Нахлебники

Лиса не знала корейский. Кем она себя возомнила, думая, что сможет учиться на иностранном языке? Стоило усерднее заниматься. Хотя, вообще-то, разве это ее вина? Она честно старалась выучить корейский, но тот явно не хотел быть использованным какой-то деревенской девчонкой из Таиланда. По крайней мере, примерно так выразился ее арендодатель, которым она была встречена по приезду в страну. Но ведь выучить язык, иногда используя для просмотра дорам и по-настоящему переехать в Корею, где разговаривать с людьми на корейском и исключительно на нем — две разные ситуации, требующие разного корейского языка! Таким образом, Лиса обнаружила себя с сертификатом уровня «С1» и совершенно не знающей корейский. Понадобилось две недели, чтобы наконец начать без помех ходить в супермаркет, понимать названия продуктов и вовремя отвечать на вопросы кассиров о наличии скидочной карты, потребности в пакете и способе оплаты. До этого каждый поход в магазин казался прогулкой на эшафот: снисходительные взгляды работников, раздраженные задержкой покупатели, многочисленные покупки странного сорта соевого соуса… Но ничто, конечно, не шло в сравнение с процессом аренды квартиры. Лиса мало, что помнила из того дня - ее мозг милостиво заблокировал воспоминания - но эмоции остались. Девушка была уверена, что хозяин квартиры почти наверняка развел ее на деньги, запросив гораздо больше, чем они обсуждали по переписке. Лиса подписала контракт, поняв едва ли треть его содержания. Было страшно даже представить, на что она там согласилась, однако, по крайней мере, у нее теперь было жилье. Квартира-студия с крохотной кухней, раскладным диваном и душем без душевой кабинки. Из мебели ещё небольшой стол с тремя стульями, старый дубовый платяной шкаф, книжная полка и мягкий ковер посреди комнаты. А, ну, и самым важным атрибутом квартиры были обои. Да, такие редко встретишь в сеульском жилье — красивые, небесно-голубые и обильно залитые засохшей кровью. Пожалуй, эти-то обои и позволили Лисе не обанкротиться, даже переплатив за аренду. Потребовалось время, чтобы спокойно засыпать по ночам, но теперь девушка была даже благодарна: вряд-ли хозяин найдет жильца получше, так что оставалась надежда со временем улучшить условия аренды. Сам район был отражением этих самых обоев. Очень быстро Лиса выяснила, что наиболее безопасное время для прогулки — между десятью утра и шестью вечера. В другое время выходить на улицу приравнивалось к игре в русскую рулетку, где барабан пистолета заряжен, как минимум, наполовину и полностью по пятницам и субботам. Однако ничто не пугало Лалису Манобан настолько, чтобы заставить ее вернуться домой. Во-первых, как бы она после этого смотрела родителям в глаза? Во-вторых, даже проживая в криминальном районе и едва разбирая, что говорят люди вокруг, она находилась в Сеуле. В городе, где можно быть кем угодно. Сегодня официально начинался учебный год. Второй курс. Лиса упорно работала весь прошлый год, чтобы получить перевод из ее университета в Таиланде в сеульский Университет Х. Сегодня она исполняла свою мечту. Девушка нервно пригладила свои короткие волосы, глядя в ещё мокрое после утреннего душа зеркало на стене. Это было единственное зеркало во всей квартире. Постаравшись отвлечься от мыслей о том, что все профессора вот-вот узнают, как сильно она отстаёт в корейском языке, Лиса покинула ванную комнату и прошла к двери, чтобы надеть кроссовки (она носила их ещё с предпоследнего года в школе). Затем она закинула рюкзак на плечи (его она приобрела на первом курсе) и начала свою рутину, какую выработала почти сразу после переезда в Корею и выполняла перед каждым выходом из дома: 1. Убедиться, что взяла свой паспорт. 2. Убедиться, что взяла проездной. 3. Проверить, что студенческий все ещё в кошельке. 4. Взять кошелек и положить его в толстовку, в карман на животе. 5. Туда же положить телефон и наушники. 6. Взять ключи. 7. Выйти из квартиры и закрыть ее на все три замка. 8. Убедиться, что дверь действительно закрыта на три замка. 9. Зажать ключи в правом кулаке. 10. Засунуть обе руки в карман толстовки, не выпуская ключей. 