Wolfs bane

      Тэхён и Чонгук ладили. Хотя Тэхёну все еще казалось, что отношение Чонгука изменится: он снова начнет его ненавидеть (в этом он весьма преуспел) или насмехаться над каждым упоминанием Тэхёна о сверхъестественном. В конце концов, они долгое время были врагами.       Но после того, как они поработали вместе, чтобы помочь Дахён уйти, поведение Чонгука по отношению к Тэхёну… несколько смягчилось. Когда он смотрел на Тэхёна, в его больших глазах не было никакой настороженности, хотя иногда выражение его лица было трудно расшифровать. Но и в этом Тэхен преуспел. Теперь он мог определить, когда Чонгуку нужно было пространство, он знал, когда Чонгук задумывался, а иногда и о чем думал. Он также знал, когда Чонгук счастлив. На это потребовалось больше времени, потому что Чонгук, казалось, думал, что он не заслуживает быть счастливым. Выражение счастья было еле заметным – робкие, маленькие вспышки, проявляющиеся сквозь маску безразличия.       Появились и крошечные искорки в его глазах, дергание уголков губ, расслабленная поза. Любимым моментом Тэхёна стала ситуация, когда Чонгук забылся ровно настолько, что его губы растянулись в зубастой кроличьей улыбке, щеки приподнялись, а его большие глаза превратились в полумесяцы.       В тот момент Тэхену захотелось броситься через стол в кафетерии к Чонгуку и поцеловать его.

...

      Но было кое-что еще…       Подавляемая влюбленность Тэхёна в Чонгука больше не была просто крошечной искрой. Это был огромный костер, который сжигал его сердце всякий раз, когда Чонгук смотрел на него с улыбкой или смеялся, или облизывал губы, или касался его плеча, или… делал что-угодно. Тэхён был безнадежно поражен, и со временем ему становилось только хуже.       Но Чонгук очень ясно дал понять много лет назад, что он не интересуется Тэхёном в этом смысле. Да и Ким был уверен, что Чонгук натурал, а значит, недоступен. Но отпустить Чонгука было трудно. Его влюбленность усугублялась тем, что они часто тусовались вместе в эти дни. А когда они не виделись, Тэхён засыпал телефон Чонгука смайликами, а Чонгук иногда присылал Тэхёну какие-то тупые мемы, которые он и Джэй выкопали из Интернета.       По сути, Тэхён был мазохистом. – Просто спроси его уже. – Чимин был одет в водолазку, несмотря на жаркую погоду. Они сидели в Burger King. Тэхён был более чем счастлив, держа свой гамбургер обеими руками и откусывая большие куски, издавая такие непристойные звуки, что другие посетители оборачивались в их сторону. – Ни за что, – заскулил Тэхён, раскидывая повсюду соус и панировочные сухари, заставляя Чимина морщить нос от отвращения. – Эта расцветающая дружба прекрасна, и я не стану разрушать ее, рассказав Чонгуку о своих греховных фантазиях с меткой «Яой».       Чимин осторожно стряхнул с рукава несколько крошек. – Так… вместо этого я должен слушать всю эту пошлятину? – Извини, моя вымышленная пошлятина лучше любого порно с натуралами, которое ты прячешь на своем ноутбуке. Мои мысли – это Камасутра следующего уровня с ... Ой! – Тэхён прикрыл лоб после того, как Чимин его стукнул. – Это оскорбление! – Я собираюсь купить что-нибудь, чтобы заткнуть тебе рот. Ты плохо себя ведешь. – Это тоже было в моей голове. – Боже мой, Тэ. – Чимин схватил покрытые соусом запястья Тэхёна и затолкал гамбургер обратно ему в рот. – Успокойся.       Тэхен попытался возразить, но быстро заткнулся, так как решил, что для его здоровья будет безопаснее послушать своего лучшего друга. Продолжая жевать свой кусок, он наблюдал, как Чимин ест свой гамбургер и картошку фри.       Чимин ест нездоровую пищу в закусочной? Конец света!       Каким бы невнимательным ни был Тэхён (он сосредоточен на Чонгуке все эти дни), он понимал, что с Чимином что-то не так. Что ж, у него было довольно хорошее представление о том, что это за «что-то». В конце концов, Чимин пережил тяжелые испытания. Но справился ли Пак с этим? Тэхён понятия не имел. Он видел бледную кожу своего друга, царапины на шее, запавшие глаза из-за недостатка сна. Но каждый раз, когда он спрашивал, Чимин просто улыбался ему и говорил, что с ним все в порядке, просто устал, вот и все. Бред сивой кобылы. Но ему пришлось отступить с расспросами.       По крайней мере, сегодня Чимин выглядел немного лучше. Глаза енота были все еще на месте, но были менее выраженными. Но сам факт, что он ел вредную пищу с Тэхёном вместо того, чтобы придерживаться своей новомодной «здоровой диеты», показал, что все не так, как казалось. – Ты выглядишь так, будто в эти дни ты больше спал, – рискнул он, когда его бургер был почти съеден. Чимин чуть не подавился жареной картошкой. – Эм… да, – кашлянул Чимин, глотая газировку, чтобы прочистить горло. – Да, я... эм... теперь лучше сплю. Я ходил в тот магазин, который тебе нравится, пару дней назад, магазин соков? Владелец магазина дал мне кое-что, чтобы избавиться от кошмаров. – О, ты встретил Джин-хёна! – Потом дошла остальная часть этого заявления. – Кошмары? О вампирах? – Тэхён понизил голос до шепота.       Чимин кивнул, и чувство вины скрутило живот Тэхёна. Его лицо, должно быть, тоже отражало это, потому что, когда Чимин оторвался от своей картошки фри, он издал тихий испуганный звук. – Эй, я в порядке. Я... все будет в порядке. В том, что случилось, нет твоей вины.       Тэхён кивнул. Чимин вытер пальцы салфеткой, прежде чем пересесть на скамейку рядом со своим лучшим другом. – Слушай, – Чимин взял салфетку и стер пролитый соус с пальцев, ладони и запястий Тэхёна. – Это действительно так. Я не виню тебя в этом, так что и тебе не следует. И что бы ни случилось с этого момента, я буду здесь для тебя, как всегда, хорошо? Я никуда не собираюсь. Даже если ты сейчас своего рода медиум и общаешься с охотниками и вампирами, никто из них никогда не станет твоим лучшим другом, потому что это место уже занято. И я буду сражаться за него до смерти.       Тэхён рассмеялся, звук застрял у него в горле. – Я бы не хотел ссориться с тобой на их месте. Для коротышки ты довольно опасен. – Ага. Тебе нужно оскорблять меня, когда я пытаюсь провести с тобой время? – Чимин снова хлопнул Тэхёна по лбу. – Грубый паршивец. Но... не закрывайся от меня, ладно? Я с тобой. – Хорошо. – Тэхён быстро моргнул, чувствуя, как наворачиваются слезы. Чимин положил использованную салфетку на стол и крепко обнял Тэхёна. – Хорошо. Спасибо, Чим. Я не мог и мечтать о лучшем друге. – Потому что лучше нет, – пробормотал Чимин ему в плечо. – Верно, нет лучшего друга, чем ты.

