Часть 29
18 декабря 2021 г., 22:11
Дин вглядывался в призраков, пытаясь придумать, как выпутаться, но быстро понял: шансов сбежать от этих духов не больше, чем удрать от адской гончей. Правда, в отличие от привидений в доме, эти не придерживались принципа «сначала стреляй, потом спрашивай», хотя в их глазах тоже пылала дикая ярость. Они сражались, чтобы выжить… ну, вообще-то это было сто пятьдесят лет назад.
Внезапно призраки расступились, пропуская ещё одного солдата. Дину не нужно было видеть синие сержантские нашивки на его форме, чтобы понять: этот — главный. Такой внушает уважение и держит своих людей в страхе. Старший Винчестер напрягся, когда сержант остановился в нескольких дюймах от него. А затем этот человек сделал то, чего не делал ни один призрак в доме — он заговорил.
— Я не уверен, стоит ли заклеймить вас как трусов или арестовать как шпионов, — сказал сержант хриплым голосом.
Дин почувствовал, как напрягся Сэм. Они были окружены двадцатью вооружёнными призраками, Алек — ранен и висел на плече Сэма. Они были уязвимы.
По прошлому опыту Сэм знал: если Дина загнать в угол, он станет безрассудным. Поэтому он схватил брата за запястье, безмолвно умоляя сохранять хладнокровие — и хоть раз в жизни проявить сговорчивость. Но когда Дин ухмыльнулся, Сэм тихо выругался.
— Я подумывал добавить немного драматизма, — дерзко сказал Дин, спокойно встречая сердитый взгляд сержанта.
— Обыщите их! — рявкнул сержант.
Дин замер, когда призраки грубо вывернули его карманы, конфисковали пистолет и швырнули гранату на землю. Он не проронил ни слова протеста, когда его злобно дёргали и толкали. Но крик боли Алека он проигнорировать не мог. Оттолкнув руки призрачного солдата, Дин обернулся и увидел, как один из призраков жестоко сжал окровавленную ногу Алека. Схватив солдата за шкирку, старший Винчестер отшвырнул его от брата. Встав рядом с Сэмом и Алеком, он вызывающе вскинул подбородок — попробуйте только пройти через него, чтобы добраться до его братьев.
— Мы не шпионы! — рявкнул он, глядя в глаза сержанту.
— Сэр, вам стоит на это взглянуть, — сказал солдат, обыскивавший Дина, и протянул командиру сложенный лист бумаги.
«На что взглянуть?» — хотел спросить Алек, чувствуя себя ребёнком, которого не допускают к разговору взрослых. Но как бы ему ни хотелось понять, что, чёрт возьми, происходит, он знал: сейчас он ничем не поможет.
Алек понимал: нужно позволить братьям уладить дело. Но правда заключалась в том, что он привык защищать их, привык думать, что они нуждаются в его помощи. Он ожидал, что его суперсила всегда выручит, что он чего-то стоит. «А потом пушечное ядро прилетело прямо в меня. И теперь нас вот-вот расстреляет призрачный отряд». Его братья собирались умереть, и он знал: на этот раз он слишком слаб, чтобы это предотвратить. Даже такие бездушные машины для убийств, как он, имеют свои пределы.
Солдат чиркнул спичкой над документом, который разворачивал командир.
Не понимая, что на бумаге такого захватывающего, Дин наклонился ближе. Ему было почти так же любопытно, как и остальным солдатам. Но прежде чем он успел как следует разглядеть бумагу, сержант посмотрел на него — и в его глазах полыхнул огонь.
— Значит, вы не шпионы? Тогда почему у вас есть набросок наших боевых планов, расположения наших войск и позиций противника? — угрожающе спросил он, протягивая улику.
Сэм подавил стон. Он знал, что держит сержант: брошюру о «Национальном военном парке Шайло», которую он дал Дину. В брошюре был набросок битвы с чёткими обозначениями передвижений армий Союза и Конфедерации. Сэм покраснел, когда Дин бросил на него укоризненный взгляд.
— Откуда мне было знать, что так выйдет?!
Не в силах больше оставаться в неведении, Алек попытался оглянуться — что там у них?
