Распустившийся цветок

Я проснулась в своей комнате, накрытая одеялом. Придя в себя, я почувствовала, как события прошлого вечера и ночи обрушились на меня, будто лавина холодного снега. Но почему-то именно то, от чего я пришла в настоящий ужас, было не столкновение с мертвым Семёном, а то, что вчера я глупо расплакалась в объятиях Ромы и, видимо, там и заснула. «Боже-е-е… — в ужасе подумала я, закрывая лицо руками. — Какая же я дурочка!». На кухне уже слышалось громыхание тарелками, и я решила выйти из своего «убежища» к парням. Кое-как прошмыгнув в ванную через кухню, я включила холодную воду и наскоро привела себя в порядок. Чувствовала я себя… странно. Ещё ни разу со мной не происходило такое — меня будто бы лихорадило. Глаза болезненно блестели, щеки были пунцовыми, пальцы дрожали, а сердце стучало так, что почти заглушало вой Бяши на кухне — тот орал что-то из Скриптонита что было мочи и явно кайфовал от своего же голоса. Я даже решила померить температуру, но в итоге присела на край ванной и попыталась успокоиться. Это всего-лишь обстоятельства. Вчера мы столкнулись с чем-то явно необъяснимым, а потом я и вовсе заснула в объятиях главного задиры школы. И тот вроде бы был не против… Или сделал вид? Или рассчитывал на быстрый перепихон? Почему он не оттолкнул меня, ведь так было бы… правильно и куда как проще! А теперь я просто… Просто… «Что со мной?» — задала я вопрос самой себе. Раньше я никому и никогда не открывалась настолько, чтобы плакать как маленький ребёнок, навзрыд, не сдерживаясь и не страшась осуждения и жалости. Что же изменилось? Ответа у меня не было, и я просто вздохнула и вышла к парням. — Ребят, я пойду в магазин схожу, — оглядев пустой стол и открытый такой же пустой холодильник, произнесла я. Парни успели многое съесть — холодильник был почти пуст. Да и чая надо купить. Антон пока последит за гопниками, чтобы они дом не разгромили. Я быстро накинула кожанку и уже завязала кроссовки, когда за руку меня схватил блондин. — Я с тобой схожу, — он мило улыбнулся мне, скрывая за улыбкой явное беспокойство обо мне. Очкарик накинул куртку и шапку "Спорт". Я его остановила, выставя руку вперёд. Если он пойдет со мной, то эти двоя разнесут мой дом. Я хотела что-то сказать, но из комнаты вышел Бяша, и я кинула на него взгляд. — Пусть идёт с тобой, а то вдруг гараж.. на, - он вздохнул и улыбнулся своей беззубой улыбкой. Гараж? Тот черный, из местных легенд? Я слышала об этой страшилке. Гараж, который знает о тебе всё: где ты живёшь, что любишь, с кем дружишь. Дети пропадают, и все знают, кто здесь замешан... Этот перемещающийся гараж, а может, и отдельный организм, может где угодно тебя поджидать. Я бы посмеялась над этой страшилкой, но после всего произошедшего… По телу пробежали мурашки, я тяжело вздохнула. — Ладно-ладно. Только не разрушайте с Ромой дом, пока нас нет, —я помахала рукой Бяше и вышла на улицу. Антон вышел за мной, и мы с ним пошли в ближайший магазин. Он всю дорогу рассказывал мне о своей сестре - Оле. Она у него очень любит смотреть мультики. Скучает одна. Очкарик хотел потом меня с ней познакомить, в принципе, я была не против. Рассказывал ещё о какой-то книге, которую он читал. Я подметила, что он довольно умный. Хорошо учится, любит читать, воспитан любящими, хоть и строгими родителями. Ему бы быть чуть мужественнее, как Рома, и будет идеальным. «О чем я думаю вообще..» — я потерла шею, отгоняя мысли. Мы зашли в магазин. Было довольно много людей. Я взяла разной еды и черного чая. Пошла к кассе, оплатила товары, а Антон забрал пакеты. — Я понесу пакеты, идём, - он снова улыбнулся и вышел из супермаркета. Джентельмен? Что ж, это сейчас редкость. В этот раз я улыбнулась ему в ответ, и само собой между нами завязался разговор о новой прочитанной книге. Мы