b143

Пак Мину аккуратно сжимает губы своего крошечного парня. Он, как самый настоящий наркоман, не может насытиться Хан Джисоном. Мину очень одержим этим мальчишкой, который буквально спас его из эмоциональной ямы и всегда был рядом. На протяжении всего этого времени Джисон помогал ему бороться сначала с депрессией после смерти отца, а потом с болезнью. И только благодаря Хану они победили рак, который пожирал его, не жалея, все эти три года. Пока все новости кричали о том, что «кровавый вор» бесследно пропал, парень боролся со смертью на больничной койке. Если бы не Джисон, то Мину точно отпустил бы руки уже на первой стадии. — Хани… — отстраняясь от губ младшего, шепчет он куда-то в район ключиц и пытается ухватить воздух, которого не хватает, вдыхая запах родного человека. — Что такое, хён? — Хан также рвано дышит. — Я люблю тебя, — Мину снова впивается в сладкие губы, не дожидаясь ответа. Ведь он и так прекрасно знает, что это взаимно. С того дня, когда они впервые встретились. Мину прекрасно знал, что он ужасный человек, и постоянно говорил об этом Джисону, но тот просто игнорировал просьбы парня держаться от него подальше. Даже если это будет стоить ему жизни, он всё равно будет рядом с хёном… со своим хёном. От неожиданного стука в дверь парни вздрогнули и отстранились друг от друга. Как же не вовремя. — Мину, ко мне клиент пришёл. Но блондина не отпускают и сильнее сжимают бедра, умоляя остаться. — Давай притворимся, что нас нет дома, — шепчет его парень и покрывает поцелуями шею, от чего мурашки бегут по всему телу. — Хён… Пожалуйста, — Хан берёт лицо старшего в свои руки и понимающе смотрит в глаза с просьбой остановиться, пока не поздно. И тот, не хотя, всё же отстраняется, помогая Хану встать с его бёдер, а сам усаживается на диван, тут же залипая в экран своего телефона. Джисон плетётся к двери и видит перед собой невысокого парня с блондинистыми волосами. Не выглядит он как человек, который увлекается подобным. Но на своем веку Хан повидал многое, так что этот парнишка его даже не удивил. — Проходите, — Джи вежливо впускает парнишку, который рвано дышит, будто бежал сюда со всех ног. — Спасибо большое, — но на самом деле Ликс очень переживает, что может пойти что-то не так. Ему не очень хочется подводить следователя и как-либо позориться. Феликс неуверенно шагает внутрь и осматривает всё, что находится в его поле зрения. В том числе и парня, сидящего на диване напротив. Джисон подходит к столу, на котором красовались всякого рода баночки, кисти, пакетики. Походило всё на свалку творческого человека, каким и являлся хозяин стола. Перебирая баночки, наполненные разным содержимым, Хан находит нужную, но прежде чем отдать, задаёт вопрос: — Почему именно ко мне? — А… Я начинающий гример, прохожу стажировку в одном театре. У нас скоро спектакль начинается, а вчера я понял, что так и не достал грим, — слова Феликса звучат очень правдоподобно, что Хёнджин, который слушает всё это в машине, невольно улыбается и хвалит блондина. — Я обзвонил почти всех своих коллег, но в такое позднее время они не могут ничего сделать. Последней надеждой было ваше объявление. Сначала я расстроился, ведь оно было таким давним, но обрадовался, когда вы согласились мне помочь, — Ликс более чем естественно улыбается, когда Хан наконец протягивает ему баночку с содержимым. — Так как я не знаю ваших актеров и их наличие аллергии, я сделал грим из менее вредных ингредиентов. — Спасибо вам большое, — Феликс замолкает, рассматривая ёмкость в своих руках, а затем прерывает недолгую паузу. — Вы с другом этим занимаетесь? — Ликс долго думал над тем, сделать ли на этом акцент, потому что этот парень на диване не давал ему покоя. — Что? — Джисон удивленно смотрит сначала на парня, а потом на сидящего Мину, который кидает ухмылку и затем отвечает вместо Хана. — Нет, я его сосед, — врёт Мину, а у Ли мурашки по телу пробегают от голоса. — А… Спасибо ещё раз, всего доброго, — Феликс буквально вылетает из этого дома и сломя голову бежит в машину к Хвану, который уже записал весь разговор, происходящий в том доме. — Что-то случилось? — Хван видит растерянный взгляд младшего и кардинально меняется в лице. — Я, кажется, уже с ума схожу, — Ли отдает баночку следователю, а сам хватается за голову, массирую кожу через волосы. Хёнджин решает не задавать вопросов сейчас, а просто уехать, пока их кто-нибудь не увидел, поэтому давит на газ и мчится в участок. Феликс выглядит невероятно поникшим и погруженным в себя и свои мысли. Хван протягивает ему бутылку с водой и продолжает ехать в гробовой тишине.

