Можешь опустить свои дубинки, стручковый перец

Он не останавливается, пока не доберется до станции метро. Он замедляет свой темп, чтобы соответствовать темпу других пассажиров, и идет на поезд. Он делает все возможное, чтобы вести себя так, как будто в его карманах нет заряженного огнестрельного оружия, машет и улыбается, сжав губы, потрясенным пассажирам. К тому времени, когда он достигает станции для своего стыковочного поезда, он едва может дышать. Как только поезд подъезжает к станции, он спрыгивает, бежит в ванную и, убедившись, что комната пуста, запирается в кабинке. Его сердце колотится, когда он прислоняется к двери стойла и прижимает руку к груди, пытаясь отдышаться. Он не может поверить в то, что только что произошло, и не может понять, что делать дальше. Он, конечно, герой, но ему никогда не приходилось иметь дело с покушением. — Может быть, мне это показалось, — бормочет он, закрывая глаза и медленно дыша, — я просто… Я отстаю от сна, переутомляюсь. Я представлял, что происходит. Я посмотрю в кармане — и пистолета там не будет. Этого не произойдет. Но когда он заглядывает внутрь своей мантии, сдвигает ткань и смотрит вниз, вот оно. Он снова осторожно вытаскивает его, изучая, как будто это опасная вещь, которая… Это его почти орудие в руках потенциальной жертвы. С дрожью он нажимает на предохранитель, прежде чем идти дальше. Пистолет черный, как ночь, и прохладный на ощупь. Он переворачивает его в руках, не уверенный в очаровании, которое он чувствует, овладевая им. Прежде чем он может потерять самообладание, он поднимает руку вверх, направляя пистолет на стену. Звук открывающейся двери ванной вырывает его из мыслей. Фил подпрыгивает так сильно, что почти роняет пистолет, который он продолжает запихивать обратно в свою мантию. Он быстро открывает дверь стойла и моет руки, пытаясь остановить их дрожь, когда он это делает. Он избегает зрительного контакта с другим мужчиной в ванной и делает то же самое, когда возвращается на платформу метро и садится в ожидающий поезд. До конца поездки домой он держит голову опущенной. Он избегает делать что-либо, что могло бы привлечь к нему внимание; помимо очевидного, будучи известным героем. Кажется, что он даже не может дышать, пока не переступит порог пентхауса. Но как только он дома, это чувство не проходит. Он смотрит на пистолет и фотографию, лежащую на его кровати, и изо всех сил пытается понять что-нибудь. Все, что он может видеть в своем уме, это окровавленное тело перед ним и глаза Шута, просто наблюдающие. Он опытный герой, это не должно было потрясти его так сильно, как это было. Но теперь у Фила есть незаконное оружие в его доме и моральный конфликт в его голове. Он остается за столом, постоянно воспроизводя эти голубые глаза, пока его телефон не звонит поздно ночью и не заставляет его прыгать. Вздохнув, он достает телефон из кармана и отвечает на него. — Привет? — Фил! — Уилбур громко восклицает над слабым звуком качающегося баса, — у меня к тебе вопрос. — Да, что это, Уил? — он тяжело сглатывает и в последний раз смотрит на пистолет, прежде чем встать из-за стола, — тебе лучше быть нормальным прямо сейчас. Уилбур смеется. — Может быть, я немного навеселе. — Уил, у нас завтра работа, — твердо говорит Фил, — у вас есть патруль первым делом утром. — Тише, Фил; это проблема для будущего Уилбура. В любом случае, мне было интересно, смогу ли я… Остальная часть его предложения проглатывается криками и громкой музыкой. Лед звенит на заднем плане, и люди громко смеются. — Уил, ты в баре? — Что ты… Раздаются возбужденные крики, и Фил слышит сладкий голос, приветствующий множество людей. Уилбур болтает без умолку в течение нескольких минут, и Фил вздыхает. — Я поговорю с тобой завтра, хорошо? Приходите домой к четырем. Уилбур напевает. — Хорошо, Фил! Спокойной ночи! Ники, если хочешь, можешь сесть рядом со мной… Фил кладет трубку. Его голова стучит, и наступает истощение. Он берет пистолет, его потенциальную причину, на цыпочках проходит мимо комнаты Техно и заворачивает его в полотенце. Он берет его в свой шкаф и становится на колени перед сейфом. — Мне арестовать его? — бормочет он, осторожно помещая оружие внутрь, — я имею в виду, он спас меня. Но, опять же, он уничтожил человека. В ту ночь в постели Фил не может уснуть. Должен ли он рассказать Техно и Уилу о том, что произошло? И затем одно предложение, произнесенное линчевателем, эхом отдается в его голове. — Это не весело делать свою работу, если ты не цел, чтобы поймать меня, не так ли?