— Что это? Что у нас есть?
— О, эта полезная брошюра из центра национального парка, которую меня заставил взять Сэм, — съязвил Дин. — Та самая, где хорошие карты, чтобы мы не заблудились.
— А-а, ясно, — протянул Алек, мгновенно понимая, почему всё покатилось в ад. Стараясь не поддаваться страху — особенно в присутствии людей, которые хотят его убить, — он пошутил: — Не думаю, что сказка про путешествие во времени на них подействует.
— Не цитируй сейчас «Терминатора». У Риза дела шли не очень, — пробормотал Дин себе под нос.
— В фильме с Арни — да, а в фильме с Бэйлом… — начал защищаться Алек.
— Замолчите! — крикнул сержант, обрывая их болтовню. Понимая, кто здесь главный, он кивнул на Дина. Двое солдат мгновенно схватили старшего Винчестера и подтолкнули к командиру. — Знаете, что мы делаем со шпионами? — спросил сержант пленника, видя в его глазах не страх, а вызов.
— Да, я смотрел «Патриота», — невозмутимо ответил Дин, отказываясь показывать страх.
Когда сержант потянулся к пистолету, словно готовый казнить Дина на месте, Сэм потребовал:
— Подождите! Подождите минутку! — разрываясь между желанием шагнуть вперёд и защитить Дина или отступить, чтобы прикрыть Алека, он замер на месте. — Мы не шпионы.
— Серьёзно? Тогда кто же вы?
— Историки, — объявил Сэм. Он гордился тем, как быстро придумал это. — Мы записываем всё, что видели сегодня. Чтобы другие знали, что здесь произошло и какие жертвы были принесены.
— И у вас было оружие, потому что… — офицер приподнял бровь.
Алек затаил дыхание, гадая, как далеко заведёт их обаяние Сэма.
— Мы не принимаем ничью сторону. Но мы не хотим здесь умирать и должны иметь возможность защитить себя. — Сэм не смел взглянуть на Дина, зная, что брат, наверное, закатывает глаза на его историю.
Офицер, казалось, размышлял, когда Алек тихо сказал:
— Не хочу быть вестником плохих новостей, но Борису становится ужасно любопытно, почему мы здесь стоим. — Опираясь о спину Сэма, Алек приподнялся, чтобы определить местоположение солдат «Мантикоры». Благодаря суперзрению он увидел Бориса. Не нужно быть гением, чтобы понять: они в двух секундах от новой встречи с учёным.
Дин быстро оглянулся через плечо и увидел Бориса с людьми в нескольких сотнях ярдов. Алек был прав: Борис — слишком дотошный учёный, чтобы оставить тайну неразгаданной. Скоро он придёт за ними, готовый встретить любую опасность ради знаний. Повернувшись к человеку, который сейчас держал их жизни в своих руках, Дин решил поддержать версию Сэма.
— Какой смысл в победе, если никто не узнает, кто победил? Если дерево упало в лесу…
— Дин, — предупреждающе прорычал Сэм. Он не хотел, чтобы брат испортил его прекрасно придуманную историю.
— Ну, вы поняли. Мы вам не угрожаем. Вы забрали наше оружие, конфисковали карты. Просто позвольте нам…
Но Дин не успел закончить — слова застряли в горле, когда лезвие ножа прижалось к его горлу.
— Вы, должно быть, думаете, что я дурак, — прошипел сержант ему в лицо.
— Нет, сэр, — быстро сказал Сэм. У него руки чесались оттолкнуть нож от шеи брата.
— Но вы надеялись, что я поверю вашей лжи, верно? — спросил сержант с мрачной улыбкой, глядя на младшего Винчестера. Снова повернувшись к Дину, он зарычал: — Я долго сражался…
Холодное дыхание солдата коснулось Дина, словно ледяное прикосновение жнеца. Охотник подавил дрожь, когда кожа на лице сержанта начала чернеть, рассыпаться в пыль, обнажая кости.
— Это просто мерзко, — пробормотал старший Винчестер, отступая на шаг, не обращая внимания на то, что нож оцарапал кожу под подбородком. Взглянув на других солдат, он увидел, что их тела тоже изменились, а форма превратилась в лохмотья.
