Первый и последний

      — Если бы я знал, чем все обернется в итоге, то придушил бы его ещё тогда. Раньше. Намного раньше. Дааа… — Кано усмехнулся и продолжил: — Это бы избавило меня от многих головных болей.       Все началось вечером следующего дня. В тот день Кабал вернулся раньше обычного. Ввалился в убежище через наружные двери подвала и молча сел рядом, наблюдая за моими потугами вскипятить на горелке кособокий чайник. Я сразу понял, что этот шкет что-то задумал. Видел по тому, каким нетерпением горели его глаза и как он беспрестанно ёрзал, с каждой минутой двигаясь все ближе и ближе в мою сторону. Кабал ждал вопроса, но я игнорировал его, делая вид, что дырявый чайник занимает меня куда больше. Это было забавно, потому что я знал — Кабал долго не вытерпит. И в самом деле, стоило бросить на него лишь один неосторожный взгляд, как тот буквально взорвался. Подсел вплотную, серьезно уставившись на меня — в темноте подвала глаза казались большими и черными, делая его пугающим. Да и в целом выглядел он, мягко говоря, дерьмово: лицо опухло и посинело, и ситуацию не спасал даже пожеванный пластырь, кое-как налепленный там, где рана все ещё кровоточила.       «Ну, и какого хрена тебе надо?» — на этот раз не выдержал я, отбросив чайник — это затея все равно была бесполезной.       «Вчера ты сказал, что пойдешь по головам, верно?» — без прелюдий начал он.       «Ну, сказал». — согласился я.       «Тогда у меня есть, что тебе предложить», — Кабал встал и протянул руку. — «Пойдем».       «Куда?»       «Узнаешь».       Я скептически изогнул брови. Что мог предложить щенок вроде него? Ему было двенадцать, и максимум, чего стоило ожидать — воровство хот-догов из палатки на парковой площади. Да, в тот момент я был уверен, что вся эта авантюра — пустая трата времени. Я мог бы послать его к черту, но так уж сложилось, что тем вечером у меня не оставалось никаких дел и я просто умирал от скуки.       Я кивнул и поднялся, проигнорировав протянутую руку. Заметив мое молчаливое согласие, Кабал просиял и поскакал к выходу.       Мы выбрались наружу. Солнце уже зашло, и мне было чертовски лень куда-то тащиться. Я подумывал повернуть назад, но Кабал не позволил этого сделать, схватив за руку, и потащил за собой. Он молчал, стараясь до последнего сохранить интригу, но я видел, как его распирает от самодовольства. Чёртовы дети.       «Хэй, втянешь меня в какое-нибудь дерьмо, и я тебя закопаю», — лениво предупредил я.       «Да все будет нормально. Не бойся», — возразил он, обогнав меня и шагая спиной вперёд.       «Я не боюсь, черт тебя дери. Но у меня нет желания участвовать в детских забавах. Особенно если они не приносят выгоду», — я протянул руку, сорвав с его лица пластырь, болтавшийся как простыня на ветру и неимоверно раздражавший меня. Кабал вскрикнул, зажав лицо ладонями.       «Пора бы тебе начать играть по-крупному», — продолжил я, с трудом смахнув с пальцев прилипший пластырь.       «Это и будет по-крупному!» — возмутился он, явно оскорбленный моими словами.       Я не знал, куда мы идём, но через несколько кварталов Кабал круто свернул, исчезая между полуразвалившимися многоэтажками. И чем дальше мы шли, тем чаще на глаза попадались граффити, выведенные пурпурной краской и изображающие какой-то странный логотип. Он был везде: на стенах, дверях, мусорных баках, машинах. Я не знал, что обозначает этот символ, но понимал одно — мы зашли на чужую территорию. Я взглянул на Кабала, но тот чувствовал себя совершенно свободно. Возможно, просто не осознавал.       «Эй…» — начал я и вытянул руку, чтобы схватить его за плечо, но остановился. Впереди раздался шум. Много шума. Так могла гудеть только большая толпа. И мы направлялись прямо туда.       «Какого хрена? Куда ты меня привел?» — я ускорил шаг, перекрыв Кабалу путь.       «Да расслабься», — он махнул рукой. — «Нас никто не тронет. По крайней мере, сегодня».       «А что сегодня?»       «Четверг».       Сказав это, Кабал рванул вперед и скрылся из виду. Я сплюнул под ноги. Четверг. И что это должно значить? У меня, черт возьми, не было ни одной идеи. Я мог бы убраться оттуда сразу как запахло жаренным, но когда тебе четырнадцать лет, очень важно быть крутым парнем, понимаешь? Ха-ха, даа… Именно это не позволило мне уйти.       Подкравшись, я заглянул за угол.       Там находилась старая баскетбольная площадка, обтянутая сеткой. Однако собравшиеся в баскетболе были явно не заинтересованы. Здесь стояло человек пятьдесят, не меньше. Они громко что-то обсуждали, переходили с места на место, курили. Я попытался отыскать взглядом Кабала, но в такой толпе это было невозможно. Меня начинал разбирать интерес, и я подошёл ближе. Осторожничал, но эти парни будто бы не замечали меня, полностью поглощённые своими делами, и это было только на руку: я мог спокойно оценить обстановку.       Над площадкой висели прожекторы. Достаточно мощные, чтобы осветить каждый ее угол. Внутри никого не было, и даже баскетбольные корзины были откручены и свалены за пределами поля. Что-то намечалось.       «Эй, разойдитесь! Дайте мне пройти!»       К сетке продирался какой-то человек: его бритая голова возвышалась над всеми остальными. Он был огромен, как танк, и одет в клетчатую рубашку с оторванными рукавами, демонстрирующая гигантские руки во всей красе. Говоря откровенно, он привел меня в восхищение. Это была сила в чистом, мать ее, виде! К тому же, никто даже не подумал ему перечить, расступаясь в стороны как послушные овечки. Парню было лишь немного за двадцать, но в тот момент он казался мне очень взрослым. Я затаил дыхание, когда он прошел мимо меня.       Оказавшись за сеткой, громила остановился в центре площадки, так, чтобы его все видели. Окружающие мгновенно притихли.       «Ну что ж…» — он откашлялся и вдруг закричал так громко, что мои барабанные перепонки едва не лопнули:       «Добро пожаловать, сукины дети!»       Толпа взорвалась радостными криками, потащив меня вперёд, прижимая к самой сетке, так что я мог видеть все из первых рядов.       «Напоминаю вам правила, ублюдки», — продолжил парень в рубашке. — «Никакого оружия! Если я увижу у вас даже блядскую открывашку для пива, то в следующий раз вы обнаружите ее у себя в заднице! Уяснили, мать вашу? Второе правило: больше никаких правил!»       Я уже знал, к чему все это ведёт. И сказать, что меня это заинтересовало — ничего не сказать. Я подвинулся ближе, обхватил сетку пальцами.       «Итак, без лишним слов, начнем! Первыми сумасшедшими, желающими надрать друг другу задницы, будут…»       Рефери развернул какую-то бумагу и пробежался по ней глазами, после чего выкрикнул два имени, которые я не разобрал. Собравшиеся восторженно загудели. На поле тут же выбрались два парня: один из них показательно размял кулаки, второй снял с себя куртку и швырнул ее в угол, демонстрируя покрытую татуировками спину. Они выглядели угрожающе и, казалось, от того, чтобы вцепиться друг другу в горло, их сдерживал только стоящий между ними громила. Я был уверен, что один из них точно убьет другого, и замер в предвкушении. Они разошлись на несколько метров и как только рефери досчитал до трёх, бросились друг на друга. С первым же ударом на площадку брызнула кровь. Знаешь, наверное, в тот момент я уже знал, каким будет Бойцовский Клуб Черных Драконов.       — Нынешний клуб не особенно похож на то, что ты только что описал, — заметил Эррон, наполняя очередной стакан.       — Ну, я его слегка модернизировал, — Кано ухмыльнулся, почти полностью ложась спиной на стойку. — Подумать только, на арену нельзя проносить оружие! Это ведь бред! К тому же, бой оканчивался сразу же как противник признавал поражение. Это несерьёзно.       — А что Кабал? — напомнил ему Блэк.       — А-а, этот маленький ублюдок… — Кано злобно рассмеялся. — Он подставил меня.       Я уже почти забыл о Кабале, не спуская с арены глаз. Слышал, как парни постарше делали ставки, подбадривая своих фаворитов. Это было занимательно. Я тоже сделал свою ставку, правда мысленно, хе-хе… Но она оправдалась! Чувак с татуировками всего за десять минут уложил соперника лицом в пол. Когда бой закончился, я отошёл от поля. Больше здесь ловить было нечего. Но едва я сделал несколько шагов, как кто-то позади выкрикнул мое имя. Точнее, мое новое имя, которое мог знать только один человек. Но голос принадлежал не Кабалу. Я медленно обернулся.       «Следующий бой Кано против Лео. Судя по незнакомому мне имени, у нас новичок. Это будет интересно!» — рефери осматривал толпу. — «Эй, Кано! Ка-Но! Даю тебе пять секунд для того, чтобы ты появился в-о-о-т здесь!»       Он ткнул пальцем в пол у своих ног.       «В противном случае, ты дисквалифицирован. Отсчёт пошел: раз…»       Я замер. Какого хрена? Вряд ли в толпе находился второй парень с таким же именем. Но я не собирался ни в чем участвовать!       «Нового бойца представляет некий мистер Д.Р.», — продолжал говорить громила в красном. — «Кажется, у нас сегодня не только новый боец, но и новый представитель. Что ж, посмотрим, из чего сделаны эти ребята! Два…»       Я плюнул и развернулся, уверенный в том, что это какая-то ошибка. И тут же столкнулся лицом к лицу с Кабалом. Его рожа светилась счастьем.       «Круто провернул, а?» — спросил он.       «Что?» — я прищурился.       «Это твой бой! Иди же, пока отсчёт не закончился, иначе тебя дисквалифицируют!» — Кабал подтолкнул меня к арене, и тут до меня, наконец, дошло. Этот ушлепок каким-то образом ухитрился добавить меня в список участвующих! Я не знал, как ему это удалось, единственное, чего мне хотелось в тот момент — протащить его рожей по асфальту так, чтобы все мозги вылетели из его ебаной черепушки. Конечно, при условии, что они там вообще когда-то были.       «Ты что, мать твою, охренел?!» — я схватил его за воротник майки, встряхнув. — «Я не подписывался на это дерьмо! Хочешь, чтобы они меня на куски разорвали? Знаешь что, а давай выставим тебя, а? Как тебе идея, мелкий говнюк?»       Кабал сжал мои руки, стараясь оторвать от себя и вдруг… улыбнулся. Весьма гаденькой улыбкой.       «Я не могу этого сделать», — произнес он. — «Ведь я не в списке. О, и знаешь, здесь отказываться от боя не принято».       «Сучонок! Я придушу тебя прямо сейчас!» — рявкнул я, со всей серьёзностью собираясь воплотить угрозу в жизнь.       Видимо, мы кричали достаточно громко, чтобы окружающие это услышали. Я слишком поздно заметил, что возле нас образовался круг, в центре которого мы стояли. На нас глазели десятки людей. Глазели молча, и я почувствовал себя препарируемой лягушкой на лабораторном столе. Это заставило меня осторожно выпустить Кабала и поднять руки. Ну, знаешь, по привычке.       «Так, так… Что тут у нас?» — рефери подошёл ближе, сверкая лысиной в свете прожекторов. — «Это ты, что ли, Кано?»       «Ну, я».       «И сколько тебе лет?»       «Пятнадцать», — равнодушно ответил я, и это было почти правдой. Я огляделся, но Кабала поблизости уже не было. Паршивец! Идея свернуть ему шею становилась все более и более заманчивой.       Громила вынул бумагу, снова пробежавшись глазами по списку, и его брови сползли к переносице.       «Кто такой «Д.Р.?» — спросил он, обращаясь к окружающим.       Никто не ответил.       «Э-э-э…» — я запнулся. Это точно были инициалы Кабала, но, запаниковав, я не мог вспомнить его имени!       «Эй, разве это не Дилан Рассел?» — вдруг подал голос кто-то.       «Дилан? Разве он не уехал из города ещё месяц назад?» — рефери удивлённо вскинул брови.       «Кто ещё, по-твоему, это может быть?» — спросил чернокожий парень рядом со мной. — «Вполне в его духе».       