Блудный сын: сборник

(pov Малькольм) "Не надо бояться", И я не боюсь. Я не боюсь тебя, Папа, я не боюсь. Это что-то другое, Это чувства мои. От которых я прячусь Также часто, как лгу тебе. Ты привык доверять мне, Ты веришь мне. А я вру тебе, вру тебе, Я вру тебе. Я не боюсь тебя, А боюсь я себя. Боюсь, что люблю тебя, Папа, как любил и тогда. "Не надо бояться", И я не боюсь... - Боишься меня? - Мартин Уитли привычно растянул губы в приветственной, дружелюбной улыбке. Малькольм не понимал, как отцу удаётся держать себя в руках. Так долго. Каждый раз. А, особенно, когда он намеренно грубил ему. Вот как сейчас. - А вас кто-то боится, доктор Уитли? - издевательски протянул Малькольм. Издёвка практически незаметная, но заметная для отца. Профайлер с удовольствием отметил, как тотчас раздулись ноздри хирурга, однако, вслух тот ничего не сказал. - Время меняет всех. Время и тюремная камера, - дерзко закончил Малькольм, почти желая, чтобы его наказали. В то же время думая, что желает лишь наказать отца. Позже он поймёт свою ошибку, как и всякий раз до этого. Хищник хищник всегда. Нельзя дёргать тигра за хвост и ожидать увидеть перед собой котёнка. - Что-то случилось? - еле ощутимая натянутость проявилась в улыбке Мартина, но он продолжал её сохранять. - Проблемы, мой мальчик? Малькольм молчал. Молчание спасло от вопля, что рвался на волю. Но не место и не время. А, вообще, лучше никогда. Отец не увидит его таким...слабым? Нет. Нуждающимся в нём. Всезнайка доктор Уитли как всегда попал в цель. Чёрт. Малькольм ненавидел это. - Что такое, мой мальчик? Ответь мне! - встревоженное лицо отца рассмешило Малькольма. Он захихикал себе под нос. Хорошо, что надзирателя отца рядом не было, а то бы он счёл его сумасшедшим. Яблочко от яблони, да? "Будто ты можешь меня спасти. Будто ты хоть что-то можешь сделать отсюда", - мстительно ответил Малькольм отцу про себя, успокоившись. - Просто новое дело, - сказал он вслух, не то что бы соврав. А подробности в виде того, что новый серийный убийца избрал его своей новой целью - этого хирургу знать ни к чему. Команде Гила пока удавалось скрывать этот факт от СМИ. А, значит, и от хирурга. "Что будет, если я больше сюда не вернусь?" - этот вопрос мучил Малькольма вот уже на протяжении нескольких дней. - Не потому что не хочу, злюсь, боюсь или наказываю, а потому что не могу. Не смогу. Больше нет." Угрозы преследователя не были чем-то эфемерным. К тому же Малькольм всегда видел намного больше, чем окружающие. Он не сказал этого Гилу, но лишь вопрос времени, когда он окажется в руках Немезиды - убийцы со свалки. И Малькольм не был уверен, что выиграет этот бой. Преступник имел что-то против него, что-то очень личное. Малькольм Брайт всё ещё не мог собрать картинку воедино. А зачем он сюда пришёл? Чтобы отец ему помог? Серьёзно?... Малькольм прикрыл глаза рукой. Какой он дурак. Зачем он сюда пришёл. В камеру к серийному убийце. К беспомощному серийному убийце. Малькольм снова начал хихикать. - Малькольм, посмотри на меня! - рявкнул Мартин. И это подействовало. Малькольм испуганно поднял на него глаза. Мартин попривествовал волну гнева шумным сглатыванием. Кто-то обидел его мальчика. Кто-то обидел его. Кто?! - Что случилось? - внятно и громко произнёс Мартин. Малькольм продолжал смотреть на него глазами испуганного оленёнка. - Что случилось, Малькольм? - повторил Мартин, держа над собой контроль, но уже с усилием. Хотелось встряхнуть своего мальчика, вытрясти из него ответы. Тем более, что отсутствие на личной встрече между отцом и сыном бессменного надзирателя Дэвида искушало. - Что будет, если я больше сюда не вернусь? Что будет с тобой...