Блудный сын: сборник

(pov Мартин) Это не время - беда, Это мы. Мальчик мой, хватит Бить так меня. Неужели отца Не жалко тебе? Мой мальчик, жалеть Теперь придётся тебе. Время было неумолимо. Но Мартин стоически выдерживал его удары. Что было гораздо сложнее, в сотни раз хуже, чем если бы он был на свободе. Люди, не скованные цепями, могли позволить себе всё, он же - ничего. А ещё у него было слишком много тишины, пустоты и...времени. Тут не то что новую морщину заметишь, даже выпавший волос привлечёт внимание на весь день. Мартин замечал то, что обычно не является центром человеческой жизни. К тому же, он был нарциссом. Неудивительно, что вскоре он, и вправду, начал сходить с ума, становясь идеальным обитателем скандально известного Клэрмонта. Мартин в нетерпении выстукивал ногой ритм. Мальчик опаздывал. Мальчик, что клялся приходить всегда вовремя. Возможно, конечно, преданное обещание сыновьей верности жило лишь в в голове мужчины, но он отмахивался от подобных нюансов как от мухи. - Мистер Дэвид, точно никто не приходил? Может, звонил? - Мартин всё больше зверел. Надзиратель закатил глаза. Это был уже десятый вопрос за день, а время только-только подошло к обеду. - Все посещения и звонки фиксируются, доктор Уитли, - заверил хирурга мистер Дэвид. - Должно быть, ваш сын занят другими делами. "Какими другими?! - Мартин сходил с ума. - Я! Я и только я должен быть в приорите. Мой мальчик...Мой мальчик, зачем ты так..." - Я могу позвонить? - Мартин почти умоляюще взглянул на мистера Дэвида. - Я хочу убедиться, что мой мальчик не забыл. - Доктор Уитли... - Обещаю, всю неделю вести себя прилично. По-настоящему прилично, - пообещал Мартин. А он всегда держал своё слово. Во всяком случае, когда он давал его вот так - открыто и прямо. Надзиратель вздохнул. Семь спокойных дней звучали заманчиво. - У вас 10 минут, доктор Уитли, - решился темнокожий мужчина и протянул Мартину телефонный аппарат. Мартин дождался, когда гудки закончились и, естественно, никто не ответил, и начал говорить. Как действующий криминальный профайлер Малькольм записывал все звонки. Мало ли что может оказаться полезным. - Мой мальчик, - Мартин сглотнул. Вязкая слюна мерзко прошлась по сухому горлу. - Ты давно не приходил. Точнее, прости, не так. Ты пропустил свой визит. Разумеется, я помню, как пунктуален ты был все прошлые разы. Мой мальчик, всё хорошо? У меня не так много времени, мой мальчик... Пауза. "Всего лишь жалкие минуты." - Я очень быстро скажу. "Но мне так много надо сказать." - Мой мальчик, приходи. "Пожалуйста", - застряло на языке. Гордость и обида не позволяли просить. - Мой мальчик, как ты там? Как работа? Полагаю, ты - лучший из лучших. Я...так горжусь тобой. "Но и недоволен." - Я скучаю по тебе, мой мальчик, - Мартин смог это сказать. Он почувствовал облегчение. Дальше пошло как по маслу. - Я люблю тебя, мой мальчик. Не сомневайся в этом. Как может быть иначе? "Мой мальчик, как можно верить в обратное?" - Я жду тебя, мой мальчик. Твой старый отец ждёт тебя, Малькольм. "Отзовись же, отзовись." Мартин был уверен отчего-то, что сын на самом деле слышит каждое его слово, что он на том конце провода застыл в панике. Его славный, тревожный мальчик. - Приходи, - повторил он. - Я вёл себя примерно, и любой день открыт для посещений. - Мой мальчик, - Мартин казался себе слабым, и это было отвратительно. Но ради мальчика он склонял свою непреклонную голову. Только ради мальчика. Но жертва не оправдывалась. Или Мартину надо просто немного подождать. Как и всегда... - Я люблю тебя. "Люблю, люблю", - стучало в висках. "А ты любишь меня?" - Малькольм всегда ускользал от ответа на этот вопрос с тех пор, как вырос. Но однажды он не сможет. Да? Когда он придёт. Когда он придёт... Мартин сжал зубы. В подобные минуты тотального уныния, когда все планы разваливались как карточная колода, он терял свою выдержку. И поражался: терпеть двадцать лет - как это возможно? Но Малькольм зашёл ещё дальше - он снова сбежал. - Мой мальчик, - Мартин задержал дыхание, чтобы голос звучал мягче, приглушённее, привлекательнее. - Я