11. Глубоко вдохнуть и выдохнуть. Закончив свой ежедневный ритуал, Лиса стремительно спустилась по лестнице с третьего этажа и вышла на улицу. На часах было семь утра, а потому прямо у подъезда ожидаемо храпел ночной житель района. Лиса в два широких шага оказалась на приличном расстоянии от его соло перформанса и быстрым шагом направилась к автобусной остановке. Утро августа встречало жителей Сеула ярким солнцем и теплым ветром. На тротуаре то и дело попадались сладко спящие компании, они спали в обнимку либо друг с другом, либо с зелёными бутылочкам из-под соджу. В конце концов, спать на свежем воздухе полезно, да и почему нет, если погода позволяет, правильно? Лиса шла бесшумно, готовясь начать утреннюю пробежку в любой момент. В какой-то степени такая прогулка первым делом перед учебой неплохо бодрила, прилив энергии происходил ощутимый. Тут и кофе никакое не требовалось. Лисе пришлось всё-таки немного пробежаться, но лишь потому, что нужный ей автобус подъехал на остановку до того, как девушка успела как следует до нее дойти. Автобус оказался переполнен, и Лисе пришлось ехать стоя, плотно вжатой в край одного из сидений. Но она и не думала расстраиваться. Не сейчас, когда самое сложное ещё впереди. А пока она достала наушники и воткнула в уши, отгораживаясь от мертвой тишины салона. Приятный женский голос запел на корейском, который Лиса понимала. Метро. Вот и начинался кошмар бедной девочки из деревни в Таиланде. Она ненавидела метро. Она не понимала метро. Ещё ни разу ей не удалось не потеряться. Лиса выскочила из автобуса и втиснулась в общий поток людей, шагающих под землю. План был следующий: 1. Пять остановок. 2. Переход ПО ВЕРХУ к последней платформе. 3. Три остановки. 4. Выход прямо к университету. На бумаге — просто, на деле же Лиса обнаружила, что довольно тяжело отсчитать пять остановок, если отвлекаться на мысли о счёте остановок и предстоящему переходу ПО ВЕРХУ к последней платформе… Лиса достала проездной. Если она все верно сделала, то его должно хватить на две недели; потом уже выдадут студенческий билет. Пройдя через турникет, Лиса немного расслабилась — она переживала, что проездной не сработает или, что она где-то ошиблась и положила деньги куда-то не туда. Такое было вполне возможно, когда не знаешь корейский. Спустившись к поездам Лиса остановилась. Пять остановок. Пять остановок куда? Ехать на поезде справа или слева? Девушка вздохнула, напрягая мозг. Итак, большинство людей по утрам обычно едут в сторону центра города, туда же ехала и Лиса. Верно-верно. Значит, ей надо сесть в тот поезд, которого ждёт большинство на этой станции. Более того, девушка заметила тенденцию, что обычно те поезда, которые приезжают по правым путям, соответствуют направлению, в котором ехала Лиса — будь то в город или домой из центра. И в этот раз с правой стороны стояло немного больше людей. Лиса мысленно похвалила себя за то, что не растерялась и своевременно решила проблему, не паникуя. Ещё немного и она начнет походить на местную. И тогда сможет стать, кем угодно. Она в Сеуле. Спустя пять остановок Лиса прибыла на знакомую станцию — она была на верном пути. Покачивая головой в такт музыке девушка уверенно направилась к эскалатору, чтобы совершить переход ПО ВЕРХУ к самому дальнему пути. О, как она близка к тому, чтобы впервые не потеряться в метро! Вот бы ее видела мама! Она бы по достоинству оценила такое достижение! Отец много путешествовал, так что его было сложно удивить чем-то вроде ориентирования в сложной системе подземного транспорта, но мама! Мама бы поняла... Лиса остановилась. В ее голове на мгновение открылась черная дыра, всосав в себя разум и скрылась с опустевшего места преступления. Она забыла, куда идти. Дело в том, что «переход ПО ВЕРХУ» подразумевал под собой, что девушке не придется думать, нужен ли ей крайний путь слева или крайний путь справа. Она ездила в университет дважды, но, увы, момент перехода, как по волшебству стерся из ее памяти. Что делать? Безусловно, в такой ситуации можно просто воспользоваться Naver картами, однако для этого требуется интернет на телефоне. Коего у Лисы не было. Она забыла положить деньги на телефон. Собственно, именно поэтому она провела вчерашний вечер, запоминая путь. Боже, ведь можно было просто сделать скриншоты. Ну, почему она такая глупая? Корея не ненавидела ее. Корея была равнодушна. — Я ещё еду, — рядом с ней остановился парень с головы до ног одетый в чёрное. Его лицо скрывали черная панамка и маска в тон. Он говорил с кем-то по телефону, не обращая внимания на ломающуюся рядом жизнь. — Мне осталось три остановки… Честно… Всё, давай, встретимся на месте… Ну, что ещё?.. Лиса не часто ощущала будто с ней произошло перерождение феникса. Возвращения Иисуса на третий день и вовсе с ней не бывало. Однако в этот момент все поменялось - вершилось Второе Пришествие Христа и в ее жизни. Она всем телом повернулась к своему спасителю и уставилась на него с широко распахнутыми глазами. Видимо, почувствовав неожиданные признаки жизни рядом с собой, парень встретился с Лисой взглядом. Она знаком показала, что хочет выйти на диалог. — …Ладно, я понял, я понял. Обсудим при встрече, ладно? Отлично, вешаю трубку. Вы что-то хотели? — последние слова были обращены к Лисе. Та усердно закивала в ответ. — Я э-э-э, ну, потерялась…- сбивчиво начала Лиса. — Простите, не расслышал, — парень наклонился к Лисе и повернул голову, чтобы его ухо оказалось поближе к губам девушки, вогнав последнюю в