Наследство

— Я призрак, — спокойно ответил парень. Глаза девушки невольно увеличились в размерах. Она настороженно осмотрела брюнета, пытаясь понять, не шутит ли он. Но понимая всю абсурдность его слов, блондинка пускает смешок. — Призрак? Серьёзно? — Кан продолжает с усмешкой смотреть на парня, лицо которого выражает абсолютное спокойствие. — Слушай, не знаю какие у тебя там проблемы с головой, но оставь меня в покое и убирайся с моего дома! — приказала Хелен. — Не веришь? — теперь усмехнулся парень. — Тогда смотри, — брюнет быстро подошёл к стене между комнатой и кухней, и также быстро прошёл сквозь неё, будто никакой стены там и не было вовсе. — А теперь веришь? — спросил брюнет, когда вернулся назад через ту самую стену. — Ч-что?... Как ты это сделал?! — недоумевает блондинка. — Молча. Хёнми удивлённо приоткрывает рот и еле держится на ногах. Сзади она нащупала мягкое кресло, на которое упала своей пятой точкой. В данный момент её голову терзают сотни мыслей и самая главная из них: какого чёрта это только что было?! Ведь это же невозможно! Призраков не существует и не может существовать, это противоречит науке. Но как же тогда объяснить то, что только что случилось? Журналистка определённо запуталась. Она просто не знает, что ей сейчас нужно думать и как реагировать. — Хэй, с тобой всё в порядке? — брюнет подходит к ней и заглядывает в глаза. Девушка резко выходит из транса, смотрит на парня и заторможенно кивает, при этом всё ещё находясь глубоко в своих мыслях. Брюнет не выдерживает такого состояния блондинки и обращается к ней: — Так, давай ты сделаешь глубокий вдох и выдох, хорошо? — спрашивает он. Кан кивает и начинает дышать, а парень тем временем жестикулирует руками, медленно поднимая их вверх-вниз. — Успокоилась? — Кажется, да, — журналистка ощущает, как снова начинает здраво мыслить. Она поднимает взор на брюнета и спрашивает: — Как? — Ты про существование призраков? — кивок. — Не знаю, они просто есть. — Хорошо, — ей до сих пор эта мысль кажется бредовой, но теперь блондинка готова поверить в существование сверхъестественного. — Ты говорил, что я должна тебе помочь. С чем? — Помоги мне узнать что со мной случилось. — Но разве ты сам не знаешь? — удивляется та. — Если бы знал, не просил бы о помощи, — парень закатывает глаза. — А ты не можешь найти кого-нибудь другого? — на эти слова он окатывает её взглядом а ля "ты совсем ку-ку, что ли?" — У меня нет на это времени, послезавтра я отправляюсь домой в Америку. Глаза парня стали размером в пять копеек. Он завертел головой и быстро заговорил: — Нет-нет-нет, ты не можешь этого сделать! — Вообще-то могу и сделаю. Парень быстро подошёл к ней и попытался схватить за плечи, но, очевидно, у него это не получилось, ибо его руки просто прошли сквозь девушку. В это мгновение Кан почувствовала холодок и мерзкое ощущение по всему телу, что слегка испугало её, но девушка не подала виду. — Послушай, этот телефон теперь у тебя, — брюнет показал пальцем на то самое наследство, — а это значит, что ты должна продолжить дело своей тёти. — Какое ещё дело?! — Помогать заблудшим душам доделать их оставшиеся дела, чтобы те смогли найти покой. Слушай, отложи своё возвращение хотя бы на неделю. А позже отдай телефон Сокджину, он же тебе предлагал это. — Ты следил за мной? — возмущается Хелен. — Что-то типа того, — Хёнми одаривает парня недобрым взглядом. — Это правда очень важно. Тем более, — брюнет отходит от девушки, — ты уже согласилась, а это значит, что я буду преследовать тебя по-о-остоянно. — Вот придурок, — шепнула журналистка, на что призрак ответил коротким "я всё слышу!" — Ладно, я помогу тебе, но после ты оставишь меня в покое! — Конечно. — Хорошо, начнём с того как тебя зовут и сколько тебе лет? — Чон Чонгук, двадцать три. — Меня Кан Хелен, точнее... Кан Хёнми, — запнулась блондинка. — Я это уже понял, — усмехнулся Гук, намекая на свою слежку, а Кан закатила глаза. — Что последнее ты помнишь? — То, как я ложусь спать у себя дома. Это было... ммм... ночью на первое июля. — Первое? Но ты впервые позвонил мне ночью второго июля. — И что это значит? — Души ведь покидают тела сразу после смерти? — Чон кивнул. — Похоже, ты не помнишь целый день до происшествия. — насмотревшись детективных сериалов (в особенности "Сверхъестественное") Хелен выдаёт: — Давай начнём с опроса твоих близких. Чонгук согласно кивает. Оказалось, что родители парня живут в достаточно престижном районе. Повсюду стояли изысканные дома, владельцы которых были намного богаче среднестатистической семьи. Нет, Хелен, конечно, тоже могла себе ни в чём не отказывать, что также делает её несколько богаче обычных людей, но не до такой степени. Журналистка хотела спросить парня, откуда у его семьи такие деньги, но передумала, поняв, что его видит только она, а жить в психушке, наверное, не особо весело. Гук заранее предупредил, как зовут его родителей, чтобы потом не было неловкостей. Его мама — Чон Джиён, а отец — Чон Тэмён. Дойдя до нужного дома, девушка прокашлялась в кулак и позвонила в дверь. Через минуту их открыла милая чёрноволосая женщина, на вид лет пятидесяти. Она слегка улыбнулась, хотя было видно, что эту улыбку Чон Джиён буквально выжимает из себя. Хёнми быстро догадалась, в чём дело. — Чем могу помочь? — Здравствуйте, госпожа Чон! — блондинка поклонилась. — Я хотела спросить у Вас, на счёт вашего сына. Было видно, что упоминание её ребёнка ранило Чон, однако, она сделала всё, чтобы не показывать этого. Ведь такими и должны быть авторитетные женщины — стойкими. — Простите, а кем Вы ему приходитесь? — поинтересовалась та. Хелен слегка замялась, не зная, что ответить, но это быстро исправил Чонгук, когда подсказал: — Скажи, что ты моя бывшая одногруппница. Мои родители никого из них не знают. — Меня зовут Кан Хёнми, я бывшая одногруппница Чонгука. — О, тогда проходите, не стойте на пороге, — женщина отошла в сторону, тем самым пропуская журналистку. Внутри дом выглядел просто потрясающе. Было ощущение, что ты находишься в каком-нибудь замке. Сам дом был в светлых тонах, на стенах висели различные картины, присутствовало много мелких деталей интерьера, как например, ваза причудливой формы без цветов внутри. Казалось, будто каждая вещь стоит именно на том месте, где и должна быть, что если что-то переставить, будет уже совсем другая картина. Пройдя в гостиную, девушку удивила огромная хрустальная люстра посреди потолка. Она будто вот-вот упадёт тебе на голову, но, к счастью, этого не произойдёт. Чон Джиён пригласила девушку сесть на белый диван, а сама села в кресло напротив. — Может быть чаю? — предложила она. — Нет, благодарю, — женщина кивнула. — И что же Вы хотели узнать? — Я Вам очень соболезную, — искренне произнесла блондинка. — Вам, возможно, сейчас очень тяжело. Джиён горько усмехнулась. — Вы не представляете, насколько. Чувство, будто от тебя отрезали часть души. — Понимаю. Переживать смерть сына, наверно, ужасно больно. Глаза женщины округлились. — Смерть? Он не умер, он лежит в коме, — теперь пришла очередь Хелен удивляться. Она, будто ненароком, бросила взгляд в сторону и увидела, что брюнет был в таком же замешательстве. — Простите меня, пожалуйста, за такие слова, я не была в курсе всех подробностей. — Ничего страшного. — Вы не знаете, что с ним произошло? — поинтересовалась журналистка. — Нет, мне позвонили уже с больницы. Сказали только то, что это было сильное отравление. — Выходит... кто-то желал Чонгуку смерти? — Выходит так, — понуро ответила женщина. Примерно минуту они молчали, всё переваривая, пока Кан не прервала тишину. — А где Ваш муж? — Он после того что случилось, постоянно на работе, тем самым пытаясь отвлечь себя. Мне его сейчас очень не хватает. Ещё немного поговорив с мамой Чонгука, девушка узнала адрес, где лежит парень, и попрощалась с ней.  Следующим пунктом назначения была больница. Зайдя в здание, блондинка первым делом двинулась к стойке регистрации и спросила, в какой палате находится Чон Чонгук. Получив ответ, она направилась к названной палате. Журналистке повезло прийти как раз в часы посещения, иначе она бы не попала к телу парня. Пройдя внутрь, было очень странно видеть лежащего Чона, когда он в то же самое время стоит около тебя и также смотрит на своё бездушное тело. — И как ощущения? — хмыкая, спрашивает Кан. — Честно? Хрен его знает. — Что ты думаешь по поводу того, что сказала твоя мама? — Ты про то, что меня пытались убить? — кивок от девушки. — Не знаю. Я вообще не представляю, кто это мог сделать и почему. — Мы это узнаем... Обещаю, — тише добавила блондинка.