Не видя трансформации, которую видели Дин и Сэм, но наблюдая, как Борис с пятью солдатами приближаются, Алек попытался влезть в разговор:
— Ладно, мы всё поняли. Мы как Джонни Реб, едем в Андерсонвилль.
Отступив от ужасных призраков, Сэм рассеянно поправил Алека:
— Андерсонвилль был лагерем Конфедерации. Они, скорее всего, отвезут нас в тюрьму Олтон, на реке Миссисипи.
— Ты серьёзно думаешь, что сейчас самое время для чёртова урока истории? — изумлённо спросил Дин, бросив на брата недоверчивый взгляд. Сэм лишь пожал плечами.
— Ребята, мы сами скоро станем историей, — сказал Алек, наблюдая за приближением Бориса.
Услышав панику в голосе младшего брата, Дин бросил ещё один взгляд через плечо и понял: у Алека есть все основания для пессимизма. Борис был в нескольких минутах.
Встретившись взглядом с Сэмом, Дин с удивлением заметил в его глазах доверие. Они должны были выжить или умереть, и Сэм верил, что брат сможет их вытащить. И, возможно, вера братьев была лучшим оружием, какое у него было.
— Мне очень понравилась эта ролевая игра, — сказал Дин, делая шаг к сержанту и, что важнее, к гранате, брошенной на землю. — Я бы сказал, давай повторим, но… — он улыбнулся. — Я не очень хороший лжец.
Сэм крепче сжал ноги Алека, готовясь двинуться, как только Дин сделает свой безрассудный ход. Когда старший брат схватил гранату, словно обычный мяч, Сэм нырнул влево, надеясь укрыться за деревьями, прежде чем Дин швырнёт гранату в призраков.
Ловко выдернув чеку, Дин метнул гранату в воздух и последовал за Сэмом в лес. Он надеялся, что если солдаты решат стрелять, то попадут в него, а не в Сэма и Алека. И ещё надеялся, что граната прилетит прямо в лицо Борису.
Небольшой взрыв взметнул вихрь грязи и сотряс землю, испугав и современных солдат, и солдат из прошлого. Крики удивления, гнева и боли эхом разнеслись по лесу. Винчестеры успели скрыться, прежде чем осела пыль и комья земли. А на поляне остались только две армии — стоящие лицом к лицу и впервые увидевшие друг друга.
***
Дин бежал за Сэмом, иногда оборачиваясь — не преследуют ли их. Он знал: две группы солдат, жаждущих их смерти, не сдадутся так легко. И хотя пока за ними никто не гнался, это не слишком успокаивало. А в следующую секунду по лесу разнеслись звуки автоматной стрельбы. Дин побежал быстрее. Сэм — тоже, едва не уронив Алека. Но пули не летели в их сторону. Дин поднял голову и оглянулся назад. Стреляли из современного оружия, и если «Мантикора» стреляла не в них… Он вопросительно посмотрел на Сэма. — Я не знаю, что происходит, — ответил Сэм, крепче перехватив Алека, и продолжил путь — унести брата в безопасное место. Дин заколебался, застыв в нерешительности. Иногда лучшая защита — знать, кто идёт за тобой, или, наоборот, почему никто не идёт. Сэм замедлил шаг — он начинал уставать. Алек был худым, но мускулистым. Заметив, как брат пошатнулся от усталости, Алек похлопал Сэма по спине и приказал: — Опусти меня, Сэм. Я могу идти. — Нет, — хрипло сказал младший Винчестер, качая головой. Он уже хотел оглянуться — идёт ли Дин за ним, — но испуганно вздрогнул, когда прямо за спиной раздался голос старшего брата. — Теперь моя очередь нести его, — сказал Дин, довольный, что застал братьев врасплох. — Где ты был? — прорычал Сэм, зная: Дин задумал что-то, что ему не понравится. — В баре, Сэм, — отрезал старший Винчестер, отводя взгляд, и потянулся к Алеку. Отступив от Дина, не давая ему дотронуться до Алека, Сэм сердито бросил: — Ты думал вернуться за Борисом? — Нет. — Да, — закатив глаза, огрызнулся Сэм. — Я знаю, я всего лишь парень, висящий на плече, но я голосую за то, чтобы двигаться, — сказал