Последняя тайна Мэнора.

— Письмо от Кингсли, — Рон бросил конверт на деревянный журнальный столик. Он с трудом дышал: тренировка по квиддичу выбила последние силы. — Сова очень метко врезалась в меня в коридоре. — Гарри, открывай скорее, — тут же оживилась Гермиона. Поттер сжал зубы. Ничего хорошего письмо не пророчило, учитывая, от кого оно пришло. — Получатели мы, Рон, — Гарри покрутил конверт в руках и, наконец, вскрыл его. Бумага оказалась безмолвной, и Поттер принялся читать сам. — Что там? — не унималась Гермиона. — Министерство поручает еще раз осмотреть Мэнор, — устало откликнулся Поттер, — так и знал, ничего хорошего. — А ты думал, Кингсли пишет спокойной ночи пожелать? — Рон плюхнулся в кресло и ударил себя по колену. — Я не понимаю, копание в этой дряни когда-нибудь закончится? — Что ты имеешь ввиду? — Гермиона перевела на него взгляд. — Мэнор исследован вдоль и поперек, — ответил Уизли. — Меня уже действительно начинает тошнить при мысли о том, что туда придется вернуться. Поттер поднялся и, не сказав ни слова, вышел из гостиной Гриффиндора. Гермиона не нашла, что ответить. Она понимала Уизли: Рон, в отличие от Гарри, не кипел от жажды мести. Он действительно устал и сейчас все, чего он хотел — это спокойной размеренной жизни: теплых встреч дома, тренировок по квиддичу, вечернего отдыха с шоколадными кексами перед камином гриффиндорской гостиной. — Я не пойду, — устало бросил Уизли. — Ты серьезно? — брови Гермионы медленно поползли наверх. — В последнее время мне кажется, что в Мэноре я побывал чаще, чем в собственном доме. Мне надоело, — Рон снял свитер на ходу и направился к лестнице, словно демонстрируя, что ему неинтересно мнение Грейнджер по этому поводу.

***

— Пойми и ты его… Гермиона присела на скамью неподалеку от Хогвартса, где любил уединяться со своими мыслями Гарри. Гриффиндорке не составляло сложности найти его. — Все, чего я хочу — это не допустить повторения, — монотонно произнес Поттер, глядя в одну точку. Гермиона заглянула ему в глаза: — Гарри, ты словно одержим этой идеей. — Она немного помолчала. — Рональд устал. — Тогда нечего было ввязываться в это и обещать мне помощь. Гермиона еле слышно вздохнула: — Я пойду с тобой. — Это одолжение? — Ни в коем случае. Поттер внимательно посмотрел на подругу и осторожно погладил ее по прохладной руке.

***

Мэнор казался еще мрачнее, чем раньше. Абсолютно черный, прогнивший и сырой, он походил, скорее, на надгробный камень, чем на поместье. Вооружившись волшебными палочками с синей искоркой «люмоса» на кончике, Гарри и Гермиона медленно бродили по длинным темным коридорам. — Надо еще раз осмотреть подвалы, — прошептал Поттер. Стены Мэнора наводили легкий ужас даже на него. Гермиона не стала перечить, хотя подвалы были исследованы вдоль и поперек. Они спустились по тяжелой лестнице вниз. Из основного зала в небольшое подвальное помещение вела маленькая дверь. — Туда? — спросила Гермиона. Поттер кивнул. — Алохомора… — от промозглого ледяного воздуха у гриффиндорки шел пар изо рта. — Так вышло, что в этом помещении мы с Министерством были один раз, — Гарри ежился при виде огромных многочисленных паутин по углам. В некоторых из них доживали свою жизнь черные пауки. — Рону бы понравилось, — добавил он. Гермиона усмехнулась и подошла к небольшому столу, который был похож, скорее, на стол для пыток, нежели письменный. Там не было ящиков, лишь один небольшой шкаф, который оказался закрытым на замок. — Тут смотрели? — Гермиона указала палочкой на шкаф. — Кажется, да, — Поттер почесал в затылке. — Кажется? Гарри, ты шутишь? — Гриффиндорка навела на шкаф волшебную палочку, — Портоберто. Замок разлетелся на десятки осколков, и на его место образовалась дымящаяся дыра. — Старая добрая Алохомора уже не то? — улыбнулся Поттер. — Не до иронии, Гарри, — Гермиона осторожно открыла дверцу и заглянула внутрь. — Тут небольшой узелок. — Подожди, не бери! — вскрикнул Поттер, но Грейнджер успела взять его в руки. — Спокойно, Гарри. Я пока жива. Осмотрев подвалы Мэнора еще минут десять, гриффиндорцы наконец-то поднялись наверх. — Предлагаю развязать это в школе, — задумчиво проговорил Гарри, глядя на тайный узелок.

