Блудный сын: сборник

(pov Мартин) Не надо сражаться со мной, мой мальчик, не надо, Я же вижу, что ты очень устал. Ты хочешь, чтобы я согрел твои руки, Ты жаждешь объятий... - так иди, мальчик мой. Ко мне, я давно тебя жду, мой мальчик, Я так терпеливо, так долго ждал. Не надо сражаться со мной, мой мальчик, не надо, Я тоже люблю тебя, мальчик мой. Мартин боялся. Он боялся за своего сына. Но в то же время он был безумно рад, что тот пришёл за ним. Причём, один. - Вивьен, ты не боишься, что за ним нагрянет полиция? Ты не знаешь его босса: он ещё та ищейка. - Оо, - протянула Вивьен, удивленно приподнимая брови. - Он что тебе не сказал? Я же специально оставила вас вдвоём на пару минут, чтобы вы успели сказать друг другу "привет". Вивьен Кэпшоу подошла к кушетке, к которой был привязан Малькольм Брайт. Почти ласково коснулась его безвольной руки. - Бедный мальчик так тебя любит. Что никому ничего не рассказал. Никто не знает, где мы. Ни-кто. Вивьен с лёгким безумием во взгляде мечтательно улыбнулась. - Нас никто не найдёт. Мы будем вместе до конца наших дней. - А Малькольм? Что с ним? - напряжённо отозвался Мартин, не сводя глаз с "любимой" женщины. - Как я и сказала: мальчик тебя так любит. Но ты любишь только меня, не так ли, Мартин? Поэтому...Поэтому его участь давно решена. - Он умрёт сегодня, - пропела Вивьен, пританцовывая. - Нет...Нет!! - заорал Мартин, но это не остановило женщину, а, наоборот, воодушевило. - Не бойся, - по-своему интерпретировала Вивьен страх хирурга. - Я сделаю всё так, что вскрытие покажет, что Малькольм Брайт умер естественнной смертью. Крохотный укольчик не заметит даже патологоанатом. Как насчёт, ммм...эмболии? Я думаю, я смогу всё проделать чисто. Никто нас не раскроет, любимый. - Не смей! - орал Мартин. - Не смей! Не смей! Не смей! - Ты делаешь мне больно, - на глазах Вивьен появились слёзы. - Почему я вижу в твоих глазах любовь? Твой сын такой жестокий. Он предал тебя. Почему ты так страдаешь, Мартин? Мне хочется разорвать его за это голыми руками. Ты смотришь на него так...А должен смотреть так только на меня. С этими словами Вивьен вонзила шприц Малькольму точно в сердце. - Нет! Нет! Нет!!! Мартин, притворявшийся парализованным на ноги, вместе со стулом налетел на Вивьен Кэпшоу как ураган. Урча, он вырвал кусок мяса из её шеи. Прямо там, где пульсировала артерия. Вивьен растерянно попыталась ухватиться за рану, но Мартин ей не позволил. Он подтянул к себе скальпель, упавший со шкафчика во время их недолгой схватки и уверенным движением провел ей глубокий разрез от уха от уха, точно под челюстью. - Надейся, что умрёшь. Надейся, а иначе... Мартин был зверем в этот момент. Нет, он всегда был им. Как он мог вообще обманываться насчёт любви к этой женщине? В этом мире, в этой жизни, всё, что имело значение, это его сын. Его мальчик. Который, к слову, прямо сейчас смотрел на него. Глаза в глаза. Губы Мартина сами собой растянулись в широчайшую улыбку. - Ты убил её, - Малькольм был в ужасе. - Я спас нас. Малькольм закашлялся. Мартин подскочил к нему. - Мне нужна твоя помощь, мой мальчик. - Ты хочешь, чтобы я развязал тебя? - покачал головой Малькольм, до сих пор не в силах даже дотянуться до полного шприца, торчащего в его обнаженной груди. - Я хочу, чтобы ты жил, - серьёзно ответил Мартин. - Пожалуйста, позволь мне помочь тебе. - Но сначала я должен помочь тебе? - Точно. - Я не поеду с тобой, - Малькольм слабо отбивался. Ну так ему казалось. На деле же он лишь беспомощно мотал головой, нежно уложенной на плече у отца. Мартин осыпал его макушку тёплыми неторопливыми поцелуями. - Ты ведь знаешь, Малькольм, я не вернусь в тюрьму. Ты готов к тому, что ты меня никогда больше не увидишь? - Я... - Малькольм, никогда. Понимаешь это? Действительно понимаешь? - Больше никогда. Малькольм непроизвольно прижался к отцу сам. - Ты хочешь этого, мой мальчик? Хочешь остаться один? "Один", - Малькольм задрожал всем телом. Один...Но разве он не был один? Так долго. Так долго. Или нет. - Ты не был со мной, - Малькольм всхлипывал, цепляясь за отца как за спасательный круг. - Ты не был со мной. Я был один. "Так долго." - Я знаю, - шептал отец в ухо и касался, касался его везде. Малькольм был укутан. С головы до ног. Он был в безопасности. Отец был безопасностью. - Но ты не один. - Я не один, - повторил за ним Малькольм. "Больше нет." У Малькольма Брайта был выбор, отец дарил ему его. И в то же время - нет. Выбора не было. Больше нет. "Потому что я не хочу быть один. Я не хочу больше быть один, папа." - Куда мы отправимся? - вытирая слёзы о рубашку отца, прошептал Малькольм. Мартин Уитли, всё это время со страхом и болью ожидающий услышать "нет", счастливо рассмеялся. Новая жизнь началась. Свобода, ветер и... "Я и он." Отец и сын. Вдвоём. Навсегда.