорелось, я испугалась ещё больше, и оно отлетело к той стене и упало, а ещё… ещё… - Роза сделала пару вздохов, успокаиваясь, и продолжила уже более спокойно, заговорщически понизив голос. – Э-это птица! Джон вздохнул, отрешённо гладя дочь по голове. Если это птица, то причина такого испуга была вполне понятна – Роза до жути боялась птиц. Это началось, когда девочке было лет шесть. В это же время с Розой происходили пугающе стремительные изменения: за пару недель волосы из светло-русых стали блондинистыми и начали виться, а серо-голубые глаза посветлели до почти что прозрачного серебряного. Таким образом, за столь короткое время девочка, до этого бывшая почти точной копией отца, гораздо больше стала походить на Мэри. Тогда-то и появилась ничем не объяснимая фобия всех пернатых. И если на этот страх медицина говорила о перестройке сознания и переходном возрасте, то насчёт внешности все врачи разводили руками – никаких отклонений выявлено не было. Разумеется, как медик, Джон и сам понимал, что иногда с возрастом цвет волос или глаз меняется, но как правило, это происходит в обратном направлении – волосы темнеют, увеличивается количество пигмента в глазах. Но только никаких болезней, которые могли бы спровоцировать потерю пигмента у Розы не нашлось – в итоге всё списали на игры генетики и переходный возраст. Только теперь оставался один вопрос – что делать с дымящимся по непонятным причинам комком перьев в дальнем углу? - Па-ап, - выдернула Джона из размышлений Роза, протягивая ему что-то, отдалённо напоминающее конверт с письмом. – Оно кинуло в меня этим. Что это? Через секунду остатки наполовину сгоревшего конверта уже оказались в ловких пальцах Шерлока. Деловито рассмотрев бумагу, великий детектив заключил, что это письмо. Немного подгоревшее. О чём он не преминул радостно сообщить крестнице. Скептицизму на лице Розы можно было ставить памятник. - Спасибо. Это я и сама поняла. Как это прочи… - Девочка замерла на полуслове и обернулась в сторону птицы, которая дёрнулась и что-то прохрипела. – М-мы можем убрать его? - Конечно, - заверил её Джон, и, выдернув из руки Шерлока конверт, торжественно вручил его дочери. – Иди, посиди на кухне, хорошо? Сейчас мы разберёмся… - дождавшись, когда Роза скроется за углом, он прошептал, поворачиваясь к другу. – И что нам делать-то теперь? Почему оно вообще дымится? - Взрывчатка? – заинтересованным шёпотом предположил Шерлок. – От недоброжелателей. - Какие у Розы могут быть недоброжелатели? - Ну, ты же разрешил мне водить её на расследования, мало ли… - Ты что, хочешь сказать, что умудрился нажить ей врагов?! Шерлок обиженно скрестил руки на груди. Поняв, что обсуждать эту тему бессмысленно, Джон снова вздохнул и принял решение перейти к делам насущным: - И как мы будем убирать это? - Ты про комок дымящихся перьев? Веником, наверное. - Хорош прикидываться, ты и сам видел, что оно живое! - Можем позвонить в службу охраны животных. Это ведь сова? - Сова? - Ну да, сова. - И что горящая сова делает в комнате моей дочери? И почему она кидается в неё сгоревшими письмами? - Мне-то откуда знать? Можем подойти и спросить. От скорой расправы Шерлока спасла Роза, снова появившаяся в поле зрения мужчин. Выглядела она несколько озадаченной: - Там пришла какая-то… очень странная женщина. Она несёт всякую ерунду, но знает моё имя, я попросила её подождать. Что делать? Переглянувшись, мужчины отправились за девочкой к входной двери. Им был известен талант Розы выпроваживать любого гостя, кажущегося подозрительным, странным, или просто пришедшего слишком рано утром, так что их напряг тот факт, что в этот раз у неё не получилось. Кажется, эта женщина действительно очень настойчива. - Доброе утро, меня зовут Минерва МакГонагалл. Найдётся ли у вас минутка, чтобы кое-что обсудить? – начала профессор знакомство своей дежурной фразой. В дверях стояли двое мужчин, пристально разглядывавших странную гостью. Шерлок уже откровенно задумывался о том, чтобы по-быстрому вызвать бригаду из психушки, а Джон раздумывал над тем, откуда