It Runs In The Family/Это наследственное

Алек сидел в библиотеке, пытаясь понять, как в этой дурацкой игре «камень — ножницы — бумага» бумага вообще побеждает камень. Стянув с полки очередную заплесневелую книгу, он поплёлся обратно к столу, намереваясь найти хоть какую-то зацепку по призраку, когда внезапный звонок мобильного нарушил тишину читального зала. Алек быстро открыл телефон — прежде чем библиотекарша, уже неодобрительно косившаяся на него, успела прочитать лекцию о том, что в библиотеке положена тишина. Он одарил пожилую женщину своей самой лучшей улыбкой и ответил на звонок: — Алло. — Это Алек Кольт? Услышав незнакомый, серьёзный женский голос, он мгновенно перестал улыбаться. Имя, которое произнесла женщина, братья внесли в свои телефоны как экстренный контакт — на случай чрезвычайных ситуаций. — Да, я Алек Кольт, — пробормотал он, запинаясь. В ту же секунду Алек вспомнил тот день, когда Дин попросил его придумать себе псевдоним. --- Сидя за столиком в мотеле и готовя поддельные удостоверения личности, Дин взглянул на Алека и неожиданно спросил: — Так какую фамилию ты хочешь? У Алека на миг перехватило дыхание. Они вроде бы уже проходили через это, и он ясно выразил своё желание быть Винчестером. Но «Мантикора» научила его: в жизни есть испытания, которые приходится проходить снова и снова, и потерпеть неудачу хотя бы раз — недопустимо. — Винчестер, — прохрипел он. — Чувак! Не настоящую твою фамилию, а любимый псевдоним, — сказал Дин и покачал головой, словно имел дело с идиотом, которому нужно всё объяснять по десять раз. Однако на его губах мелькнула улыбка, а во взгляде читалась привязанность, когда он посмотрел на младшего брата. Неважно, сколько времени это займёт, но он достучится до Алека — как всегда умел достучаться до Сэма. С младшими братьями бывало трудно, но они стоили каждой капли пота и каждой слезы. Алек замер на несколько мгновений, пытаясь подавить желание обнять Дина. — Кольт, — объявил он, выбирая имя, максимально близкое к его «настоящей» фамилии, а заодно — имя тезки Сэма, Сэмюэля Кольта. И если Дин заметил его волнение, то ничего не сказал. Старший Винчестер закатил глаза на выбранное братом имя, но протестовать не стал. Следующий час он потратил на создание удостоверений с выгравированным на них псевдонимом. Дин протянул карточку Алеку, но, когда брат потянулся за ней, отодвинулся. — Этот псевдоним не для повседневного использования, — сказал Дин, встретив обеспокоенный взгляд Алека. — Только для экстренных случаев. У нас у всех они есть: у меня, у Сэма, даже у Бобби. Это имя ты можешь использовать лишь тогда, когда случилось что-то серьёзное, или когда не можешь вспомнить, под каким именем работаешь по делу. Алек понял: быть Винчестером во многом похоже на то, как он работал под прикрытием на «Мантикору». Он знал, о чём говорит Дин, — в конце концов, он был профессионалом во лжи. — И ещё: по этому номеру и имени с тобой могут связаться, — тихо предупредил Дин, понимая, что не может защитить Алека так же, как не мог защитить и Сэма. У них была опасная работа, и каждому нужно быть готовым к худшему. — Кто может со мной связаться? — спросил Алек, недоумённо нахмурившись. Его тревога возросла, когда брат отвернулся. — Я не знаю, — хрипло ответил Дин, не готовый взвалить эту правду на Алека. Как и с Сэмом, он хотел уберечь младшего брата даже от их собственной жизни. «Но Алек — не наивный студент колледжа, — успокаивал он себя. — Он обученный солдат. Он знает, что всё может пойти не так. Мне не нужно ничего приукрашивать». Однако это ничуть не помогало. Он до сих пор оберегал Сэма, хотя брат давно перерос его. Дин знал: кем бы ни был Алек, какое бы обучение он ни проходил, он всё равно оставался его младшим братом — и его по-прежнему нужно было защищать. Джон научил старшего сына: иногда лучший способ защитить кого-то — это подготовить его к самому худшему. Поняв, что брат уходит от ответа, Алек слегка надавил: — Дин, мне нужно чуть больше информации. Вздохнув, старший Винчестер повернулся к Алеку и сказал: — Тебе могут позвонить другие охотники, или из больницы, из полиции, федералы… Из морга. Алек побледнел как полотно при его последних словах. Вместо того чтобы солгать, будто им, вероятно, никогда не понадобятся эти экстренные контакты, Дин прямо заявил: — У Сэма, у меня и даже у Бобби есть стандартный псевдоним. — А какой псевдоним у тебя? — спросил Алек, с трудом проглотив комок в горле. Изо всех сил стараясь не дрогнуть при виде страха в глазах брата, Дин дерзко улыбнулся. — Дин Форд, — объявил он гордо, словно это имя должны были знать все. Когда Алек непонимающе уставился на него, Дин пояснил: — Имя Харрисона Форда. — Когда и после этого младший брат ничего не понял, охотник разочарованно махнул рукой. Всё-таки трудно быть единственным крутым в семье. Потом Дин ушёл, оставив Алека с удостоверением личности на имя Алека Кольта. --- Женский голос из мобильного вырвал Алека из воспоминаний: — Я звоню из отделения скорой помощи больницы Брайанта. Дин Форд был доставлен к нам полчаса назад, и ваше имя значится в его списке экстренных контактов. Паника Алека переросла в настоящий ужас, голова закружилась. — Что случилось? Насколько серьёзно он ранен? — спросил он, уже представляя тысячу сценариев — один страшнее другого. — Врач осматривает его в данный момент, но, поскольку он без сознания… — Без сознания? — резко перебил её Алек. Его затошнило от мысли, что Дин сейчас уязвим, не может защитить себя, не настаивает, как всегда, на том, что с ним всё в порядке, не ворчит на врачей. — Да, без сознания, — повторила медсестра таким тоном, словно разговаривала с идиотом. — Мы надеялись получить больше информации о его истории болезни, и необходимо, чтобы кто-то подписал документы. — Документы? — в ужасе переспросил Алек, но всё же взял себя в руки. — Я буду в больнице через пять минут. — Это было бы очень хорошо. Алек уже направился к двери, собираясь прервать звонок, как вдруг вспомнил кое-что важное. — Ой, подождите. А где находится больница? — спросил он, проклиная себя за то, что забыл всему, чему учила его «Мантикора»: сохранять хладнокровие и не паниковать, несмотря ни на что. Услышав адрес, он выскочил из библиотеки. Имя «Алек Кольт» означало, что он сам или кто-то из его братьев попал в ужасную переделку. И, несмотря на всё хорошее, что сделал Сэмюэль Кольт, Алек внезапно возненавидел фамилию этого человека.