* ~ * ~ * ~ * ~ *

      Джин был занят зельем, когда Тэхён к нему подошёл. Чонгук написал короткое сообщение, что Джину нужно поговорить с ним, и это было все, что потребовалось, чтобы Тэхен поднял свою задницу и вылетел за дверь. – Юнги, помоги мне достать хризантемы. Я забыл вынуть их. О, и не мог бы ты помочь, помешав его пять раз по часовой стрелке, а затем покачивая палкой, чтобы взбалтывать? Привет, Тэхён. Милый, прости. Не ожидал, что ты приедешь так скоро. Это зелье мне пока не поддается. Просто дай мне немного времени, хорошо? – Конечно, хён, – сказал Тэхён, остановившись наверху лестницы и наблюдая за работой ведьмы широко раскрытыми от любопытства глазами. Это случилось через две недели после того, как Тэхен узнал, что он медиум, а Джин – настоящая ведьма, и Тэхён не думал, что когда-нибудь станет наблюдать за работой этого человека.       Ким подошел к полке и занялся изучением разнообразного содержимого. Он держал руки сцепленными за спиной, чтобы не поддаваться искушению тронуть что-нибудь.       Тэхён мог слышать, как Джин разговаривает сам с собой (или с котом-Юнги) позади него, но через некоторое время он отключился, потому что... увидел глазные яблоки. На полке стояла банка с завязанными глазами. Сразу же попытка Тэхёна держать руки при себе провалилась, и он поднял их, чтобы изучить банку. – Привет, Тэхён. Извини. – Голос Джина снова привлек внимание Тэхёна, но он все еще был сосредоточен на банке с глазами, которые плавали в прозрачной жидкости. Глаза покачивались, когда он наклонял банку из стороны в сторону. – Ничего страшного. Зачем тебе глаза? Они человеческие?       Джин моргнул, прежде чем взглянуть на банку. – Э... Я думаю, они были платой. За богатство. Это было давно, когда я занимался подобными вещами. Все еще не нашел им применения. – Джин выдвинул стул для Тэхёна. – Как ты поживаешь? Как Чимин? Я слышал, что ты и Чонгук в последнее время сблизились.       Тэхён поставил банку на место и присел на стул. – Э… Я хорошо себя чувствовал. Учеба и экзамены занимают много моего времени, но это скоро закончится. У Чимина тоже все хорошо. Он говорит, что в последнее время спит лучше. – Он не мог удержаться от небольшого укола вины, несмотря на то, что обсудил это с Чимином. – Он благодарил за зелье. – Ну, если ему нужно что-то посильнее, просто скажи ему, что моя дверь для него открыта. В любое время.       Пальцы Джина медленно постукивали по рабочему столу. – Наверное, я должен перейти прямо к делу. Ты говорил, что в твоем доме живет дух? – Верно. Намджун-хён был там с тех пор, как мы переехали около восьми лет назад, – кивнул Тэхён с широкой улыбкой на лице. – Он мой неофициальный сосед по комнате. – Ах. Восемь лет, да. Это... Очень долго. И он был там до этого? Есть ли шанс... он иногда случайно опрокидывал вещи?       Тэхён весело фыркнул, думая о своем бедном стуле. Этим утром Намджун случайно пнул его прямо в шкаф. Он был почти уверен, что задняя нога стула очень скоро оторвется от всех издевательств, нанесенных ей руками духа. – Все время. Он сломал половину моих вещей. Но при этом он аккуратен с книгами и уже научился перелистывать страницы в тех книгах, которые я оставляю открытыми для него. – Тэхен изобразил, как переворачивает страницы Нам. – Но иногда он отправляет их в полет в стену, оставляя вмятины. Моя мама все думает, что ко мне забралась белка.       Тэхёну потребовалось мгновение, чтобы понять, что выражение лица Джина отнюдь не веселое. Он выглядел смиренным, серьезным. Слишком серьезным. – Это не хорошо. Но, к счастью, у него очень устойчивый характер. И вы с ним разговариваете. Полагаю, поэтому он продержался так долго и не стал полтергейстом.       На лице медиума появилось замешательство. – Что ты имеешь в виду под полтергейстом?       Джин непонимающе посмотрел на него, а потом перевел взгляд на Юнги. – Духи очень склонны к перепадам эмоций. У нас есть тело, которое служит буфером между ощущением эмоций и действием на их почве. Очевидно, что у духов нет этого буфера. Так что, чем дольше они остаются здесь, чем сильнее они становятся, тем труднее им контролировать свои чувства и действия. – Но… Намджун-хен такой спокойный, – пробормотал Тэхён, немного опешив. – Сколько времени нужно, чтобы духи превратились в полтергейстов? – Зависит от того… Если бы они были злыми и мстительными, это было бы быстрее. Но поскольку твой дух «холоден», это займет больше времени. И то, что вы разговариваете с ним, вероятно, сделало его более разумным. В противном случае, к настоящему времени он уже был бы полтергейстом. Хождение по дому, когда не с кем поговорить, сведет с ума любого. – Я предполагаю. – Намджун жаловался, что ему постоянно скучно, и его настроение всегда резко повышалось, когда Тэхён возвращался домой. – Но что я могу сделать, чтобы он не превратился в злого духа? – У Тэхёна было слабое чувство, что он знает ответ. Но его сердце отказывалось признать это.       В конце концов, они говорили о Намджуне.       Глаза Джина выражали сочувствие. Но… Все же было отлично. Намджун был в полном порядке. Он был первым другом Тэхёна в Сеуле, всегда оставался рядом, всегда был с улыбкой… – Тебе придется выполнять свой долг медиума, Тэхён. Независимо от того, кого нужно переправить на тот свет.       