***

Они сидели втроем в ванной старост. Рон казался более воодушевленным, чем в последнюю встречу. Гермиона внимательно изучала находку. Это был небольшой камень темно-синего цвета с перламутровыми переливами. В зависимости от освещения его цвет менялся на нежно-голубой. В некоторых участках были глубокие черные вкрапления. Гарри выжидающе смотрел на подругу. — Есть какие-то предположения? — спросил Уизли. Гермиона покачала головой и поднесла камень ближе к лицу. Тишина была слишком напряженной. — Попробуем так, — гриффиндорка поднесла к камню волшебную палочку. — Гермиона, стой, — Поттер тут же встал. — Агуаменти! — Грейнджер не обращала внимание на друга, вызвав тонкую струйку воды из кончика волшебной палочки. Рон тоже посмотрел на подругу испуганными глазами. Гермиона лишь улыбнулась: — Спокойно. Я все еще жива. Внезапно камень начал менять свой цвет. Некоторые места бурлили и пенились. На лице Поттера отразилась паника. — Тут что-то проявляется, — Гермиона медленно вертела артефакт в руках. Внезапно, она резко отбросила камень, пискнув. — Что случилось? — Гарри и Рон тут же бросились к ней. — Начал жечь, — Гермиона быстро растирала подушечки пальцев о плотную ткань штанов. — Вингардиум Левиоса, — Рон направил на неопознанный объект волшебную палочку и вел ею до тех пор, пока камень не подплыл к его носу. — Тут руны, Гермиона, — озадаченно проговорил Уизли. Немного прищурившись, он еще раз вгляделся в камень. — Точно. Руны. — Это по твоей части, сестренка, — Гарри аккуратно взял Гермиону за плечо и заглянул ей в глаза. — Болит? — Пустяки, — девушка махнула рукой. — Вовремя откинула. Лист и перо у кого-нибудь есть? У Гарри всегда был небольшой ежедневник с небольшим тонким пером черного цвета — подарок от Макгонагалл. Он тут же протянул Гермионе. Та быстро выдрала лист. — Ты портишь подарок директора! — шутливо вскрикнул Поттер. — Переживешь, — усмехнулась гриффиндорка и быстро перерисовала руны на лист. — Они ведь исчезнут, если камень высохнет? Рон тут же вызвал чары горячего воздуха, направив поток на артефакт. Через пару секунд он приобрел былой цвет. Уизли осторожно коснулся его пальцами. — Порядок, — обезоруживающе улыбнулся он. — Гарри, забери камень к себе. Ну а я, — Гермиона поднялась, — буду пропадать в библиотеке. — Как только что-то узнаешь, говори сразу. Мы с Роном в вопросах рун полные деревяшки, — снова улыбнулся Поттер.

***

Гермиона действительно пропала в библиотеке, но, когда Гарри и Рон встретили ее на выходе во втором часу ночи, на лице девушки не было особой радости. — Нужной информации я не нашла, — вздохнула гриффиндорка. — Даже близкого нет. Ты больше не трогал камень? Поттер покачал головой и задумчиво посмотрел на подругу: — Есть одна неплохая библиотека в Косом переулке. — Я слышала, — кивнула Грейнджер, — но как-то не подумала о ней. Там много альтернативной литературы. — Сходим туда, — улыбнулся Поттер. — Без меня, — вмешался Рон. — Тренировка по квиддичу. Безучастность Рона больше не огорчала Гермиону. Квиддич — единственное, что осталось у Уизли для отдыха души и тела.

