Ты мой герой

«Сумасшествие от любви — это доказательство стимуляции клеток мозга. Во время влюбленности в мозгу человека возбуждаются два отдела, отвечающие за «вознаграждение» и «наслаждение». В этот период в организме увеличивается количество дофамина, который можно найти, например, в кокаине, вызывающего ощущение удовольствия. Быть влюбленным и не сходить с ума — ненормально. Отсюда следует довольно печальный вывод: любовь рождается в мозгу, а не в сердце». Сара закрыла толстую тетрадь, страницы которой были исчерчены вдоль и поперек формулами, заметками, корявыми рисунками, что она переносила из учебников по физиологии, анатомии и биохимии. Убирая учебные материалы в сторону, девушка безвольно упала на мягкую кровать, глядя в потрескавшийся от времени и сырости потолок, напоминающий борозды мозга, изображения которого видела в книгах. Она не мигая рассматривала замысловатый рисунок, который начинал медленно двигаться от возникшего напряжения глаз, словно нервные импульсы по синапсу, и вспоминала, как отчаянно пыталась найти объяснение высоком чувству, пред которым преклонялись великие и которому проигрывали сильнейшие. Неужели этих крохотных химических соединений достаточно, чтоб человеку возможно было поставить диагноз «влюблен», заставляющий того вести себя абсолютно нелогично и глупо? Брюнетка вспомнила собственные слезы и бессонные ночи, заполненные моментами, проведенными с Вишней: ее разрывало, трясло, будоражило от одного упоминания о темноволосом парне, создавая впечатление начавшейся ломки заядлого наркомана, нуждающегося в очередной дозе. Она хотела найти ответы о происхождении любви, чтоб понять, как если не избавиться, то научиться контролировать это терзающее чувство. Но все ее старания сводились к одному выводу: если любовь подобна наркотику, то необходимо бороться с ней, как с зависимостью — исключить доступ к новой дозе. Сначала мозг будет подавать сигналы о необходимости восполнить запасы, будто системный код, сообщающий об «ошибке», после чего начнется «синдром отмены»: тело будет ломить, наступит этап дисфункции, а голова заполнится страхом, раздражением, агрессией и одиночеством. Будет достигнут важный уровень — организм должен принять факт того, что может справиться сам, без внешнего допинга, вырабатывая собственные вещества. Дальше все зависит от силы тела, решимости и удачи. О'Нил прикрыла веки, чувствуя, как расслабляются глазные мышцы, пощипывая и потрескивая. Ей казалось, что она уже справилась с собственной ломкой. До событий сегодняшнего дня. На тумбочке, стоявшей рядом с кроватью, телефон издал жалобный писк, уведомляя о новом сообщении. Брюнетка недовольно сморщила нос: до встречи с Люком было еще много времени, поэтому она хотела потратить его на собственный мозговой штурм. Не глядя нащупав технику, Сара приоткрыла один глаз и рывком подскочила на ноги — голова тут же начала кружиться, а в глазах плясать искры. «Принцесса, ты сегодня свободна? Хочу тебя увидеть», - гласило содержание сообщения. Ладони тут же вспотели, сердце забилось чаще, а на лице появилась глупая улыбка. Хотелось прыгать и громко смеяться. Внутри дрожащим огоньком светилась теплота: удивительно, как легко может сделать счастливым несколько простых слов. Дисплей показывал 21:43. Отметив, что в клубе нужно быть к полуночи, Сара дрожащими от нетерпения и волнения пальцами напечатала ответ. «У меня были планы, но я смогу выкроить время для тебя». Незамедлительно последовало новое смс: «Твоя щедрость не перестает меня удивлять». Улыбнувшись, О'Нил уже хотела уточнить, когда ждать незваного гостя, прикидывая свои шансы успеть собраться: после встречи с Драконами, она приняла душ и облачилась в любимую красную пижаму с белыми полосками. Не самый соблазнительный вид. Поймав себя на предельно смущающей мысли, девушка хлопнула по лбу, будто этот жест был самым действенным способом решения неприличных вопросов. Телефон вновь издал звонкий сигнал. Брюнетка распахнула глаза, бросаясь к выходу из дома и пытаясь не запутаться в собственных ногах: «Жду тебя внизу, Принцесса». Пока Сара сбегала по лестнице, судорожно разрывая