Я не понимал, о чём они говорят, и уж точно не знал никакого Дилана.       «Ну, раз так…» — рефери задумался на несколько секунд, а потом хлопнул в ладоши, провозгласив: — «Раз этого парня выставил сам Дилан, значит, он чего-то стоит! Дадим ему шанс!»       Он отошел, чтобы вернуться на поле. Толпа засвистела, снося меня собой. Я не успел и глазом моргнуть как оказался по ту сторону сетки.       «Сука!» — я ударил по решетке.       «Воу, полегче, малыш! У тебя ещё будет шанс выпустить свою агрессию», — громила подошёл ко мне. — «Итак, что у тебя есть? Карманный ножик, стекла, зубочистки?»       Он засмеялся. Однако мне было не до смеха. Я крепче сжал ручку ножа через карман. Конечно, мог бы сказать ему, что не хочу и потребовать, чтобы меня выпустили, но помнишь, что я говорил про крутого парня? Не хотелось, чтобы на меня смотрели как на дерьмо! Я не знал, что собирался делать, но пути назад больше не было.       «Ну же, давай, я знаю, что у тебя что-то есть» — снова произнес рефери, протянув руку. — «Вижу, как ты держишь это в кармане. Не беспокойся, я все верну тебе позже».       Я стиснул зубы. Отпираться не имело смысла, и я медленно вынул нож. Парень присвистнул. Взяв, он покрутил его в руке, пробуя на вес.       «Любишь опасные игрушки, да?»       «Ещё одно слово, и эта «игрушка» будет торчать у тебя между глаз». — пригрозил я. Мне не нравилось, что он обращается со мной как с сосунком. Но тот только громко рассмеялся и махнул кому-то рукой.       «Эй, Энджи, иди сюда!» — крикнул он.       На поле появился ещё один человек. Это был какой-то патлатый урод в рваной безрукавке, на вид ему было столько же лет, сколько и мне. Уже позже я узнал, что он был старше. Подойдя ближе, парень окинул меня взглядом, и его губы расползлись в улыбке, демонстрирующей отсутствие двух передних зубов.       «Что, страшно?» — прошепелявил он, продолжая скалиться. — «Это правильно. И чего тебе не сиделось в своей песочнице, а? Ну ничего, позже мамочка обязательно тебя пожалеет».       За сеткой прокатились смешки. Зрители делали ставки. На меня почти никто не поставил. Я чувствовал, как на виске нервно бьётся жилка. О-о-о, я был ужасно зол! На Кабала за идиотскую затею; на этого парня; на публику, поддерживающую его; на себя в первую очередь. Если бы я был умнее, то ни за что бы не вляпался в подобную историю. Тогда я впервые понял, что означает фраза «чешутся кулаки». Они просто зудели, и я готов был пустить их в ход в любую минуту.       «Что ж, надеюсь, все согласны с тем, чтобы немного сменить весовую категорию?» — заорал рефери над моей головой и, не дав времени на ответ, продолжил: — «Отлично! Тогда второй бой пройдет между Кано — новичком от Дилана, а этот ублюдок, поверьте, умеет находить таланты — и Энджи! А уж этот везучий сукин сын в представлении не нуждается! Самый молодой боец, имеющий за плечами уже две победы! Посмотрим, улыбнется ли ему удача снова! На счёт три! Итак, раз…»       Громила отошёл подальше.       «Два!»       Я увидел за сеткой Кабала. Он внимательно следил за действом, но, заметив мой взгляд, только развел руками, будто все это не было его виной. Мне хотелось достать его прямо сейчас и выпотрошить на потеху публики!       Задумавшись об этом, я пропустил конец отсчёта и когда опомнился, тут же получил удар в лицо. Перед глазами заплясали цветные круги, на губах что-то лопнуло, брызнув кровью. Я упал, пропахав площадку спиной. Все происходило так быстро, что у меня не было времени обдумать то, что я делаю. Только инстинкты. Знаешь, что-то вроде «бей или беги». Но я знал, что бежать мне некуда, поэтому ударил. Выбросил ноги вперед, оттолкнув летевшего на меня соперника. Тот отшатнулся, но устоял. Этот хрен был на ринге не первый день, и я понимал, что мне никогда не выиграть, если буду просто бездумно бросаться на него. Нужен план. У меня была пара секунд, чтобы подняться и увеличить дистанцию. Во рту стоял привкус крови, и каждый вздох отдавался болью в переносицу. Ублюдок сломал мне нос. Впрочем, позже я отплатил ему тем же, ха-ха… Но не буду забегать вперёд.       