***

В тот день, когда Гарри и Гермиона отправились в Косой переулок, пошел сильный дождь. Но их это не остановило. В крошечной захудалой библиотеке, которую гриффиндорцы нашли не сразу, они провели два часа. Оказалось, что книги были неупорядочены: они небрежно валялись вперемешку, лишь изредка подпрыгивая и излучая пыльные пшики. Гермионе казалось, что она изучила все страницы, содержащие слово «руны», но увы — ничего. Лицо Поттера тоже не выражало особого энтузиазма. — Кошмар, Гарри, — шепнула Грейнджер, тут же вздрогнув, потому что очередная раскрытая книга решила подпрыгнуть и захлопнуться в воздухе. — Невероятно, — пробормотал Поттер. — Ты уверена, что просмотрела все? Гермиона кивнула, медленно изучая последнюю книгу. Минуту они стояли в немой сцене, но больше ничего не оставалось делать, как выходить на улицу. Ливень не прекращался.

***

Драко ходил по Косому переулку, выполняя очередное поручение Снейпа. Быть мальчиком на побегушках не доставляло ему особого удовольствия, но сегодняшняя погода вызвала в слизеринце какое-то умиротворение. Он нарочно шел медленнее, словно желая растянуть этот момент, слушая стук тяжёлых капель по земле и эхо от скрипящих шагов. Внезапно он остановился, будто врезавшись во что-то. Его веки обожгло от ярко-коричневого пятна, которое отливало медным на фоне пасмурного неба. Это были волосы Грейнджер. Он узнал их сразу же, потому что они мозолили глаза Драко не один год. Слизеринец перевел взгляд и увидел нахмуренного Поттера, который озадаченно смотрел на Гермиону. Драко стиснул зубы. Ему хватило доли секунды, чтобы вскипеть. Вскипеть и вспомнить все… Он так яростно возненавидел их в эту минуту, будто к его оголённым нервам поднесли только что зажжённую спичку. Они о чем-то оживлённо говорили. Драко не мог услышать внятных слов, но видел, что глаза Гермионы широко распахнуты, и он что-то горячо объясняет своему мерзкому щенку, размахивая тонкими ручонками. Он кипел. Поняв, что он не услышит ни доли разговора, а подходить к ним ближе было выше возможного, Драко испустил рык и пошел прочь. В его воображении мелькали картинки кабинетов Хогвартса, который он так и не окончил.

***

— Такого не может быть, чтобы не было никаких источников, — бормотал себе под нос Поттер. Они с Гермионой просто бродили по Косому переулку. Возвращаться в Хогвартс ни с чем совершенно не хотелось. Грейнджер молчала. Она была слишком погружена в себя, чтобы отвечать Гарри. Руны беспокоили ее не меньше Поттера. Точнее то, что о них не было совершенно никакой информации. Внезапно, Гарри осенило до ярчайшего блеска глаз за стеклами очков: — Сириус… — когда Поттера осеняло до сверхмыслей, он переходил на шепот. — Что Сириус? — Библиотека Сириуса. В его доме множество запрещенных книг, которых не найдешь здесь. — Гарри, точно… — И мы без проблем можем туда попасть, — добавил Поттер. — Теперь это мое самое родное место…