Рот Тэхёна открылся, затем закрылся. Когда он заговорил, его голос был тише, чем ему бы хотелось. – Но это Намджун-хён… он никому не причиняет вреда. Он милый, шутит, помогает мне с учебой и смотрит аниме вместе со мной.       И дух утешал его, когда ему было грустно. Слушал, как он болтает о сверхъестественном. Давал советы, когда Тэхён был потерян. Всегда был рядом, независимо от того, насколько дерьмовым был день, неделя или год Тэхёна. – Он мой друг.       Джин ничего не говорил в течение минуты, а затем сделал какой-то беспомощный жест рукой. – Ну, ты медиум, Тэхён. Если ты хочешь оставить его здесь, никто не сможет тебя остановить. Но мой старый друг сказал мне, что процесс становления полтергейстом мало приятен для духа, особенно если он не агрессивен. Становиться тем, кто причиняет боль людям, которые тебе небезразличны, не желая этого делать, - отвратительно.       И Тэхён это видел. Намджун становился сильнее с годами, причинение вреда кому-то было лишь вопросом времени. И Тэхен не может закрывать глаза на проблему.       На самом деле, выбора не было. Как и у людей, у духов было ограниченное время на этой Земле.       Даже у Намджуна. – Итак… я должен помочь ему пойти дальше. – Тэхён посмотрел на свои руки. Почему-то его голос оставался спокойным, даже если он чувствовал себя лодкой без паруса, бабочкой без крыльев. – Но он даже ничего не помнит. – Что ж, не нужно делать это сразу. Как я уже сказал, то, что вы с ним разговариваете, похоже, стабилизирует его. – Тэхён видел Джина боковым зрением и слушал его голос, пока чужая рука сзади не коснулась плеча Кима. – Еще есть время. Но нам нужно работать над этим. – Ага. – Тэхён ковырял кожу. – Я просто не знаю, с чего начать. Он прикован к дому… не так, как Дахен, он на самом деле прикован к дому. Он даже не может выйти из моей спальни.       Рука Джина оставалась на его плече успокаивающей тяжестью. – Что ж, на самом деле есть решение. Я не скажу, что это будет «легко», потому что так не будет. Но, насколько я знаю, обычно, чтобы увести духов, привязанных к дому или месту, тебе нужно позволить духу овладеть тобой.       Чего?       Сбор данных приостановился, и Тэхён откинул голову назад, чтобы посмотреть на Джина. – Обладать мной? – Ага. Он должен войти в твое тело и контролировать его, – сухо ответил Джин. – Но, на самом деле, это могут сделать только демоны и, может быть, действительно сильные полтергейсты. Но даже они не смогут владеть медиумом без его разрешения. Скажем, у медиумов иммунитет к захвату их тела без спроса. – О, ну… это… хорошо? Значит, я должен… пригласить его? Как пригласить вампира в жилище? – Да. Вы заключаете своего рода устное соглашение. Таким образом, он может владеть тобой столько, сколько вы оговариваете, или до тех пор, пока не будет выполнено какое-то условие. На самом деле мне нужно тебя обучить, потому что это может быть довольно сложно. Но не сегодня. – Обучение? Ты же не собираешься заставлять меня пытаться завладеть им, не так ли? – Внезапно Юнги оказался рядом с ними, и Тэхён подпрыгнул. – Черт возьми, Люцифер, – заскулил Тэхён, прижимая руку к сердцу. – Не делай так больше. И это очень хороший вопрос, кстати.       Юнги проигнорировал его, глядя на Джина. – Договорились?       Джин фыркнул, гладя спину Тэхёна. – Нет, не ты. Ты плохо владеешь ситуацией. Нет. Я хотел попросить тебя спросить одного из своих старых друзей. – Ты… Она? Ты уверен, что это хорошая идея? – Она – лучший вариант, который у нас есть. С меньшей вероятностью нанесет ущерб, – не совсем надежное заверение.       Тэхён тупо моргнул. – О ком ты говоришь? – Один из старых друзей Юнги… Она демон. – Джин ответил слишком небрежно. – Она очень старая, и поэтому более мягкая. И она действительно хорошо владеет собой. – Итак… ты хочешь, чтобы я практиковался со странным демоном, - медленно повторил Тэхён. – Это не превратится в пародию на «Экзорциста», не так ли? – Он видел достаточно фильмов ужасов, чтобы знать, как обычно проходят подобные вещи.       Черт, у Джина было плохо с отсылками к поп-культуре. Он сразу же посмотрел на Юнги в поисках объяснений, и Тэхён сделал мысленную пометку, чтобы заставить его провести этим летом киномарафон. В итоге за него ответил Юнги. – Нет. Если человек умирает, пока мы все еще внутри, мы тоже умираем. Демоны довольно часто используют этот метод, чтобы убить себя, хотя... – Ладно, хватит. – Джин потер лицо. – В любом случае, именно поэтому ты будешь практиковаться с ней, под пристальным взглядом Юнги. Мы используем демона, потому что я знаю, как изгнать его из тебя, если что-то пойдет не так. Но у меня буквально не будет возможности сделать это, если это сделает дух. – Э… хорошо. – На самом деле у Тэхёна не было выбора, кроме как доверять им обоим. Он понятия не имел, что делал. – Просто дайте мне знать, когда начнутся тренировки. – Конечно. И… – следующий взгляд Джина на Тэхёна был серьезным. – Подумай о Намджуне… – сердце Тэхёна снова упало при имени духа, – если ты решишь, что действительно хочешь помочь ему уйти... Нам нужно будет сделать все правильно. – Что ты имеешь в виду? Что еще? – Ну, ты сказал, что он не помнит, кто он такой. И мы не сможем помочь ему уйти, если не узнаем, что держит его здесь. – Ах, и правда. – Тэхён