Гнездо Малиновки

***

      Возможно, Шигараки думал, что Изуку будет слишком больно двигаться. Может, он думал, что Ному держит его крепче. Может, он был слишком зол, чтобы думать об этом.       Поэтому, когда Шигараки подошел ближе, Изуку смог нанести хороший, сильный удар ногой между ног одним ботинком со стальным носком и столь же резкий удар в живот другим.       Синеволосый мужчина рухнул на землю от боли, даже когда Ному закричал, бросив Изуку прямо в фонтан со смертельной силой. Он видел звезды, но было достаточно времени, чтобы убедиться, что он кинул его в фонтан очень специфическим и отработанным способом.       Не в первый раз он был благодарен за свой опыт в роли Робина — если бы его не швыряли сквозь кирпичные стены больше раз, чем он мог сосчитать, он, вероятно, не выжил бы, будучи брошенным в каменный фонтан с силой, сопоставимой с силой Супермена. (Хотя Изуку, думает, что Всемогущий — и, соответственно, Ному — на самом деле был немного сильнее Супермена, но они никогда не узнали бы об этом по-настоящему.)       Ему с трудом удалось избежать тяжелого сотрясения мозга. Поднявшись на ноги, он заметил, что Цу, Эйджиро и Минета схватили Айзаву, и все трое спрятались возле лестницы, в ужасе наблюдая за разворачивающейся битвой. Айзава, в частности, смотрел и выглядел, будто готов сорваться и бороться вместе с Изуку (или убить его сам), хотя его обе сломанные руки и крайняя травма головы предотвращены. Серьезно, как он проснулся?! Даже Брюс не мог оставаться в сознании после такого избиения!       Изуку послал бы им ободряющую ухмылку, но он не мог рискнуть привлечь к ним внимание.       В тот самый момент двери USJ сорвались с петель, когда вошел Всемогущий. Впервые после инцидента со слизью-злодеем Изуку с облегчением увидел Героя номер один. — Ты не торопился, черт возьми! — Он раздраженно дернулся. Он уклонился в сторону, увидев движение периферийным зрением, только чтобы расслабиться, осознав, что это всего лишь Шигараки, наконец, встающий. — Похоже, мы продолжим…       Может быть, для головы Изуку это было слишком, ведь хотя он мог следить за впечатляющей скоростью Всемогущего (который, он отметил, все еще медленнее, чем ному), он не смог увернуться от руки человека, который схватил его, и безопасно оттащил его к одноклассникам и тяжело раненому сенсею. — Изу! — У Цу были слезы на глазах, когда она посмотрела на него. — Черт возьми, мужик! Что, черт возьми, это было?! — Эйдзиро посмотрел на него широко раскрытыми глазами.       Айзава сердито посмотрел на него, когда Изуку быстро достал свою аптечку. — Перестань пялиться и молчи. — Изуку послал Айзаве собственный взгляд, когда он (неловко, но искусно) обернул ему голову, чтобы остановить кровотечение. Он не хотел связываться с руками Айзавы. Они были слишком разрушенны, чтобы он мог с ними справиться. Вместо этого он обернул локоть и осторожно обвил руками импровизированную перевязку, чтобы предотвратить их ухудшение, прежде чем сделать то же самое со своей собственной сломанной левой рукой. — Ты делал это раньше. — Эйджиро обвинил. — Конечно у меня была практика. — Изуку быстро вправил себе плечо на место, дернув его в сторону лестницы. — Ой. Ненавижу вправлять это. — Он быстро встряхнулся. Теперь он больше ничего не мог сделать для своей левой руки — для этого требовался медицинский работник. И он не чувствовал никаких других серьезных травм, которые нельзя было бы лечить позже. — Все в порядке. Обработка ран завершена. - Изуку кивнул самому себе. — Нам нужно вытащить отсюда Айзаву и перегруппироваться со всеми. — Он посмотрел на остальных четырех человек, с которыми был. — Проблемный ребенок. — Айзава прорычал сквозь стиснутые зубы. — Береги силы, но старайся не спать. Травмы головы — суки. — Изуку покачал головой. — Продолжай говорить, но не смей двигаться. — Спасибо. — Он многозначительно посмотрел на Изуку. — Если ты умрешь, я верну тебя и убью сам. — Изуку пообещал. — То же самое, сопляк. — Никто не умрёт! — Эйджиро отрицал это, осторожно подхватив Айзаву на руки. — Эйджи, продолжай говорить. Если он заснет с травмой головы, он может никогда не проснуться. — твердо заявил Изуку. — П-правильно. — Он колебался. — Ты был таким крутым. — Он молчал с минуту. — Хорошая попытка, малыш. — невнятно пробормотал Айзава. — Мы займемся вашей спасательной формой позже в этом году.       