В съемках принимали участие

- Итак, это корабль Энтерпрайз, построенный специально для проведения съемок нашего фильма. Как вы уже знаете, он заполнен камерами, чтобы мы могли снимать максимально достоверно с максимально возможного количества ракурсов. Предвосхищая ваш вопрос, мистер Чехонте, курить здесь нельзя. Совсем, - озадаченный этими словами Джим оглянулся на Энтони, который в эту самую минуту, совершенно не собираясь ни у кого ничего спрашивать, доставал из внутреннего кармана сигару, а услышав о запрете, пробормотал что-то о «несносных итальяшках, не дающих жизни нормальным людям» и убрал ее обратно, крайне раздраженный. - Эта комната — основное место действия. Капитанский мостик. Здесь находится пульт управления. Мистер Кирк, вот ваше кресло, прошу, - Джим, не медля ни секунды, плюхнулся в очень удобный на вид предмет мебели, - мистер Спок, ваша рабочая станция — вот эта. Остальные также расположились согласно указаниям, за исключением Макавоя, который совершенно потерянно стоял посередине и никак не мог понять свою роль во всем этом спектакле. - Простите, - наконец тронул он за плечо ассистента Зефрама Кокрейна, который в данный момент был их единственным проводником в царстве хрома и белого цвета, - а где медицинский пункт? - Вон там, - кивок в сторону коридора, - но вы останетесь здесь. Предположим, что у нас сейчас сцена третья, когда вы находите капитана, чтобы сообщить о пропаже нескольких ампул с морфием. - Джим, - тут же вошел в роль Леопольд, - у нас горе. - У тебя кончилась выпивка, а технический спирт Скотти брать не разрешает? - парировал Кирк, из всей своей многостраничной роли запомнивший только фразу «немедленно исполнять». - Даже не шути так, - передернул плечами Маккавой. - Тогда в чем дело, док? - Пропал морфий, - самым трагичным голосом, на который он был способен, сообщил Леопольд, строя страшные гримасы, видимо, подразумевавшие под собой кромешный ужас и невозможную панику. - У нас был морфий, а я впервые об этом слышу? - Мистер Кирк, вы не могли бы придерживаться текста? - раздался невозмутимый голос Спока. - Это импровизация, мистер Спок. Что вы вообще знаете об актерском мастерстве, позвольте спросить? Вот именно, - не дождавшись ответа, продолжил Джим, - так что не мешайте мне творить магию на съемочной площадке. - Ваша магия подразумевает наличие согласованных действий команды или же это ваш персональный дебют? - Ты всегда понимаешь, что он имеет в виду? – так, чтобы Спок обязательно расслышал, прошептал Макавой Джиму. - Где-то один раз на каждые десять высказываний, - на той же громкости ответил Джим, - особенно, когда они начинаются со слов «мистер Кирк, вам не кажется, что кидаться яблоками в мимопроходящего вулканца — верх нелогичности?» - А зачем ты в него яблоки кидал? - искренне удивилась Найоми, проявив легкую заинтересованность и оторвавшись от изучения огромного количества кнопок, что призывно мигали на ее будущем рабочем месте, словно умоляя нажать их все разом. - Ну, не совсем яблоки… И не совсем в него, - отчего-то замялся Джим. - Мистер Кирк был так любезен, что наглядно продемонстрировал мне, как именно было сделано одно из величайших открытий в истории человечества – закон всемирного тяготения, который, в свою очередь, является причиной, по которой земляне смогли покинуть орбиту своей планеты. Если рассказывать совсем кратко… - Ты что, уронил на его макушку яблоко? – тут же перебил его Макавой. - И какая гениальная теория зародилась в этом неизведанном зеленом мозгу от удара? Надеюсь, ты хорошенько размахнулся, прежде, чем кидать? – заинтересованность Макавоя в этом эксцентричном поступке кто-то иной, не причисляй он себя к вулканцам, счел бы слегка обидной. Спок лишь приподнял бровь. Будь у Джима линейка, он бы не преминул измерить угол, с недавних пор его живо интересовали эти брови, с помощью которых Спок мог выразить совершенно любую эмоцию. «Интересно, - зачем-то подумал Джим, - а как его брови выглядят, когда он кончает?» - Не совсем так, - ответил Джим, не теряя присутствия духа даже в щекотливой ситуации, вроде той, когда вы взглядом раздеваете вулканца, одновременно пытаясь связно отвечать, - я просто кинул огрызок в мусорное ведро и промахнулся. - Да, у мистера Кирка, судя по всему, очень плохой глазомер, - не смог не прокомментировать Спок, - промахнулся он на добрые пару футов и угодил мне практически в глаз. - Практически, - кровожадно улыбаясь, повторил Макавой, - жалость-то какая. - Так, - хлопнул в ладоши уставший от их препирательств ассистент, - предлагаю вернуться к отработке сцены. Мистер Кокрейн хочет, чтобы вы решили все вопросы вроде «Я ничего не трогал, оно само загорелось и спалило весь Энтерпрайз», пока я еще здесь. Мисс Найоми, ваш выход. - Мистер