прикусил нижнюю губу. – Я могу поискать информацию. Должно быть, он жил в нашем доме до нас, может, кто-то из соседей что-то знает. – Ммм ... Я также попрошу Хосока проверить это, когда у него будет время. Этого достаточно для начала… На данный момент это все, что мы можем сделать. – Ага. – Тэхён тупо уставился на стол, задумавшись. Это было реально. Он должен был помочь Намджуну наконец-то уйти. Он натянуто улыбнулся Джину. – Спасибо за помощь. Я буду усердно тренироваться, чтобы не погибнуть где-нибудь в канаве. – Тэхён встал, как будто на автопилоте, задвигая стул. Теплая и гостеприимная атмосфера магазина внезапно стала слишком тесной, сжимаясь вокруг него и выдавливая его легкие. – Ты выглядел так, как будто был очень напряжен, так что мне, наверное, стоит уйти. Эм… напиши мне, когда захочешь попрактиковаться. – Подожди, – Джин схватил руку Тэхёна прежде, чем он успел отойти слишком далеко. Взгляд ведьмы был искренним и теплым. – Я обещаю, что, если тебе когда-нибудь понадобится помощь, моя дверь всегда открыта – 24 часа в сутки, 7 дней в неделю. Я никогда не буду слишком занят, хорошо? И ты мне за это ничего не должен. Мне всегда приятно помочь.       Тэхён какое-то время смотрел на добродушного продавца, прежде чем его улыбка стала чуть более выраженной на его лице. – Тем не менее. Однажды я принесу тебе еду. Я знаю все лучшие места, где можно найти все, что тебе нужно. – Хорошо. Я не откажусь от ужина, если ты на нем настаиваешь, – Джин усмехнулся. – Что бы ты ни купил, тебе нужно взять немного рыбы, иначе Юнги надуется. – Ага! Обойдусь без рыбы! Я ненастоящий кот! – И все же ты требуешь рыбу каждую ночь.

* ~ * ~ * ~ * ~ *

      Возвращаться домой было тяжело. – Привет, хён, – Тэхён прошаркал в свою комнату, закрыв за собой дверь. Он скинул рюкзак на пол.       Намджун оторвался от книги, посмотрев на Кима, как всегда, с теплой улыбкой с ямочками на щеках. – Привет. Чего хотела ведьма? – Э-э… говорила… интересные вещи, – пробормотал Тэхён. – Тренировки и прочее. – Он упал на пол рядом с кроватью, чтобы не мешать духу читать. – Ты не очень доволен этим, что за обучение?       Молодой человек потер лицо, не зная, как на это ответить. Он действительно не хотел рассказывать Намджуну о том, что они обсуждали. – Как бороться с сильными духами, – наконец сказал он, глядя на Намджуна с натянутой улыбкой. – Знаешь, не очень дружелюбными. Поскольку я сейчас единственный медиум в Корее, надо быть готовым.       Намджун медленно кивнул. Судя по озабоченным глазам, задержавшимся на лице Тэхёна, он не был полностью убежден ответом, но не стал настаивать. Это была одна из многих вещей, которые Тэхён любил в Намджуне, он знал, когда предложить свои советы, а когда отступить и позволить Тэхёну разобраться во всем самостоятельно. – Это хорошо, – сказал он, вернувшись к своей книге. – Не все духи будут дружелюбными. – Нет, но я справлюсь с ними, – промурлыкал Тэхён. Его взгляд скользнул вниз по его рукам, затем снова к лицу Намджуна. Слова сорвались, прежде чем он откашлялся и попытался снова. – Эй, эм… хён? Ты когда-нибудь думал о том, чтобы двигаться дальше?       Намджун остановился, перевернув страницу книги, и снова посмотрел на Тэхёна. Тэхён облизнул губы, сцепив руки вместе. – Я помог брату Чонгука и Дахён. Я, наверное, тоже смогу помочь тебе, если ты... если ты захочешь.       На мгновение воцарилась тишина. Намджун мягко вздохнул. – И да, и нет. Я здесь по какой-то причине, поэтому пока не могу уйти. И встреча с тобой была благословением, ты лучший друг, о котором я мог бы мечтать. – Я единственный друг, которого ты знаешь, – пошутил Тэхён, чтобы немного разрядить мрачную атмосферу в комнате. – Нетрудно быть лучшим.       Намджун фыркнул. – Не в этом дело. И я не знаю, что ждет на другой стороне, поэтому, конечно, я хотел бы остаться. Но я... я устал, Тэ. – Его голос стал тише. – Ты не будешь здесь вечно, и я не могу следовать за тобой и быть твоим призрачным соседом по дому. У меня было много времени, чтобы подумать об этом, и я думаю, как только я узнаю, почему я все еще здесь, и делаю все, что мне нужно... Думаю, я буду счастлив уйти.       Тэхён быстро моргнул, чувствуя, как предательские слезы текут по его лицу. Он думал, что, если Намджун согласится двигаться дальше, это успокоит его сердце и облегчит его решение. Но этого не случилось. – Понятно, – сказал он, поспешно вытирая глаза. – Если ты этого хочешь, хён, я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь тебе. Мы узнаем, кто ты и зачем ты здесь. – Я никогда не сомневался, что ты сможешь это сделать. – Намджун осторожно соскользнул с края кровати, чтобы не провалиться сквозь нее. Тэхён видел, как руки духа свободно обнимали его за плечи, чего он не чувствовал. Несмотря на то, что Тэхён беспокоился о том, чтобы затронуть эту тему, Намджун отнесся к этому спокойно и дал мягкий, хорошо продуманный ответ. Может быть, Намджун хотел этого какое-то время, или, по крайней мере, с тех пор, как Тэхён начал помогать духам двигаться дальше. Но он ждал, что Тэхён сам поднимет этот вопрос.       Шмыгнув носом, Тэхён снова вытер глаза и глубоко вздохнул. Затем он повернулся к Намджуну, стоявшему рядом с ним, одарив дух своей неуверенной улыбкой. – Давай приступим к работе.