краску. — Г-говорю, что вроде как… Ну, я, мне нужно в Университет Х, но я не понимаю, как ехать. М-может хенним знает, как туда добраться? — послушно пролепетала Лиса чуть громче. — О, можете просто поехать со мной! — дружелюбно воскликнул мессия Лисы. — Я и сам студент в Х, так что заодно покажу вам, как можно сократить по пути от метро к главному зданию! Мало, кто знает о том проходе… Лиса с чувством глубоко раскланялась, впрочем, готовая и упасть на колени в знак благодарности. Было ли подобное поведение в ее характере, мимолётно пронесся вопрос в голове девушки. — Спасибо! Спасибо! Вы очень добры! — почти выкрикнула она, заставив несколько прохожих озадаченно обернуться. Парень в ужасе замахал руками. — Прекратите, это ни к чему! Давайте, э, просто пойдем уже, ладно? — Да, конечно! Простите! Лиса тут же двинулась с места и пошла за ближайшими прохожими. — Нет, нуна, нам в другую сторону, — окликнул ее парень. Лиса вновь раскланялась. — Простите! — Ну, всё, хватит вам уже! Пойдёмте. И они наконец пошли к дальней платформе. Оказалось, надо было идти направо. Лиса мысленно поставила направление на заметку. Атмосфера была немного неловкая, и Лиса чувствовала, что стоило бы завести разговор — полезно иметь хоть какое-то знакомство с местными студентами — но она вдруг почувствовала острый стыд за свою сбивчивую речь и не местный акцент. — Так как вас зовут? — прочистив горло, первым спросил парень. — Я — Чонгук. — О, какое красивое имя! — искренне восхитилась Лиса. Не часто услышишь такое у корейца. — Меня зовут Лалиса. Можно просто Лиса. — Сколько вам лет? — продолжил расспрос парень вежливым тоном. — О, мне двадцать один, — Лиса назвала свой корейский возраст. — Я на втором курсе, но только в этом году перевелась в Сеул. До этого я училась дома…- Лиса осторожно посмотрела на парня, и с опаской закончила. — В Таиланде. Парень покивал, показывая, что ему интересно. — Я тоже на втором курсе, поэтому выходит, что мы — одногодки, — они спустились к крайнему пути и прошли чуть глубже по станции, намереваясь попасть в середину поезда, когда тот подъедет. — На каком ты направлении? — Чонгук сразу отбросил вежливое обращение, и его плечи немного расслабились. Лисе очень нравился этот разговор. К вот такому разговору она готовилась, изучая язык. Имя, сколько лет, откуда, где училась, есть ли братья или сестры, какие увлечения, есть ли домашние животные. Вот это она могла, это пожалуйста. — Я на Фотографии, а вы, оппа? — Лиса гордилась собой, что не забывала говорить вежливо с человеком, даже с ровесником. Ведь они только встретились. — И я! — удивлённо откликнулся Чонгук. — Какое совпадение! Или, может, судьба? - Парень запрокинул голову, чтобы девушка увидела, как он подмигнул из-под панамы. Лиса обомлела. Ее спаситель. Ее мессия и ангел-хранитель. Ее однокурсник. Ещё немного и над Чонгуком появится нимб, Лиса была уверена в этом. — Если знаешь, то на третьем курсе будет разделение на Фотографию и Видеографию, и я планирую пойти на второе, — тем временем продолжал парень сквозь маску, скрывавшую большую часть лица. — О, а я останусь на Фотографии, мне нравится замораживание моментов, — по инерции сказала Лиса, цитируя свои реплики из многочисленных диалогов с репетитором. Чонгук по-доброму фыркнул. — Не согласен, но понимаю, — пожал он плечами. Подъехал поезд и они вошли в вагон, пристроившись у двери с противоположной стороны. Лиса приготовилась три остановки глазеть в окно на прекрасный город в утреннем солнце. Она знала, что это станет ее любимой частью утра будней ближайшие годы. — Так ты из Таиланда? — Лиса кивнула. — А откуда именно? — Это небольшая деревня в провинции, вы вряд-ли знаете ее, — теперь и Лиса пожала плечами. — Вы ведь тоже не из Сеула? У вас э-э-э, кажется, какой-то сатури, — неуверенно заметила девушка. Если честно, она плохо различала все эти корейские говоры, просто знала, что они есть и боялась столкнуться с самыми сложными из них в реальной жизни. — А, заметила? Я из Пусана, вообще-то, — поделился Чонгук. — Но это у меня ещё подстерся акцент - слишком много времени провожу среди сеульцев. Лиса завистливо кивнула. Может, и ее акцент сотрётся, если она будет окружена сеульскими студентами. Хотелось в это верить. Поезд шел плавно и бесшумно, будто плыл по воздуху. Из окна открывался вид на еще зелёные деревья и бесконечные бетонные дома в стиле брутализма. Машины ползли по перегруженной магистрали, кое-где виднелись вышедшие на утреннюю пробежку жители мегаполиса. В небе не было ни облачка, день обещал быть жарким. — Спасибо ещё раз, что позволили поехать с вами, — повторила Лиса не менее искренне, чем до этого. — Вы, должно быть, были совсем в отчаянном состоянии, раз решились обратиться к незнакомцу, — добродушно отозвался парень, возвращаясь к формальному обращению. — Я