Без чувств

Антону, мягко говоря, хреново. Имеется в виду, морально. Его отец ему не доверяет, поэтому решил, что его старый друг хорошо присмотрит за его сынком. От этого Шастуну становится тошно и, чтоб немного расслабиться, он шатается по городу до конца дня, тонув в своих же мыслях. Хотелось позвонить папе и высказать всё своё мнение по этому поводу, но он этого не делает. Хотелось кому-то просто пожаловаться, ну, или поделиться со своей маленькой проблемой, но не с кем. И от этого становится ещё грустнее — он настолько одинок, что ему не с кем поговорить в этот момент. Ему звонит ещё несколько раз Андрей Валерьевич, и он, как достойный сын, не отвечает и спокойным шагом под дождь идёт в общагу. — Ты чего так поздно? — обеспокоенно спрашивает Матвиенко, как парень заходит в их комнату, но тот не замечает его вовсе. — Расстроился что ли? — Не представляешь насколько, — просто валится он лицом в подушку, продолжая своё самострадание, и слышит, как сосед вздыхает и садится на коленки рядом с его кроватью. — Мы всё равно с тобой будем видеться, — улыбается парень. Да счастье-то какое. — Павел Алексеевич тоже очень хороший. Все преподаватели и студенты хвалят его методику учения и речь, на его парах всегда интересно, ну, скучновато иногда бывает… Но иногда! А вообще, он преподаватель года в университете на первом месте,— успокаивает его Серёжа. — Откуда ты это знаешь? — чуть приподнимает он голову, чтоб посмотреть на армянина. — Староста нашей группы мне немного рассказала о Попове и Добровольском. Её зовут Соня Чацкая. Она, кстати, интересная, можешь с ней познакомиться. — хмыкает парень, на что Антон громко фыркает, как настоящий ребёнок, и демонстративно отворачивается от него. — Вряд ли она меня выдержит, — тихо бормочет Шастун. — Ты же такой милый и хороший. Все от тебя без ума будут! Ну только этого не хватало, спасибо. — А я, как твой самый хороший друг, расписание твоё нашёл, — всё также чересчур дружелюбно говорит он, чтоб поднять соседу настроение. — Спасибо, хороший друг, — всё же принимает положение сидя он и выглядит даже, по крайней мере так кажется армянину, чуть лучше. Но так и есть. Никто ещё о нём не заботился. — Блин, у меня пара раньше, чем у тебя… — надул губы чуть он, на что Антон сдавленно, но улыбается уголками губ. — У нас будут общие пары! Парень просит телефон у Серёжи, чтобы посмотреть расписание. Завтра к 11 часам и всего две пары — иностранный язык и история русской литературы. Будет весело. Будильник на телефоне звенит раз в двадцатый, но Шаст не может, да и не хочет от слова совсем вставать. Но мысль о том, что всё-таки это его первый день занятий, заставляет поднять пятую точку и идти быстрее собираться — и так уже опаздывает. Серёжа уже как часа два назад ушёл, поэтому в комнате тихо и спокойно, от чего ещё больше не хочется никуда идти, а особенно за знаниями. Армянин любезно приготовил ему омлет, рядом с которой лежала записка «Удачи тебе», и Шастун с каждым днём удивляется этому парню. Это первый человек в жизни Антона, который, несмотря на его довольно непростой характер, хочет с ним искренне общаться. А ведь Матвиенко о нём совсем ничего не знает. Каким он был в школе, что у него за семья, каким вообще образом он решил поступить в театральный, были ли у него друзья в Москве. И всё равно общается, интересуется всё ли с ним хорошо. Да, мелкий туповат. Но всё же добрый и искренний. Шастун бежит уже на 3 этаж, когда раздаётся третий звонок. Ну, опоздает на две минуты, думает, ничего страшного с ним не должно случится. Он кое-как вообще находит аудиторию, похожую больше на просторный обычный школьный класс. Перед столом студент видит старенькую женщину, одетую в какое-то мерзкое, по мнению Шаста, розовое длинное платье с голубым шарфом. Та прибабахнутая замечает опоздавшего и недовольно зыркает. — Здравствуйте, извините пожалуйста за опоздание. Можно войти? — словно скороговоркой громко и быстро проговаривает парень. Антон очень часто говорил эту