Запретный прием.

***

– ... Снова это гробовая тишина. Перебив ее, Арсений переспросил. – Пожалуйста, расскажи.. Арс громко выдохнув, встал с угла кровати и ушел в другую комнату. Т/и продолжала лежать, отвернувшись в окно, за которым пошел дождь. Кажется похолодало. Через две минуты мужчина вернулся обратно с кружкой чая в руках. – Держи. Выпей чаю. – Спасибо... – т/и говорила очень тихо, с охрипшим голосом. Она взяла кружку и поднесла к губам. Чай был очень горячем, наверх всплыл кусочек лимона. – Так что произошло? – Арсений уже пристально разглядывал худощавое лицо т/и. [Сколько дней она не ела?] Кожа была нездорового цвета, бледно-зеленого. Девушка не спешила рассказывать о случившемся, так как боялась. Чего? Осуждения? Почему? Он же хотел помочь, помочь всеми силами. Не стоит отталкивать Арсения. Такого красивого, с чертами лица Аполлона, с таким чутким характером, с искренностью и пониманием. Ну как можно оттолкнуть человека, у которого глаза, цвета голубой карамели. Эти глаза. Они невероятные. Их сложно сравнить с океаном, они глубже, не сравнить со льдом, они куда холоднее, не хочется сравнивать даже с сапфиром, эти глаза куда дороже и изумительней.

***

Из-за тишины в ушах стоял небольшой шум. Комната была большой. На полках не было ни одной фотографии жены, ребенка. Почему? Арсений очень привлекателен и он одинок. Комната была в таком "Покои Графа" стиле, не слишком роскошно, но и не выглядит как стандартная-квартира-на-окраине-Питера. Большой шкаф с баром, в котором стояло пару бутылок элитного спиртного, явно купленного за границей. Мягкая, уютная и большая кровать, на которую расположили т/и. Время шло. Почти четыре часа утра. Мужчина сидел в кресле, стоявшем возле кровати. Он уперся локтями в колени и зарылся пальцами в свои, цвета смолы, волосы. Услышав, что с т/и случилось до прихода в квартиру Арсения, он поник. – Я боюсь что-либо спрашивать, не хочу.. – Задеть? Я в порядке. Если я рассказала все, то значит могу об этом спокойно говорить, – быстро выпалила девушка, приподнимаясь на локтях. Арсений поднял голову, и вздрогнув, подскочил к т/и, мягко схватил за плечи и уложил обратно. – Лежи, у тебя голова может закружиться, – Арс очень обеспокоен. Он видит, что т/и нужна помощь. Хотя бы моральная. – Сейчас все ухудшилось? Т/и сначала зависла, забыв смысл разговора, но сразу включилась. – Да. Он так много не пил, никогда. Я вся перепугалась, – т/и подняла глаза к потолку, в уголках скопилась соленая вода из-за подступающей в глотке рвоты. Т/и стало плохо. И так как она ничего не ела, ее стошнило водой вперемешку с желчью. Она закашлялась оттого, что подавилась. Резко схватившись за живот и скривив лицо до скрежета зубов, у т/и потекли слезы. Арсений побежал за тазиком, попутно схватив полотенце чтобы его намочить. Подбежав к дрожащему телу девушки, к ней поставил посудину, и аккуратно обхватив ее плечи руками, положил и накинул на лоб белую ткань. Т/и залилась краской и повернула голову, чтобы не смотреть в глаза ухаживающему за ней сейчас.

***

В воздухе витал едкий запах моющего средства для ковров, от чего девушку выворачивало до сих пор. Через некоторое время, убрав предметы для уборки на места, Арс тихо плюхнулся в кресло и через пару минут уже дремал.

***

На часах, стоявших на тумбочке, было девятнадцать минут восьмого. Через минуту одна цифра сменилась и тишину прервала жуткая вибрация чего-то. Сквозь сон, приоткрыв один глаз, Арсению удалось отыскать источник бесящего звука. Это был будильник на телефоне, который стоял на беззвучном. После процедур протри-глаза-до-покраснений и надо-потянуться-до-хруста-позвоночника, мужчина поплелся в ванную комнату, все еще не отлепив руку от лица. Умыться ледяной водой и не проснуться, что может быть хуже. Ах да, девушка с похмелья, лежащая сейчас в спальне, из-за которой пришлось спать на неудобном кресле возле. Т/и открыла глаза, в тот же миг все медленно кружилось, а тело свело несильной судорогой. Она пообещала с этого момента так не делать, не напиваться. По крайней мере осознанно - точно. На кухне был слышен шум чайника. Тихонько приподнявший, т/и медленно встала и пошла к Арсению, который должен был быть там. Проходя через небольшой коридор, который ведет на кухню, все поплыло в глазах. Т/и попыталась ухватиться за угол двери, но ничего не вышло. Девушка как будто ослепла. Все размазано и сияет белым светом, только силуэт один в середине комнаты.