бы скорее затерялся в метро, чем спросил у кого-то дорогу. Лиса улыбнулась. Поезд качнулся, заставив девушку неловко откинуться назад, а потом рывком повалиться вперёд, на Чонгука. Ногти инстинктивно вцепились в его толстовку, не желая лететь на пол без боя. Лиса в ужасе замерла, ненадолго потеряв контроль над своим телом. Ее пальцы сминали толстовку, под которой, кажется, было крепкое телосложение. Нос зарегистрировал запах ландыша и стирального порошка. Это длилось всего секунду, но девушка успела понять, что кто-то регулярно качается, и это явно не она. — Изв-ините, — икнула Лиса, отчаянно надеясь, что ее новоиспеченный знакомый — дальтоник и не видит краски на ее лице, которая бесстыже обжигала щеки. Чонгук помотал головой, мол, ничего страшного и взял ее под локти, помогая восстановить равновесие. Лиса же видела в ситуации много страшного. Всё ее недолгое знакомство с этим молодым человеком напоминало дораму. Возможно, их самых Лиса и пересмотрела, и всё это было плодом фантазий или проекцией желаемой реальности, однако факт оставался фактом: ещё немного и произойдет то самое. Они обсудили погоду. В этом Лиса была не так сильна. Слова «пасмурно», «ясно» и «безоблачно» были сложными для запоминания, поэтому она пропустила их изучение на курсах. Она лишь полагала, что именно эти слова были упомянуты в диалоге, так как опиралась здесь исключительно на контекст. К счастью, чтобы обсудить с кем-то погоду, достаточно было просто вовремя издавать согласные, восторженные или полные досады звуки. Лиса и Чонгук вышли на нужной им станции и не спеша потопали к университету. Лиса помнила официальную дорогу, проложенную NaverMaps накануне вечером: 1. Перейти дорогу. 2. Повернуть налево. 3. Идти прямо до кофейни 4. Перейти дорогу. 5. Повернуть направо и идти до упора в главные ворота. Однако, переведя девушку через дорогу, Чонгук остановился. Он снял маску, и Лиса лицезрела привлекательного молодого человека ее возраста. Черноволосый, нос картошкой, ухоженная кожа, изящные губы, теплые карие глаза. У нее екнуло сердце, когда он одарил ее лукавой ухмылкой:  — А теперь ты имеешь честь получить доступ к секретной тропе отсюда до университета, — торжественно произнес он, вновь неформально. — Готова, Лиса-я? Нет. Лиса не была готова. Лиса временно потеряла пульс при звуке «Лиса-я» из уст студента с внешностью греческого бога. Зевса? Посейдона? Аида? Точно одного из большой тройки. Она могла бы подумать, что парень слишком уж самодоволен или, что чересчур быстро перешёл на подобные суффиксы (хотя Лиса, конечно, точно не знала, когда именно это становилось уместным). Но она не подумала ничего из вышеперечисленного. Ее тело временно остывало. — Не боись, я уверяю, что мы доберёмся в два счета и не заплутаем, — Чонгук, видимо, интерпретировал молчание девушки по-своему. Лиса наскребла в себе жизненные силы на слабый кивок. И они пошли не налево, как изначально собиралась девушка, а по прямой, входя в городской парк. В парке никого не было. Наверное, обычные его посетители сейчас спешили на работу или учебу. Прямо, как Лиса. Девушка была рада походить на здешнюю. Будто она сто лет живёт в Корее и знает короткий путь от метро до универа, потому и идёт с таким уверенным видом. Притворяйся, пока это не станет реальностью. И тогда можно стать кем угодно. Парк ей понравился. Много зелени, клумбы с цветами, да и дикие цветы тоже виднелись то тут, то там. Здесь крылся потенциал для хороших фотографий. Впрочем, весь Сеул имел подобный потенциал в глазах приезжих. Так писали в интернете. Даже район, где жила Лиса, Кымчхонгу, имел свое обаяние, пусть и слабое. Особенно тон, где располагался ее дом, ведь в криминале всегда находили своеобразный шарм. Сама она очарование спальных районов пока не замечала — страх и нервозность слепили глаза. Как бы там ни было, а этот парк Лиса сканировала прямо на ходу, выискивая все новые и новые идеи, ракурсы, фоны. Она хорошо работала в урбанизированной среде и хотела подтянуть свои навыки в снимках природы. Место казалось идеальным, в голове рождалось приятное ощущение вдохновения; хотелось начать творить, даже просто фотографируя на телефон. Она чувствовала, что получилось бы отлично. Но она была не одна. В этот раз придется пожертвовать приливом вдохновения, чтобы завести друга среди однокурсников. Взрослая жизнь должна быть тяжёлой, даже отец так говорил... Отец... Пожалуй, Лисе стоило позвонить домой сегодня. Уже прошло несколько дней с последнего звонка родителям, а они были не из тех, кто потерпит отчужденное отношение со стороны детей. Чонгук молча вел девушку по дорожке, не сворачивая, и Лиса не возражала, полностью погруженная в свои мысли и обзор местности. А они все шли по прямой, уже сойдя с дорожки, шагали прямо по газону; пару раз волосы девушки цеплялись