фразу в школе, поэтому просто без запинок и со скоростью света может проговорить её. Причиной опоздания было всегда поспать хоть чуть подольше или желание вообще не идти на уроки. Зачем пугать своим видом учителей? — Фамилия, — то ли сказала из-за биполярки, то ли спросила она — Антон не понял. — Шастун, — отвечает всё же парень, надеясь, что этот не до вопрос был задан ему. — И так, господа, представляю вашему вниманию пример опоздания — Шастун. За три пропущенных пары этот молодой человек может войти в аудиторию только с разрешения куратора группы. Но, — поворачивается та к первокурснику. — На первый раз Вы обойдётесь только одной двойкой. У Антона чуть глаза на лоб не лезут. Он пристально смотрит на преподавателя, подавляя в себе желанье выкинуть этот чёртов её шарфик прямо в окно — как раз ветерок дует на улице. — Чего смотрите, можете проходить, — фыркает та, на что Шаст закрывает тихо за собой дверь и садится подальше от учителя, чтоб не попадаться на глаза. — Повторюсь, меня зовут Светлана Денисовна Заворотная — преподаватель по английскому языку. Надеюсь, что все усвоили главное моё правило — не опаздывать, а моя пара у вас всего раз в неделю. Отсутствие на моих занятиях месяц влечёт за собой отсутствие допуска к экзамену. Группа начинает между собой перешёптываться, а Антон падет лицом на парту. Какое же прекрасное начало дня. Всю пару Шастуна пытают и гоняют по всем временам какие вообще есть в английском языке, а их дохрена. Парень всегда хорошо знал этот предмет, но правила за 6 класс он не помнит даже близко и получает в итоге ещё одну двойку. В таком темпе проходит полтора часа. После звонка юноша бежит, чуть ли не перекрестившись, из аудитории. Следующая пара должна быть история русской литературы у Арсения Сергеевича, причём это предмет должен быть со второго курса. Антон пытается вспомнить, что о преподавателе говорил Матвиенко. — Брат Чацкой рассказывал, что это лучший преподаватель после Добровольского. На его парах никогда не бывает скучно, он всегда пытается объяснить материал ненаучным языком, что делают большинство учителей. Хоть в этом и предмете полно теорий, Попов всегда пытается что-то показать студентам — фильм там какой-нибудь с постановкой и сам часто ставит её, что согласуется с Павлом Алексеевичем, как преподавателем сценической речи. Но… О нём, честно говоря, мало кто знает. Он внезапно начал работать в самый разгар учёбы и сдачи экзаменов, взял на себя два предмета — странный тип. Что уж говорить про его личную жизнь… Общается он только с Добровольским из всего коллектива, но думаю, даже он о Попове мало знает. Шастуну всё равно, что это за человек, и что он может скрывать. Главное, чтоб он не ставил две двойки подряд за пару, как Светлана Денисовна, остальное ничего неважно. Парень заходит в ту же аудиторию, где был в самый первый раз ещё с Серёжей. Он ждёт, когда уйдет другая группа, но замечает очень знакомую фигуру. Вспомнишь солнце вот и лучик. Буквально через секунду Матвиенко его тоже видит и бежит к нему, сшибая всех на своём пути. — Привет, Шаст! — улыбается Серёжа, и парень, не сдержавшись, улыбается немного стеснительно уголками губ. К ним подходит девушка выше, чем Серёжа, с короткими рыжими волосами. Антон её видел, когда она подходила записаться в старосты группы, — Знакомься, Тох, это Соня Чацкая. Я тебе о ней говорил, она староста нашей группы. — Привет, — протягивает та руку, и Шастун на автомате пожимает её. — Слышала, что ты хотел к нам в группу попасть. — Да, — кивает тот просто. Настроение после английского на нулю. — Есть тут один способ, шпала, — чуть приблизилась к парню она, чтоб Арсений Сергеевич не услышал ничего личного. Антон тут же поднимает на Соню заинтересованный взгляд. — Я внимательно слушаю. — Давайте тогда уж выйдем, а то рисково это обсуждать перед всеми, — косится на преподавателя Матвиенко, те кивают и выходят, не замечая подозрительного взгляда брюнета. — Ну вариант, честно говоря, как повезёт, но