Страж боли

      Открыв глаза, боль от раны на спине и множества мелких порезов разлилась по всему телу. Николас не хотел приходить в сознание и вспоминать, что случилось, но мелодичное постукивание пестика об ступку не давало погрузиться обратно в сон. Потребовалось ещё пару мгновений, что бы осознать, где он находится. Это была небольшая каменная комната со сводами,которая больше похожа на темницу. Довольно привычная обстановка. Он сильнее бы удивился, оказавшись спальне с диванами и пышными перинами. Возле кровати стояла женщина, одетая в тёмно-зелёное, цвета мокрой травы, платье с передником. Волосы убраны назад небольшим платком. Она смешивала различные ингредиенты, разложенные на деревянном столике, отмеряя всё на глаз. Лёгкая, едва слышная песенка лилась из её уст. Довольная своим творением женщина подошла к больному.       — Ну, раз проснулся – поднимайся, — сказав это, она ещё раз взглянула на ступку, — а то, знаешь ли, неудобно перевязывать спину, когда ты на ней лежишь, — приветливая улыбка заиграла на губах.       Ей не составило труда заметить, что Николас очнулся, хотя он лежал с закрытыми глазами, притворяясь, что спит. Только сев на кровать, мальчик ощутил тугую повязку на его груди, которая усложняла дыхание.       — Где я?       — Ты там, где должен был оказаться и в относительной безопасности – это всё, что я тебе пока скажу. Остальное узнаешь позже, главное не опоздай на собрание к Картеру.       — Подождите,я вообще ничего не понимаю, — сказал Николас, поворачиваясь лицом к женщине.- Последнее, что я помню – это то, как попал в пещеру и знатно так расчесал себе всё тело... — пару мгновений он молчал, а после продолжил.- А потом появился мужчина и на этом воспоминания обрываются.       Она коснулась его ещё не зажившей раны, нанося чуть прохладный гель.       — Ты проспал здесь целый день и ночь, даже не открывая глаза, когда я тебя будила. Хотя, будь у меня на это право, я оставила бы всех вас в кроватях ещё на пару деньков.       — Кого нас?       — Подними руку, пожалуйста... Да, вот так. Ну, что же вы все такие любопытные? Говорю, потом всё узнаешь. Не велено мне говорить, понимаешь? Не-ве-ле-но, — проговорила женщина. — Будешь так много болтать – и в правду опоздаешь. Вот чистая одежда, в том углу вода для умывания и причешись, пожалуйста, а то выглядишь как оборванец какой-то.       — Вы мне хоть что-то можете объяснить? — с раздражением спросил Николас.       — Меньше вопросов – больше дела. Главный зал прямо по коридору и направо, только не перепутай с оружейной, она дальше.       Женщина, быстро собрав все свои принадлежности в кожаную сумку, вышла из комнаты.       "— Мне хоть кто-то сегодня ответит?!"       Подойдя в тазу, мальчик умылся. Вода была отрезвляюще холодной и немного пахла лавандой. Тело, с его последних воспоминаний, заметно исхудало, но он чувствовал себя в разы лучше. Ник расчесал волосы пальцами, лишь позже заметив, что рядом лежал деревянный гребешок.       Одежда была простой, не сковывающая движений: холщовая рубашка на запах и темно-синие штаны. Медленно одеваясь, он понял, что не только грудь была перемотана, но и правое бедро и руки на предплечьях. Живот неприятно заурчал, словно не евший пару лет, но ни еды, ни времени для этого не было.       "— Нужно как можно скорее узнать, где тут кухня..."       Окинув комнату быстрым взглядом он заметил стоящую на столе прозрачную вазу с туманом внутри.       "— Он такой же, как тот, что я видел в океане. Хм... Интересно, для чего он нужен? — размышлял Ник, разглядывая её поближе. — Но если я опоздаю, мне будет худо, а сам я ответов не найду."       Николас поспешно вышел из своей комнаты и плотно закрыл дверь. Впереди был коридор, освещённый свечами в канделябрах, расплавленный воск с которых медленно капал и оставлял небольшие пятна на ковре. Он шёл по нескончаемому подобию туннеля с одинаковыми дверьми по обеим сторонам и лишь едва слышными отголосками вдалеке.       "— А туда ли я иду?" — постоянно спрашивал себя Ник.       Голоса со временем становились громче и наконец мальчик увидел поворот. Свернув туда,куда сказала женщина, перед ним открылась большая арка и толпившиеся группа примерно таких же по возрасту, как и он.       — Ещё раз ты опоздаешь – будешь сидеть на одной воде неделю, — сказал мужчина, стоявший на помосте.       Присмотревшись, мальчик узнал его. Это был тот, кто помог ему пару дней назад. Только сейчас он выглядел более презентабельно, волосы заплетены в хвост, а поврежденный глаз прикрыт повязкой. Толпа тихо перешёптывалась, обсуждая то ли Николаса, то ли угрозы Картера.       — Тихо! Сплетни и не соблюдение дисциплины я не потерплю!       После этих слов наступила гробовая тишина.       — Кхм-кхм... Теперь можно начать. Многие из вас задаются вопросами: куда же они попали, что с ними случилось и что с ними будет. Именно на них я и попытаюсь ответить. Находитесь вы в туманном городе – так мы его привыкли называть. Он находится глубоко под землёй и со всех сторон окружён водой. Некоторые из вас перед тем, как попали сюда, могли видеть густой туман. Так вот, именно он и защищает нас от морской воды и даёт кислород.       " Так вот для чего стоит эта ваза. Под землёй нет окон и кислорода в достатке тоже... Хоть что-то прояснилось."       Увидев удивлённые и испуганные лица детей, мужчина немного запнулся, но вскоре продолжил.       — Вопросов стало не меньше, понимаю, но скоро вы с этим свыкнетесь. В этом городе есть всё, что необходимо для вашей жизни и обучения. Вы попали сюда не случайно. Вас выбрали для дальнейшего обучения мастерству убийц.       Сердце Николаса пропустило удар.       "— Убийцы? Я стану убийцей? Нет... Нет... Я не буду убивать."       — Вижу по лицам, вы, мягко говоря, шокированы. Но ничего, все мы прошли через это. Вы хоть и смешанные, но удивительно походите на одну из рас: либо гелатов, либо селинов. Именно поэтому вы и попали сюда. Такая внешность идеально подходит для шпионов или наёмных убийц. Если хорошо постараетесь, за ваши умения будут платить приличные деньги. Ну... или вы будете учить какую-то ребятню умению сражаться. Вам придется смириться с этой участью, умереть мы вам пока что точно не дадим, да и сбежать тоже, так что откиньте эти идеи. Сейчас вы будете распределены по группам, у каждой будет свой наставник.       Рядом с Картером, на помост, вышло ещё три человека.       — Мы будем преподавать то, в чём сильны. Я – Картер, со мной вы уже знакомы, не зря же я вам тут пол часа распинался. Справа от меня – Бастет, слева – Серен. Прекрасные женщины, если их не злить. А чуть дальше Маркус, он частенько будет пропадать – слишком уж занятой.       Наставники начали выбирать себе учеников: некоторые по интуиции, некоторые по ранней договорённости. Николас в этот момент погрузился в раздумья, пытаясь осознать всё, что рассказал мужчина.       "— Значит, так как я жил раньше – это не самое худшее. Худшее ждёт впереди. Нам не дадут умереть, сбежать, только лишь следовать их указаниям... Не лучшее будущее."       — Ну, и моя группа последняя: Рун, Логан, Элфи и Николас. Да что же у вас за имена всех такие, как будто фантазия – это всё, чем обладали ваши родители, — сказал Картер и сам усмехнулся со своей шутки. — Теперь все свободны. Можете идти на кухню, приходить в себя. Дам вам часик, а потом ко мне на занятие в малый зал.       — Тебе бы попить травы для памяти, — недовольным тоном сказала Бастет. — Как они будут ориентироваться во времени, если ты им не раздал часы?       — Раз такая умная, сама им и раздай,- будто обижено проговорил он.       — Ребят, у каждого из вас будут часы. На них несколько циферблатов, каждым из которых вы в дальнейшем научитесь пользоваться, ну а пока, единственное, что нужно понимать – это время. Маленькая стрелка показывает часы, длинная – минуты. Занятия будут начинаться в круглое время, что бы вам было легче, — объяснила Серен.       — Да они и сами со всем справятся, — сказал Картер, похлопав в ладоши, как бы завершая выступление. — Бегом в кухню, дверь в неё за моей спиной.       Дети медленно, словно завороженные, пошли туда. Каждый из них был погружён в свои мысли. Никто не ожидал, что жизнь уготовила для них такой сюрприз. Правда, он никому не понравился, но отказаться уже нельзя.