за ветки молодых деревьев. Но парень все вел, а Лиса не смела начать возмущаться посреди пути. Наконец, он застыл на месте и одарил девушку очаровательной улыбкой. Лиса озадаченно посмотрела на забор, перед которым они стояли — зелёный, железный, из цельных пластов. Не перелезть. — Мы на месте, — уверенно сообщил Чонгук, сияя, как новая монета. — Ты уверен? — с сомнением спросила Лиса, теряя нужду в вежливом обращении к человеку, проведшему ее через палисадник клещей да прямиком к сплошному забору. Чонгук не ответил и повернулся к забору. С самым довольным лицом на планете Земля, он толкнул руками забор. Раздался характерный грохот, однако ничего не изменилось. Чонгук толкнул сильнее. И ещё раз. И ещё. — Ха, — задумчиво выдохнул он и повернулся к Лисе. — А раньше открывалось. Лиса не могла поверить своим ушам. Мальчишки — идиоты. Нет, ну, натуральный кретин. Теперь они опоздают. Точно опоздают. В первый же день. — Видимо, починили за месяц, пока нас не было… — пробормотал парень. — Может, стоило посильнее толкнуть.? Грохот. Забор остался неподвижен. Лиса вздохнула. В ее голове крошился образ святого Чонгука. Пока что он еще оставался для девушки пиком человеческого существования, но, если так пойдет и дальше, то совсем не надолго. «Идеальных не бывает», — напомнила себе Лиса. — Давай-ка пойдем обычным маршрутом, иначе точно опоздаем, — милостиво предложила она. — Секунду, я только проверю ещё соседние пласты, вдруг я ошибся, — самым серьезным тоном сказал Чонгук, вытягивая руки к забору. Лиса сдержала шумных вздох. Что же, ладно, она опоздает в первый же день, НО! она придет с новым знакомым. Это ли ни было ее целью для первых дней учебы? С другой стороны, стоит ли этот парень того… Материализация желаний — страшная вещь, но явно рабочая. Чонгук действительно проверил чуть ли не весь забор на прочность, чтобы убедиться, что его лазейку замуровали. Он выглядел весьма расстроенным, Лисе даже стало его жалко. — Это хорошо, что ты узнал об этом сегодня, — заверила она, когда они пошли быстрым шагом обратно. — А то, представь, если бы ты в другой день опаздывал и решил сократить и, в результате, только сильнее бы опоздал. Чонгук пробормотал что-то себе под нос и кивнул. Лиса не была уверена, выглядел парень потерянным или глубоко в своих мыслях, но дальше разводить его на разговор не стала. В конце концов, чем меньше ее акцента он слышит, тем лучше для него же самого. Поскорее бы перенять сеульскую манеру речи… Они уже полу бежали, когда Лиса заметила огромное количество студентов во дворе университета. Ещё не войдя на территорию заведения, можно было слышать гам толпы. Кажется, ещё ничего не началось. Лиса и Чонгук одновременно остановились у самых входных ворот и согнулись пополам, отчаянно возвращая дыхание в норму. Девушка мысленно занесла бег с рюкзаком в список вещей, которые она находила пренеприятными. Затем обменялась с Чонгуком победной улыбкой — они успели! Более того, по дороге обогнали приличное количество таких же опаздывающих студентов. К ним подошёл высокий парень с серебристыми волосами. Он был облачен в белую рубашку, пуговицы которой боролись за свою жизнь, удерживая ткань в области груди. Наверное, он мог бы приподнять машину в случае необходимости. Его лицо наводило впечатление злого дракона в человеческом обличье, но ассоциация испарилась как только молодой человек мягко улыбнулся и приветственно хлопнул Чонгука по спине. Стоило заметить, что по необъяснимой причине на фоне новоприбывшего Чонгук казался младше своих лет. — Здорова, Чонгук-и! — радостно воскликнул он и обнял Чонгука, игнорируя недовольное лицо последнего. Чонгук все же обнял парня в ответ. Когда они отпустили друг друга, парень вопросительно посмотрел на Лису. Она машинально поклонилась. — Лалиса Манобан, второй курс, рада встрече, — сквозь страх выдавила она. Парень поклонился в ответ. — Ким Намджун, первый курс магистратуры, приятно познакомиться, — спокойным тоном представился он. — Это мой сосед, — пояснил Чонгук. — Мы живем вместе, но я вчера поздно приехал из…дома, а Намджуни-хен рано ушел, поэтому видимся впервые за месяц. — Эх, теперь будем видеться еще реже, — покачал головой Намджун, грустно улыбнувшись. — Всё-таки магистратура редко с бакалаврами пересекается, да и надеюсь найти работу в ближайшее время… — Ты же не собираешься выселять меня? — испуганно спросил Чонгук, судя по тону, он действительно испугался. Намджун слегка нахмурился, видимо, тоже уловив серьезный тон вопроса, а затем тепло улыбнулся Чонгуку и хлопнул того по плечу. — Конечно, нет! Куда ты денешься, Чонгук-и? — он слегка рассмеялся. — Ещё молить будешь на коленях, чтобы я разрешил тебе съехать! — Никогда, хён! — возмущённо ответил Чонгук, но все же облегчённо улыбнулся. Лиса наблюдала сцену, чувствуя себя неловко, но, в