Алек. — Моей любимой игрой в «Мантикоре» были прятки. Глядя на Дина как строгий родитель на капризного ребёнка, Сэм вздохнул. — Да, ты прав, Алек. Надо продолжать движение. — Моя очередь, — сказал Дин Сэму, кивнув на Алека. — Я могу нести его, — настаивал младший Винчестер. Он хотел, чтобы Алек понимал: он никогда не будет обузой. — Возможно, — язвительно ответил Дин. — Но ты не сможешь делать это вечно. Так что отдай ребёнка. — Ты только что упал с крыши двухэтажного дома, Дин! — резко напомнил Сэм. — Это была не крыша дома… — начал Дин, но когда Алек посмотрел на него снизу вверх, а Сэм многозначительно приподнял бровь, Дин поправился: — Это была крыша крыльца. — Потом вздохнул и кисло добавил: — Ты ориентируешься здесь лучше меня. Так что показывай, куда идти. По напряжённой позе Сэма и стиснутой челюсти Дина Алек понял: братья готовы спорить вечно. Снова приподнявшись на плече Сэма, он посмотрел на них и сказал: — Весь этот спор бессмысленный, потому что я могу ходить. Просто найдите мне трость. Я бы даже не стал заставлять вас вырезать на ней потрясающую голову гадюки или что-то в этом роде. Мне нужна просто палка… — он резко замолк, когда Дин бросил на него строгий взгляд. — Ты не будешь нагружать раненую ногу, Алек. Старшего Винчестера не волновало, что Алек считает себя нерушимым оружием. Он был ранен, уязвим — и он был его младшим братом. Дин не позволит, чтобы с Алеком что-то случилось. «Вот только он ранен пушечным ядром», — прозвучал в голове язвительный голосок. И Дина захлестнула вина: Алек пострадал из-за его безумного плана. — Кто сказал, что я буду её нагружать? — ответил Алек с лёгким смехом. Дин открыл было рот, но замер. Через мгновение Алек резко повернул голову влево и тихо сказал: — Кто-то идёт. Позади нас. Молча кивнув вправо, Дин приказал Сэму забрать Алека и спрятаться. Они не могли убежать, да и оружия у них не было. Конечно, это не означало, что Дин Винчестер стал безобидным. — Будь осторожен, — тихо прошептал Сэм и скрылся в лесу. Осторожно сняв Алека с плеча, он прижал раненого брата к дереву и поморщился, когда Алек застонал от боли. Встав на колени рядом, Сэм провёл рукой по импровизированной повязке — и у него перехватило дыхание при виде окровавленной ткани. Алек кивнул, без слов заверяя, что с ним всё в порядке. А потом перевёл взгляд туда, куда ушёл Дин. Проследив за его взглядом, Сэм прислушался, надеясь, что с Дином всё будет хорошо. Но если Дину понадобится помощь, ему придётся оставить Алека, а младший брат сейчас был уязвим. Сэм никогда не хотел играть в игру «выбери брата, которого хочешь спасти». А потом звуки выстрелов эхом разнеслись по лесу.***
Присев за деревом, Дин замер, ожидая, когда угроза окажется в пределах досягаемости. Он напрягся, когда поблизости послышались выстрелы — один из современного оружия, другой из винтовки времён Гражданской войны. Он слышал, как кто-то идёт через лес, приближаясь к его позиции, слышал треск ломающихся веток и резкое дыхание бегущего человека. Схватив с земли палку, Дин стал ждать, когда враг покажется перед ним. Но он точно не ожидал встретить Бориса. Дина охватила холодная ярость. Этот человек не уйдёт после всего, что сделал, после того, как угрожал его братьям. Дин уже готов был выскочить из укрытия и ударить учёного, но сдержался — остался сидеть на месте. И хорошо, что остался, потому что следом за Борисом на поляну выскочил солдат Союза. Солдат вонзил штык в спину учёного прежде, чем тот успел обернуться. Призраки больше не истекали кровью на освящённой земле Шайло, но со штыка закапала алая кровь Бориса. Дин почувствовал радость — и эта радость испугала