Белые и пушистые

После обеда Макс уехал под непрекращающимся дождем в город, оставив бомонд Сеньке. Свет так и не дали, но народ не расстраивался. Ревизия показала, что в закромах у Сеньки и у Макса есть целая куча настольных игр, правда, девочковых. Макс от расстройства даже полез на чердак за игрушками из своего детства и откопал древнюю настолку про мишек с затертыми до белизны клетками и недостающими фишками, но пацаны не унывали. Сначала невозмутимо играли за поняшек и феечек, потом вообще совместили все игровые поля, устроив масштабную битву за жетоны, карты, кексики и прочие ништяки, собранные из всех коробок сразу. Поучаствовав немного в этом безобразии и в третий раз засадив свою фишку в тюрьму, Макс сдался и свалил, пояснив для приличия: — Надо пожрать купить. — Распечатаешь мне там, — откликнулся Мишка. — Я тебе скинул. Поэтому Макс зарулил еще и к Алине, давней знакомой, работавшей в какой-то конторе, связанной то ли с типографией, то ли со всякими рекламными штуками. Принтер у нее точно был, а бонусом — приличные ноги и классные длинные волосы. Правда, оказалось, что теперь у Алины муж и солидный такой беременный живот, но Максовых планов это почти не порушило: распечатать всякие страшные рожи удалось по высшему разряду, а еще Алина, растроганная рассказом о целой армии пацанов, которым нечем заняться вдали от цивилизации, выделила на их нужды кучу разноцветных маркеров и однотонных футболок, кружек и бейсболок. После этого Макс заехал в супермаркет, особое внимание уделив всевозможным сортам мороженого, вафельным рожкам, сиропам, посыпкам и прочим излишествам, безуспешно попытался склеить кассиршу и наконец поехал назад. Убаюканный дождем бомонд дрых в Сенькиной гостиной: Яровые — на диване, Юрка с Джеком — в одном кресле, Кудрявцев — в другом, Стрельцов — прямо на полу, на уютном полосатом половике, положив голову на розово-сиреневое игровое поле с поняшками. Джек отметил приезд Макса ленивым поворотом уха и поглубже зарылся носом в Юркину футболку. Макс тихонько фыркнул, заметив, что кто-то сплел волосы Яровых между собой в аккуратные тонкие косички, сделал себе мысленную зарубку насчет того, что надо будет не пропустить их пробуждение, и огляделся в поисках Мишки. — Чё встал? — прошипел из-за двери Мишка. — Разбудишь! Макс виновато отступил, проследовал за ним в летнюю кухню, обнаружил, что Степан сидит на подоконнике и моется, Сенька прилежно выколупывает косточки из вишни, а Анна Степановна и Маша распихивают по банкам огурцы и помидоры. — Ну чё, как съездил? — спросил Сенька. — Всё добыл? — Почти, — кивнул Макс, с грустным вздохом вспомнив о выбывшей из ассортимента добычи Алине и неприступной кассирше. — Страшные рожи распечатал, пожрать купил… Ой! Там же это самое, Мишань, в морозилку надо, пока не растаяло, помоги тащить. Он кинулся во двор, чтобы выгрузить пакеты с едой, обернулся на лишенного энтузиазма Мишку: — Чё? — Ты дебил? — деликатно поинтересовался Мишка. — Да чё? — возмутился Макс, открывая багажник. — Смотри, сколько мороженого накупил, на неделю хватит. И с этими вашими макадамиями солеными, чтобы буржуинам угодить, и с оливками… Тьфу, бля, не с оливками. С фисташками, во. — Где ты всё это хранить собрался? — терпеливо спросил Мишка. — В морозилке, а чё?.. А, бля! — Макс растерянно замигал, потом махнул рукой: — Да ладно, чё. Буди свой бомонд, щас сожрем.