то же время, неуместно заинтересованно. Ее парализованный дорамами мозг рисовал ей самые драматичные сюжеты, касаемо отношений этих двух ребят. Было даже почти стыдно выдумывать что-то прямо перед ними, но, с другой стороны, Лиса давно потеряла всякий стыд, это и мать ей говорила, и она сама обнаружила. Тем временем, Намджун предложил зайти на территорию и присоединиться к остальным, что воздвигло его в ранг ангелов в голове Лисы. Она уже какое-то время хотела спокойно встать, где положено, но стеснялась перебивать разговор двух едва знакомых ей людей. Намджуну, впрочем, пришлось их покинуть: ребята из магистратуры собирались в другом месте. — Было приятно познакомиться, — Намджун и Лиса обменялись вежливыми неглубокими поклонами. — Если тебе понадобится помощь, то смело обращайся ко мне! — Большое спасибо! — Лиса повторно поклонилась. Теперь она знала двух людей. Чонгук по-прежнему был не против ее компании, и они вместе отправились на поиски их группы. — О! — крикнула какая-то девушка прямо Лисе в ухо, обращаясь к своей подруге. — Посмотри туда! Посмотри! Это же он! Лиса и Чонгук, как по команде, проследили за взглядом случайной незнакомки, оглушившей всех в радиусе двух метров. Девушка заметила, что обернулись ещё несколько десятков человек в разных местах толпы. Через ворота вошли двое — парень и девушка. Первый был очарователен: волосы цвета грязного блонда, солнцезащитные очки, серьги в ушах, светлая кожа, идеальная осанка, уверенная походка. Он был похож на принца эльфов или фейри. Да что уж - на очередного греческого бога. Апполона? Апполон, кажется был одним из самых красивых, верно? Абсолютно недосягаемый, неприкасаемый. А девушка…девушка воплощала собой нечто совершенно чудотворное, неподвластное даже богам. Она была из тех, кого Лиса затруднялась отнести в одну из категорий: «я хочу быть ей» или «я хочу быть с ней». Завитые длинные волосы кофейного оттенка блестели то ли на солнце, то ли из-за нимба над ее головой; осиная талия; худые ноги; идеальные на вкус Лисы губы; алмазные серьги в ушах стоимостью в две почки, не меньше. Даже ее аура кричала: «я из богатой семьи и я — стерва». Глаза скрывали темные очки. Оба были одеты просто, но почему-то казалось, что все остальные на их фоне облачились сегодня в мусорные мешки. Парень носил свободную футболку кирпичного цвета и черные - явно атласные - брюки, а девушка топ с длинным рукавом такого же кирпичного оттенка и черные прямые брюки из расшитого бархата с белыми вставками у лодыжки. Парная одежда. По толпе полетели шепотки самого разного характера: от восторженных до оскорбительных. У Лисы пробежали мурашки по всему телу. Она будто смотрела сцену из фильма, где главными персонажами были эти двое. Девушка успела заметить, как Чонгук захлопнул открытый от удивления рот и опустил взгляд себе под ноги. — Ты их знаешь? — спросила его Лиса. Чонгук покачал головой. — Нет. Знаю только, что они на два года старше и, по-моему, с факультета дизайна. Лиса бросила на парочку ещё один взгляд, полный восхищения. Они о чем-то переговаривались друг с другом, неспешно двигаясь куда-то в бок всеобщего сборища. Девушка держала молодого человека под локоть. — У девушки сумка от Шанель, — заметила Лиса. — Богачка? Чонгук кивнул. Вау. Лиса бросила на девушку последний взгляд прежде, чем та успела пропасть из виду. Красивая. Нет. Чудотворная. Так вот как они выглядят - богатые корейцы. Она, наверное, дочь бизнесмена. Или бизнесвуман. Вскоре они с Чонгуком сумели отыскать своих одногруппников, несколько человек приветствовали парня и затянули в свой кружок, отделяя от Лисы. Девушка довольно быстро обнаружила, что все вокруг были, как на подбор, красивыми. Их здесь чем-то кормят? С Лисой тут же заговорили несколько одногруппниц, но она так разволновалась, что едва понимала их речь и совсем не запомнила имена. Наверное, это была особенность артистичных натур, но можно было легко угадать, что Лису окружали фотографы, пусть ещё только учащиеся. Винтажные мотивы в одежде, разговоры о любви к плёночным фотоаппаратам, пластиковые стаканы с холодным кофе, прозрачные очки, как аксессуары, а не потребность. У многих волосы были окрашены в нестандартные цвета вроде розового, синего или красного. Другие предпочитали темную одежду стиля пост-эмо и знали все о том, что происходит в мире техники, особенно современных камер. Отовсюду в уши Лисы текли речи о фотографии и фотоаппаратах, о съёмках во время каникул и моделях. Шли обсуждения последних выпусков журналов Vogue, Magazine и каких-то специализированных для фотографов, о каких Лиса слышала, может быть, единожды, если не никогда. Она вдруг почувствовала себя детсадовцем на линейке старшеклассников. В список вещей, которых Лиса не знала, на почетное место за корейским языком вальяжно вошли разносторонние