Изуку фыркнул. — Тогда тебе лучше подождать, чтобы научить нас, Сотриголова.       Всемогущий до этого момента сражался с Ному — все еще бил существо, которое, как утверждал Шигараки, обладало несколькими разными причудами. Но потом… Изуку почувствовал это раньше, чем увидел.       Рука Шигараки пролетела через портал, созданный Курогири. Глаза Изуку встретились с глазами Шигараки. Единственно, что он понял в тот момент — то, что изначальной целью Шигараки было убить Всемогущего, злодей нашел более насущную цель — Изуку. Получив несколько ударов и задев гордость Шигараки, Изуку сумел изобразить себя равным злодею. Теперь, похоже, Шигараки видел Изуку так же, как Джокер когда-то видел Бэтмена. И Изуку не мог сказать, что он был слишком доволен этим чувством.       Изуку почувствовал, как пять пальцев коснулись его правой щеки, когда расцвела боль. Шигараки не собирался стрелять на поражение — он это чувствовал. — Это было больше, чем это. Предупреждение. Знак. Метка. Он хотел заклеймить Изуку своим соперником — своим антагонистом. И боль прямо под его правой скулой вспыхнула, когда Причуда Шигараки разъела его кожу. В тот же момент он метнул нож, который нанес Шигараки глубокий порез на левой щеке — тот, который наверняка оставит шрам. Он все еще был заперт в напряженном состязании взглядов с мужчиной, который ухмыльнулся и…       Хлопок!       Рука исчезла, когда Шигараки осторожно держал себя за плечо, кровь распустилась, как цветок, на его рубашке. Изуку тяжело вздохнул, момент напряженности прошел.       Прибыла кавалерия.       Сущий Мик увидел их первым, и когда его глаза остановились на Айзаве, выражение его лица изменилось. — ДАААААА!!! — Он почти закричал самым громким голосом, который Изуку слышал в своей жизни. К счастью, это не было направлено против него.       Несколько злодеев, которые только начали приходить в себя и готовились атаковать группу раненых, повалились на землю. — Ребята, вы живы? — спросил Мик, спрыгивая вниз, чтобы оценить ситуацию. Он казался бы непринужденным для кого-либо еще, но для Изуку, который научился прислушиваться к легким притокам тонов и языка тела, чтобы понимать эмоции Бэтмена, страх и беспокойство Сущего Мика были такими же громкими, как и его причуда. — Я жив… — заверил Айзава. — Я все еще дышу. — Изуку кашлянул небольшим количеством крови — одна рука проводила по тому, что, как он знал, должно было стать новым шрамом на его правой щеке. Он вздрогнул, когда пот и грязь на его руке заставили открытую рану болеть еще сильнее. — Цементосс! Здесь раненые! — Сущий Мик позвал. — Держись, мы позаботимся об этом. — Он улыбнулся. — Теперь ты в безопасности.       Остальные дети расслабились, но Изуку оставался неподвижным и напряженным, готовый драться через мгновение, если понадобится. Нет никакой логики в том, чтобы расслабляться, когда ваш враг буквально имеет доступ к телепортации. — Осторожней. Синеволосый — Шигараки — имеет причуду распада. Все пять пальцев должны коснуться его цели, и он не может контролировать скорость и силу распада. Когда он злится, он сильнее. Изуку сообщил. — У парня, покрытого тенями, есть причуда телепортации. — Хорошо. Спасибо, маленький слушатель. — Он улыбнулся, прежде чем побежать, чтобы присоединиться к драке.       Цементосс направился к ним вместе с Полночью. Когда два учителя подошли к ним, Изуку почувствовал странное желание повернуться и посмотреть на квадрат, который они только что оставили. Он снова встретился глазами с Шигараки.       