Мы кружили по арене, подгоняемые толпой. Да, я сказал, что этот парень был на ринге не первый день, но он все ещё оставался шпаной. Импульсивной и самонадеянной. Каким бы шустрым и сильным ни был твой противник — он всегда в заведомо проигрышном положении, если ты умнее. Злость только мешает. Хочешь победить — используй мозг и холодный расчет. Вот и всё.       Он ринулся вперёд. Я остался на месте. Не знаю, как это произошло, но в какой-то момент мне показалось, будто мир вокруг замедлился. Прошла, может быть, секунда или две, но я запомнил тот момент невероятно четко: как блеснули цепочки на его шее, как он подпрыгнул, занося руку, и как точно мой кулак вонзается ему в солнечное сплетение. Его глаза вытаращились, и он громко выдохнул, согнувшись пополам. Но меня уже было не остановить. Согнув колено, я ударил его в лицо. Он не выдержал, рухнув на спину. Я прыгнул сверху, выставив локоть вперёд, обрушив на него весь свой вес. Под рукой что-то хрустнуло, и на меня брызнула кровь. Я чувствовал на губах ее вкус и, клянусь тебе, это было самое потрясающее чувство в моей жизни! Первые несколько секунд я думал, что убил его. Меня оглушали крики толпы и шумящий в ушах адреналин.       Я пришел в себя только тогда, когда меня поднял рефери. Да, просто подхватил как котенка, оттащив в сторону. Я видел лежащего на арене парня, но он не двигался.       «Я убил его?» — этот вопрос показался мне самым логичным.       «Не-е-т, просто вырубил», — рефери выглядел удивлённым, наблюдая за тем, как моего соперника выволакивают с поля. — «Но ты дал жару. Дилан действительно редко ошибается в своем выборе».       — Кем был этот Дилан, в конце концов? — не выдержав, перебил Блэк.       — Ну, на самом деле, — Кано задумался, почесывая подбородок. — Я понятия не имею.       — Что?..       — Дааа, Кабал просто вписал свои инициалы, надеясь, что этого будет достаточно. Но мы и не думали, что они могут совпасть с именем какого-то чувака. Мы ещё несколько раз использовали это, но в конечном итоге большие парни все поняли и прижучили нас, хе-хе… — Кано развел руками. — Но это уже не имело значения. Мы себя зарекомендовали.       Когда я вышел с поля, меня обступили, чтобы поздравить с победой и сделать всю ту прочую хрень, которую делают с победителем. Но тогда мне эти лавры были ни к чему. Я хотел найти Кабала. И уж явно не для того, чтобы разделить с ним радость победы. Я собирался грохнуть эту скотину.       Заметив вдалеке его ярко-зеленую майку, я как ищейка ринулся за ней, отбиваясь от рук, желающих похлопать меня по плечу.       Кабал увидел меня и вдруг рванул так быстро, что я едва не потерял его из виду. Мы немного попетляли по улочкам и я понял, что мне его не догнать. Однако, как ты уже знаешь, я был умнее. Улица, по которой мы бежали, делала крюк, а я знал, что Кабал достаточно глуп, чтобы продолжить бежать вдоль дороги. Поэтому я просто срезал угол и, дождавшись, выскочил ему наперерез. Ужас в его глазах был, пожалуй, лучшей наградой.       Я вцепился в ворот его майки, приложив спиной о ближайшую стену.       «Подожди! Подожди! Подожди!» — он завопил, но не пытался освободиться, понимая, что это бесполезно. Наверное, в тот момент я выглядел действительно устрашающе.       «Есть что сказать? Но учти, что это будут твои последние слова, так что выбирай их правильно». — мои руки переместились на его шею, сжав так, чтобы ему едва хватало кислорода.       Он открыл рот, но не смог ничего произнести. Я злорадно усмехнулся.       