знания об индустрии фотографии. Казалось, будто познания девушки о данной сфере шли параллельно знаниям людей, окружавших ее. Растущая паника постепенно сжимала кишки девушки в тугой узел. Чтобы отвлечься от налетевшей неуверенности в своих жизненных решениях, девушка уставилась на небольшую сцену, куда с громким кряхтениям забирались заведующие кафедрами и представители ректората. Сам же ректор в этом году выступал только перед магистрами. Наконец, один из дядей принялся тяжело дышать в микрофон, выдавливая между вдохами слова. Лиса едва понимала каждое второе предложение, так нечётко было его произношение. Когда он перестал выдыхать слова и закашлялся прямо в микрофон, толпа взорвалась аплодисментами. Лиса неловко повторила за всеми. После этого выступили ещё несколько дядек, из речей которых девушка поняла только то, что, пожалуй, кому-нибудь следовало бы вызвать для них скорую. Все продолжалось около получаса. По завершению дяди указали всем студентам пройти в приписанные их потокам аудитории, чтобы получить списки необходимых учебников, а также послушать ещё несколько пустословных речей от кураторов. Лиса не была против, в конце концов, прошлый год она училась на другой специальности, и интерес к первому дню на новом месте в ней оставался. Ей также не терпелось узнать, какие предметы будут преподавать. Все напоминало ей поступление в Хогвартс. Чем-то подобным Университет Х для нее и являлся. Лиса подавала документы без всяких надежд, и ее взяли! Да ещё и удалось попасть сразу на второй курс. Ей придется нагонять целый год информации, но она была только рада. — В этом году у нас должна быть групповая работа с выпускниками, — простонала одногруппница Лисы всем и никому конкретно. На ней были те самые прозрачные очки. — Они все такие безответственные, — в тон ей пожаловалась другая одногруппница, с голубыми волосами. — У меня есть на примете несколько сонбэ, чьи работы мне нравятся, — подала голос девушка с фиолетовыми прядями. — Я даже подписана на их инстаграммы, и они похожи на тех, кто не кинет младшекурсников при первой возможности. Хотите, я скину вам их профили? — Да, Хе-на, я буду вечно благодарна за такой подгон! — А тебе скинуть? — девушка с фиолетовыми прядями посмотрела на Лису. — О, да, конечно, если вам не жалко! — Лиса слегка поклонилась. Однокурсница дружелюбно улыбнулась и протянула ей свой телефон. — Лиса, верно? Напиши свой юзернейм здесь, пожалуйста… Отлично, сейчас пришлю тебе ссылки на профили… Ты не против, если я подпишусь на тебя заодно? Теперь точно тебя не потеряю… Мне нравится твоя лента! Довольно красивые снимки, да? Смотрите… Классные, правда? Две другие девушки агрессивно закивали, всматриваясь в экран телефона подруги. — Уверена, ваши фотографии ещё лучше, — смущённо пролепетала Лиса, не сумев придумать фразу получше. — Послушай, ты ведь с Чонгуком пришла? Вы дружите? — спросила девушка с голубыми волосами, две другие заинтересованно подняли головы. Лиса осторожно оглянулась, высматривая вознесенного ей лично в ранг святых студента, но Чонгук был достаточно далеко и увлечен беседой с друзьями, чтобы их услышать. — Мм, вообще-то, мы познакомились сегодня утром в метро, — призналась Лиса. — Я немного потерялась, и он помог мне добраться. — Как благородно с его стороны! — восторженно сказала Хе-на, — И необычно, — добавила она вдруг. — Чунгук избегает девушек, как огня. — Верно-верно, он очень стеснительный, — щёлкнула пальцами девушка в прозрачных очках. Лисе следовало поскорее выучить их имена. — И, в целом, он тихий в компании малознакомых людей, — заметила голубоволосая однокурсница. — Я с ним общалась пару раз, он действительно очень приятный парень, но немного несерьёзный. Лиса согласно кивнула, будто знала его гораздо дольше полутора часов. Тем не менее, вспоминая ещё свежий инцидент с забором, можно было смело предположить, что Чонгук — не самый серьезный человек в Корее. Разговор вновь перешёл на выпускников. Девушки обсуждали тех или иных старшекурсников и можно ли на них положиться во время групповой работы. Лиса активного участия в разговоре не принимала, но старалась внимательно слушать. То и дело она слышала незнакомые слова и вычурный сленг, периодически и вовсе не понимала, что говорят из-за невнятного и быстрого произношения, но в остальном неплохо держалась. С ней даже обменялись контактами в «Какаотоке», что приравнивалось к личному достижению Лисы, как иностранки, приехавшей в Корею. Университет изнутри можно было описать только одним словом: впечатляющий. Лиса уже заглядывала внутрь пару раз, когда приносила документы, но, перешагнув порог, вновь раскрыла рот в восхищении. Убранство и чистота. Высокие потолки, светлые тона, широкие коридоры. Совсем не как в Бангкоке, не говоря уж о провинции Таиланда, откуда она родом. Современное