эта жуткая женщина раздобыла имя его дочери. В итоге, всё действие свелось к тому, что Джон, которому порядком надоел Шерлок, шепчущий ему всякую ерунду, плюнул на всё и пригласил женщину войти: - И вам доброе… утро. Джон Уотсон. Заходите, - сделав приглашающий жест рукой и отпихнув обиженного Холмса, он прошёл на кухню, где сидела Роза, разглядывающая сгоревшие бумажки (впрочем, только снаружи – даже у неё не хватило смелости начать разворачивать конверт). – Извините, вы рано, - бросил он через плечо, извиняясь то ли за растрёпанный вид, то ли за пижамы, то ли за сквозняк, возникший в квартире из-за окна в комнате Розы, про которое все благополучно забыли. - Да-да, прошу за это прощения, - спохватилась МакГонагалл. – Посещение вашей дочери стояло у меня в начале списка дел на сегодня, так что я хотела бы сразу перейти к делу. - Разумеется, - растерянно протянул Джон, жестом указывая гостье на свободный стул. - Это письмо?! Вам пришло письмо?! – вдруг воскликнула женщина, изумлённо вытаращившись на обугленный конверт. – Но почему, она же… - продолжила она уже гораздо тише, глядя на Розу, инстинктивно вжавшуюся в спинку стула. - Она что? – вклинился Шерлок, которому весь этот балаган уже начинал надоедать. – Вы, кажется, хотели перейти сразу к делу, так ведь? Но Минерва, казалось, его даже не услышала. - Можно взглянуть? – неуверенно протянула она, обращаясь к Розе, перед которой лежал конверт. Та, казалось, даже рада была наконец избавиться от странной вещицы и толкнула её по столу к гостье. Ловко перехватив его, Минерва покрутила письмо и всё так же неуверенно забормотала под нос. – Наверное, это ошибка… но как же… Тут терпение у Шерлока кончилось терпение. - Извините, дамочка, - протянул он своим самым противным вежливым тоном. – Если Вы пришли к нам в такую рань… н-нюю пору, то не могли бы Вы начать излагать причину своего присутствия в моём доме? - Ну, дом это не твой, квартира наша пополам, но я бы тоже хотел узнать, - присоединился Джон, зыркнув на Холмса, на что тот невозмутимо пожал плечами: - Как знать. Мы на кухне, а физически квартиру никогда не делили… - Шерлок. - …так что вполне возможно, что сейчас мы находимся… - Шерлок! - …как раз в моей половине квартиры, и я в ней полноправный хозяин, так что могу распоряжаться… - Шерлок, хватит уже, я понял! Сегодня вечером разделим квартиру, разметим половины скотчем, если тебе так этого хочется, но давай мы послушаем миссис… э-э… МакГонагалл, да? Замолчи ты уже! Несколько секунд мужчины молча сверлили друг друга взглядами. Ситуацию разрядила Роза, которая громким притворным шёпотом, наклонившись к Минерве, доверительно сообщила, что они так постоянно, и надо просто подождать немного. После этого гостье наконец дали слово. Прокашлявшись, женщина начала заученную речь, которая, впрочем, каждый раз вызывала в ней бурю эмоций: - Хочу вам сообщить, что Розамунд Мэри Уотсон зачислена в Школу Чародейства и Волшебства Хогвартс. Не знаю, слышали ли Вы о ней… Минерва замолчала, скорее из-за неожиданно вспышки эпидемии у Шерлока и Розы, которые безуспешно пытались замаскировать смех, чем ради ответа. Под строгим взглядом отца, Роза стушевалась, но всё же пробормотала: - Получается, аббревиатура у этой школы ШЧВХ… почти как чеканщик верхушек хлопчатника… или шкаф вытяжной химический, как в институте… Шерлок прыснул, попытавшись выдать это за полувздох-полувсхлип: - Или аэропорт Вау… прямо один в один*… - Так, оба! – воскликнул Джон, извиняющимся взглядом окинув МакГонагалл. – Простите. Вы хотели знать, слышал ли я об этой школе? Нет. Спасибо. Продолжайте. Вы, кажется, что-то сказали о волшебстве? Минерва вздохнула. По крайней мере, эти люди не выгнали её с порога. У девочки присутствует чувство юмора, хотя осведомлённость в сельскохозяйственной промышленности несколько пугала. Ну, кому как. Она уже собралась продолжить, как вдруг её перебил Шерлок, уже успокоившийся после неожиданного осознания всей ироничности аббревиатуры школы: - Простите, вы связаны с этим… ну… тем, что когда-то было