А память рисует нас рядом

- Вон она, смотри! - Где? - Да вон, рядом со старостой. - Ты видел её лицо? - У неё правда есть шрам? Этот шепот Роза слышала со всех сторон с того самого момента, как на следующее утро вышла из спальни. За дверями кабинетов, в которых у неё были занятия, собирались толпы школьников, желающих взглянуть на новую знаменитость. Одни и те же люди специально по нескольку раз проходили мимо, когда она оказывался в коридоре, и пристально смотрели ей в лицо, стараясь разглядеть несуществующий шрам, призванный доказать принадлежность Розы к Поттерам. Вечером после устроенного в столовой переполоха, деканы, старосты и даже сам директор Дамблдор провели воспитательную работу с учениками. Они всеми силами уверяли студентов, что произошла ошибка и им следует прекратить балаган, но дети, хоть и не применяли больше радикальных методов, продолжали доставать Розу своим вниманием. На завтраке, правда, Роза обнаружила две приятные для себя вещи: во-первых, рядом с ней постоянно вертелся Перси или близнецы и отваживали особенно смелых – Перси своим авторитетом старосты, а Фред и Джордж коварными ухмылками и какими-то странными штучками, похожими на механических пауков; во-вторых, на завтраке не появился Рон Уизли. - Профессор МакГонагалл лично написала нашей матери и попросила её поговорить с сыном, - прокомментировал Перси отсутствие брата. – Зная её характер, сейчас Рон сидит в спальне в гордом одиночестве и слушает кричалки. Помимо того, что присутствие старосты отталкивало нежелательных личностей, Розе и Гермионе, которая ходила за ней как приклеенная, несказанно повезло в том, что теперь не приходилось самостоятельно отыскивать дорогу к каждому кабинету. В замке обнаружилось сто сорок две лестницы, узких и широких, ведущих как просто с этажа на этаж, так и позволяющие перескакивать со второго сразу на пятый, минуя всего один пролёт. Почти все лестницы оказывались «с сюрпризом» - они либо меняли направление, пока по ним кто-то шёл, либо маскировали пустоту под ступеньку, позволяя незадачливым студентам прочувствовать всю прелесть ноги, застрявшей в лестнице по бедро. Хватало проблем и с дверями. Даже ходя вместе с Перси, прожившим в этом экстремальном парке развлечений для мазохистов четыре года, ребята то и дело натыкались на двери, которые открывали за собой кирпичную кладку, или же не открывались вовсе. В таком случае парень просто бормотал что-то вроде «снова эта поменяла расписание» и подходил к соседней двери. Правда, когда одна из дверей, которая, по словам Перси, должна была вывести их к лестнице на четвёртый этаж, открылась не туда, куда нужно, а на улицу. После того, как парень высушил девочек (второй учебный день встретил студентов холодным ливнем с сильным ветром), он даже не стал оправдываться, а просто бросил «бывает» и пошёл дальше. Добавляли хлопот и привидения. Если Почти Безголовый Ник, привидение башни Гриффиндора, помог ребятам найти нужное направление после незапланированной вылазки на воздух, помогал всем, включая даже слизеринцев (правда, смотрел на них косо. Так же, как и на Розу, что не могло не наводить на размышления), а Кровавый Барон, привидение Слизерина, с виду был жутким монстром (хотя, присмотревшись и поболтав с призраком пару минут, пока Перси объяснял Гермионе принцип действия гобеленов с паролем, Роза обнаружила, что он невероятно интересный мертвец – за две минуты она узнала гору полезного о политическом строе сицилийской мафии! И с теми, кто Барону нравился, он вёл себя очень дружелюбно – подарил Розе призрачную конфету, которая оказалась достаточно вкусной, несмотря на то, что буквально таяла во рту – помимо вкуса и запаха, леденец не имел никакой земной материи), то уж Пивз точно превосходил все ожидания. Такого невероятного количества злобы, выплёскиваемой в виде