здание не на грани аварийного состояния. Восьмое чудо света, ни дать ни взять. Прямо под аудиторией у Лисы зазвонил телефон. Она махнула рукой девушкам, с которыми шла, мол, догонит их, и отошла дальше по коридору, где не было людей. На экране светился снимок ее отца пятилетней давности: он держал в руках цветастую птицу и смеялся. Эта самая птица просто залетела к ним в дом рано утром, пока все спали и уже устроила гнездо на кухне к моменту, как родители проснулись. Отца почему-то очень веселил тот факт, что гнездо птичка свила прямо на плите, «будто сама хотела, чтобы ее детишек скушали». Девушка сглотнула и провела пальцем по экрану, поднося телефон к уху. — Привет, пап, — было приятно снова говорить на языке, который полностью подчинялся ее мозгу. — Я сейчас в университете, давай попоз… — Ало?! — гаркнул отец в трубку. — Слышно?! — Да-да, хорошо слышу, пап, — покорно ответила Лиса. — Давай вечером пе… — Да погоди! Сейчас ещё мать подойдёт. Она всю ночь не спала, ждала, чтобы позвонить, — кричал отец в телефон, не потому, что злился, а потому, что считал - нужно громче говорить, если звонишь заграницу, и ещё громче, если это видеозвонок. — Так что там? Как первый день? Уже познакомилась с однокашниками? — Да, все хорошо, — вздохнула Лиса, отпуская надежду послушать кураторов. — Мне очень нравится, все очень красивые и дружелюбные… — О, ну, гляди, может, и жениха сыщешь! — с надеждой вбросила мама Лисы, видимо, успевшая подойти. — Они ведь там все ещё и умные. Медики, как никак! — Дочь твоя тоже умная, раз туда поступила, так что не умнее ее там будут, — проворчал папа. — Что же, ей теперь, нос воротить? — фыркнула мама. — Я в молодости, вот, воротила, а где оказалась? — Это ещё что значит? — возмутился отец. — Может, если бы ты выучилась на доктора, тебя бы и взял кто получше в жены. А так… У Лисы неприятно скрутило живот. — Что вы все о замужестве, я только приехала вообще, первый день на учебе, — шикнула она на них, откладывая чувство вины на потом. — Да и я столько учиться буду, что не до этого совсем станет. — Верно-верно! В Корее у докторов все строго, особенно во время обучения, — согласился отец. — Придется много трудиться, чтобы не вылететь. Но я в тебя верю! Ты у нас умница. Поступила в медицинский, да ещё и учишься на иностранном языке. Не каждый способен! — Мы очень гордимся тобой, Лили! — вставила мама. — Хорошо питайся и звони почаще! — Хорошо, поняла, мам, буду стараться, — Лиса вытерла глаза рукавом толстовки. — Я пойду, а то у нас там собрание — боюсь пропустить что-нибудь важное. Я вечером ещё позвоню, ладно? — Обязательно позвони, котик! — мама послала в трубку поцелуй. — Всё, давай, беги. Удачи! — Пока, — выдавила Лиса. — Пока, дочь, — сказал папа. — Пока-пока, — повторила Лиса. — Постарайся познакомиться со всеми поближе! — наставляла мама. — Хорошо-хорошо, пока, мам. — Пока, Лили! — Всё, пока, пока, до вечера, — Лиса бросила трубку прежде, чем родители успели что-то ещё сказать. Она сделала вдох и выдох. Приступ плача уже проходил, но на душе кошки только начинали скрести. Лиса шмыгнула носом и провела руками по волосам, приглаживая. Нельзя раскисать. Не сейчас. — Тебе не стоит говорить на тайском, где попало. - прозвучало на тайском. Лиса вздрогнула всем телом и обернулась. Незнакомый черноволосый парень смотрел на нее серьезными глазами. Одного взгляда хватало, чтобы понять, что он не кореец по национальности. — Ты ведь знаешь, какие здесь попадаются персонажи, — продолжил он (на корейском). — Если они ещё могут вытерпеть твое присутствие — чужеземная речь вызывает гораздо бо́льшую неприязнь. - Лиса ошарашенно смотрела на незнакомца. — Мой совет — старайся говорить на родном языке только когда одна или в компании тех, кому доверяешь, — он звучал спокойно, но Лиса с каждым его словом приходила все больший и больший испуг. Парень засучил рукав рубашки, демонстрируя уродливый шрам на бицепсе. — Иначе может не повезти с непрошеной аудиторией, — Лиса моргнула, не в состоянии обработать происходящую сцену должным образом. — В Корее ты — никто, грязь под ногтем. Тебя здесь не хотят, поэтому будь настороже… - Она не могла выдавить из себя ни звука. Да и что ей было сказать? - Хорошей учебы, в любом случае. Извини, что напугал, — и парень тут же ушел. Лиса широко раскрыла рот, глядя в несуществующую камеру, снимавшую дораму о ее жизни:  — Что за черт? — выразительно прошептала она на корейском. «В Сеуле можно стать кем угодно». Лиса заключила сделку с дьяволом, опираясь на это утверждение. И даже зная, что не дочитала утверждение до конца, не позволяла себе его дочитывать. Она добьется своего. Вернётся домой успешной. И только тогда прочтет предложение полностью и посмеётся над его ложностью: «В Сеуле можно стать кем угодно, но только, если ты — кореец».