папа? Мартин вздрогнул. Что-то происходит. Что-то, чего он не знает. Не контролирует. "Мальчик мой..." - Но ты ведь вернёшься, не так ли? - скрывая свой страх, широко улыбнулся Мартин. - Ты всегда возвращаешься ко мне, мой мальчик. Потому что мы связаны. Мы нужны друг другу. "Я нужен тебе." - Но что если я больше не вернусь? - настаивал Малькольм. - Но ты вернёшься, - Мартин продолжал улыбаться. Сын пугал его, но он же шутит, да? Он просто наказывает его. Его обычное детское поведение. Мартин уже почти привык за годы длительного тюремного заключения и благосклонно прощал сына за выпады. Потому что он любил его. Потому что это его мальчик. Его запутавшийся маленький мальчик. - Ясно, - Малькольм тряхнул головой, слабо улыбнувшись в ответ. - Извини. Конечно. Я просто устал. Мне нужно идти. Хлопнула дверь. Малькольм не обернулся, хотя взгляд Мартина не отрывался от его спины. Да, мальчик просто устал. Он, разумеется, вернётся. Да?... - Что ты сказал?! - голос Мартина Уитли не поддавался контролю. - Что ты сказал, жалкая пародия на отца?! Мартин ненавидел Гила Аройо. Ненавидел его с того самого начала, как он потревожил его покой, позвонив в дверь особняка Уитли. Ненавидел его все последующие годы. За его арест. За выступление на суде. За интрижку с его бывшей женой. За то, что украл внимание его сына себе. Но сейчас Мартин Уитли действительно был готов разорвать детектива на куски. Лишь цепи останавливали его от этого поступка. Потерять его мальчика. Бросить его мальчика. Использовать его мальчика... - Вон, - рычал Мартин. Выходя из себя, но не настолько сильно, чтобы его тут же накачали барбитуратами. - Пошёл вон отсюда, мерзкий кусок дерьма. Гил с презрением отшатнулся от него, в то время как надзиратель Дэвид был уже наготове. однако, Мартин, сделав пару глубоких вдохов, успокоил себя сам. - Всё в порядке, - он примирительно поднял ладони вверх. - Мистер Дэвид, я в полном порядке. Надзиратель выгнул бровь, однако, рацию убрал. Гил Аройо ушёл, так ничего и не добившись. Мартин ничего ему не сказал. Но, разумеется, он знал имя Джона Уоткинса. И Мартин также знал, что он с ним сделает, когда найдёт его. Нечто ужасное. И при этом нечто восхитительное. Новое творение ХИРУРГА. - Где он? Где он? - Малькольм как новорожденный котёнок слепо тыкался в удерживающие его руки отца. Боль, голод, холод, кровь. Сколько дней он так провёл, сколько часов? - Он ушёл, - мягко шепнул ему куда-то в шею Мартин, подтягивая его к себе. - Он ушёл, мой мальчик. - Куда? - Туда, где ему место. Если бы Малькольм не был так слаб, он бы ужаснулся сказанному отцом. Он бы также высказался насчёт его очевидного побега из тюрьмы, но в данный момент Малькольм был слаб. Слаб и беспомощен. Так долго. Неудивительно, что он тянулся к силе. Тянулся к отцу. - Я не вернулся к тебе, - прошептал он, сам не зная зачем. Утыкаясь носом в грудь отца, обтянутую кожаной, старой курткой, Малькольм жадно вдыхал запах пота, крови и таблеток. А ещё запах его кожи. Запах отца. - Да, - согласился Мартин, обнимая его ещё крепче. - Я вернул тебя.