* ~ * ~ * ~ * ~ *

      Через несколько секунд после стука дверь открылась. – Тэхён-а, это ты. Заходи. – Приемная мама Чонгука отступила, чтобы впустить Тэхёна в дом.       Исследования Намджуна были временно приостановлены, когда Чонгук неожиданно пригласил Кима на ужин в дом своей семьи. Каким бы возбужденным и ошеломленным ни был Тэхён, он решил отказаться, чтобы найти записи о семье, которая жила в этом доме до его собственной. Но Намджун настоял на том, чтобы Тэхён пошел и повеселился.       Закрыв за собой дверь, Тэхён скинул ботинки и взял пару тапочек. – Спасибо, что пригласили меня, эм… Ли-ши? – Хеджон. Мы с Даниэлем рады видеть тебя, Чонгук не приглашает много друзей. – Или любых друзей. – Тэхен услышал голос Джису до того, как увидел ее, девушку, лежащую на диване в гостиной с телефоном и в наушниках. Тэхён слышал, как из них доносится музыка, и задавался вопросом, как она вообще могла слышать их разговор. – Где Чонгук? – спросил Тэхён, с любопытством осматривая дом. Его немного удивило то, что семья охотников жила не в комнатах наверху своего ресторана, а совсем в другом районе, в нескольких минутах ходьбы. По словам Чонгука, они сдали комнаты над рестораном по низким ценам необычным людям, которым нужна была помощь, чтобы снова встать на ноги. Многие из сотрудников ресторана были теми же сверхъестественными существами: вампиры работали и убирались в ночное время, а другие расы сменяли друг друга, насколько позволяла их биологическая природа.       Дом был теплым и уютным, чистым, но хорошо обжитым. Для дома, в котором регулярно проживало множество людей (большинство из которых сверхъестественные или охотники), все было не так плохо, как ожидал Тэхён. Он мог видеть, что половицы были заменены, воск местами немного блестел, небольшие пятна на стене, где штукатурка и краска покрывали дыры и вмятины. Окна были большими, чтобы пропускать много света, но они были закрыты тяжелыми плотными шторами для защиты вампиров. Одну стену украшал массивный календарь со множеством маленьких заметок, разбросанных по дням. «Практика игры на фортепиано Хару». «Встреча в Ансане». «Экзамен по математике Чонгука». «Счет за электричество». «Открытие группы в Хондэ-Холле». – Наверху, – кивнула Хеджон в сторону ближайшей лестницы. – Третий этаж.       Тэхен вежливо поклонился ей и помахал рукой Хару, которая делала свою домашнюю работу за кухонным столом. Затем он поднялся по лестнице.       Неудивительно, что это был дом приличных размеров, учитывая то, сколько людей здесь жили. Осмотрев второй этаж, Тэхён увидел несколько спален – одна из которых была гостевой – и небольшой уголок для чтения у окна. Сопротивляясь желанию осмотреться, Тэхён направился на третий этаж. Он был почти таким же, как и второй, за исключением двух спален. Дверь в одну была закрыта, другая комната была пуста.       Тэхён прикусил нижнюю губу, проверяя последнее сообщение, которое он отправил со своего телефона.       К Гукки (18:30): в 2 минутах ходьбы!       Прочитано в 18:30.       Чонгук не ответил, но, очевидно, видел сообщение. Тэхён откашлялся, прежде чем поднял руку и постучал в закрытую дверь. – Чонгуки!       Дверь щелкнула, и Чонгук посмотрел на него. Комнату позади него тускло освещала настольная лампа, шторы были задернуты. – Привет. – Он приоткрыл дверь немного шире, но не настолько, чтобы проникал свет из коридора. Приняв это как приглашение, Тэхён протиснулся внутрь, и Чонгук закрыл за собой дверь.       Комната была приличного размера, в ней стояли две кровати, два шкафа и общий стол. В настоящее время пол служил третьим шкафом, Чонгук неловко пинал одежду под кровать, как будто только что понял, что комната далека от идеала. На одной из стен висел телевизор со стопкой консолей и игр под ним, на экране на паузе стоял шутер.       Тэхен присвистнул на коллекцию игр, впечатленный. Затем он заметил, что одна из кроватей была занята, массивная шишка со светлыми волосами зашевелилась, Джэй неуверенно взглянул на них. О, верно. Чонгук сказал, что они живут в одной комнате. – Вот дерьмо. Извини, что разбудил тебя. – Ок, – сказал Джэй, потирая один глаз и зевая, прежде чем перевернулся лицом к стене. – Ночной житель, – сказал Чонгук. Он немного постоял посреди комнаты, прежде чем сел на край своей кровати. – Эм… Извините за беспорядок. – Это ничто по сравнению с комнатой моего брата, – сказал Тэхён, заламывая руки. Чонгук, казалось, не знал, что делать с гостем, как будто только что понял, что должен как-то развлечь Тэхёна. Тэхён махнул рукой в сторону телевизора. – Что это за игра? – Звездные войны, новая игра Battlefront, – ответил Чонгук, переводя взгляд обратно на экран. – Ты играешь в шутеры? – Иногда, – ответил Тэхён, садясь на край кровати рядом с ним. – Я хорошо разбираюсь в Call of Duty и Counter Strike. Но в последнее время заинтересовался Overwatch.       Выражение лица Чонгука посветлело. – За кого играешь? – Крысавчик! – Я даже не удивлен. Хочет сыграть? – Чонгук уже встал и схватил контроллер, чтобы выйти из «Звездных войн». Джэй лишь немного запротестовал, когда Чонгук взял ноутбук вампира и передал его Тэхёну, чтобы тот использовал его, чтобы войти в свой собственный аккаунт и запустить Quick Play.       