Запретный прием.

***

В холле на третьем этаже* Т/и стояла у подоконника, где за окном погода была не солнечная. Хмурые тучи и метель. Конечно, что ожидать после новогодних каникул, не солнце, лето, жара... Она немного нервничала, так как никогда не говорила другу, что ей кто-то нравится. Да и в принципе про хоть какие-либо чувства к парням: есть какой-то чел, все. Ничего больше. А тут другое... – Та-а-ак? – тихо и с протяжностью произнес Антон, скрестив руки на груди, подходя к девушке. Он напугал ее, из-за чего та вздрогнула, как котенок с улицы, который убежал от злобной собаки. Со стороны вообще может показаться, что они пара. Вот да. Но только другим кажется, а вот круг близких людей в курсе, что они никогда не начнут встречаться. Ведь друзья (в прямом смысле) с детства, не стали бы рушить такую дружбу любовью. – А-А-Йска-а! – резко обернувшись, чуть не влепила пощечину, но мозг помнит, что должен был подойти Шастун и явно так сделать. – С ДУБА РУХНУЛ ТАК ПУГАТЬ?! – Извини, но ты же знаешь меня, – та самая теплая улыбка Антоши... Т/и дала небольшой подзатыльник Антону, а он похлопал ее по голове. – А теперь, я внимательно слушаю. Что же ты так долго делала у Арсения Сергеевича? Или ты пошла прогуливать? ха-ха. На лице у Антона появилась смешная ухмылка (да, да, именно "смешная ухмылка") Тут т/и с выдохом стала рассказывать, что она говорила психологу Арсению, но пока ни слова про то, что она влюбилась... В конце пересказа, своей истории у психолога, добавила: – ...У него так вкусно пахнет рубашка... После сказанной фразы девушки, и расплывающегося лица в улыбке и тонущих глазах, она собралась в сознание и сильно покраснела. Шастун стоял перед ней с удивлением и поджатыми губами (его та привычка из реали), медленно отводя взгляд вместе с головой, в окно и спросил не меняя эмоций, уже смотря прямо в глаза: – То есть другими словами "я втюрилась", да? – все еще поджимает свои губы Антон. – Ой... Похоже на то. Я не знаю как это объяснить. Мы спокойно начали общаться, он расспрашивал меня и я отвечала на вопросы. Я все рассказывала, как близкому человеку, как тебе например. Антон улыбнулся уголком губ. – Когда Арс сидел и... – "Арс"? – в недоумении спросил Антон. – Ах, он сказал, если будет удобнее, то я могу его так называть. Но при других будет очень странно, так что только наедине с ним. Так что тс-с. – Понял, – согласно кивнул он. – Так вот, пока он сидел и что-то записывал, я смотрела на него и на секунду увидела его глаза. Они до безумия красивые. Голубые. Такие глубокие... Т/и уже утонула в улыбке. На лице появился мягкий, бледноватый румянец. Антон был рад за подругу, ведь за последнее время она не выглядела такой счастливой. Такой яркой.