его. Выполнив свою работу, солдат Союза повернулся спиной к врагу и побежал обратно, к своему отряду. Дин терпеливо ждал в чаще, пока призрак не скрылся из виду. Борис лежал на земле на боку, задыхаясь. Старший Винчестер вышел из тени и подошёл к умирающему, почувствовав удовлетворение, когда Борис удивлённо посмотрел на него. Он присел рядом с человеком, который с наслаждением пытал его, который изо всех сил старался убить его братьев. Смертельно раненый учёный слабо попытался отползти. «И он должен бояться», — с яростью подумал Дин, схватив Бориса за лодыжку, не давая отползти. Полные ужаса глаза учёного встретились с глазами Дина. Когда Борис заговорил, его голос был хриплым, губы заливала кровь. — Что ты сделал? Что ты сделал с этими людьми? — Разве они тебе не нравятся? — холодно спросил Дин. — Они — работа всей твоей жизни в ярком цвете. Они — именно то, что ты хотел создать: армия монстров. Тысячи людей, готовых убивать по приказу. Борис покачал головой, поперхнувшись кровью: — Нет, они не были… настоящими. Они… — Галлюцинацией? — мрачно спросил Дин — он был знаком с галлюцинациями близко и лично. Он безжалостно впился пальцами в ножевую рану на спине Бориса, наслаждаясь криком агонии, когда учёный выгнулся дугой, пытаясь отползти. Наклонившись ближе, Дин издевательски сказал: — Это реально, не так ли? — Он вытер окровавленные пальцы о пиджак Бориса. — Я сказал тебе: я много знаю о монстрах. Ты должен был мне поверить. — Спаси меня, — умолял Борис, схватив старшего Винчестера за запястье, взглядом прося пощады. — Я не спасаю монстров, Борис, — сказал Дин с холодной улыбкой. Затем вырвался из хватки учёного. — К следующему месяцу «Мантикора» даже не вспомнит твоего имени. Все твои исследования отправятся в мусор, их спишут на безумство чокнутого учёного. Все забудут о тебе, словно тебя никогда не существовало. Ты станешь просто очередным неудавшимся экспериментом, который «Мантикора» сожгла и развеяла по ветру. — Нет, моя работа имела значение, — задыхаясь, возразил Борис. Он даже не хотел думать, что его работа умрёт вместе с ним. — Серьёзно? — Дин рассмеялся. — Тогда где твоя армия трансгенных солдат, готовых подчиняться каждому твоему приказу? Где твой верный 492? Где твои солдаты, которым платят, чтобы защищать тебя и твою мечту? — Охотник встал, возвышаясь над умирающим учёным. — Трансгенные никогда не станут людьми, — прохрипел Борис, потускневшими глазами глядя на Дина. — Если ты об Алеке, то ты прав. Они будут лучше, чем большинство людей, которых я знаю. И даже если кто-то из них облажается, в них больше человечности, чем в тебе. — Я… создавал… будущее, — прохрипел Борис, закрывая глаза. — Процитирую моего брата: «Одно из возможных будущих». Которое никогда не наступит. Оно умрёт вместе с тобой. Борис закашлялся кровью, не мог говорить, не мог возражать — мог только бороться за жизнь. Он не заметил, как ушёл Винчестер, не почувствовал приближения двух призраков. — Сержант хочет, чтобы мы собрали всё оружие до того, как начнётся пожар. Солдат пнул Бориса ногой, переворачивая на спину. Но учёный не мог открыть глаза, не мог говорить, не мог ничего — только давился собственной кровью. — У него нет оружия. Но он всё ещё дышит. — Это не имеет значения. Сюда быстро приближается огонь. Он избавит его от страданий… мучительно и медленно. А потом они ушли, и Борис остался один. Он вдыхал дым, чувствуя приближающийся жар, и знал: даже его ДНК не уцелеет в этом пожаре. От него не останется ничего.***
