Играя с огнём

      Гермиона проснулась от громкого хлопка, что эхом разнесся по комнате, и дернулась, резко ударяясь головой о каменную стену позади неё.       — Черт, — прошипела она, и, аккуратно проведя пальцами по затылку, обнаружила, что пальцы окрасились в красный от её собственной крови. Девушка поморщилась.       — Пленница ранена? — пискнула Бопси в панике. — Пленница должна быть невредима! Бопси помогать пленнице! — воскликнула она, подлетая к Гермионе.       Нельзя вредить пленнице? Это было совсем не похоже на Люциуса Малфоя.       Бопси трансгрессировала из темницы и уже через секунду вернулась со всеми необходимыми вещами, чтобы промыть рану Гермионы.       — Спасибо, Бопси, — шепнула девушка, осторожно ощупывая повязку, которая, кажется, была совершенно бесполезной и безуспешно скатывалась из-за её густых кудрей.       — Пленница больше не ранена? — поинтересовалась эльфийка. Гермиона лишь покачала головой. Конечно, это было ложью. Ей было чертовски больно, но Бопси была не виновата в этом. Не виновата в том, что Гермиона была заперта в этой клетке. Эльфийка просто выполняла приказы.       — Пленнице что-то нужно? — она чуть наклонила голову, внимательно разглядывая гриффиндорку.       — Вообще-то, у меня есть пара вопросов, — тихо начала Гермиона, делая попытку сесть в удобную позицию. Или хотя бы так, чтобы боль в спине не сводила её с ума.       — Бопси не мочь отвечать на вопросы! Нет! Бопси не будет… — запаниковала эльфийка.       Гермиона мягко схватила маленькую ручку Бопси:       — Хорошо. Хорошо, Бопси… Я… Я не буду задавать вопросы. Но мне просто нужны ответы… не на вопросы, конечно! — она понимала, что нужно было тщательно подбирать слова, чтобы не отпугнуть эльфийку окончательно или, не дай Мерлин, не навлечь на неё неприятности.       Бопси смутилась, но нерешительно кивнула.       Отлично, с этим можно работать.       — Мы в Малфой Мэноре… — начала Гермиона, и Бопси кивнула в ответ.       — Понятно, — пробормотала она. — Я нахожусь здесь уже несколько дней… — она сделала паузу и посмотрела на Бопси. Эльфийка не ответила. — Недель… — Гермиона попыталась избавиться от вопросительной интонации, и спустя пару мгновений Бопси вновь кивнула.       — Почему я здесь? — спросила она, совершенно забывая о своём же гениальном плане, но уже было слишком поздно. Бопси охватил резкий приступ паники.       — Бопси не может! Нельзя отвечать на вопросы пленницы! — всхлипнула она.       — Хорошо, тише. Прости меня, Бопси, — попытка успокоить эльфийку провалилась. Она продолжала трястись и отчаянно качать головой из стороны в сторону. — Больше никаких вопросов. Обещаю.       Бопси мягко кивнула в ответ, но в её больших светлых глазах всё ещё стояли слезы.       Гермиона медленно поднялась, пытаясь игнорировать дрожь в ногах и повернулась к эльфийке спиной. Задрав футболку, она продемонстрировала Бопси синяки, которые покрывали всю её спину — последствия сна на каменном полу.       — Это не вопрос… скорее просьба, — робко начала девушка. — Пол слишком жесткий, и мне больно спать на полу. Не могла бы ты принести что-то…       — Грязнокровка не заслуживать! Грязнокровка — пленница, а не гостья! Грязнокровка не иметь права! — резко выкрикнула она, будто произносила заученный наизусть текст.       Гермиона раздраженно фыркнула.       — Что ж, тогда пригласи сюда Мастера Малфоя на пару слов. И как можно скорее.       На мгновение Бопси замялась, а затем трансгрессировала, не произнеся ни слова.       — ЧЕРТ! — отчаянный крик врезался в стены.       Она знала лишь то, что находится в Малфой Мэноре. И, очевидно, она провела здесь уже несколько недель. Но сколько именно? Боль — внешняя и внутренняя — парализовала её тело, и теперь, когда она вновь осталась одна в тишине этого подземелья, Гермиона могла вновь в полной мере потонуть в своем унынии. Безнадега грузной тенью дышала ей в спину.       Она села у стены и откинула голову назад, но поежилась, когда холодный камень соприкоснулся с раной на затылке. Гермиона стиснула зубы и с ненавистью уставилась на тарелку с испорченной едой рядом с собой. Она пнула её так сильно, что та пролетела через всю комнату и с громким лязгом ударилась о стену, распластав всё содержимое на ледяному полу.