Лорд-Богомол

***

Свет... нет, не тот самый Свет — всего лишь тусклое зеленовато-синее сияние, исходящее от растущих повсюду грибов. В полумраке пещер, в котором едва ли можно было отчётливо разглядеть что-то дальше расстояния нескольких пройденных шагов, между землями рек и озёр пузырящейся кислоты и таинственных, заросших паутиной троп хищников стояла Деревня Богомолов. И в деревне той возвышался храм из камней в фундаменте, и ракушечного дерева в стенах, и блестящего металла, из которого сплавлены его ворота. Там могучий Лорд из богомольего народа должен был всю вечность служить печатью, что вместе с двумя другими оградит Чёрное Яйцо от тех, кто хочет пройти через него дальше… и оградит от того, что хочет выйти оттуда. Он исполнял свой долг, как и двое других — ни одна печать не треснула. Но почему тогда вновь вырвалась Чума? А ведь все знали, — все, кто ещё выжил, знали — что весь хаос именно из-за этой отравы, иначе не сошли с ума жуки, и звери, и другие твари. Не вытекал бы из них тогда оранжевый гной. Неужели тех жертв во имя величайшей из целей недостаточно? — Может об этом иногда и задумывались те из живых и разумных, кто верил когда-то в план Короля. Но об этом точно не грезила та, которая стояла сейчас рядом с опочивальней Лорда. Белые печати опутали всё пространство вокруг его последнего лежбища, даже пылью тело его не покрылось — настолько надёжна была эта защита. Младшей из сестёр не о чем было задумываться и тем более не о чем было сожалеть… верно? Она же знала всё наперёд, с самого начала появления здесь, да можно сказать и раньше. Так почему она сейчас стоит здесь, с наигранным безразличием на маске смотря в глаза едва ли живому Лорду? — Ты должна быть в этот момент вместе с тётушками, вы собирались пойти за ворота к Глубинному Гнезду. Что ты делаешь здесь? — Младшую от неожиданности услышать чей-то голос рядом аж незаметно, но всё же передёрнуло, за чем последовал успокоительный выдох. Лелеяна стояла перед ней в тёмном коридоре с поникшей головой и таком слабом виде, что со стороны казалось, будто девочка была больна. Не выражающие эмоций глаза смотрели куда-то в пол, но по самому взгляду, по ощущаемой Младшей в нём тяжести чувствовалась чистая печаль. Гуляющий по комнате сквозняк обдувал её когда-то зелёный, а ныне выцветший почти до белого плащик с разрезами внизу. Наплечники сдвинуты с места, что будто бы готовы были сейчас рухнуть с неё вниз тяжёлым грузом. Ныне уже выросшее Дитя томно вдохнуло, подняв взгляд и устремившись заглянуть поглубже в глаза родной тёти. Она упорно хотела сказать что-то, но в последний момент с трудом одёрнула себя, оставив почти начавшийся разговор подвешенным в душной тишине. Одной из Лордов трудно было не заметить, в каком подавленном состоянии была Лелеяна. Это было очевидно, пускай та и сдерживала себя изо всех сил. Младшая знала, что дело в её отце и что сейчас ей желательно… нет, нужно с ней поговорить. — Нет, прости, но сегодня я не буду помогать своим сёстрам. С ползунами и всякими другими паразитами они справятся сами. — Дочь Лорда вновь подняла взгляд на тётю. По наклонённому вперёд ближе к ней лицу и слегка прищуренному на секунду глазу стало видно, что этим ответом дитя было несколько удивлено, хоть и безучастно. Младшая осмотрелась по сторонам, но рядом, к счастью, не было никого другого из племени. Они здесь одни. — Послушай, Лелеяна, я должна сказать тебе кое-что важное. Я знаю, что тебе можно верить, и я обсуждала это с сёстрами и это связано с… твоим отцом. В глазах дитя промелькнули искорки, будто огниво стукнуло о камень, испуская огонь на сухие веточки, готовые стать горящим топливом для тёплого костра. Там, в двух прорезях маски сверкнула не печаль. Нет. Надежда. — Я собираюсь вскоре покинуть деревню и отправиться в Халлоунест, а там… — Стой! — Лелеяна подалась на несколько шагов вперёд, её глаза неестественно расширились из-за ошеломления, полученного