***

— Какие новости? — Рон лениво листал газету. — Ничего не нашли в Косом переулке, зато вспомнили про книжную полку Сириуса, — воодушевленно ответила Гермиона. — Вам не кажется, что вы слишком увлеклись этой идеей? — со скептицизмом спросил Уизли. — Рон, почему ты так говоришь? — вмешался Поттер. — Это довольно интересная находка, и я уверен, она к чему-то приведет. — А я уверен, что пора прекратить ворошить прошлое и таскаться в Мэнор, — в голосе Уизли звучало явное раздражение. Он был неузнаваем в последнее время вывести его из себя уже не стоило особого труда. — Это поручение, Рон, — Поттер тоже закипал. — И я думал, ты помогаешь мне. — Сходили в Мэнор? Хорошо. Поставили галочку у Министерства — замечательно, но зачем рыться во всех углах, доставать все, что попадется и делать из этого очередную тайну века? — Но ты же поддерживал нас, Рональд, — не выдержала Гермиона, чувствуя, что оба друга выходят из себя. Рон стремительно, а Гарри поступательно. — Я не чувствую, что эта штуковина принесет что-то хорошее и интересное, если в нее углубляться. Это очередной «сюрприз» из сундука прошлого, мне такие уже неинтересны. Гермиона понимала, что, если в эту минуту Гарри откроет рот, случится что-то неприятное. Поэтому она поспешила сгладить углы: — Давайте просто не поднимать эту тему, если она тебя так бесит, Рональд. Каждого из нас можно понять, но мы с Гарри оставим эту заботу себе. — «Вам с Гарри» уже пора бы перевернуть эту страницу, — с ноткой язвительности ответил Уизли. — Ладно, друзья. Я немного устал, а у впереди еще уйма дел с Макгонагалл, — перевел тему Поттер. — До ужина. Рон отрывисто кивнул и выжидающе посмотрел на Гермиону в предвкушении колкой точки в этом неприятном разговоре, но она молча развернулась и направилась к себе.

***

Она просидела у себя в комнате весь вечер. С одной стороны мысли о рунах не давали покоя. С другой — она терпеть не могла, когда Гарри и Рон ссорились. Гермиона понимала, что не может сосредоточиться и решила, что легкий ужин поможет ей сконцентрироваться. Она быстро шла по коридору, отрывисто здороваясь с маленькими учениками и удивилась, не заметив Гарри в Большом Зале. Теперь она сидела за учительским столом, слева от Макгонагалл. С одной стороны, жутко приятно. Гермиона и не могла мечтать о таком еще пару месяцев назад. Но с другой, как-то непривычно. — Мисс Грейнджер, вы не в курсе, где мистер Поттер? — словно прочла ее мысли Макгонагалл. — Меня интересует тот же вопрос, — задумчиво ответила Гермиона. В этот момент, в Зал вошел Рон. На его лице так же не было особого воодушевления. Гермиона вздохнула: в эту секунду ей стало казаться, что с ними тремя происходит что-то не то, и, если еще раз поднести потрескивающую спичку, все разорвется на миллионы осколков. — А вот мистер Уизли здесь, замечательно! — воскликнула Макгонагалл и чуть наклонилась к Гермионе, — у меня к нему предложение, от которого просто невозможно отказаться. — Что за предложение? — Гермиона не отрывала глаз от Уизли, который отрывисто кивнул ей и сел на свое место. — Дело в том, что мы посоветовались с мадам Трюк, и она выступила за то, чтобы назначить мистера Уизли главным тренером сборной Гриффиндора по квиддичу — Макгонагалл говорила об этом с таким воодушевлением, будто невообразимое счастье случилось у нее лично. Брови Гермионы медленно поползли наверх: лучше и не придумаешь. Это самое лучшее, что может произойти в жизни Рона сейчас. Он сначала не поверит, потом переспросит, а потом сойдет с ума от счастья. Параллельно он забудет об увлечении Гарри и Гермионы рунами, и поводов для напряженных моментов станет намного меньше. Да и в конце концов, приятно, когда самая большая мечта твоего друга на грани сбыться. — Я думаю, вам нужно сказать об этом как можно скорее, директор, — чуть улыбаясь, проговорила Гермиона. — Рональд будет счастлив. — Сразу же после ужина — закивала Макгонагалл. — Он не всегда показывал себя блестящим игроком, но то, с каким воодушевлением мистер Уизли взялся за это дело, дает мне все основания дать ему шанс.

