Без чувств

Оставалось всего пару дней до учёбы. Боже. Как время быстро летит… Вроде недавно ещё Антон сидел в обнимку с Поповым в поезде, думая о том, как хорошо они проведут время в другом городе, а сейчас сидит снова в одиночестве в комнате, не зная, чем себя можно занять. Арсения снова завалили работой, только теперь, к его счастью, он работает дома. Это лучше, чем куда-то далеко ездить утром. А Серёжа как проснётся уматывает к Фроловой, что Шастуна уже начало расстраивать. Всё же он тоже хочет проводить хоть немного времени с другом. Соня же так и не приехала и на связь выходит редко. Парни переживают, но не достают. И так всё понимают. Если уж она пообещала приехать до начала второго семестра, то так и будет. Единственное, чем может себя занять Антон, чтобы не помереть от такой скуки, так это тренировки по баскетболу. С каждым днём к нему присоединялись всё больше и больше парней из команды под конец выходных, потому что соревнования уже были на носу. Их первые настоящие соревнования. Евгений Юрьевич, их тренер, конечно говорил, что не стоит чересчур напрягаться, всё-таки учёба у всех должна быть на первом месте, но всем, видимо, всё равно делать тоже было особо нечего. И все немного переживали. Шастун не с чего стал переживать о своём колене. До конца ли он поправился?.. Накручиваю сам себя… Антон выходит последний из раздевалки, кое-как стоя на ногах. Опять не смог рассчитать свои силы. Всё ещё работает над этой проблемой, но результатов на лицо нет. Он включает телефон, чтобы посмотреть сообщения, но ни одного нет. На часах почти восемь вечера и Попов, скорее всего, заснул, потому что обычно мужчина хоть что-то писал. Вырубился и сам не заметил. Парень выходит из университета и видит Арсения Сергеевича. Замирает. Попов ходит из стороны в сторону, чуть дрожит от холода, плотно держит руки в карманах и прячет нос в воротнике куртки. Конечно, на улице настоящий дубак. Антон хмурится и направляется к брюнету, останавливая того на пол пути. Арсений чуть вздрагивает от неожиданности, но, увидев студента, мягко улыбается, и Шаст замечает его красные щёки от мороза. — Арсений Сергеевич… Ну вы чего, — вздыхает, сжимая губы. — Чего ж ты так долго? Все уже вышли, — фыркает скорее весело и устало, чем недовольно. — Вы могли бы хоть написать… — Написать? Да ты часа три не был в сети. Сколько можно так гоняться за мячом, Антон? — с упрёком спрашивает Арсений. Шасту стало совестно за то, что Арс его так долго ждал, хоть и головой понимал, что тот даже не предупредил его. Вместо того, чтобы начать ссорится, он оглядывается по сторонам и, никого не увидев, берёт просто ледяную руку брюнета, подносит к своим губам и опыляет их горячим дыханием. Парень был уверен, что Арсений пальцев уже не чувствовал. Попов не двигается, смотрит прямо в зелёные глаза то ли как-то виновато, то ли с неуверенностью, не зная, что делать. На это Антон издаёт тихий смешок. — Нужно было тебе перчатки подарить, — Шаст начинает растирать быстрыми движениями то одну, то другую ладонь. — Ты на машине хоть? — кивок и, не мешкая, Антон направляется на парковку, ведя за собой мужчину. Они садятся в машину, и Попов оперативно включает печку. Сидят так, согреваясь, молча, и каждый в своих мыслях. Наконец, когда проходит достаточно времени, Арсений выруливает на дорогу в сторону общежития. — Когда у тебя соревнования? Антон фыркает, направляя взгляд в окно, наблюдает за прохожими в поздний час. Меньше всего он хотел сейчас думать о соревнованиях. Это чувство волнения было ещё более угнетающим, чем перед самым первым экзаменом в начале учебного года. Шастуну хотелось одновременно всё бросить и сбежать и с этим же бороться до конца, выиграть матч и со спокойной душой отдыхать. Скорее бы. — Через неделю почти, — тихо говорит, так и не поворачивая голову. Арсений вскидывает брови на неуверенный и негромкий ответ, посматривая краем глаза на парня. Он и подумать не мог, что тот волнуется. Попов вообще никогда не умел поддерживать и успокаивать людей, что его очень волновало. По его лицу можно сказать, что ему абсолютно плевать, но внутри него буря эмоций. Сказать, что будет всё хорошо? Всё наладиться? Не нужно переживать? Да бред. Такой банальный бред, что противно. — Антон, — подаёт негромко голос Арс, и Антон в полном внимании переводит на него заинтересованный взгляд. — У меня полно книг дома. Их некуда девать, в шкафы уже не влезают. Там и твоя классика русская любимая есть. Было бы хорошо, если бы ты забрал пару книг… — Это ты так меня в гости приглашаешь? — хмыкает Шаст, на что Попов неуверенно улыбается уголками губ, кивая. — Не нужно искать повод, Арсений Сергеевич, чтобы провести со мной время. — Согласен, — чуть смущается брюнет, сам того не замечая. — Так как тебе идея? После