***

По возвращению домой, т/и на автомате кинула рюкзак в свою комнату и пошла в гостиную. В квартире очень тихо. Каждый звук, каждый шорох был бы слышен, если бы кто-то был дома. Отец видимо ушел в магазин. В мыслях мелькнуло, что он сегодня будет много пить. Каждый день он употреблял либо несколько банок пива, либо бутылку коньяка, что считалось для него нормой. Сегодня может быть все хуже. Такое бывает раз в три недели примерно. В эти моменты, отец т/и напивался до чертиков и оплакивал смерть матери. Время ожидания проходит быстро. До звука ключей в дверях, т/и сидит с пустым взглядом на полу перед диваном целый час. [Папа пришел] – холодные мысли т/и заставили ее прочувствовать страх по всему телу не понятно от чего. Отец спокойно прошел на кухню с опущенным лицом и пакетом в руке. В пакете звенело много бутылок. Уже что-то внутри екнуло, явно вечер будет не легкий. Этот звук вынудил т/и тяжело и медленно сглотнуть комок тревоги. Из пакета, который был на столе, уже достается одна, вторая, третья... бутылка... водки? [Он никогда не пил ее вроде, точно не этой ноунеймовской марки. А если она паленая? Надеюсь что нет, а то организму она точно навредит.] – на лбу у т/и проступила маленькая капля холодного пота. И/о искал на полках рюмку, но нашел только стакан, небольшой, но достаточно не маленький для водки. Он открыл бутылку, налил полстакана и залпом выпил. Т/и вышла из гостиной и направилась на кухню, где отец пил не закусывая. – Пап, все хорошо? – ... – Пап?.. Отец молча пил, ни слова не говорил. Т/и смотрела на него до пятого стакана, а после ушла в свою комнату. Ненадолго погрузившись в себя, девушка взяла наушники и впихнула в уши, слушая лсп. Ничего не происходило часа два, пока даже с наушниками в ушах, т/и не услышала грохот и что-то стеклянное, которое полетело в стену. Т/и дернулась и резко выдернула наушники. Стандартная ситуация для ребенка, у которого пьющий родитель, но для девушки громкие звуки были впервые. Выйдя из своей комнаты, т/и глазом увидела как папа сидел на полу, весь покрасневший, заплаканный и взъерошенный. На стене мокрое пятно и лежат осколки. Она подошла к гостиной. – Пап, ты чего? И/о посмотрел влажными глазами на дочь, поменялся в лице на агрессию и начал нести чушь и винить т/и во всем. Девушка стояла в проходе с распахнутыми глазами, которые практически выпадали из орбит. Отец вскочил с места, и стал дальше выдавать изо рта что-то непонятное, очень странную ложь, в которой говорится только о том, что т/и виновата в смерти мамы, точнее что т/и смогла разобрать из пьяных предложений мужчины. Направляясь к девушке ближе, с каждым шагом, он повышал голос, тыча указательным пальцем прямо на нее. Отец схватил дочь за запястье, начиная встряхивать ее как тряпичную куклу, размахивая в разные стороны. Он поднял руку на беззащитную девушку, на свою же дочь... Т/и как будто парализовало. Она отошла от шока только через минуту, после пыталась как-то отбиться. Она бегала по комнате, что-то кричала в ответ. Внутри происходит ураган эмоций, страх просто все переполняет. В голове одно непонимание. Что за всплеск агрессии? Это приступ? Какая-то стадия после потери? Столько вопросов вокруг. У т/и вспыхнула идея. Она попыталась забежать в свою комнату, забрать телефон с наушниками, как-то и зачем-то взяла одну бутылку водки. По ходу накинула толстовку на молнии и пулей выбежала на лестничную площадку, а после – на улицу.

***

23:50

Время уже позднее. Ветер дул прямо в лицо. Темно. Т/и случайно вместо своей толстовки, взяла отцовскую, и там оказалась пачка парламента. Странно, что у такого мужчины как ее отец, такие легкие сигареты, хотя пачка вся помятая. Внутри коробочки даже зажигалка лежала. Т/и закурила. У нее не было таких вредных привычек, в отличие от Шаста. Сколько она с ним не гуляла, и он рядом курил или пил, она ни разу не пробовала ничего. Сейчас все внутри взрывается. Каждая ниточка нервов, за эти несколько часов, порвалась как струна у скрипки. Паника накрывала с головой. Такое состояние, когда не знаешь, что делаешь. Кажется, что т/и со временем забудет что уходила на улицу, что она там делала.

0:29

Т/и выкурила всю пачку сигарет. Опустив взгляд на руку, в которой бутылка, одним движением открыла и начала пить. Конечно, она этого не умела правильно делать, так что после пары глотков, дыхание закончилось, бутылку отпрянула от губ. Горечь и едкий запах ударили в голову. Все горло начало обжигать изнутри, как будто не водка, а кислота какая-то. Разум становится все туманнее. Все больше т/и не понимает, что происходит. Доходит все вплоть до того, как т/и выпивает почти всю водку, оставляя какую-то малость на дне. Глаза стеклянные, и по красным щекам уже пошли горячие слезы.

1:08

Глаза уже опухшие. Тут как будто током бьет, и т/и достает из кармана джинс бумажку. Ту самую, которую ей отдал психолог. Там был оказывается не только номер, но и адрес. Вообще не думая, т/и вбила в телефон адрес Арсения и пошла туда пошатываясь на дороге.

