Дороже, чем жизнь

Во дворце Шэньу на Небесах всегда тихо, но в последние несколько дней тишина стала удушающей. С другой же стороны, душит Верховного Бога вовсе не тишина, а алые лепестки, что застряли в горле. Мог ли он когда-либо подумать, что пострадает из-за цветов «Неразделенной любви»? Нет... ни в коем случае! Но теперь эти самые цветы проростали в его груди, царапая легкие и горло шипами. И все бы ничего - демонам вовсе и не нужно дышать, только это не значит, что демоны не чувствуют боль. И да, боль была ощутима - не только физическая, но и абстрактная (она еще и в большей степени). А самое обидное, что Цзюнь У знает, как решить эту проблему, да вот только единственный человек, который может помочь, не рядом - вообще неизвестно где, честно говоря. Думая об этом, Владыка чувствует приступ кашля, и после на его руках остается ярко-алый бутон, и еще несколько отдельных лепестков, покружившись в воздухе, падают на гладкий пол. Разве же он не жалок сейчас? Возможно... Но какая уже разница. Главное - избавиться от этого заболевания и не важно каким путем. За спиной в коридоре слышатся шаги, а после открывается тяжелая дверь. - Прошу прощения, Ваше Величество. - склонив голову в поклоне, произносит Лин Вэнь, и Цзюнь У поворачивается к ней лицом, все так же сжимая в ладонях цветочный бутон. Богиня Литературы кладет несколько свитков на полку шкафа и делает шаг вперед. - А болезнь все прогрессирует?.. - удрученно спрашивает она, являясь единственной, кто знает о состоянии Императора. Цзюнь У убирает цветок на столик, где таких уже скопилось немало, и кивает. - Оно дошло до сердца... - признается он, осознавая, что скоро острые шипы просто разорвут его изнутри, и тогда Владыка трех миров будет как никогда сильно жалеть, что не сможет умереть, пока не будет уничтожен прах. - Вы так никому об этом и не сказали? - снисходительно упрекает Лин Вэнь, подавая Императору бутылек с заживляющим зельем. Навряд ли оно поможет, ведь залеченные внутренние раны появятся вновь, стоит только шипам подобраться к стенкам органов и тканей. - Не стоит никому знать... - вновь вместе с кашлем от удушья с губ слетают огненно-красные перья цветочных лепестков, а Цзюнь У лишь издает удрученный вздох, выпивая снадобье, предоставленное Богиней Литературы.

***

В отличии от Императора, Лин Вэнь не могла оставить все так, как оно есть. Она прекрасно знала обо всех потаенных желаниях Верховного Бога и предполагала, как можно излечиться. Пара бессонных ночей, что было не ново для нее, и нужная информация найдена. Девушка принимает другой облик, спускаясь в мир людей, и скрывает свою магическую ауру. Пешком приходится идти довольно долго, пока та не натыкается на заброшенный домик на окраине города. Внутри никого - значит нужно подождать. И вот под вечер, когда горизонт вспыхивает огнем зори, к домику все же подходит юноша в соломенной шляпе, белых монашеских одеяниях и мешком с каким-то барахлом за спиной. Он выглядит уставшим, но на лице сияет нежная улыбка, увидев которую, Лин Вэнь даже впадает в минутный ступор, но, поняв, что тот обращается к пришедшей с немым вопросом в глазах, все-таки начинает говорить. - Добрый вечер, Ваше Высочество. - девушка весьма учтива, да и голос у нее не враждебный - значит убегать смысла нет. - Приветствую друга на тропе самосовершенствования. - снимая доули и вешая ее за спину, отвечает собеседник. Он не знает, как обращаться к незнакомке, но та определенно знает его. - Простите мою неучтивость. Можете звать меня Лин Вэнь. - Совершенный Владыка Литературы?! - юноша явно был удивлен такому, но все же делать поспешных выводов не стал. - И что же от меня нужно богам? - Ваше Высочество, я прошу Вас о помощи от лица Небесного Императора и от себя тоже. Я просто больше не вынесу этого!.. - девушка всплеснула руками, вспоминая состояние Цзюнь У и прекрасно понимая, что лишь этот принц способен решить данную проблемку. - Я, кажется, не понимаю Вас... - честно признался Се Лянь, находясь в неком ступоре, а потому пригласил гостью в дом, ведь не обсуждать же все на улице.

***

Приступ кашля не прекращался. Цветочные бутоны то и дело оставались на руках, а лепестки уже легли ковром на полу. Цзюнь У не мог больше здраво мыслить. Вот бы его кто-то избавил от этой пытки. Но разве кто-то способен помочь?.. Император прикрывает глаза, уже не боясь задохнуться, и представляет перед собой горячо любимый образ - светлый и нежный - прекрасный до безумия, до слез, что сами собой начали стекать по щекам. Единственный, кто мог бы облегчить эту пытку одним своим присутствием... Но он не рядом. Он далеко, и он точно не согласится помочь тому, кто лично надел на него две проклятые оковы и изгнал с позором с Небес. Теперь он имеет полное право посмеяться над Владыкой, ведь тот и впрямь заслужил... Звук шагов - на этот раз идут двое, и Цзюнь У это сразу понял, мигом приходя в себя и уже готовясь встречать незваных гостей. Как он и предполагал, первой в комнату заходит Лин Вэнь с парой свитков, но не успевает она и приветствия сказать, как оказывается под слегка гневным взглядом Владыки. - Кого ты привела? - отчеканил он каждое слово. - Ваше Величество, я... - Я ведь сказал, что сейчас не в состоянии кого-то при... - он сбился из-за нового приступа удушья и кашля, который его преследовал, слегка отвернувшись и вновь наблюдая, как на ладонях остается алый бутон - на этот раз еще ярче из-за крови, что осталась на его лепестках. - Об этом я и хотела поговорить, - но не успела девушка закончить, как второй гость сам появился в комнате, мельком осмотрев ее взглядом и убеждаясь в правдивости слов Богини Литературы. - С-сянь...лэ?.. - Владыка, могу я Вам помочь?.. Немного неуверенный голос растворился за спиной Лин Вэнь, когда та поспешила покинуть дворец Шэньу и прикрыла за собой тяжелую дверь.