Было весело играть с Чонгуком. Не прошло много времени, как неловкая атмосфера рассеялась, и эти двое полностью сосредоточились на матче, нажимая кнопки и выкрикивая команды друг другу гораздо громче, чем им было нужно, учитывая, что они сидели бок о бок. Неудивительно, что Чонгук был чертовски смертоносен в роли Роковой вдовы, находя все лучшие снайперские позиции и стреляя с расчетной точностью, прежде чем перейти к следующему месту. Тэхён несколько раз прерывал игру, отвлекаясь на оборотня.       То, как Чонгук продолжал облизывать губы, совсем не помогало.       Стиль игры Тэхёна был скорее мешаниной и спонтанной игрой, что идеально подходило его выбору персонажа. В отличие от Чонгука, который был доволен тем, что владеет всеми членами вражеской команды своим избранным персонажем, Тэхён переключался между Крысавчиком, D.va и Уинстоном.       Один раз это принесло ему победу, и Тэхён чуть не уронил свой контроллер, когда закричал от ликования, обхватив Чонгука конечностями. Джэй хихикнул над ними с другой кровати, но единственное, что Тэхён мог услышать, – это яркий, теплый смех Чонгука в ухо, когда он похлопал Тэхёна по спине в поздравлении. – Отличная работа. – Дыхание Чонгука опаляло ухо Тэхёна, и, черт возьми, Тэхён почувствовал, как его сердце заработало неправильно, сбиваясь с ритма.       В дверь спальни постучали, прежде чем она открылась. Хосок наклонился, широко улыбаясь, когда заметил их. – Мы вас слышим даже внизу. – Привет, – оживился Чонгук, отклоняясь от Тэхёна. Тэхен не отпускал его так легко, держась, как пиявка, но Чонгук, похоже, не возражал. – Хочешь присоединиться, хён? – Может быть, позже, – сказал Хосок, весело прищурив глаза. – Еда готова, спускайтесь.       Медиум, оборотень и вампир последовали за ним обратно на первый этаж, где запах вкусной домашней еды разбудил чудовище в желудке Тэхёна. От его внимания не ускользнуло, что все шторы на окнах были задернуты, защищая Джэя от последних лучей солнца. Несмотря на отсутствие естественного света, обеденная зона не выглядела ни капельки мрачной.       Впервые после похищения вампиром Тэхён встретился с Даниэлем лицом к лицу. Охотник стоял у двери в кухню, держа в руках миски и тарелки. – Привет, рад, что ты смог прийти. Присаживайся где угодно. – Ага, – пробормотал Тэхён, совершенно не готовый к внезапной встрече с приемным отцом Чонгука. – Хорошо. Спасибо.       Это был человек, о котором он так много слышал. Это был человек, усыновивший Хосока, Чонгука и Джису, когда их родители скончались, и который принял Джэя – одинокого вампира с шатким контролем над своей кровожадностью. Охотник обладал лучезарной, дружелюбной улыбкой. Его пальцы были испещрены шрамами, такими же, как у Хосока, пара выцветших порезов виднелась вокруг его подбородка – единственные признаки того, что этот человек не был таким уж плюшевым мишкой, как выглядел.       Тэхён последовал за Чонгуком, как потерянный щенок, и втиснулся в кресло рядом с оборотнем. В комнате было тепло, шумно и весело, Джису на этот раз отключила телефон и подшучивала над Джэем, в то время как Хосок помог Хеджон принести побольше еды, чтобы заставить стол. Рот Тэхёна наполнился слюной, ведь все выглядело так хорошо.       За исключением стакана с красной жидкостью, который Джэй взял по пути к столу, но Тэхен старался не смотреть на это слишком пристально. Пить кровь, для вампира, совершенно нормальное явление.       Когда они все расселись за столом, Тэхён почувствовал себя не гостем, а членом семьи. Хеджон вежливо расспрашивала Тэхёна о его университетской жизни и его семье. Хару хотела знать, сколько духов он видит каждый день. Джэя и Джису отругали за ссоры во время ужина, но они перешли на пинки под столом, когда подумали, что двое взрослых не обращают на них внимания. Когда Хосока (застрявшего между ними) ударили и он вскрикнул от удивления, они оба быстро закрыли ему рот, чтобы он не выдал их. Даниэль просто уставился на группу молодых людей с привычным выражением усталого смирения, а Хару хихикнула.       Смеясь вместе с Хару, Тэхён снова посмотрел на свою тарелку и моргнул, когда увидел несколько кусков мяса и манду, которых раньше не было. Он взглянул на Чонгука с другой стороны, оборотень склонил голову и решительно сгребал еду в рот, как будто в противном случае он бы оголодал. Оглянувшись в замешательстве, Тэхён поймал понимающую улыбку Хеджон.       Необъяснимый жар омыл его лицо, и он наклонил голову, сунув манду в рот, прежде чем воскликнуть от невообразимого вкуса еды. Джэй хлопнул его по спине.       