твоих соревнований можно. На ночь. — Даже так? — вскидывает удивлённо брови юноша. Арсений напряжённо молчит, даже когда машина останавливается на светофоре. Антон тихо усмехается, смешно сощурив глаза и широко улыбаясь. — Мне нравится. А то так нечестно, что ты у меня был, а я у тебя нет. Попов неуверенно переводит взгляд на ухмыляющегося Шастуна и сам не может сдержать улыбки. Ну, как тут не улыбаться, когда этот парнишка так похож в этот момент на кота. Не хватало только, чтобы тот замурчал. Арсений лишь быстрыми движениями легко поправляет его чёлку и берётся за руль. — Тогда договорились. С ночёвкой ко мне через неделю, — довольно кивает Арс. Мужчина с удивлением замечает, что совсем не волнуется. Даже несмотря на то, что в гостях у него были только родители и, по случайности, Добровольский, но и то они не оставались у него на ночь. И у Арсения нет какого-то беспокойства, наоборот, одно предвкушение и желание посидеть с Антоном на балконе. Попов представляет, как парень идеально вписывается в эту картину, как сидит в кресле-мешке на балконе с чашкой чая в одной руке и в другой — с книгой. Он закусывает губу. Прибраться бы только. Учёба началась. Студенты и преподаватели начали вливаться в трудовой процесс, непривычно вставая рано утром на пары. Антон с Серёжей снова кое-как успевают к первой паре перед самым звонком, замечая на себе недовольный и сонный взгляд Позова. Они подходят к своим привычным местам, с удивлением видя Соню с Сашей. Девушка виновато улыбается друзьям и предлагает кивком сесть на соседние места рядом с ними, на что парни лишь хмыкают. С тренировок Антон уходит всю последнюю неделю до соревнований на час позже других. Его с улыбкой каждый раз встречает Попов, но явно недовольный тем, что парнишка так себя изматывает. Арсений не говорит ему больше отдыхать и заниматься учёбой, когда видит счастливую морду Шастуна с спортзала. С него пот буквально льёт, он на ногах кое-как держится, но радостно улыбается, рассказывая о каком-то новом упражнении Попову, и у мужчины не хватает сил ему как-то возразить. Антон умный. Сам знает, когда нужно остановится, и что важнее для него. Арсений уверен, что всегда будет на его стороне. Не сможет по-другому. Какой-то мужчина объявляет состав их команды, вот только очень плохо слышно — в зале полно людей, поддерживающих баскетболистов, орущих со всех сторон неразборчиво то ли имена, то ли пожелания перед матчем. Будто это и правда самое настоящее соревнование на настоящей огромной арене с трибунами. Антон очень рад, что их первое соревнование будет проходить именно у них в университете, иначе он бы волновался намного больше. В родных уже стенах свободнее дышать. Где-то недалеко на скамейках сидят Соня и Серёжа, волнующе смотря на друга и ободряюще ему улыбаясь. Арсений Сергеевич сидит там, где и все преподаватели. Только вот он единственный, кто пришёл по своему желанию, от чего, конечно, появились подозрения среди коллег, но Попову на них сейчас больше всего плевать. Как только их команда выходит полностью, все десять человек, Антон беглым взглядом находит Арсения и просто смотрит в голубые глаза, будто хотя что-то сказать или ища в них поддержку. Брюнет сморит на своего мальчика, сам не замечая, как сильно сжал ладони в кулаки и как сердце быстро от волнения забилось. Как только объявляют другую команду, капитанов просят пожать друг другу руки. Через минуту начнётся игра. Шастун выдыхает шумно полной грудью, ободряюще улыбаясь парням из команды. Их капитан зовёт всех в круг, говорит коротко о главной цели команды, и все хором громко говорят «да», они справятся. Словно в фильмах. От такого сравнения Антон тихо хмыкает, принимая вмиг сосредоточенный вид. Ему нужно настроить себя и рассчитать силы. Иначе на него можно даже не надеяться. Антон не замечает, как быстро подходит к концу уже вторая четверть. Он не слышит крик тренера, чтобы тот успокоился и не гнал сильно, зная о главной проблеме парнишки. Или студент слышит, но не может сам себя угомонить. Потому что это несправедливость. Игра соперника грязная. Грубая и грязная, от чего так и хочется Шасту всё здесь разнести. Манёвры, совершаемые против них вне видимости судьи, противны Антону. В итоге доходит до того, что Евгений Юрьевич целится заменить его, но сокомандники его успешно приводят в себя. Счёт в отрыв в шесть очков и в их пользу, вот только Шастуну всё равно неспокойно. Он держится только из-за того, что он на грани красной карточки. Ещё одно нарушение — и его посадят на скамейку до конца матча. Третья четверть заканчивается, и счёт сравнялся. Антон с досадой осознаёт, что сил у него почти нет. Арсений нервно перебирает пальцы, кусая губы. Подойти он не может — не имеет просто права, потому что сейчас он просто