разнообразных пакостей, Роза не видела ни в одном существе. Её даже чуть затошнило, когда призрак пронёсся мимо неё со свистом и улюлюканьем, так что девочка поставила себе заметку на память – выяснить, точно ли Пивз является полтергейстом. В Хогвартсе было ещё три полтергейста помимо этого, но все они ощущались как духи, в отличие от Пивза. Тот, похоже, являл собой квитэссеницию самых вредных и злых порождений загробного мира. - Что у нас дальше, Гермиона? – спросила Роза на обеде. Перси остался устранять погром, устроенный несколькими гриффиндорцами на Заклинаниях, а близнецов задержала МакГонагалл, так что девочки сидели вдвоём. Сейчас покой своей хозяйки охранял Роська, вставший у неё на голове в боевую стойку и отважно разглядывающий окружающих. — Два занятия по зельям — заниматься будем вместе со слизеринцами, — ответила Гермиона. — Занятия ведет профессор Снейп, а он их декан. Я слышала, что он всегда и во всём на их стороне, выгораживает их перед остальными преподавателями и ставит им лучшие отметки. Вот как раз и увидим, так ли это. - Это тебе кто сказал? Про то, что Снейп выгораживает слизеринцев? – поинтересовалась Роза уже догадываясь, что она услышит. - Ну… Рон сказал, - пробормотала Гермиона почему-то полушёпотом. Розе показалось, что у подруги порозовели щёки, хотя это, возможно, было просто игрой света. Тем не менее, она ощутила какое-то странное чувство, словно ей чего-то не хватает. - Ладно, - ушла от этой темы Роза – от давящего чувства неполноценности начала кружиться голова. – Передай, пожалуйста, салатницу. - Ты вегетарианка? – спросила Гермиона, наблюдая, как девочка накладывает себе в тарелку салат из помидоров. – Ты за все приёмы пищи здесь ни кусочка мяса не съела. Роза задумалась. По непонятным причинам ей не хотелось есть в замке мясо, хотя она и попробовала его в первый день на ужине. После того, как ей не удалось осилить даже половину котлеты, девочка решила бросить эту затею. Зато ей понравились Хогвартские яблоки. - Неа, просто не хочется. - Странно… - протянула Гермиона, разглядывая отбивную на своей тарелке. – По-моему, вкусно. Кабинет Снейпа находился в одном из подземелий. В коридоре рядом с ним было холодно — куда холоднее, чем в самом замке — и невероятно интересно. Вдоль всех стен стояли стеклянные банки, в которых плавали заспиртованные животные. Гермиона скривилась, когда её взгляд упал на нечто, напоминавшее разодранные кишки, которые при ближайшем рассмотрении оказались гортанью дракона, и ушла к Парватти Патил и Лаванде Браун. Роза же провела оставшиеся до урока десять минут в благоговейном разглядывании банок, чувствуя себя как в морге отцовской больницы. То есть, как дома. Ровно со звонком дверь кабинета открылась, и первокурсники Слизерина и Гриффиндора робко осматриваясь вошли в кабинет. Первым, что увидела Роза, войдя в класс, был Драко Малфой и Дафна Гринграсс, сидящие за первой партой перед учителем и хмуро смотрящие в разные стороны. Девочке даже стало немного стыдно, когда она увидела мальчика – во вчерашней суматохе она совершенно забыла про Драко, а ведь ему тоже досталось от ярых студентов, посчитавших его главной угрозой. Тем не менее, от самобичевания Розу отвлекло то, что она, засмотревшись на обилие банок, несравнимое с тем, что было в коридоре, врезалась в Гермиону. - Что ты… - начала девочка, но её тут же прервала Лаванда, пребольно ткнувшая Розу локтем в ребро. Не успев возмутиться такой наглости, Роза подняла глаза и обнаружила причину странного поведения одноклассников. За учительским столом возвышался профессор Снейп, глядя на толпу детей нечитаемым взглядом. - Паркинсон, Гойл и Финниган – за третью парту второго ряда. Крэбб, Лонгботтом и Томас – вторая парта первого ряда… Первокурсники, помедлив совсем немного, начали рассаживаться. Такое своеобразное приветствие