Как и следовало ожидать, через некоторое время разговор все же перешел на охотничью деятельность. По всей видимости, это была причина, по которой Джэй задержался за столом, кормился свиной кровью и ждал новостей. Тэхён заметил, что Чонгук тоже оживился, когда Джису спросила Даниэля о Чеджу. – Мы совершили набег на одну из мастерских браконьеров, все конфисковали и лишили возможности снова работать на Чеджу, – сказал Даниэль с немного мрачным выражением лица, когда он потянулся за яичным рулетом. – Поймал троих из них и оставил их клану Со. Были и другие браконьеры, которые скрылись до того, как мы добрались до места, мы последовали за ними в Кванджу и потеряли их следы. Но... у нас есть основания полагать, что они оказались в Сеуле.       Глаза Чонгука потемнели. Джэй нахмурился. – О… мне сказать Сынквану, чтобы он держал голову опущенной? – Джису взглянула на свой телефон. – Они так и не увидели его лица из-за того, что он использовал заклинания Джина, – Хосок посмотрел на Даниэля в поисках подтверждения.       Даниэль кивнул. – Но если он хочет, чтобы мы помогли спрятать его дом, дай нам знать. Мы нашли его, они тоже смогут.       Джису хмыкнула в подтверждение. Тэхён, чувствуя, что ему не хватает информации, наклонился к Чонгуку. – Браконьеры? – Он прошептал.       Чонгук кивнул, наклоняясь ближе к Тэхёну, которому пришлось не обращать внимания на то, как его сердце подпрыгнуло в груди. – Они охотники, но, в отличие от нас, они не гонятся за сверхъестественными, доставляющими неприятности, – пробормотал оборотень. – Они убивают всех, кого могут отдать на органы.       Тэхён уставился на него. – Отдать на органы? – Ага. Клыки вампира, рога единорога, чешуя русалки, что угодно. Все, что они могут достать. – Взгляд Чонгука был мрачным. – Поскольку большинство рас очень редкие, они могут неплохо заработать на черном рынке. – Очевидно, мы не ладим с ними. – Голос Даниэля заставил Тэхёна вздрогнуть, чуть не ударив Чонгука головой из-за того, как быстро он сел. Старший охотник наблюдал за ними. – Я бы хотел схватить их лидера и свернуть ему тощую шею, но сейчас все, что мы можем сделать, – это убедиться, что дружелюбные сверхъестественные существа в Сеуле знают об опасности и принимают необходимые меры предосторожности. Медиумы – не такой ценный товар, но… лучше быть начеку. – Уверены, что мои глазные яблоки не особо ценны или что-то в этом роде? – спросил Тэхён, растягивая губы в улыбке. – У Джина их полная банка.       Хосок подавился. – Я забыл, что они все еще у него есть. – У него есть кое-что похуже, чем просто глазные яблоки, – сказал Джэй, небрежно потягивая из своего стакана кровь. Хосок скривился.       Остальная часть трапезы прошла за обычными разговорами, которые могла вести семья охотников и усыновленных сверхъестественных существ. Разговор о занятиях с оркестром Джэя был окроплен напоминаниями о том, чтобы набрать еще святой воды, и Хару, просившая Хосока помочь с ее домашним заданием по математике, была прервана Хеджон, сказавшей Чонгуку, чтобы он перестал царапать руку. Оборотень быстро прекратил это занятие под рукавом своего худи, но не прошло и трех минут, как Тэхен краем глаза заметил, что он делает это снова.       Даже не думая об этом, Тэхён протянул руку и переплел их пальцы, прежде чем Чонгук смог засунуть руку под рукав толстовки. Чонгук подскочил, глядя на медиума широко раскрытыми глазами. – Не могу позволить тебе сейчас чесаться, – пошевелил Тэхён их сцепленными руками.       Чонгук только моргнул, и на мгновение Тэхен подумал, что он перешел границу, и вот-вот его оттолкнут. Но оборотень просто откашлялся и отвернулся, опустив руки под стол прежде, чем кто-либо из остальных смог это увидеть.       (Он опоздал, Даниэль наблюдал за ними краем глаза с улыбкой. Но Тэхен предпочел полюбоваться красными ушами Чонгука, не говоря ему об этом.)       Тэхён убрал руку только тогда, когда те, кто сидели за столом, разбежались, Хосок и Джэй помогали Хеджон убираться, а Джису смотрела домашнее задание Хару. – Поиграем? – спросил Чонгук уже на полпути к лестнице. – Ага, – Тэхён вскочил, чтобы последовать за ним. Он услышал, как Джэй фыркнул от смеха в столовой, когда они оба бежали обратно на третий этаж.       Тэхен подумал о том, что не стоит упоминать, что они держались за руки, чтобы избавить их обоих от смущения. Он боялся признаться, что снова хотел держать Чонгука за руку. Жест был теплым и успокаивающим, особенно когда хватка Чонгука чуть сильнее. Их пальцы так хорошо сочетаются друг с другом, как кусочки пазла. И на самом деле Тэхён был готов позволить моменту исчезнуть, чтобы о нем больше никогда не говорили, но потом он вспомнил, почему он вообще держал Чонгука за руку. – У тебя рука чешется? – выпалил Тэхён, когда они снова устроились на кровати Чонгука, чтобы продолжить с того места, на котором остановились. Чонгук, добавляя Тэхёна в новую группу, в замешательстве посмотрел на парня. – Что ты… ох. – Он посмотрел на руку, которую чесал, на свою правую руку. – Да, иногда. Хуже всего в полнолуние, но время от времени это просто... фантомные боли, я думаю. – О, – произнес Тэхён, когда понял. – Это сделал тот оборотень?       Выражение лица Чонгука было нечитаемым на мгновение, прежде чем он кивнул. - Именно. - Он посмотрел на свою руку, прежде чем закатать рукав толстовки выше локтя.       