письмом. Получается, вы знаете, что нам делать со сгоревшей совой? На несколько секунд воцарилась тишина. Ситуацию взяла в свои руки Роза: - Пойдёмте, я вам покажу. Крёстный прав, вы нам про школу и всякое там волшебство потом расскажете, а у меня сейчас вся комната гарью пропахнет. Возвращаясь на кухню, Минерва во все глаза разглядывала девочку. В магическом плане она светилась аки солнышко, что невообразимая редкость для ребёнка её возраста, ни разу не державшего в руках палочку. К тому же, невербальный поджог (несчастную сову подлечили и отправили обратно в школьную совятню), даже в состоянии испуга, требует стихийного выброса невероятной силы, а это дитя весело бегает, хотя должно сейчас как минимум вяло сидеть на одном месте, а то и вообще спать. Правда, все эти недоразумения объяснялись достаточно просто, стоило только взглянуть на девочку обычным зрением. - Точная копия Мэри… - пробормотала Минерва, тут же удостоившись подозрительного взгляда Джона, снова садясь на стул. На её счастье, ни Шерлок, ни Роза её не услышали, занятые тихим обсуждением чего-то в своём углу стола. - Итак… - неуверенно начал Джон. – Вы, кажется, собирались нам что-то рассказать. - О, да, - спохватилась МакГонагалл. И неожиданно застыла как громом поражённая. Если они не знают ничего о магии, что, в принципе, логично, учитывая неопределённость детства матери, то… Разве нормальна такая реакция одиннадцатилетнего ребёнка на то, что только что перед ней она исцелила сову?! Женщина в панике повернулась к девочке и уже собиралась поинтересоваться её самочувствием, но Роза её опередила: - Пап, - обратилась она к Джону. – Можешь отменять вызов. Джон нахмурился, доставая телефон из кармана пижамных штанов. - И почему же, интересно знать, я узнаю об этом последним? – пробурчал он, набирая что-то на экране смартфона. – Крёстному ты, значит, сразу сообщаешь, а мне только после того, как вы двое уже всё обсудили? - Ну не расстраивайся, - примирительно проговорила Роза, мастерски строя виноватое выражение лица. – Ты же сразу говорить начал. - Ладно, проехали, - сказал мужчина, убирая телефон обратно в карман. – Простите, миссис… да как же… МакГонагалл, - обратился он к женщине, недоумённо следившей за этим разговором. – Признаюсь, мы вам не сразу поверили. Думаю, вы сможете войти в наше положение и понять, почему первое, что пришло нам в голову – вызвать психологическую бригаду. Поскольку я работаю в больнице, мои коллеги приняли моё сообщение, а не вызов, и уже выехали. Знаете, у меня неплохая репутация, так что хуже мне не будет, но ещё раз извините, что сразу не поверили вам. Не беспокойтесь, я уже отменил вызов, так что нам никто не помешает. Продолжим? – закончил свою речь Джон, ослепительно улыбнувшись. - К-как… когда же вы… - только и смогла произнести Минерва, пытаясь осмыслить всё сказанное. - Мне пришло в голову, что неплохо было бы вас проверить, а поскольку мы уже выяснили, что комок горелых перьев у меня в комнате – это сова, - принялась объяснять Роза. – а вы уже показали, что как-то связаны с письмом, то было бы неплохо, если бы вы показали ту самую «магию» на деле. А как и когда мы это всё обсудили, - девочка развела руками. – Простите, но всех своих секретов мы не раскрываем. - Ловкость рук и никакого мошенничества! – закончил Шерлок. - И никакой магии! – вторила ему крестница. - И волшебства! - И чародейства! - И колдовства! - И вештерството**! - Чего? - Слова на английском кончились. Это македонский. - А-а… - Прекратите. Этот. Балаган, - прервал их Джон. – Извините, - пробормотал он, снова поворачиваясь к Минерве. – Продолжайте, что бы вы ни хотели сказать, прошу. - А… да. Конечно, - женщине потребовалось несколько секунд, чтобы осмыслить услышанное. – По-видимому, ваша покойная супруга не рассказывала вам о своём происхождении?.. Минерва, разумеется, ожидала удивления, поэтому полученная реакция слегка смутила её, пусть она и считала, что больше ничем эта необычная семейка удивить не может. Как оказалось, это мнение было ошибочным. Глаза Шерлока