Понимая, что разговора не выйдет, Кабал медленно поднял руки, и я увидел, что в его правом кулаке зажато несколько купюр. Он помахал деньгами перед моим лицом. Я ослабил хватку. Кабал глубоко вздохнул, сразу же отскочив.       «Идиот!» — он пнул меня. — «Ты уже не на ринге, мать твою! Эй!»       «Откуда у тебя деньги?»       «Это наш выигрыш, придурок!» — он злился, продолжая пинать меня. — «Я поставил на тебя сорок долларов, а теперь у нас больше. Намного больше!»       «Это тебя не оправдывает!» — я ткнул его пальцем в грудь. — «Ты даже не спросил у меня!»       «Ты бы никогда не согласился!»       «А что, если бы я проиграл?! Посмотри на мое лицо! Могло быть хуже! Ты мелкая заноза в моей заднице!» — я снова протянул к нему руки.       «Я знал, что ты выиграешь! Кто виноват, что ты был так занят попытками испепелить меня взглядом, что пропустил удар?!»       «Знал?» — я отступил. — «Откуда ты мог знать, черт тебя дери, а?»       Кабал вздохнул, набирая в грудь побольше воздуха.       «Я знал, что они поставят против тебя Энджи, чтобы уравнять ваши шансы. Эти парни хоть и мудаки, но играют честно. Энджи идиот, к тому же слабак. У меня не было сомнений в твоей победе!»       «Тогда какого черта ты побежал?»       «Чел, взгляни в зеркало! Ты выглядишь как машина для убийств! Я собирался рассчитаться с тобой позже, когда ты остынешь. Правда собирался! Но раз уж ты все равно поймал меня… Вот, держи. Твои 25%!»       Он принялся отсчитывать купюры, но я забрал у него все.       «Эй, какого хера?! В этом была и моя заслуга! Знаешь, как непросто было подобраться к этим придуркам, чтобы вписать твое долбанное имя!»       Я пересчитал деньги. Их шелест в моих руках звучал как музыка, заставляя успокоиться. Да, может быть, ради этого действительно стоило пожертвовать своим лицом. Черт возьми, я был крутым парнем! Наверное, именно из-за этого меня пробило на щедрость. Я протянул Кабалу пару купюр.       «Твои 25%» — произнес я, чувствуя, как губы расползаются в усмешке.       «Это нечестно!»       «Мои 50% плюс компенсация за моральный и физический ущерб. Бери и вали, пока я не передумал.»       Кабал поджал губы, вырвав у меня деньги и засунув их в карман. Я думал, что он свалит, но тот замер, обдумывая что-то. Помявшись, он произнес:       «Я собираюсь это отметить. Ты можешь пойти со мной».       «Нет уж. Брысь!» — я махнул на него рукой.       «Ну и хрен с тобой!» — Кабал фыркнул. Сунув руки в карманы, он зашагал дальше по улице.       Я смотрел, как он удаляется, чувствуя, что желудок скручивается в узел, оглашая улицу криками умирающего кита. Черт возьми, я действительно был голоден! Настолько, что мог бы сожрать настоящего кита и не подавиться! Я был зол на собственный организм, так бессовестно подставляющий меня!       «Эй!» — я окликнул Кабала. Тот намеренно шел слишком медленно, чтобы у меня был шанс передумать.       «Да?» — он обернулся.       «А куда ты пойдешь?» — спросил я, стараясь держать незаинтересованный тон.       «Недалеко есть китайский ресторанчик», — Кабал пнул лежащую на пути бутылку. Я готов был швырнуть в него кирпич, видя, как он победно скалится.       «Ладно. В таком случае можешь проводить меня до него», — великодушно разрешил я, нагоняя Кабала.       «Ну что, мир?» — он засмеялся, пихнув меня плечом.       «Я подумаю», — ответил я и толкнул его плечом в ответ.       — Вообще-то, это был не ресторан, а обычная забегаловка. Дешевле еда могла быть только в мусорном баке. Но, черт возьми, это было круто! Мы были на коне! Строили планы, — Кано присвистнул.       — «На коне»? Забавно слышать это от тебя. Судя по тому, что ты сидишь сейчас здесь, ваши планы увенчались успехом, — произнес Эррон, отставляя стакан. Он уже был достаточно пьян, чтобы говорить на одном языке с боссом.       — Нет, в конечном итоге все полетело к чертям. — Кано покачал головой.       Он открыл очередную бутылку. Ему ещё было что рассказать.