***

У Гермионы было несколько минут, чтобы найти Гарри. Она не сразу заметила его вид. — Через пару минут забежит Рон и будет с упоением хвалиться нам о назначении на должность тренера по квиддичу. Забудь на время о рунах, Гарри, нам нужно за него порадоваться. Более того, он начнет еще больше отвлекаться, заниматься любимым делом и не будет занудствовать насчет рун, — затараторила Грейнджер. — С камнем что-то не то, Гермиона… Я только сейчас начал это замечать. — В смысле? — гриффиндорка только сейчас увидела непроницаемое выражение лица друга. Его кожа стала еще бледнее. — Он странно на меня влияет, — понизив голос, ответил Гарри. Гермиона почувствовала, как что-то замирает внутри нее. — В каком смысле? — она почти сорвалась на шепот. — Не в самом хорошем. Как раз в этот момент, как гром среди ясного неба, в гостиную Гриффиндора ворвался сияющий Рон. Гермиона изо всех сил постаралась показать Гарри взглядом, что на момент стоит отключиться от загадочного артефакта Мэнора.

***

Они решили отметить назначение Рона в Хогсмиде, за бокалами любимого сливочного пива. Гермиона осторожно толкала Гарри в бок, когда он зависал, но Рон не замечал отчужденного поведения друга. — Вы представляете? Стоило только захотеть… Мэрлинова борода, да я всю жизнь об этом мечтал… — Прямо-таки всю жизнь? — иронично прищурилась Гермиона? — Абсолютно! — на губах Уизли красовалась пенка от пива, он медленно похлопывал себя по животу с видом властелина мира и блаженно улыбался. — Я давно должен был получить эту должность. — Ну, вот мы все и нашли себя. Правда, Гарри? — Гермиона вновь посмотрела на друга. — Правда, — чуть улыбнулся Поттер. На обратном пути говорил Рон. Его воодушевления и торжества в тот вечер хватило бы не сотни и сотни людей.

***

Гермионе, как педагогу, был отведен небольшой, но очень уютный кабинет, который она тут же украсила книгами. Возле крохотного камина на вязаном коврике растянулся Живоглот. Сама гриффиндорка, сидела в кресле поджав под себя ноги и смотрела в одну точку языка пламени. Она ждала Гарри. Он пришел скоро, с пустыми руками. — Ты без камня? — полушепотом спросила Гермиона. — Если честно, я больше не хочу брать его в руки, пока мы не найдем подходящее руководство, Гермиона. Грейнджер поднялась, чувствуя, что ее нервы накаливаются до покраснения. — Объясни мне, что происходит с тобой и этим камнем? — зашипела она. Гарри уселся на стул напротив подруги. Вид его был уже менее встревоженный. — Когда я подолгу держу его в руках или рассматриваю, во мне, непонятно откуда, начинается дикий приступ раздражения и ненависти, но я не понимаю, к чему именно. — Может, это самовнушение, Гарри? Поттер дернул плечами: — Зачем мне себе это внушать, трогая неизвестный камень. Гермиона замолчала на пару минут. Тишину нарушал лишь легкий треск камина. — Я думаю, не нужно медлить, с домом Сириуса. Отправимся туда завтра, — нарушил молчание Поттер. — На секунду у меня появилось плохое предчувствие, — откликнулась Гермиона. — Поэтому нам надо срочно решать эту проблему.

***

Утро выходного дня Уизли началось с тренировки по квиддичу. С самого раннего утра он, с особым воодушевлением надев форму, усиленно тренировался, не думая ни о чем. Погода в Хогвартсе стала стремительно ухудшаться, и небо затянулось серым одеялом, но Гермиона и Гарри, накинув на плечи плотные мантии, отправились в Косой переулок. — Ты еще контактировал с камнем? — тихо спросила Гермиона, слегка задыхаясь от быстрой ходьбы. Поттер покачал головой. Они долгое время шли, не говоря ни слова. Торопились, будто хотели быстрее дойти. Между ними висело молчание, потому что от неизвестности было нечего говорить. Дом Блэков казался еще мрачнее, чем раньше. Возможно от гнетущей траурной атмосферы. С каждым шагом Гарри чувствовал, как на него медленно, но верно накатывает волна самых теплых, но жалящих воспоминаний. Внутри было пыльно. Пыльно и темно. Гарри остановился, словно задержал дыхание от бесконечного потока пыли и закрыл глаза. Гермиона осторожно положила ему руку на плечо. — Ты в порядке, Гарри? — шепнула она. — Да… — тихо ответил он. — Идем в гостиную, — Поттер медленно протянул руку подруге.