1:33

Как оказалось, идти было недолго и недалеко. Это была девятиэтажка среди малых хрущевок с пятью этажами. И конечно если в пути ничего не произошло, то это будет в конце. Да, т/и споткнулась. Она полетела лицом вниз, перед скамейкой. Прямо носом об угол скамьи, но в пьяном бреду, было вообще не больно, зато организму было. Из носа хлынула кровь водопадом. На переносице появилась царапина, из которой сочились бордовые капли. Вообще сейчас т/и выглядит пугающе, но этого она даже не понимает. Нос весь в кровище, пара синяков на лице, на запястье красные пятна от пальцев. На столько сильно отец сжимал ей руки, и не рассчитал силы, что на теле остались следы. Ноги были ватные. Т/и даже не старалась встать с пола и сесть хотя бы на скамейку, она руками оперлась об асфальт и прильнула спиной к скамейке. Прошло пару минут и девушка начала набирать номер с той бумажки. На часах без двадцати два ночи. – Т/иша, что такое? Ночь на дворе, что-то случилось? У Арсения севший голос, он только проснулся само собой и перепугался немного. – Арсений Сер... Арс, я... Помоги пожалуй-йста. Я у твоего дома, бли-ин. Икота вынуждает т/и тормозить и говорить еще более неразборчивей, чем есть на самом деле, так как язык из-за алкоголя заплетается. Пара минут и из двери парадной выходит...нет, даже выбегает, Арсений. Он бледный, с прикрытыми красными глазами, в домашних штанах и белой футболке. – Солнце, что с тобой?! – он подскочил к т/и и сел рядом на колени. – Я... я п-просто... аха-а-а-а, – т/и выдохнула с широко раскрытым ртом. От нее дико несло спиртным, что аж скулы сводило. – Ты пи...Нет, сколько ты выпила? – Арс решил не задавать столь глупый вопрос, когда перед ним сидит его ученица, вся избитая, у которой сейчас язык, как будто с укусом осы. – Немног-го... Я сбежала из дом-ма, все было хорошо, но что пошл-ло не так. Это все он. Арсений поднял одну бровь. Он прикрыл свое лицо ладонями и выдохнул. Ладонь коснулась контура лица т/и. Он приподнял ей голову и заглянул ей прямо в глаза. – Тебе очень больно? – Да вообще н-нет. Тьфу, пф-ф, – т/и уносит в сон, все плывет и она уже полностью опускается на пол. Арсений подхватил ее и попытался взять на руки. Он понес ее в парадную. Подойдя к лифту, мужчина поставил т/и на ноги и прислонил ее к стене, подперев ногой. Дождавшись несчастного лифта, Арс опять взял девушку на руки, только перекинул ее себе через плечо.

***

Попов положил т/и на кровать и ушел на кухню за аптечкой. Взяв бинт и вырезав небольшой кусочек, пошел в ванную, чтобы намочить ледяной водой. Подойдя к т/и, он провел рукой по щеке, а после приложил холодное ко лбу. Взял ватку и начал вытирать кровь под носом, и ту, что на переносице. Он взял ее руки, осмотрел их и положил на живот. – Кто тебя так? – Арсений шепотом задает вопрос спящей девушке. – Хотел бы я знать о тебе больше.

2:59

Он сидит рядом с ней и не понимает, что в ней такого, что он даже в три часа ночи не ложится спать, хотя клонит в сон достаточно сильно. Арс сидит на кровати, возле т/и. Он смотрит на нее и не отводит взгляд уже около часа, если не больше. Не понимает, чем она его так зацепила. Положив свою руку, тем самым закрыв ее руки на животе, увидел как глаза приоткрываются. Послышался небольшой хриплый визг со стороны девушки, и дикое шипение от боли. Она привстала на локти и отползла от мужчины, сидела без ровного дыхания. Это заметил Арс. – Тихо, кроха. Пожалуйста успокойся. Я не причиню тебе боль, – он придвинулся к ней вплотную и обнял так, чтобы не было физической боли. – Тише, тише. Это я, Арс.

3:15

Молчание сковывало. Т/и лежала и корчилась от головной боли, причиной которой было противное спиртное. У нее ныло все тело, из-за царапин и фиолетово-бордовых синяков. И т/и нарушила эту тишину. – Вы извините, что я вас потревожила. Я не хотела. Просто произошла кое-какая проблема и я не помню всего, что было до того, как я оказалась на улице... – в ее голосе была дрожь. – Все в порядке, только объясни, что произошло, чтобы подобных случаев не происходило..