Спок, - с придыханием позвала она, - вы меня не проконсультируете по поводу вот этой о-огромно-ой кра-а-сной кно-о-пки? Джим, стоящий рядом со Споком, разве что не заскрежетал зубами, когда услышал тон ее вопроса, явно подразумевавший что-то иное, а не изучение кнопок, рычажков и прочих неведомых вещей, расположенных на ее рабочей станции. И как-то он не помнил, чтобы в сценарии Спок кому-то демонстрировал большие красные кнопки! А если уж он и будет это делать, то исключительно ему, Джиму. Кто тут капитан, в конце-то концов?! Возмущенно сопя, он посмотрел на Найоми, потом на Макавоя, словно призывая в свидетели разыгравшейся на их глазах сцены, потом, не меняя выражения лица, уставился на Спока, будто бы исключительно тот был виноват в том, что с ним пытаются флиртовать. Все эти маневры и Спок, и Найоми оставили без внимания, а Макавой изо всех сил сдерживался, чтобы не расхохотаться. - Коммандер, - громко позвал Джим, - вы мне нужны. В моей каюте. Часа на два. - Ты себе явно льстишь, Кирк, - неслышно фыркнул Макавой, - минут десять максимум. - Кстати, а где моя каюта? – раздался растерянный голос Джима. *** - Как ты думаешь, - когда они остались наедине, Макавой не придумал ничего лучше, кроме как подсесть к Чехонте, чтобы поделиться с ним несколькими глотками из фляги, о которой уже слагали легенды, - чем они там занимаются? - Как ты думаешь, - отозвался Энтони, задумчиво рассматривая потолок, - где у них тут детекторы дыма. И что можно сделать, чтобы вывести их из строя? - А сколько у тебя с собой сигар? – приценился Леопольд. - Как раз две. И одна будет твоей, если поможешь. - По рукам. *** - Мистер Кирк, - Спок, заложив руки за спину, прохаживался по каюте Джима. Прохаживаться там было особенно негде – помещения им выделили аутентичные, и променад Спока выглядел как «шаг, второй шаг, стена, шаг, второй шаг, Джим, лучше бы это была стена, шаг, второй шаг» и так до бесконечности, - мне не нравится, как вы себя ведете в моем присутствии. Это создает определенные трудности. - А как именно я, по-вашему, себя веду, мистер Спок? – Джим лежал на узкой кровати, закинув руки за голову, и следил глазами за Броуновским движением вулканца, изображавшего его первого помощника. - Нелогично, - попытался тот донести свою мысль до Джима. - Поподробнее, пожалуйста, я пока еще не владею контактной, или бесконтактной, или какой еще телепатией. - Вы проявляете слишком много ненужных эмоций, мистер Кирк. - Например, мистер Спок? - Например, кричите мне «Спокки, ты был восхитителен ночью», когда мисс Найоми пытается мне что-то рассказать. - Да она почти легла на тебя, - пробурчал Кирк, - я просто оберегал твое тщательно лелеемое личное пространство. - Для человека, который, как вы выразились, оберегает мое личное пространство, вы слишком часто до меня дотрагиваетесь. - Дотрагиваюсь? - Джим подпрыгнул на кровати и возмущенно уставился на Спока. - Именно это слово я и использовал. - Я еще даже не начинал до тебя дотрагиваться, чудик! - Мне не нравится направление, которое приняла наша беседа, мистер Кирк. И совершенно необязательно хватать меня за руки. Что вы делаете? *** - Как ты думаешь, - сказал Макавой, сосредоточенно раскуривая неожиданно потухшую сигару, - они очень обидятся на то, что мы нашли их секретный бар? - И сломали детектор? – Энтони лежал на полу, пуская в потолок кольца дыма. - И немножко попортили обшивку корабля. - Совсем чуть-чуть. Они оба повернули голову к стене, из которой торчали провода, а добрый кусок и вовсе был выломан. - Зато камеру нашли. - Можем теперь снять свой фильм. - С рейтингом повыше? - Кстати, а куда так надолго пропали Кирк и этот, как его, - Чехонте пощелкал пальцами, повернув голову, пытаясь сфокусировать взгляд на Макавое, - Спок? - Пойдем проверим? - Предлагаю захватить, сколько тут у нас осталось… три бутылки под названием «Убьет все живое, а неживое заставит плясать джигу», добытую в честном бою камеру и отправиться в эту, как ее… - Экспедицию? - Именно, мой друг! – Чехонте взмахнул сигарой, и пепел шлепнулся на пол, добавляя некоторой изысканности лежащему там натюрморту (две пустые бутылки, разбитый бокал и выцарапанная осколком надпись «Спок – дурак»). *** Дверь в капитанскую каюту открылась с мягким шипением, Энтони и Леопольд, распевая разухабистые кардассианские песни, поддерживали друг друга, чтобы не вписаться в косяк, ставший скорее размытой воображаемой границей, чем незыблемой реальностью. - Надеюсь, мы не помешали? – и бутылка выскользнула из внезапно ослабевших рук Чехонте. Спок сидел в крутящемся кресле, дочитывая толстенный том по технике безопасности на корабле. Кирк лежал у его ног, мирно посапывая. - Абсолютно безвредный нервный захват, джентльмены. Не обращайте внимания.