жду тебя. "Я всегда жду тебя, мой мальчик." Джон, смеясь, отскочил от Малькольма, которого до этого зажимал в "щипцах" стального турникета в заброшенной ветке метро. - Куда ты? Подожди! - профайлер несмотря на боль в сломанных рёбрах всё ещё жаждал ответов. Но Уоткинс, обратившийся в темноту за собой, расставил всё на свои места. - Учитель, я привёл его, - почтительно произнёс Джон, чуть склонившись. Мартин Уитли сделал шаг вперёд. Грязная роба, измазанное в саже лицо - побег был сопровождён определёнными неприятными моментами. - Молодец! - похвал хирург "ученика". - Я знал, что могу на тебя положиться. Дальше я сам. - Встретимся в охотничьем домике? - спросил Уоткинс. В голове Малькольма щёлкнуло. Что-то знакомое чудилось ему в словах "убийцы со свалки". - Подготовь его для меня, мой друг, - Мартин похлопал Джона по плечу. Тот, кивнув головой, скрылся в глубине тоннеля. - Как ты...Как ты выбрался? - у Малькольма голова шла кругом. Это произошло этим утром? Вчера? Почему полиция Нью-Йорка до сих пор не подняла тревогу? Почему Гил не знает? Или уже знает? Малькольм проклинал свою беспечность. Он гонялся за Уоткинсом, но, оказывается, не видел полной картины. Может, что и никогда. - Я звонил тебе, помнишь? - глаза отца странно блестели. - Ты постоянно звонил мне, - Малькольм не совсем помнил, о чём хирург твердит сейчас. - Телефон мне обрывал. Это так назойливо. - Назойливо? - брови Мартина приподнялись. Казалось, он был сильно огорчён. - Я по-твоему назойлив? Я - твой отец!!! Трагическое эхо отразилось от бетонных стен. У Малькольма затряслась правая рука. Да ещё и ребра болели просто ужас. - Да, ты - мой отец, - согласился Малькольм. - К прискорбию. Мартин, медленно приближающийся к нему, остановился. Голос его непривычно дрогнул, когда он заговорил. - Ну что ж, мой мальчик, тогда я более, чем уверен в своём решении. - Время настало, - дополнил он торжественно. - Какое время? - Малькольму стало страшно. - Время собирать камни, - с широкой улыбкой Мартин бросился на сына. - Учитель! - Джон Уоткинс, ухмыляясь, встретил дорогих гостей ещё у забора. Он появился, видимо, уже после ареста хирурга. Во всяком случае, Мартин не помнил его наличия раньше. - А где щен..То есть, ваш мальчик? - Уоткинс ненавидел наглого щенка, но наставника обожал. Поэтому придётся сдерживаться. Пока он не поймёт, какие всё же узы связывают двух Уитли - узы ненависти или всё же любви. В любом случае, он примет сторону хирурга, разумеется. При любом раскладе. - Он был несколько упрям, - Мартин любовно огладил свою старую машину, на которой он приехал. Уоткинс любезно сохранил её для него. - Пришлось его утихомирить. Джон заглянул в кабину. На сиденьях никого не было. Глухие звуки из запертого багажника подтвердили его подозрения. А восторг усилился, когда, открыв его, он увидел презанятную картину - Малькольм Уитли был по шею "упакован" в огромный, холщовый, строительный мешок как какой-то товар. Или щенок. Ну не прекрасно ли? - Что м...вы с ним будете делать? - "мы" Джон пока опустил. - Пока ничего, - Мартин потянулся всем телом, демонстрируя усталость. Это было так трогательно. Джон млел от таких моментов. - Сейчас я хочу спать, - заявил Мартин. - Комната готова? - Да, мой учитель, - Джон надеялся, что щенка Мартин оставит на него. Но его ждало разочарование. Мартин поднял обездвиженного Малькольма на руки - легко как пушинку и вместе с этой ношей зашёл в дом. - Он останется с нами? - несмело спросил всё-таки Джон. Мартин уже открывал дверь в его личную комнату - с тех пор и до сих пор. - Он, - подчеркнул Мартин. - Всегда со мной. "Всегда, - горели ликованием его светлые, но в этот миг потемневшие глаза. - Навсегда." Джон пнул ножку стула, оставшись один. Он был в расстроенных чувствах. Он так надеялся, что щенок умрёт, как и должен был умереть от их совместных усилий ещё двадцать лет назад. И разве время для этого не настало? Время собирать камни. За всё, что тот натворил. - Я слежу за тобой, щенок, - пробормотал себе под нос Джон. Он одновременно тушил овощи и жарил стейки. - Внимательно слежу.