***

Терапия прошла успешно, и Чанбин уже чувствует себя намного лучше. Его отвели обратно в палату. Следователь уже начинает окончательно понимать, что отпуск ему действительно был жизненно необходим. Сейчас он чувствует себя, по крайней мере, не как побитая собака, даже жизнь уже не кажется такой мрачной. То ли чудо-терапия на него так действует, то ли что-то другое. Пока Бин не до конца понимает, что именно, поэтому рассматривает только первый вариант. Если тело находилось в полном расслаблении, то вот мысли были совсем не на отдыхе. Чанбин всё никак не мог понять, почему ему не звонит Хёнджин. Уже прошло достаточно времени с момента, как они обсудили план действий, а звонка так и не было. «Может забыл или решил не беспокоить?» — Снова о работе задумались? — слышится знакомый голос, и Бин разворачивает голову в сторону нарушителя тишины, невольно улыбаясь, ведь перед собой он видит силуэт Кима. — Вы мысли умеете читать? — Если только немного, — усмехается Сынмин, подходя к окну, за которым уже давно стемнело. — Не могу я о ней не думать, она занимает больше место в моей жизни, да и сейчас дело такое расследуется, что каждый день на стрёме надо быть, — поднявшись с лежачего положения, Бин опирается руками о кровать, рассматривая силуэт парня возле окна. — Знаете, что самое ироничное, — наконец отвечает интерн, разворачиваясь к пациенту. — Что? — Я считаю полицейских лицемерными фантазёрами, но вы не кажитесь тем человеком, который будет врать о любви к своей работе и том, что пытаетесь расследовать дело. — Можно поинтересоваться от чего такое мнение? — Чанбина будто покатали на эмоциональных качелях, назвав сначала лицемером, а затем сделав комплимент. — Им лишь бы быстрее дело замять. Никогда не встают на место жертв. Они, будто роботы бесчувственные, которым легче закрыть дело и потешить эго тех, кто сидит выше них, — с явным раздражением комментирует Сынмин, еле сдерживая свои эмоции. — Простите, я не должен был с вами это обсуждать. Отдыхайте, я зайду уже завтра утром, во время практики. Чанбин не стал останавливать интерна, потому что не знал как на всё это реагировать. Но он точно понимал, что этого парнишку что-то терзает внутри, и у следователя появился непонятный интерес копнуть глубже и попробовать сблизиться с Сынмином.