от такого ответа. — П-подожди… в Халлоунест?! — Девчушка нервно оглядывалась по сторонам, махала руками. Она и не знала, что сейчас делать, как среагировать и какие слова подобрать. — Когда ты идёшь и… зачем? — Остановившись на месте и немного обдумав сказанное тётей, она решила, видимо, задать два самых очевидных и логичных в этой ситуации вопроса. В любом случае, ничто из интересующего дочь Лорда не было тайной и Младшая была готова ответить на всё. Лорд подошла к Лелеяне ещё ближе, встав по стойке смирно. Их взгляды снова пересеклись и зациклились друг на друге. Несмотря на то, что Младшая давно перестала прибавлять в росте, она была всё ещё намного выше и, взяв девушку за плечи, наклонилась к ней ближе. — Послушай, ухожу я очень скоро, с часу на час. После мне откроют главные ворота и пропустят в Грибные Пустоши. Дальше я пойду одна. И как я ранее говорила… — Лорд задумалась, тщательно подбирая свои слова, ведь она ещё давно зареклась никому не говорить слишком много о своих тайных знаниях. Даже если это знания об отце Лелеяны и та стоит рядом, ожидая от одной из её родичей хоть какого-то ответа. Хотя бы доли правды. —…Это связано с твоим отцом. Очень прямо связано. — Богомолиха не успела сказать что-то дальше, девушка положила ей руку на грудь, слегка оттолкнув назад и отрицательно закивав головой. — Тётя, я знаю, м-м-м… вернее сказать, я догадываюсь, зачем ты уходишь. — Лёгким нырком назад Лелеяна выпуталась из рук Лорда. Она постаралась выдавить из себя беззаботную улыбку, будто речь шла совсем не об её отце и вообще, будто всё происходящее лишь мелкая повседневная неприятность, о которой только так и можно говорить. Но Младшая видела одно: улыбаться получалось у неё сейчас очень плохо. — Ведь это ваше общее решение и принятие его связанно с тем, что Проказа вновь вернулась. Я права? — Она лишь сделала вид, что не видит всего беспокойства, того мрака, окутавшего лицо дочери Лорда. — Да, Лелеяна, права. Я ухожу узнать, что происходит и скорее всего надолго. Хочу ответить на самые важные для нас вопросы и хотя бы немного понять, из-за чего Чума вновь буйствует. Меня беспокоит, целы ли другие Печати… — И Лорд молчит, не давая Лелеяне малейшего повода подумать, будто бы Чистый Сосуд сломан, но смотрит она в глаза племянницы также уверенно, даже без капли сомнений, которое Младшая не выказала ни перед кем другим, будь то Бледный Король, её родичи, её сёстры… её брат. Она давно знает правду о том, что сломано. Всегда знала. —…Нужно проверить Наставницу, храм которой сокрыт в Туманном Каньоне и Хранителя, шпиль которого возвышается над всем Городом Слёз. — И что потом? — Лелеяна остановила тётю очередной порцией вопросов. Безобидных, но она чувствовала, с каким подвохом. — Когда ты найдёшь, в чём именно причина высвобождения Проказы, что ты будешь делать? — Младшая знала, что не может рассказать ни про Рыцаря, который очень скоро прибудет в Халлоунест по зову собрата, ни про Чистого, ни про Пустоту, ни про запертую Богоискательницу. Ни про что. Она могла только молчать и лгать. Лорд демонстративно встала в задумчивую позу, подтянув по стойке смирно всё своё тельце и почёсывая рукой подбородок. Через какое-то время активных размышлений пришёл и ответ. — Знание того, в чём действительно заключается поломка — это уже, считай, половина пройденного пути к её устранению. Если выясню, где была дана брешь, то значит должен быть и способ как-то устранить её. И не сомневайся, я сделаю для этого всё возможное. Лелеяна среагировала довольно неоднозначно, глубоко выдохнув и опустив закрывшиеся глаза в пол. Младшая понимала, что это не то, что она хотела бы услышать от тёти. Возможно, девочка надеялась на план с несколько более чёткими действиями. Дочь Лорда повернулась спиной к обоим правителям племени богомолов спиной, что-то усердно обдумывая про себя, а иногда жестикулируя руками и проговаривая под нос неразборчивую кашу