шли по туманной дороге, не задумываясь о том, что стало туманно и как-то зябко, что хотелось немедленно включить отопление. Антон щурясь, пытался найти дорогу, а я оглядывалась, как вдруг позади нас кто-то хихикнул. По голосу я сразу поняла, кто это был... Мы с Антоном резко обернулись, по телу прошёл холодок, блондин сжал пакеты в руках, и те зловеще зашуршали... Перед нами стояла хихикающая лиса. — Алиса... — очкарик злобно посмотрел в сторону плутовки. «Значит, её Алиса зовут? Стоп, они знакомы?» — я удивлённо смотрела то на Тошу, то на девушку. Лисица покружилась и подошла ближе к нам. — Рада вас в-и-и-и-деть, - она протянула и продолжила: — Антоша, тебя ждёт Хозяин леса. После этих слов она подошла к моему другу и заглянула ему в глаза. Очкарик подался назад, а я задумалась о словах девушки в маске. «Хозяин леса? Им нужен Антон? Зачем?» - я прикусила губу и нахмурилась. — Зачем вам Тоша? Отвали от нас! - воскликнула я, схватив своего спутника за запястье и отводя от неё. В глазах Алисы блеснуло что-то неприятное, злое. Она зыркнула на меня. — Ну-ну, не надо быть такой грубой. Я же говорила: ты нам не нужна. А вот Антоша наоборот, - она снова засмеялась, подойдя ближе. От неё пахнуло чем-то резким, сладковатым, и только через мгновение я поняла, что это запах разложения, трупный сладкий аромат смерти. — Если ты и твои друзья-хулиганы будут нам мешать, то увы... Можете недосчитаться косточек, детишки… Она показала свои острые зубы, затем её стал окутывать туман и... Она исчезла и туман вместе с ней. Очкарика всего колотило, лицо побледнело, очки съехали на нос. Я сжала его запястье и посмотрела ему в глаза. Алиса предупредила меня, дала понять, чтобы я держалась подальше от них и не помогала блондину? Да, это была прямая угроза, и я не сомневалась, что все это — и гараж, и Лиса, и Семён — взаимосвязано. — Все хорошо, Тош, - я постаралась улыбнуться. — Это какая-то ерунда. Просто сбрендившая девчонка, не слушай ее. У неё явно крыша течёт. Пойдём. Я не умела поддерживать людей, но моему другу было нехорошо. Могу ли я считать его своим другом? Наверно да, раз мне очень хочется обломать зубы этой Лисе и защитить Антона. Кажется, у меня появились друзья, и с этим ничего нельзя было поделать… Я вздохнула и, потянув Антона за запястье, пошла по дороге домой, стараясь не думать о том, что произошло сейчас. *** В доме было куда как теплее и радостнее, чем на улице. Голубоглазый положил на пол сумки и выглядел мрачно. Нас встретили парни: Рома сразу почувствовал что-то неладное, а Бяша стал смотреть, что мы купили. — О, еда! А чё-нибудь сладкое купили, на? - парень глупо улыбнулся, Пятифан отвесил ему подзатыльник, и тот сразу заткнулся. Брюнет изучал нас взглядом, затем уселся в кресло на кухне. — Пиздуйте сюда и рассказывайте, чё случилось, — изрёк он таким тоном, что перечить не хотелось. ‌ ‌Бяша непонимающе сел рядом со своим другом. Мы с Антоном кивнули и тоже сели. Тишина. Никто не хотел начинать говорить первым. Якут потянулся к конфетам, которые стояли на столе, но, наткнувшись на строгий взгляд хулигана, остановился. — В общем, - начала я и стала думать, как продолжить, — мы видели ещё одну непонятную хрень из леса. Это была лиса. Не совсем лиса… Короче, она как Человек-Паук, только Лиса. Ходит на двух лапах, говорит… Знаю, звучит глупо. Но Антон тоже ее видел. Эта Лиса сказала, что Хозяину Леса нужен Антон. Но если мы будем им мешать, то... Я стала нервничать, а на блондине не было лица. Рома на удивление не рассмеялся мне в лицо, а лишь тяжело вздохнул и стал размышлять над моими словами. Бяша тем временем сидел и не двигался, потеряв интерес к конфетам. Я же, почувствовав себя неуютно рядом с Ромой, вспомнила, что не разобрала сумку с продуктами. Взяв пакеты, я стала всё