загорелись неподдельным интересом, Роза лишь чуть склонила к плечу голову, никак не поменявшись в лице, а Джон смотрел на неё с нескрываемым сарказмом. - Неужели в мама была… ну… королевской крови? Я не знаю ничего, что может быть секретнее, чем то, о чём мы знаем, - пробормотала Роза, заставив МакГонагалл решить, что страннее, чем эта фраза из уст одиннадцатилетки, ничего эта троица ей предложить не сможет. - Разрешите поинтересоваться, - осторожно начал Джон. – Вы имеете в виду то, что моя жена состояла в группе наёмных убийц или?.. Ну, как говорится, как первое, так и второе, да и вообще какое угодно впечатление может быть ошибочным. - Ч-что?! - Понял, молчу! – воскликнул Джон, поднимая раскрытые ладони обеих рук. – Не обращайте внимания, так… интересные факты из жизни моей супруги. - Л-ладно, - с трудом выговорила Минерва, решив, что лучше уж она просто не будет обращать на это внимания. – Я имела в виду, что, пусть даже нам не доступна вся родословная Розамунд Мэри Морстан***, но мы точно знаем, что Мэри Элизабет Морстан… я имею вашу бабушку, - пояснила она, заметив недоумение на лице Розы. МакГонагалл и сама пару минут потратила на то, чтобы разобраться в этой путанице с именами. Выяснилось, что Розамунд Мэри Морстан в двадцать три года по неизвестным причинам сменила имя на Мэри Элизабет, по имени своей покойной матери, что отобразилось на родовом гобелене Морстанов, а затем назвала дочь Розамунд Мэри, точно так же, как её саму звали в молодости. – Так вот, Мэри Морстан была колдуньей. Очень сильной колдуньей из древнего рода Лордов Морстанов… нет-нет, если позволите, не сейчас, - пресекла женщина вопросы Розы, которая уже собралась уточнить титул. – Это вам обязательно расскажут чуть позже. Но, к сожалению, такое случается, ваша мать, Розамунд Морстан, родилась сквибом – её магической силы оказалось недостаточно для формирования ядра, поэтому волшебницей она не стала. Вы же, наоборот, - обратилась Минерва к Розе. – родились с полноценным магическим ядром, - «Невероятно сильным полноценным магическим ядром», - добавила она мысленно. – Поэтому ваше имя появилось в реестре учеников Хогвартса. Дав своим слушателям пару минут на осмысление информации, Минерва достала из кармана мантии письмо (целое) и вручила его девочке: - Это ваше письмо. Я не знаю, как так вышло, что к вам также прилетела сова, но к детям из немагических семей приходят преподаватели, так что всё в порядке – письма абсолютно идентичны. Теперь, - произнесла женщина, вставая со стула. – Я вынуждена распрощаться. Я, по возможности, хотела бы ещё поговорить с вами, а также проводить вас на магическую улицу Лондона. В конверте лежит металлический диск, к нему приложена инструкция. В определённый момент вам нужно будет коснуться его. Такой портал может перенести до пяти человек, вы перенесётесь к своей группе, преподаватель проведёт вас по магазинам. Все инструкции и способы связаться с руководством школы досрочно – в письме. Дождавшись короткого кивка от каждого из своих слушателей, Минерва ещё раз попрощалась и вышла за дверь. Идя по шумному, несмотря на раннее время, проспекту, женщина размышляла об этой девочке. Мэри Элизабет Морстан была её школьной подругой – девочки учились в одном потоке, но на разных факультетах. Минерва, истинная гриффиндорка, всегда удивлялась, как Мэри Морстан из великого рода Лордов, слизеринка до мозга костей, снизошла до общения, даже дружбы, с ней, Минервой МакГонагалл, обычной магглорождённой с каким-то одиноким хиленьким колдуном в третьем колене, которая вообще неизвестно как унаследовала силу. В Минерве не было и намёка на Память или наследие. Мэри была прекрасной волшебницей с богатым наследием и Памятью. Розамунд Уотсон… девочка действительно родилась поразительно точной копией бабушки. Она будет прекрасной колдуньей. Женщина подошла к двери с молоточком в форме орла и постучала. Ей открыл неприветливого вида мужчина в домашней одежде. - Доброе утро, меня зовут Минерва МакГонагалл. Найдётся ли у вас минутка, чтобы кое-что обсудить?..