Тэхён понял, что никогда раньше не видел Чонгука с обнаженной правой рукой. Если бы тот это сделал, он бы точно вспомнил, что видел это. Длинные шрамы пересекали его кожу, выступающие бороздки плоти, которые были разорваны, а затем небрежно зажили холмами и гребнями. Она больше походила на огород его матери после того, как она разгребала землю, чем на чью-то кожу. Чонгука не просто укусили, он был изуродован так сильно, что было чудом, что у него вообще осталась рука.       Тэхён понял, что долго смотрит, и откинулся назад, сглатывая. – Ух ты. Похоже, будет чесаться. – Дерьмо. Может быть, это было бесчувственно. Но что он должен был сказать? «Миленько»? Шутить или не обращать внимания на травму было просто оскорбительно. – И это после того, как Джин-хён поработал над ней своей магией, – сказал Чонгук, через мгновение опустив рукав обратно. – Оборотни быстро регенерируют, особенно когда их впервые укусили. Меняется тело, понимаешь? К тому времени, когда Джин появился, она уже наполовину зажила, да и доктора сделали все наилучшим образом. Ему удалось минимизировать ущерб, так что... по крайней мере, рука все еще на месте. – Слава богу за Джина, – пробормотал Тэхён. – Я не знаю, просто звучит как что-то, что разозлило бы то или иное божество. – Уверен, что мы все время благодарили высших существ за Джина, и никто из нас еще не был поражен гневом божества. – Во всяком случае, насколько вы знаете. Может быть, у бога просто очень плохая задумка. – Тэхён наблюдал за выражением лица Чонгука. – Спасибо. За то, что показал мне и поверил. Это действительно много значит.       Взгляд Чонгука поднялся на Тэхёна. На мгновение Тэхён посмотрел в глаза оборотня, гадая, о чем тот думал. – Ну, мы же друзья, да? – неожиданно уточнил Чон.       Тепло расцвело в груди Тэхёна ярким огненным цветком. Да, возможно, он смирился с тем, что хотел быть больше, чем другом Чонгука. Предпочтительнее такого рода «больше», включающего в себя держание за руки, поцелуи и другую розовую чушь. Однако, Тэхену уже было трудно победить прилив эндорфинов, вызванный этими простыми словами. – Верно. Мы друзья.       Они мирно играли в Overwatch пару часов, крича друг на друга. В конце концов им пришлось остановиться, когда Хару ворвалась в комнату и сказала им прекратить, потому что на следующее утро у нее была школа, а комната Чонгука располагалась прямо над ее комнатой. Чонгук поступил удивительно. Он сел на ноги Тэхёна и отказался отпускать его. Тэхён не знал, были ли это гены оборотня или причудливая физическая форма Чонгука, но парень был крепким как камень, а его конечности были достаточно сильны, чтобы оттолкнуть его.       На том и порешили. Через полчаса Тэхён растянулся на спине, смотря ток-шоу, транслируемое на ноутбуке Чонгука, Оборотень развалился на узловатых коленях Тэхёна, как будто они были самым удобным сиденьем на свете. Тэхён был уверен, что потерял чувствительность в ногах, но его мягкое сердце не смело возражать. – Можно вопрос? – прервал молчание Чонгук. – Ты уже его задал.       Чонгук ударил по ноге, зажатой под ним. – Я слышал от Хоби, что… эм… ты помогаешь призраку в твоей комнате уйти. Как успехи?       Хорошее настроение медиума скатилось вниз. Конечно, Чонгук узнал об этом. В конце концов, Хосок должен был помочь ему найти информацию о Намджуне. Но кроме пары текстовых сообщений, он почти ничего не слышал от охотника. – Это будет непросто, так как он ничего не помнит. Поэтому, мне пока не с чем работать.       Чонгук кивнул, его пристальный взгляд остановился на лице Тэхёна. Мать Тэхёна всегда говорила ему, что его лицо было открытой книгой, и каждый приступ радости, волнения, печали или гнева был виден всем. Тэхену было интересно, что теперь говорит его лицо. – Звучит… сложно. – Ага. – Тэхён посмотрел на экран ноутбука. Так было проще. – Я разговаривал с парой моих соседей, и некоторые из них помнят, что был пожар или что-то в этом роде. Но ничего конкретного. – Это очень расстраивало.       Оборотень какое-то время молчал. Затем он протянул руку и слегка коснулся плеча Тэхёна, пытаясь утешить, даже не зная как. Тэхен хорошо знал это чувство. – Если тебе что-нибудь понадобится, я могу помочь. С любой просьбой, – они оба знали, что на Тэхена взвалена нелегкая ноша, и он единственный, кто может говорить с Намджуном и кто должен помочь духу уйти.       Предложение заставило Тэхёна оглянуться и увидеть, как Чонгук смотрит на него с решимостью на лице. Он был серьезен. Почему бы ему не быть? Чонгук не делал таких предложений легкомысленно. Он не отступал и не отказывался от своих обещаний, выполняя их с решимостью. Таким был Чонгук.       Тэхен не смог сдержать квадратную улыбку, открывшую белые зубы и десна. – Спасибо, – сказал он. – Я очень ценю это.       Лицо Чонгука расслабилось, он изо всех сил старался не улыбнуться в ответ. Затем он откашлялся, рывком потянувшись к пульту и переключая канал.       (Тэхен только пожалел, что позволил Чонгуку встать на ноги, когда тот попытался уйти. Оборотень просто смотрел, как Ким цепляется и стонет на полу, на лице появилась ухмылка. Тэхен никогда так не хотел одновременно целовать и ударить любимое лицо.)