расставлять по своим местам. Обстановка снова стала нагнетающей. — Тоха наш кореш, мы его не кинем, - задумчиво произнес брюнет и посмотрел на одноклассника. — Помрет ведь без нас, надо выручать. Голубоглазый удивлённо заморгал, явно не ожидая таких слов от гопника. Якут кивнул, соглашаясь. Я лишь вздохнула, но против не была. Но никто не знал, как помочь ему. — Что делать будем? Ведь… не пожалуешься в полицию, не расскажешь родителям. Они же просто засмеют, — я села и посмотрела прямо на гопника, ожидая ответа. Рома молчал. Видимо, не знал пока, что делать. Мы лишь кучка подростков, которые вряд ли могли что-нибудь противопоставить этой мистической херне. Тоша хотел что-то сказать, но тут его перебил Бяша: — Есть одна старуха - баба Тамара, зовут её все "Чёртовой невестой", потому что её Хозяин Леса не трогает, на, — он помолчал и добавил: — К ней можно пойти, если не померла. Живёт на окраине села, на. Рома вопросительно глянул на друга, но потом одобрительно хмыкнул. Первый раз слышу про эту старушку... А вдруг она тоже из разряда сверхъестественного? Бабка, которая ест младенцев... Ха-ха. Но другого выбора нет, придётся идти к ней. Может быть, что-нибудь расскажет. Антон поёжился и произнёс: — Спасибо, но вы не обязаны... - он потер нос и взглянул на всех нас. Пятифан встал и похлопал его по плечу, улыбаясь и давая понять, что все в порядке. А я вдруг подумала: у Ромы очень красивая улыбка. Особенно, когда это не извечный волчий оскал, а совершенно искренняя и открытая улыбка. *** Договорившись на следующий день после школы отправиться к этой самой бабке, мы начали прощаться. Вечерело. Длинные тени от деревьев ложись на крыши невысоких домов посёлка, будто лапы огромного животного, припечатывая их к земле. Птицы перешептывались в небе, собираясь отойти ко сну. Антон ушёл первым, Бяша побежал на рынок помочь матери дойти до дома — кажется, та опять напилась и заблудилась. Рома тоже принялся собираться. Он стоял в коридоре, обдувая потертые кроссовки, а я не знала, куда себя деть, стоя рядом с ним. Честно говоря, мне хотелось спрятаться. Завязывая шнурки и не поднимая головы, Рома хмыкнул в мою сторону: — Хватит уже мельтешить, Саева. Я тебя не съем, я же не Лиса. Я вздрогнула и покраснела, стараясь перевести тему: — Ты тоже ее знаешь? Кто это вообще? И что у Вас вообще происходит? — Готов подарить свои боксерские перчатки тому, кто скажет, что здесь происходит, — ответил он серьезно, выпрямляясь и посмотрел мне в глаза. — Но я бы советовал тебе не вмешиваться. Ты не местная и по сути все это тебя не должно касаться. К тому же ты вряд ли понравилась им. Поэтому мы все поймём, если ты… решишь сделать вид, что ничего не было. Фраза звучала двусмысленно. И вместо того, чтобы спросить — кому это «им» я не понравилась и кто такая Лиса, я спрятала руки и за спину и довольно твёрдо сказала: — Прости за то, что было ночью. Я явно была не в лучшем состоянии, я испугалась и поэтому разрыдалась как маленькая… Спасибо, что перенёс меня в мою комнату. Рома чуть склонил голову, изучая меня цепкими стальными глазами, и усмехнулся: — Ты похожа на лёд, который дал трещину, Саева, — и развернулся к входной двери: — Не за что. Хотя ты и вправду ревела так, что у меня до сих пор футболка мокрая от твоих слез. Я прикусила губу, проклиная себя за слабость, и пошла закрывать дверь. Перед самым выходом он снова повернулся ко мне, чуть не столкнувшись со мной лбом. Я отшатнулась, но он крепко схватил меня за руку, удерживая. И я подумала, что в этот момент он сам был похож на Зверя. На Волка, загоняющего свою добычу. Я замерла, а он проговорил, глядя мне в глаза: — Я бы очень хотел знать, какая ты настоящая. И что скрывается под твоим льдом. А затем отпустил мою руку и даже добродушно улыбнулся на прощание. «Да