***

Очередной мрачный день Малфоя ничем не отличался от предыдущего. Он так же помогал Снейпу, одновременно ненавидя это дело и благодаря, за то, что отвлекает от ненужных мыслей. Они работали в тишине, которую лишь изредка нарушал стук колб. Драко быстро уставал от этих дел. Хотя бы потому что это было не его. Он отрывисто кивнул Снейпу и поднялся со стула. Хотелось лечь. Драко опустился на скрипящую постель, запуская длинные пальцы в мягкие платиновые волосы. Вместо того, чтобы прилечь отдохнуть, он снова достал чемодан с фотографиями. Драко долго перебирал их, не думая ни о чем. Казалось, что в воздухе снова запахло темными комнатами Мэнора. Внезапно ему на глаза попался портрет невероятно красивой женщины. У нее были светлые волосы, убранные в пучок, горделивый взгляд. Драко почему-то сразу же бросился в глаза тонкий острый нос и плотно сжатые губы. Фото было почти выцветшим, казалось грязным. Драко перевернул его. «С любовью, Друэлла».

***

Гарри и Гермиона сидели на пыльном полу, перебирая огромные книги, скорее походившие на древние талмуды. Глубоко дыша, они ничего не говорили друг другу, надеясь, что сегодняшние поиски увенчаются успехом. Они увенчались: Гарри, наконец, нашел небольшую темно-фиолетовую книгу, на которой были выцарапаны неизвестные символы. Только Гермиона понимала, что это старинные руны. — Занимательная рунология, — Гарри с улыбкой помахал книгой перед лицом подруги. — Ты уверен, что это то? — Гермиона не спешила радоваться. Дышать становилось тяжелее от пыли и сырости. — Абсолютно. Это, можно сказать, запрещенная книга. Сириус говорил о ней вскользь. — Видимо, это слишком важно и слишком таинственно, — Гермиона подняла одну бровь. — Он не стал бы держать у себя что-то другое. Гари внимательно посмотрел на книгу. Тем более, мы не находили подобное нигде.

***

Драко осознавал, что он откровенно любуется этой прекрасной женщиной. В ней каким-то образом органично сочеталась холодность, чистота и еле ощутимая капля сумасшествия и страсти. Друэлла Блэк — дорогая бабушка и не самое приятное напоминание о том, что она имеет отношение к Сириусу, а значит и к Поттеру. Воспоминания о нем заставили Драко поморщиться и мысленно вернуться в Косой переулок. Поттер. Грейнджер. Горячие объяснения. Глупые и раздосадованные лица. Чертовы крысы Хогвартса. Драко теперь мог назвать их так, потому что его оторвало от школы так же резко, как вгоняют острие в спину, прямо между лопаток. И он понимал, что многое бы отдал, чтобы услышать хоть ноту их разговора. Наверняка, обсуждали, как снова превратить Хогвартс в пристанище для убогих миротворцев и розовых фей. Драко закрыл глаза и сжал зубы. Дрожь в подбородке медленно сползла вниз, к пальцам. Внезапно, он услышал шорох. Прекрасная Друэлла медленно перебирала ткань своего платья, внимательно смотря на Драко. Он почувствовал, как по позвоночнику тонкой змеей пополз холодок. — Из дома хотят взять раритет, — глухим, могильным, но одновременно невероятно нежным и текучим проговорила Друэлла. Ее губы двигались медленно. — Друэлла? — Драко никогда прежде не произносил ее имя так четко. — Из дома хотят взять раритет. Иди туда и не дай это сделать. Дрожь в пальцах Драко исчезла. — Раритет? — Раритеты Блэков должны лежать в доме Блэков, — она улыбнулась, но на потускневшей затертой бумаге ее улыбка казалась жуткой.