***

В участке не горел свет, большинство сотрудников уже давно закрыли смену и ушли отдыхать, за исключением охранников. Хван открывает дверь кабинета при помощи ключа, нажимает на выключатель и вокруг становится светло, от чего оба парня жмурят глаза, уж слишком резко посветлело. Хван впускает Феликса первым, закрывая за ним дверь. — Можете пока присесть. Я включу компьютер, — Хван скидывает с себя пиджак, который уже знатно давил и раздражал своим существованием. — Не хотите кофе? — Всё в порядке, нет, спасибо. Я всё ещё помню о вашей нелюбви к нему, — легко улыбается бариста, усаживаясь на указанное место. — Тогда сразу перейдём к делу, — но не успевает Хван сосредоточиться, как его выдёргивает телефонный звонок. Мать. — Прошу прощения, — извиняется Хенджин, но трубку сбросить он не может, поэтому отвечает сразу, параллельно нажав на кнопку, чтобы включился компьютер, — Алло. Феликс не мог расслышать, о чем говорил парень со своей матерью, но одно он понимал точно, — Хёнджин невероятно любит свою мать, потому что на протяжении всего разговора у следователя горели глаза и сияла улыбка на лице. Ликса это очень согревало, потому что он всегда мечтал о подобном. Ему хотелось слышать не крики и ругательства в свою сторону, а слова поддержки и любви. В какой-то степени он завидует Хвану, но не в плохом смысле, а наоборот, он рад за своего нового знакомого. Через пару минут разговора, Хёнджин наконец сбрасывает вызов и переводит взгляд на парня, который всё ещё был в своих мыслях и неосознанно сверлил всё это время дырку в следователе. — Ли Феликс? — окликает он парня, и тот немного дёргается. — Простите ещё раз. Продолжим? — Да, — тихо проговаривает Ли, отмахиваясь от своих мыслей. — Можно попросить Вас кое о чем? — Да, конечно. — Можем перейти на «ты»? У нас не такая большая разница в возрасте, и мне немного некомфортно, когда ко мне на «Вы», но, если что, я могу продолжить звать Вас формально, — Ликс и сам не знает с чего вдруг решил, что имеет право просить о таком, но эмоции взяли верх и сыграли против самого парня. — Можем и на «ты», — Хёнджин прозвучал так уверенно и без малейшего намека на сарказм или непонимания. Ему эта идея, кажется, понравилась и он сразу продолжил, не оставляя неловкости шанса на существование. — Тогда, расскажешь, что ты увидел или услышал, что такой растерянный в машину зашел? — но Хвана снова перебивают. И снова телефонный звонок. — Да что вас сегодня всех так разрывает-то, — такой раздраженный Хван показался Ликсу забавным, и бариста даже тихо посмеялся. На этот раз звонил уже Чанбин. — Прости, что забыл позвонить во время того, пока мы проворачивали это всё. Поэтому я тебя включу на громкую связь и будем решать всё втроем. — «Втроём?» — переспрашивает Чанбин на другом конце провода. — Да, Феликс решился нам помогать. Так вот, если кратко, то мы успешно провели встречу с Хан Джисоном и нам удалось взять баночку с гримом. На экспертизу я отнесу завтра утром, а пока мы сделаем акцент на кое-что другое, — останавливается Хван и, смотря на бариста, продолжает. — Феликс, теперь можешь рассказывать. — Хан Джисон был в доме не один. Этот парень, который сидел там на диване… — Феликс не совсем уверен в своих словах. — Давайте сначала прослушаем ещё раз то, что Хёнджин записал. Хван подключает всё необходимое и запускает запись. На моменте, который так распирал Ликса, бариста прислушивается. «Нет, я его сосед», — и Феликс становится таким же мрачным, как когда забежал в машину. — Вот… Этот момент. Голос. Я его слышал тогда в магазине. — Ты уверен? — уточняет Хван. Потому что пазл в его голове и так не складывался, а сейчас тем более. — Да. — «Стойте, какой магазин?» — Чанбин уже начинал раздражаться от того, что и половины не понимает из происходящего. Благо, парням не составило труда объяснить больному всё в подробностях. И Бин тоже потерял нить логичности произошедших событий. — Ты помнишь, как он выглядит, сможешь составить фоторобот? — наконец мозг Хёнджина стал генерировать нормальные идеи. — С легкостью. Хёнджин запускает программу по составлению фотороботов. И дает волю Феликсу, наблюдая за каждым его действием. Блондин выглядит невероятно увлечённым. Он замечает каждую деталь, каждый момент. Напоминает Хёнджина в первый день работы, когда тот также увлечённо изучал каждое слово в протоколе. — Готово, — Хван мотает головой, возвращаясь в реальность, а потом ещё раз мотает, потому что лицо, которое он увидел на экране компьютера, никогда не забудет. — Ты точно уверен? — Да… Что-то не так? — Не может быть… — «Что ты там увидел, чёрт возьми, можете не пропадать?» — слышатся возмущения из динамика телефона. — Феликс только что составил фоторобот Ли Минхо, — нервный смешок выскакивает из уст Хёнджина, а Чанбин на другом конце провода перестаёт подавать признаки жизни. Хёнджин распечатывает фото, составленное бариста и заходит на сайт волонтёров. Открыв на полный экран фото Минхо, следователь подносит распечатанный лист и округляет глаза. Сейчас всё максимально непонятно. — То есть этот голос ты слышал и во время ограбления? — Я могу ошибаться, но очень похоже. — Тогда я вообще ничего не понимаю… Этот человек работает в офисе и занимается волонтерством. Я туда ездил недавно, чтобы выудить информацию о Хан Джисоне. Мне нагло наврали, что они с ним никогда не были близко знакомы, а сегодня он уже сидит на диване у него дома, — Хван ещё несколько раз проходит бегающими глазами по фото и распечатке. — Только не говорите мне, что я лично виделся с «кровавым».

продолжение следует…