уж, Пятифан, — подумала я, глядя ему вслед. — Я бы тоже, тоже очень хотела знать, что вообще ты такое…» Вернувшись домой, я убралась к приезду тети и дяди. Приготовила ужин и даже подготовилась к школьному дню. Как же мне не хотелось в школу... Я все-таки не могла долго смотреть на нормальных детей, у которых все было хорошо. Которые живут в своей розовой вселенной с главной проблемой в жизни: купят ли им новый айфон, удастся ли завтра выпросить у продавщицы сигареты… Такие, как Полина… Если быть честной, я ей завидовала. Такая хорошенькая. И шрама на щеке нет, и темного прошлого, милая, добрая, счастливая девочка. Как бы я хотела быть такой. Я пошла в ванную. Посмотрела в зеркало, взгляд сразу упал на шрам, и я помрачнела. Спасибо ребятам, что не спрашивают о нем. Я налила воду в ванную, сняв одежду, залезла внутрь. Теплая. Закинув голову наверх, я задумалась. «Обзавелась друзьями. Вроде все хорошо, но если они меня кинут? Я сама не поняла, как привязалась к ним, это плохо.. Они неплохие, но достойна ли я их?» - размышляла я. Потерев шрам, я вспомнила о маме и папе. Как же хотелось увидеть их, обнять и сказать, что я люблю их… Тут же я вспомнила свой недавний сон про живых родителей, и мои руки затряслись. Я зажмурилась и стала себя успокаивать, но чуть позже, открыв глаза, я вскрикнула. Вместо обычной воды в ванной я увидела кровь… Свет моргнул, выключаясь, и кровь стала ещё более темной, тягучей, будто засасывающей меня внутрь. Я попыталась встать, но поскользнулась и неудачно упала в эту алую жидкость. Я стала захлёбываться, стараясь схватиться руками за что-нибудь. Мои руки нащупали выступ ванной, И я вынырнула, откашливаясь. Вода была обычной. Никакой крови. Лампочка в ванной тускло освещала пространство. — Ч-чёрт, что это было?.. — я вытерла лицо и буквально выползла из ванной на холодную плитку пола. Сердце колотило, я нервно дышала и пыталась прийти в себя. Это не хорошо. Врач прописывал мне успокоительные, но я уже давно отказалась от них. Видения преследовали меня несколько первых лет, а потом стало легче. Теперь они вернулись, неся с собой новый, непонятный страх Леса, мертвых детей и говорящих животных. Более-менее придя в себя, я дошла до комнаты. Оделась, взяла телефон и глянула на входящее сообщение от тети: «Сашенька, мы с дядей Игорем приедем через несколько дней, нас задержали. Здесь прорвало трубу на заводе, придётся восстанавливать собственными силами. Я купила тебе отличную юбочку, завтра покажу по видео связи! Ты как? Позвоним завтра. Школу не прогуливай!» Я вздохнула, отбрасывая телефон, и обхватила себя руками. Честно говоря, мне бы хотелось, чтобы тетя с дядей вернулись как можно быстрее. Одиночество и страх прошибли меня насквозь, будто иглой проткнули. Я вдруг подумала о том, как хорошо было бы снова уснуть в объятиях Ромы. Почему-то именно с ним тогда я впервые заснула спокойно. «Нет, Саша, нет, мы не будем думать о нем, — остановила я себя. — Ты вообще не должна думать ни о чем, кроме мести. И собственной жизни, пока не выполнила обещание перед самой собой». Я налила себе ромашкового чая и плюхнулась в кровать, раздумывая, пить успокоительное или нет. Успокоительные рушат привычное ощущение мира, тебе становится совершенно пофиг на остальных рядом и на саму себя, а такого эффекта я не хотела. Мне нужно быть в здравом рассудке. Мне нужно понимать, что происходит, и по возможности помочь Антону. Я уже собиралась лечь спать, не выключая настольной лампы, как телефон пиликнул. Входящее сообщение в социальной сети было от Ромы: «Только не плачь сегодня ночью, Саева. Девчонки такие некрасивые, когда плачут». Я засмеялась. Послала ему смайлик, показывающий язык, и сама не заметила, как очень быстро уснула. Почему-то с совершенно дурацкой улыбкой на губах.