из разных слов. — Ладно. — Сделав решительное заключение всем своим словам и отсеяв все не нужные мысли сказала Лелеяна. Младшая всей душой ощущала, что её голос был полон решительности, некой необычайной смелости для той девушки, которая никогда и не принимала важных решений. От сказанного Лорд была даже готова пошатнуться. — Будь по-твоему, тётя. Тогда у меня остался один единственный вопрос для тебя… — Её голос сделался более строгим и чётким. —…Если произойдёт так, что ты не справишься, если ты не вернёшься и не изгонишь Проказу, то как быть нам всем? Что делать тогда? Вопрос для Лорда был как будто бы холодная сталь, пробегающая и колющая всё тело, от кончиков когтей и до самых глубин сознания. Всего на мгновение она не знала, что ответить Лелеяне, ведь не допускала никогда в своей жизни и саму мысль о том, что из-за чего-то не справится с Чумой, поддастся скверне, умрёт… и вообще, даже не она должна будет её победить! Ведь сделать это должно сосуду, который вот уже скоро прибудет в Халлоунест! Но Лорд в последний момент, еле сдерживаясь, чтобы рассказать о собственной тайне, осекла себя от подобного вместо этого лишь гордо, самоуверенно выпалив: — Не бойся, Лелеяна, я справлюсь. Я знаю, что другого быть не может, иначе… — Вторая осечка для неё пришлась, как удар хлыстом по спине. Но Лорд сдержалась от того, чтобы сказать лишнего. Она сглотнула, стиснув жвала до хруста. Всё тело её натянулось, как струна, которой можно было расколоть камень, нет… гору. —…Иначе не проделала бы такой путь. Иначе все жертвы, которые мы принесли в итоге будут напрасны. Если не справлюсь я, то не справится никто из нас. Или нас ждёт жизнь, или всех постигнет смерть. Младшая резко развернулась спиной к дочери Лорда, маршем зашагав в противоположный коридор тому, из которого вышла Лелеяна. Её силуэт медленно исчезал в тускло освещённом помещении. Но перед тем, как на совсем раствориться, она вслед сказала свои последние слова. Хлёсткие, обжигающие панцирь, как струя пламени. И девушка хорошо их слышала. — И я сделаю всё для достижения этой цели. Ответом же ей было только томное молчание. Лелеяна ещё долго смотрела вслед, в тот темноватый коридор, будто надеясь увидеть там тётю, сказать ей что-то. Спустя множество прошедших минут такого транса, в котором она простояла без единого движения, дочь Лорда лишь медленно перевела свой взгляд к лежащему на каменном алтаре отца. Всё также не шелохнётся, всё также его тело охраняют жгучие белые печати — магия Короля. Лелеяна ничего не знала, ничего не понимала. Совсем. Но когда она выслушала тётю, когда обдумала все её ответы, то лишь одно стало действительно истиной для неё: младшая из Лордов что-то ей недоговаривает, не раскрывает всей правды. И она точно знает то, чего не знает никто… или почти никто, кроме неё. Лелеяна наклонилась над своим отцом и подтянула к нему руку настолько близко, насколько возможно, едва не касаясь острых оберегов, которые при её приближении начали ещё больше отдавать белой энергией, становясь толще и ярче. — Прости меня, отец… — Лелеяна склонилась ещё ближе, будто пытаясь обнять покоящегося в вечном сне Лорда. Что-то маленькое, играющее серебристым упало и навсегда растворилось в печатях. —…Прости, что поступаю так неправильно. Знаю я, что будь ты в своём разуме, то всё равно бы не принял моего решения. — Не сразу, не желая того на самом деле в глубине души, но девушка развернулась к отцу спиной, будто отрываясь от чего-то удерживавшего её на месте. — Обещаю, что не подведу тебя, отец. Мы должны узнать истину, что знает и скрывает ото всех твоя ближайшая сестра, за которую ты отдал себя в жертву для исцеления наших Грёз. Обещаю… Так Лелеяна поклялась перед Лордом, и так она исчезла во мрачных коридорах храма, оберегающего его. Пора ей было теперь вновь вспомнить про старые ходы из далёкого и давно ушедшего детства, что выведут её наружу. К тёте. К правде. В Халлоунест.