Засунув пистолет Бориса за пояс, Дин не обернулся на крик учёного. Он знал: либо призраки его добьют, либо быстро приближающийся огонь. И ему было всё равно. Его заботило только то, что впереди — младшие братья. Сэм вскочил на ноги, как только заметил Дина. Он с трудом сдерживал беспокойство после первого выстрела. — Ты в порядке? — хрипло спросил он. — Всё хорошо, — ответил Дин, бросив на Сэма быстрый взгляд, и присел рядом с Алеком. — Нам пора уходить, — объявил он и без предупреждения перекинул брата через плечо. — Нельзя было предупредить? — проворчал Алек, когда его перекинули, словно мешок картошки. — Огонь пожирает деревья, словно чикагский пожар, — сказал Дин, встретив обеспокоенный взгляд Сэма. — Выводи нас отсюда, Сэмми. Младший Винчестер быстро кивнул и оглянулся. — Борис больше не пойдёт за нами, — ответил Дин на безмолвный вопрос. — Солдатам Союза он тоже не понравился. — Ты… — начал Алек, чувствуя, что Дин что-то не договаривает. — У нас было время для интересной беседы, — мрачно признал Дин, и братья поняли, что он имел в виду. Алек улыбнулся. Пусть ему чуть не оторвало ногу и его уносили с поля боя как ребёнка, но их день закончился не так уж плохо. — Твой план сработал, — с гордостью сказал он. — По-твоему, сработал? — усмехнулся Дин, качая головой от наивности брата. — Чертова армия Союза уничтожила Бориса и его людей, — сказал Сэм. — Думаю, это даёт тебе бонусные очки за оригинальность в разрешении конфликтов. — И мы всё ещё живы, — заметил Алек. — У тебя в ноге куски металла! — зарычал Дин, словно Алек забыл об этом маленьком факте. — Ещё один день из жизни Винчестеров, — небрежно ответил Алек. — Эй, я слышал, на многих полях сражений в этом году будут исторические реконструкции к 150-летию. Можем устроить свой собственный тур, путешествуя с поля на поле. Назовём его «Путешествие Винчестеров: Гражданская война. Призрачный тур». — Нет, — синхронно ответили Дин и Сэм. — Ладно, можем назвать как-то иначе, если вам не нравится это название, — предложил Алек и улыбнулся, когда оба брата предупреждающе прорычали его имя. Но он улыбнулся ещё шире, видя их раздражение. Хорошо быть живым. Борис больше не представлял угрозы. Но больше всего радовало то, что он остался в одиночестве. — Вы ведь понимаете, что эта шрапнель может стоить денег? Это настоящий кованый металл 1862 года… — Да, и он выйдет из твоей искусственно созданной ноги 1990 года и отправится в мусорное ведро, — парировал Дин. — Вообще-то он прав, Дин, — вмешался Сэм, и старший брат закатил глаза. — Мы могли бы продать металл и… — Мы не будем возить с собой жуткий металл, к которому может привязаться призрак. И это моё окончательное решение. А теперь мы можем, пожалуйста, просто пойти к цивилизации и выбраться из этой сцены из «Славы»? — На самом деле сюжетная линия «Славы» началась после битвы при Антиетаме, а это произойдёт через пять месяцев после Шайло, так что… — Чувак, тебе официально запрещено смотреть канал «История», — категорично заявил Дин. — Хочешь верь, хочешь нет, но есть и другие способы чему-то научиться, кроме телевизора, Дин. Я учился в колледже, и читал… — Ты смотрел сериал «Гражданская война» по историческому каналу три дня подряд, — любезно напомнил Алек. Сэм шутливо шлёпнул его по затылку. — Ой! Я тут ранен! — Да, и старший брат здесь, — прервал Дин глупые шутки братьев. — И я говорю: мы никогда больше не будем говорить о Гражданской войне, о Борисе или о том, что я пью «Педиалит». Договорились? — Договорились, — с готовностью согласились братья. Это была клятва друг другу — больше не позволять прошлому определять их будущее. Ни прошлому их страны, ни прошлому «Мантикоры», ни даже их собственному прошлому. То, что будет дальше, — по их собственному выбору. А главное для них — семья.