не могло не озадачить учеников, которых ещё никто из учителей не рассаживал по собственному желанию. Пока профессор одну за одной называл фамилии, а толпа первоклассников редела, Роза думала о том, что Снейпу, наверное, было тяжело запомнить всех детей в лицо, ни разу до этого не проведя у них занятия. - Грейнджер, Браун и Патил – вторая парта третьего ряда… Все три девочки разом выдохнули. Очевидно, ни одной из них не хотелось сидеть со слизеринцами, а именно так и рассаживал пока преподаватель. Роза не заметила, как осталась одна. - Мисс Уотсон… - протянул Снейп, как показалось девочке, слегка насмешливым тоном. – Наша новая… знаменитость. Тон профессора подразумевал, что Розе должно стать настолько стыдно от того, что она знаменитость, что она как минимум расплачется. Именно поэтому Роза улыбнулась профессору самой лучезарной своей улыбкой и сделала реверанс: - Спасибо, сэр. Повисла тишина. Все присутствующие развернулись к Розе. Чрезмерно впечатлительная Лаванда прижала ко рту ладошку. - Вы… чрезвычайно уверены в себе, как я погляжу, мисс Уотсон, - Роза, даже находясь в другом конце класса, почувствовала волну противоречивых эмоций, захлестнувших зельевара. Тем не менее она сохранила улыбку и продолжала смотреть прямо в глаза профессору. – В таком случае, я полагаю, вы сможете сказать мне, что я получу, если смешаю корень асфоделя с настойкой полыни? Роза закусила губу. Корень асфоделя и настойка полыни… Асфодель… это такая лилия… а, нет, мы же про зелья… полынь… - Видимо, мисс Уотсон… - Скорее всего, получится зелье со снотворным эффектом, сэр. Очень сильное. Правда, если добавить туда ещё немного листьев черемши, а во время помешивания убавить огонь, то может получиться зелье с антисептическим эффектом, а если... – Роза споткнулась о взгляд Снейпа. – Но это, разумеется, не относится к вопросу. Ах да, извините за то, что перебила вас, профессор. И я… - девочка понизила голос и практически прошептала. - …сожалею о вашей утрате, сэр. Профессор поморщился. Он не до конца расслышал, что сказала эта девчонка, но… ему захотелось услышать, что ещё она ему скажет. Состроив скептическое выражение лица Снейп продолжил: - Если я попрошу вас принести мне безоаровый камень, мисс Уотсон, где вы будете его искать? Этот вопрос поставил Розу в тупик. Если в первый раз она ответила, вспомнив свойства названных элементов и представив их реакцию, то её совершенно обескуражила идея <i>искать<\i> где-то ингредиенты. Вопрос с подвохом?.. Пару раз моргнув, девочка гораздо более неуверенно спросила: - В шкафу? На третьем ряду, где сидело больше всего слизеринцев, послышались смешки. Роза старалась не смотреть на Драко, который всеми силами подавал ей знаки, правда абсолютно бесполезные. - Возможно, вы не поняли вопроса. Я хочу узнать, как добывают безоаровый камень. Похоже, мистер Нотт, вы знаете ответ на этот вопрос? – резко повернулся Снейп к смеющимся мальчикам. С третьей парты поднялся худощавый бледный мальчишка, насмешливо глядящий на Розу. - В желудке у козы, профессор. Снейп коротко кивнул Нотту и тот сел с чрезвычайно довольным видом, а Роза чуть не задохнулась от такой жестокости. Она хотела возразить насчёт обязательности живодёрства, но зельевар её опередил со своим следующим вопросом: - Мисс Уотсон, не могли бы вы мне напоследок сказать, в чём разница между волчьей отравой и клобуком монаха? - Никакой, - машинально ответила девочка, всё ещё находясь под впечатлением от варварского по отношению к козам способу добычи безоаров. – но в любой литературе это будет названо аконитом. - Спасибо, мисс Уотсон, - спустя небольшую паузу промолвил профессор. – Садитесь, - Снейп помедлил ещё пару секунд. – За первую парту. К мистеру Малфою и мисс Гринграсс. Не обращая внимания на Дафну, которая всеми силами выказывала своё несогласие с