зритель, несмотря даже на статус преподавателя. Неожиданно он встречается со взглядом зелёных глаз. Антон смотрит на него вымученно, ища в нём хоть какие-то силы. Парень замирает, как только отчётливо понимает по чужим губам такое нужное слово «люблю». Это очень странно, так банально и невпопад, что Шастун лишь издаёт смешок и широко улыбается, поднимая голову к потолку. Боже, Арсений Сергеевич, вы невыносимы. Он ловит на себе вопросительные взгляды от парней, но отмахивается, решительно направляясь на площадку, почему-то зная, что справится. Неважно как, господи, он сможет. Когда Попов так отчаянно не сводит с него глаз, когда так друзья за него беспокоятся и болеют, неужели он так просто проиграет? Его тренер напоследок серьёзно спрашивает, сможет ли он продолжить играть, потому что замена ему есть, хоть и слабая, но Шастун качает головой. Бороться он будет до конца. Последняя четверить становится адом для обеих команд. Настоящей битвой. Антон уже не обращает на дрожание руки от напряжения и капающий пот со лба прямо на пол. На счёт он боится смотреть, когда слышит свисток, который так и распирает неприятно уши, но явно всё понимает, когда его команда начинает радостно и победно кричать, кое-как держась на ногах. 74:72. В их пользу. Антон верит с трудом, но без сил слабо улыбается, со всеми крича что-то неразборчивое. Они подходят к болеющим, благодарят за поддержку. Шастун ищет в толпе друзей, которые ему показывают большой палец. Не может найти Арсения и так и не находит, когда парни направляются в раздевалку. Команда зовёт его отпраздновать, но Шаст отказывается. Ему бы сейчас к Попову. В его объятия, чувствовать на лице его нежные поцелуи, слушая, как тот его поздравляет с победой. Где ж тебя носит?.. Хоть бы не на улице. Только не на холоде… Антон выходит из раздевалки и встречает в коридоре Соню с Серёжей, которые так и кидаются на друга с объятиями и поздравлениями. Антон смеётся и обнимает их в ответ, смешливо отвечая на их речь. — Я бы выдохлась ещё во второй четверти, — щурится Чацкая. — Как ты вообще выдержал это?.. — Не каждый так может, Шаст, да. А как за вас все переживали… Не думал, что так много фанатов баскетбола. Арсения Сергеевича даже потряхивало, — кусает нижнюю губу Матвиенко, вздыхая. — А… Где он? — беспокойно. Друзья оглядываются по сторонам, вскидывая брови. Соня виновато смотрит на друга, а Серёжа хмыкает, замечая знакомую фигуру в толпе. — Антон! — слышится вдалеке, и Шастун облегчённо вздыхает. Арсений подбегает к ним, счастливо улыбаясь парню, так и хочет обнять. Но оба понимают, что не стоит. Только не сейчас. Не в этом месте. — Да я дам тебе всё, не переживай. — Ну, Арсений Сергеевич… Ни домашней одежды, ни зарядки, ни… Ничего, кроме сумки с вонючей спортивной формой и пустой бутылки из-под воды… — под конец своей триады Антон поджимает губы и опускает голову. Попов поглядывает на расстроившегося парня и хмыкает. Не смог он удержаться. Даже не заехав в общагу, Арсений везёт баскетболиста к себе, не слушая возмущения. Арс ждал две недели и более ждать просто не сможет. Да и обнять Шаста очень хотелось. Потому, быстро и скомкано попрощавшись друзьями и напоследок обняв каждого, он уезжает с Арсением в другом направлении от общежития прямиком в квартиру самого Арсения Сергеевича Попова. Хоть Антону и очень хотелось наконец-то побывать у своего парня в гостях (говоря это про себя, у него непроизвольно идут мурашки по коже), всё же он планировал собрать целый рюкзак на ночёвку, а тут мужчина ему заявляет, что «не-не, поехали-ка домой». — Антон, — зовёт его тихо Попов, протягивая руку к чужой кисти, поглаживая мягко длинные пальцы, — я тебе дам всё необходимое. Примешь нормально душ, наденешь мою одежду. Футболку с шортами я точно смогу тебе подобрать. В магазин заедем сейчас… Шастун вскидывает брови и, неожиданно для Арсения, усмехается. — Думаешь, я на тебя обижаюсь? — Разве нет? — удивлённо. Парень улыбается и тянется на мгновение к нему, чтобы прижаться своими губами к чужим, оставляя приятный поцелуй. Арсений даже теряется, не сразу нажимая на газ, когда горит на светофоре зелёный. — Я очень рад, что ты пришёл на мои первые соревнования, болел за меня. И переживал… Мне правда было легче играть, зная, что ты смотришь на меня, — Попов хоть и сморит на дорогу, но довольно улыбается юноше. — Я совсем не обижаюсь на тебя. Мне просто неловко как-то… — Арсений хочет что-то сказать, но его прерывают. — Всё в порядке. Побыть в твоей одежде — меня тоже устраивает. Попов хмыкает и заворачивает к магазину около дома. Они покупают кучу вредной еды, вроде чипсов и газировок, параллельно заказывают пиццу. Антон шутит, что это смахивает на самый настоящий девичник, за что получает подзатыльник, не сдерживая громкий смех.