ладонями воздух вокруг себя, в ее голове рождались десятки вариантов развития событий встречи: вот она, спокойная и гордая, уверенной походкой выходит к мужчине, легко улыбается, не выдавая собственного волнения и смущения, голос ее звучит ровно, дыхание не сбивается, язык не заплетается, а в голове не зарождается туман; а вот она торопливо перепрыгивает через ступеньки, едва не подвернув ногу, с улыбкой от уха до уха прыгает в теплые объятия, сжимая голубоглазого до боли в руках, пряча раскрасневшиеся щеки на широкой груди; возможен вариант, где она растеряется, потеряется в пространстве и мыслях, начнет неловко переминаться с ноги на ногу, опустив глаза вниз, как провинившийся ребенок, ждущий наказания, станет заламывать от неловкости руки, пугаясь любого вопроса; а возможно, начнет неистово язвить и ругаться, поднимая самые щекотливые вопросы, пытаясь получить долгожданные ответы и объяснения о случившемся ранее... Каждый последующий вариант пугал О'Нил больше предыдущего. Остановившись у выхода на улицу, брюнетка глубоко вздохнула, медленно выдохнула, нервно одернула рукава пижамы, мысленно ругая себя, что все-таки не переоделась, и аккуратно повернула ручку, толкая дверь от себя. Та с жалобным скрипом открылась. В лицо ударил прохладный вечерний ветерок, наполненный свежестью и легким ароматом мокрой листвы. Медленно перешагнув через порог, Сара вышла на крыльцо, прижимая руки к груди в надежде не продрогнуть раньше, и огляделась по сторонам. В конце лета темнеть начинало раньше, непривычная чернота окутывала все, к чему дотягивались ее костлявые ручонки. Девушка шумно сглотнула, прикрыла глаза, и сделала шаг вперед. - Не боишься упасть? - брюнетка чуть пискнула, отпрыгнув в сторону. Вальяжно облокотившись о каменные перила, стоял Вишня: теперь на нем красовались темные брюки классического кроя, идеально белая рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами, подчеркивающая изгибы сильного тела, неизменные жетоны и фирменная улыбка. Светлые черты лица, казалось, светились даже в темноте, обрамленные убранными назад черными волосами. Его голубые глаза в вечернем воздухе горели пеплом. Он заканчивал подворачивать рукава рубашки, рассматривая брюнетку. О'Нил отвела взгляд, поймав себя на мысли, что слишком долго откровенно пялится на мужчину. - Думаю, мне не позволят упасть, - пробурчала брюнетка, тут же возвращая взгляд к Дракону. Тот улыбнулся еще шире. - Мои ноги довольно сильные. Вишня покачал головой, усмехнувшись. Выпрямившись, он медленно подошел к девушке, продолжая опалять ее естество внутренним огнем. - Я очень надеюсь это когда-нибудь проверить, Принцесса. Мужчина остановился в десяти сантиметрах от нее, но даже на таком расстоянии брюнетка слышала каждый его вздох и замечала движение грудной клетки, разрываемой биением сердца. - Только в твоих снах, - съязвила О'Нил, не сдержав ответной улыбки. - И вообще не появляйся так внезапно. Тебя не было здесь минуту назад, а как я прикрыла глаза, появился. Откуда ты взялся? - Сара приподняла бровь, с хитрым прищуром едва наклонившись к голубоглазому. Он же, не теряя ни минуты и повторяя ее жест, наклонился в ответ, заключив собственное лицо в ладони, произнес, кокетливо хлопая ресницами: - Из сказки, конечно. Девушка прыснула, прикрывая рот ладонью, которую тут же перехватил Вишня, убирая ту от девичьего лица и сжимая чуть крепче. - Не делай так. Мне нравится смотреть, как ты улыбаешься. О'Нил замерла, вглядываясь в знакомые черты, пробивающиеся сквозь темноту вечера: линии скул казались острее, у глаз и губ начали пробиваться морщинки, придавая Дракону особой статности, но неизменная улыбка, благодаря которой Сара все эти годы держалась, и ловящие в свои сети любой свет глаза пробуждали рой мурашек. Мужчина казался каждый раз разным, не похожим сам на себя: днем он — член преступной группировки, держащей в страхе своих врагов и будоражущей воображение местных, а ночью — внимательный и нежный человек, у которого за плечами множество тяжелых моментов, испытаний и потерь. Возможно, его скелеты в шкафу могут не только напугать, но и утащить к себе... Брюнетка