решением посадить Розу за одну парту с ней, профессор заговорил: — Вы здесь для того, чтобы изучить науку приготовления волшебных зелий и снадобий. Очень точную и тонкую науку, — начал он. Снейп говорил почти шепотом, но ученики отчетливо слышали каждое слово. Как и профессор МакГонагалл, Снейп обладал даром без каких-либо усилий контролировать класс. Как и на уроках профессора МакГонагалл, здесь никто не отваживался перешептываться или заниматься посторонними делами. - Глупое махание волшебной палочкой к этой науке не имеет никакого отношения, и потому многие из вас с трудом поверят, что мой предмет является важной составляющей магической науки, — продолжил Снейп. — Я не думаю, что вы в состоянии оценить красоту медленно кипящего котла, источающего тончайшие запахи, или мягкую силу жидкостей, которые пробираются по венам человека, околдовывая его разум, порабощая его чувства… могу научить вас, как разлить по флаконам известность, как сварить триумф, как заткнуть пробкой смерть. Но все это только при условии, что вы хоть чем-то отличаетесь от того стада болванов, которое обычно приходит на мои уроки. После этой короткой речи царившая в классе тишина стала абсолютной. Роза вспомнила приятное чувство с тех лекций, которые папа проводил в университете. Тогда двухлетняя Роза сидела на заднем ряду и слушала, закрыв глаза, мелодичную речь, открывающую студентам волшебный мир науки, и наслаждалась мудрёными, непонятными ей словами. - И сейчас, - проговорил Снейп, насладившись тишиной. – в ваших руках возможность доказать, что вас нельзя отнести к этому стаду, записав информацию, выясненную в ходе опроса мисс Уотсон. Все схватились за пергамент и зашуршали перьями, но тихий голос профессора перекрыл поднявшийся шум: - За ваш ответ, мисс Уотсон, Гриффиндор получает пять баллов. После того, как класс всё записал (Роза с досадой выводила на краю пергамента живописные картинки, иллюстрирующие добычу безоаров из желудка козы), Снейп дал им задание приготовить простейшее зелье от фурункулов. На доске появился рецепт. Профессор кружил по классу, шурша своей длинной черной мантией, и следил, как дети взвешивают высушенные листья крапивы и толкут в ступках змеиные зубы. Снейп раскритиковал всех, кроме первой парты, то есть, Розы, Дафны и Драко. Скорее всего, из-за того, что у них единственных из всего класса от котлов валил тёмно-синий дым с лёгким запахом фиалок, в то время как остальные встретили всяческие проблемы от погасшего огня до густых клубов чёрного дыма. В тот момент, когда Роза заканчивала последний этап приготовления, класс вдруг наполнился ядовито-зеленым дымом и громким шипением. Невилл каким-то образом умудрился растопить котел Симуса, и тот превратился в огромную бесформенную кляксу, а зелье, которое он готовил в котле, стекало на каменный пол, прожигая дырки в ботинках стоявших поблизости учеников. Через мгновение все с ногами забрались на стулья, а Невилл, которого окатило выплеснувшимся из котла зельем, застонал от боли, так как на его руках и ногах появились красные волдыри. — Идиот! — прорычал Снейп, одним движением ладони сметая в угол пролившееся зелье. — Как я понимаю, прежде чем снять котел с огня, вы добавили в зелье иглы дикобраза? Невилл вместо ответа сморщился и заплакал — теперь и нос его был усыпан красными волдырями. — Отведите его в больничное крыло, — скривившись, произнес Снейп, обращаясь к Симусу. А потом повернулся к Гермионе и Лаванде, работавшим за соседним столом. — Вы, Грейнджер, почему вы не сказали ему, что нельзя добавлять в зелье иглы дикобраза? При этом профессор смотрел не на Гермиону, у которой зелье было ярко-оранжевым вместо голубого, а на Розу, которая маленькими порциями засыпала в котёл тёртые когти летучих мышей, краем глаза наблюдая за разворачивающимся действом. Что ж, намёк понят, сэр.