Мужчина ухмыльнулся, и на его лице расплылась болезненная искаженная улыбка. — Я с нетерпением жду нашего матч-реванша… — его голос был тихим, но устрашающе эхом разнесся по всему зданию. Изуку смутно заметил, что вся территория замолчала, поскольку Шигараки одной ногой стоял в портале своего побега, когда он говорил. — Изуку… — Он чувствовал, как учителя напрягаются, и смотрел на него с зарождающимся ужасом. — Я признаю тебя своим врагом. Я убью тебя. — Изуку почувствовал, как Айзава сдвинулся с места, а Полночь и Цементосс встали немного ближе к нему, как будто защищая или оградив его от вновь обретенного врага.       Но Изуку не отрываясь встретился взглядом с Шигараки, в его глазах пылал огонь. — Ты можешь попробовать, Шигараки. — Его собственный голос эхом отдавался, когда он пытался подавить желание откашляться еще больше. Вместо этого он злобно ухмыльнулся ему сквозь окровавленные зубы, передавая силу, полученную от бесчисленных невзгод. Он проигнорировал боль в своем теле, когда он принял обманчиво расслабленную, но уверенную позу — ту, которую он постоянно использовал в роли Робина. Он молча говорил Шигараки, что его не беспокоит его заявление. — Но тебе будет очень трудно достичь этой цели. Я отказываюсь умирать от твоей руки. — Тогда оказывается, что мы зашли в тупик. Кажется, я нашел бонусный уровень. — Шигараки рассмеялся, и в его глазах вспыхнуло волнение, когда он и Курогири сбежали.       На мгновение все замерли. Злодеи — пушечное мясо — были пойманы, и никто не знал, что сказать после этого. — Мы должны найти оставшихся студентов. — сказал Незу, выводя всех из ступора.       Полночь осторожно взяла Айзаву из рук Эйджиро, когда Цементосс подошел к Изуку и осторожно поднял его. — Я не уверен, была ли эта твоя речь сильной или глупой, но в любом случае ты сильно ранен — ​​тебе не следует идти. — Цементосс напомнил ему. — Я полагаю, это справедливо. — Он закашлялся еще больше крови. — Хотя, возможно, я его немного разозлил. — Ты думаешь? — Эйдзиро усмехнулся. — Как вы думаете, вам бы понравился удар по орехам? — вслух задумался Изуку. — Вы действительно пнули негодяя по яйцам? — Полночь смотрела, подергивая губами. — Он сделал это. — Айзава ухмыльнулся. — Хорошо, ты еще не умер. — Полночь ухмыльнулась. — Постарайся бодрствовать без своего дьявольского напитка. — Это эффективно. — возразил Айзава. — Как бы то ни было, это сердечный приступ в чашке. — Она покачала головой, когда они шли по платформе.       Изуку вздрогнул, когда у него изо рта, как у Всемогущего, хлынула кровь. — Боже, я ненавижу внутреннее кровотечение. Это отстой.       Цементосс недоверчиво посмотрел на него. — Ты… — Он покачал головой, следуя за Полночью на улицу. — Не могу поверить, что «отстой» — это его реакция… — проворчал Цементосс себе под нос. — Мидория! — Глаза Ииды расширились от страха, когда он увидел, как учитель выносит своего друга, залитого кровью. Кость его плеча была видна, а левую руку держали на наспех сделанной перевязи. — Я буду в порядке, Иида. — Изуку отмахнулся от него здоровой рукой. — У меня было и хуже. Все в порядке? — Да… все в порядке. — вмешался Каминари, на его лице отразилось беспокойство. — Выглядит хуже, чем есть на самом деле. — Изуку успокоил их. — Почему я тебе не верю? — Каминари вздрогнул.       Больше ни у кого не было шанса протестовать, когда Изуку погрузили в машину скорой помощи и бросились в больницу.       Он внезапно почувствовал сильную усталость. Его веки опустились, когда адреналин, наконец, начал выходить из его организма. Боль начала ощущаться, и он понял, что, вероятно, ему было немного больнее, чем он ожидал вначале. Но ему все равно было хуже. Он будет в порядке. Хотя скорая помощь была для него в новинку. Он скучал по Бэтмобилю…       Он наконец позволил дню настигнуть его, поддавшись тьме. Проклятие. Вот вам и патруль сегодня вечером.

***