единственный, — начала Чацкая. — В деканате в электроном формате хранится вся информация о первокурсниках. Тебе лишь нужно туда зайти и внести изменения, когда никого не будет. Только до завтрашнего дня, потом уж никак не исправить будет списки… Главное — не спалиться. Ладно Попов спалит, он там тебе просто скажет недельку полы в аудитории мыть, но если другие… — Я тебя понял, — задумчиво протянул Антон. — Надеюсь, всё хорошо пройдёт, если ты решишься, — кивает девушка ему. — Удачи, Тоша, — хмыкает Матвиенко и идёт важно на пару по английскому. Шастун заранее им немножко сочувствует и направляется в свою аудиторию, даже не заметив, что его в очередной раз назвали Тошей, что его всегда раздражало до мозга костей. Он не успевает зайти обратно в аудиторию, как встречает у дверей Попова, смотрящий прямо в его глаза и сложившего руки на грудь. Антон глупо моргает от неожиданности. — Здравствуйте, Арсений Сергеевич, — чуть ли не кланяется он. — Здрасьте, — кивает мужчина и уходит из аудитории, когда уже звенит звонок. Нормально. Шастун пожимает плечами и направляется к последним рядам. Брюнет соизволил прийти через 10 минут после начала пары. — Всем привет, простите, было кое-что срочное, — улыбается он всей группе, и Антон начинает жалеть, что сел именно сюда — всю пару он будет слышать щебетание девушек. Даже Серёжа иногда так не бесит, как они. — Кто забыл, меня зовут Арсений Сергеевич. Особых каких-то правил у меня нет — просто слушайте меня. Записывать, не записывать — ваше право. Шаст тихо вздыхает. Вот почему у них в школе не было таких учителей?.. — Наша первая тема с вами — Древнерусская литература. И ожидание парня не соответствуют реальности. Он думал, что это лишь слухи, что Попов лучший преподаватель, не считая Добровольского, но так и есть. Мужчина объясняет всё молодёжным сленгом, чтоб те поняли; не ругается, когда студенты валятся на его вопросах; что-то калякает на электронной доске. Антон жалеет, что в жизни таких учителей не встречал. — Шастун? — смотрит на парня Арсений, из-за чего юноша вздрагивает — его запомнили? — Сможешь рассказать немного что знаешь о древнерусский литературе с 14 по 15 века? Можно своими словами. — Ну… В этом периоде широко развивается исторический жанр. Пишутся летописи о политике князей, в большинстве которых авторы анонимны и неизвестны. Пишутся былины — самобытный жанр, в котором отражаются реальные исторические свершения и люди. Они зачастую дополнены элементами вымысла… Ещё сказки и исторические песни, представляющие собой переосмысленную былину, в них воспеваются важные исторические события и личности, связанные с ними. Также… В эти века люди не сталкивались никогда с авторскими правами, поэтому любой монарх переписывающий работу, мог добавить или взять ту часть, которую на тот момент считал необходимой. Литературные традиции и условности требовали написания работ в определенном жанре. И… — Шастун, может ты будешь вести у меня пары, а я просто послушаю тебя? — хмыкает Попов, широко улыбаясь. — Только не говори, что ты знаешь только древнерусскую литературу. — Я люблю всю литературу, Арсений Сергеевич, — поджимает губы он, не смотря в глаза преподавателю. — Верю. Садись, молодец. Юноша медленно садится. И вот зачем его спросили?.. Он мог так просто часами говорить, не замечая времени. Все однокурсники косятся на него, и всё внимание тех самых девиц теперь полностью на него. Замечательно. Щёки чуть покраснели — он не любил отвечать никогда в классе, чтоб все слушали именно его. И этот человек учится на актёра? Пара заканчивается для всех быстро, и Шаст медленно передвигает конечностями к выходу, думая, идти ли всё-таки в деканат или нет, забыв попрощаться с преподавателем. У аудитории его ждут уже Матвиенко с Чацкой. Тот поднимает брови и останавливается. — Вы чего? — Пары закончились, — пожимает плечами рыжая. — Мы пришли тебе помочь. Ты решил? Шастун оборачивается по сторонам и всё же кивает в сторону, те идут за ним. — Думаю, стоит попробовать.