___________________

Все же пересилив себя, не пойти в комнату наплевав на все и лечь рядышком с т/ишой и проснуться днем, Арсений пошел ставить чайник для чая. Посидев немного, чайник начал быстро кипеть и кухню в полумраке стало заливать шумом. Попов услышал из комнаты шорохи, но не предал этому значения. Периферийным зрением мужчине удалось увидеть фигуру в дверном проеме коридора. Это была т/и. Арсений повернулся вполоборота и увидел картину: она стояла ровно, упираясь в стену и дверь ванной, смотря пустым и хрустальным взглядом прямо перед собой. После трех минут в таком состоянии,..

___________________

..ее изумрудно-янтарные глаза потемнели и стали медленно закрываться, руки и колени бросились в дрожь. Девушка медленно оседала на пол. Арсений успел за секунду до падения подхватить хрупкое тело на руки и отнести в спальню, положив девушку с до ужаса худыми запястьями и бледным лицом на кровать, осматривая ее томным взглядом васильковых глаз. – Что же ты.. – шепотом, с ноткой грусти в голосе, пробормотал себе под нос Арсений, когда брови девчонки нахмурились и она вроде бы приходила в сознание. – О, А-арсений Се-ергеич, а как вы тут? И где я? – словно после наркоза сказала т/и, все тем же потемневшим взглядом осматривая помещение и мужчину. Попов сидел возле кровати на корточках и шокировано выгнул брови, даже опущенные ресницы стали смотреть вверх. – Т/иш, что ты последнее помнишь? – после слов Арсения, девушка положила голову обратно на подушку и закрыла лицо ладошками вспоминая последний кадр своих действий. – Как я.. пришла домой, села.. мг.. А дальше не помню, – сказав, руки переместились на виски и силой надавили. – Сколько я здесь? Который час?! – т/и привстала. – У тебя провал в памяти. С того момента прошло больше двенадцати часов. У тебя такое раньше было? – Нет, не было, – отрицательно покачала головой девушка, – А если бы и было, то я думаю знала бы. А что произошло? – т/и смотрела на Арса вопросительным взглядом котенка, опустив голову в сторону. – Ты упала в обморок... – Попов решил не рассказывать все подробнее, чтобы не напугать девушку. – Как ты сейчас себя чувствуешь? – В норме, думаю. Я как будто спала две недели и выспалась и.. – т/и не успела договорить пару слов, как Арсений резко встал и куда-то ушел. Т/и сидела на кровати вытянув ноги и сложила руки перед собой в замок. В ее разуме помутнение, и белый шум. Если ее позвать, то придется потрясти за плечи, что Арсений и сделал. Девушка сидела и смотрела пустым взглядом куда-то. Со стороны – жутковато. –Т/иша-а. Т/иш? Т/и, – Арс звал девушку откуда-то из-за предел комнаты. На последнее т/и не ответив, мужчина заглянул в спальню. На кровати как будто сидело тело без души. Правда, показалось..

***

Сейчас была та атмосфера, безмятежная. На улице густой, белый туман. На дорогах не высохли лужи ночного дождя. И пара шла по пустым дворам. Ну точнее из-за того, что когда т/и и Арсений вышли из дома, у т/и закружилась голова и Арс успел подхватить ее и взять так, чтобы это девушка взяла его под руку. Время было почти девять, но психолог не собирался идти на работу и вести т/и на учебу. Они шли к дому т/и. Арсений хотел чтобы она отлежалась дома пару дней и так как т/и рассказала все про отца, и забыла что говорила, то Арс хотел убедиться, что девушке не грозит опасность дома. Подойдя к нужному подъезду, девушка обнаружила даже связку ключей, на дне кармана толстовки и открыла дверь. У Арсения плохое предчувствие. Лучше бы он оставил т/и у себя и сам проверил бы ее квартиру и поговорил бы с отцом. Не стоило им подниматься ведь..