Оазис

Моя свобода вернулась ко мне быстро. По крайней мере я думал так покидая полицейский участок. Вот только от туда меня под белы рученьки стырили посреди бело дня. Да я и сразу понял кто это сделал по знакомым лицам. Пусть эти парни не могли узнать меня в мужском обличии, я их знал как облупленных. От мыслей что их прислал Чонгук мое сердце болезненно ухнуло в область живота. Пульсируя и явно не собираясь затихать. Мне казалось сердцебиение слышно всем, но никто косо не смотрел, а значить это могло одно. Глючит именно меня не по детски. Когда тормоза машины тихо заскрипели на щебенке, я уже знал где мы. В прошлый раз в этот особняк я входил с высоко поднятой головой. Сейчас же дрожал как осиновый лист, боясь грядущей встречи и одновременно до одури желая ее. Ведь стоило только встретится взглядом с посвежевшим Чонгуком, как весь мир замер, растворившись в фейерверке счастья разрывающийся в груди. Но нутро опалило, от холодного голоса: — Я хотел поблагодарить тебя за спасение. Чонгук подал знак остальным выйти и лишь потом продолжил. — Ещё хотел узнать почему солгал мне. Я порылся в фотографиях и узнал что ты был моей тенью, притворявшись женщиной. Мы были близки? Почему я ничего не помню... Когда он говорит это то хватается хаотично за грудь, явно унимая стон боли. Это-то и пугает меня. Ведь кажется даже его организм против того чтобы он помнил о случившемся. Именно поэтому запираю свои чувства на замок. Натягивая лживую вежливость, обманывая Чонгука: — Это была лишь работа. Мы просто незнакомцы. Да и благодарность мне ваша не нужна. Теперь я могу идти… Мой голос от отчаяния звучит грубо. Зато разворачиваюсь я резко, замирая на секунду в нелепом ожидании чего-то. На удивление это что-то происходит. Чонгук разворачивает меня резко, всматривается с угрозой в лицо, прежде чем сказать. — Если это была лишь работа то как ты объяснишь это? Накрывая мою руку своей, моей ладонью он прижимает ее к паху и я чувствую. Ощущаю кончиками пальцев как этот мужчина возбужден. Это доказывает и его пожирающий взгляд. Он словно хочет откусить кусочек. Становится еще ближе, заглядывает в глаза, прежде чем прохрипеть севшим от похоти голосом: — И это произошло просто от того что я услышал твой голос… Так какие у нас отношения Ким Тэхён?.. Своими словами этот охотник словно загоняет меня в ловушку и я осознаю. Что из этой ситуации у меня всего два выхода. Бросить все снова и попробовать жить в угоду любимой профессии, в холодной квартире или же сдаться. Принять этот грязный и жестокий рок, в надежде когда нибудь снова услышать люблю из родных уст. Сам не знаю почему выбираю второе, медленно оседая на колени и сглатывая от предвкушения скопившуюся слюну. Я стану для него кем угодно, заключает мое измучившееся сердце. — Я помогу решить эту проблему, босс… Шепчу загнанным голосом, чиркая ширинкой и облизываясь от твердой плоти что предстает перед глазами. Не думай… Не мучай себя… Повторяю в опустевшей от возбуждения голове. Касаясь губами головки члена и смазывая капельки предкулянта. Впервые в жизни делая миньет, впервые лаская любимого человека. От головки скользя по стволу, стараясь заглотить глубже. Чонгук же смотрит на меня слишком завороженно, а потом словно выходит из задумчивости. Его правая рука зарывается мне в волосы, следом сжимаясь в кулак. Я же застываю в изумлении когда его член резко и болезненно упирается в горло до основания. Он нежалеючи вбивается в мой рот, сладко постанывая, без доли заботы или нежности. Я же просто пытаюсь дышать, глотая слюни, и горчащую смазку. Задыхаясь в следующую секунду от струи спермы, и обескураженно замирая. Пока Чонгук как-то даже по деловому застегивает ширинку перед моим лицом и говорит с некой угрозой в голосе: — Ты должен вернутся к своей должности. Перевези вещи в этот особняк и давай без лишних церемоний. — Да, босс. Отвечаю отстраненно. Ведь в голове проносятся такие нереальные слова этим же самым голосом. Этот человек говорил мне о любви и он совсем не монстр, не тот кем он хочет казаться. Если я хочу быть ближе к нему, то не могу больше отступать. Ведь жизнь без него подобна бесплодной Сахаре. Он мой оазис и я уничтожу свою гордость, чтобы идти по его следам к чему бы это не привело. Таков мой выбор.