не отнимала своей руки из теплых ладоней, что, не шевелясь, согревали ее озябшие пальцы. Мужчина не произносил ни слова, лишь его взгляд говорил о том, что он внимательно рассматривал лицо спутницы, что, в свою очередь, сжимала крепче челюсть, борясь со смущением и неловкостью. Казалось бы, если вы близки друг другу, знаете друг о друге все, то смущаться просто бессмысленно. Но правда в том, что оба ничего не знали: они лишь на миг стали частью жизней друг друга, расставаясь на куда большее время, чем было проведено вместе. Сейчас каждый стоял на распутье, пытаясь принять верное решение. От осознания собственного незнания жизни и личности Дракона, неспособности облегчить груз его прошлого Сара с силой прикусила внутреннюю сторону щеки — от боли тут же сбежала одинокая слеза. - Хей, это что за слезы? - мужчина большим пальцем свободной руки провел по девичьей щеке, вопросительно взглянув на брюнетку. - Из-за глобального потепления пингвины в опасности... - пробубнила девушка, шмыгнув носом и рывком вытирая мокрую дорожку с лица. - Что? - прыснув, переспросил Вишня, с нескрываемым недоумением рассматривая брюнетку. - Поэтому я плакала. Это же так печально! Мужчина рассмеялся, едва запрокидывая голову назад. Он все еще держал девушку за руку. Глядя на Вишню, Сара сначала тоже начала улыбаться, через несколько секунд подхватывая его звонкий смех, понимая, как хорошо с ним просто хохотать над очередной нелепостью и чепухой. - Как себя чувствуешь? - отсмеявшись, спросил Дракон, отводя за руку девушку в сторону, где недавно ждал ее сам. Сара уже хотела было усесться на широкие перила, как Вишня остановил ее и, взяв свисающий недалеко от них темный пиджак, что в темноте девушка сразу не заметила, расстелил поверх холодного камня. - Простудишься, - пояснил он, ловя вопросительный взгляд синих глаз. - Так что, ты мне ответишь? Удобно устроившись, брюнетка не без иронии отметила: - Это был мой вопрос, - Вишня облокотился руками о перила с боку от Сары, вглядываясь в темноту леса недалеко от особняка. Казалось, что он высматривает того, кто мог прятаться за кроной деревьев, сливаясь с чернотой ночи. - Ты как? Тело мужчины заметно напряглось. Он колебался. Ему так хотелось все рассказать О'Нил: об его семье, о матушке, отце, брате, объяснить, как трудно было отказаться от всего, не зная, что будет потом, как трудно сейчас и, возможно, еще будет потом. И как больно осознавать, что от него отказались намного раньше, чем он ушел. Но голубоглазый не хотел взваливать на брюнетку груз собственных тревог, тяжесть прошлого: это только его история, и все закончилось. С ней он хочет писать новую. Прикрыв на секунду глаза, Вишня повернулся к девушке, стараясь смотреть в сторону и едва заметно улыбаясь. - Паршиво, конечно, врать не буду, - начал он, поднимая взгляд на О'Нил. - Но могло быть и хуже. Сара искренне не понимала, почему он ничего не говорит ей о том, что чувствует. Неужели она до сих пор осталась в его глазах маленькой глупой школьницей, погрязшей в пучине собственных первых чувств и не понимающей всю тяжесть ситуации и положения. Она так отчаянно хочет ему помочь, мечтает оказаться полезной и нужной, а вместо этого становится очередным неприятным рубцом на душе. Сейчас ее чувства могут оказаться лишней заботой для Дракона, что изо дня в день ведет борьбу за собственную жизнь с жестоким и озлобленным миров. Опустив голову вниз, позволяя темным локонам закрыть лицо, она прошептала, обращаясь скорее к самой себе, чем к мужчине. - Извини, у тебя из-за меня одни проблемы. Вишня вздохнул, встав перед девушкой и положив ладони на стройные бедра, ловя уже негодующий взгляд на себе, спокойным голосом продолжил: - У меня проблемы с самого рождения. Моя мать терпит всю жизнь выходки отца, брат ненавидит, в шестнадцать я был вынужден воровать, потом каждый день рисковать собственной шкурой. И все это для того, чтоб просто жить. Я не говорю, что ты причина всех моих проблем, - он беззлобно щелкнул девушку по носу, отчего та недовольно его сморщила. Сара продолжала молча смотрела на Дракона, потирая нос, словно задета была не часть тела, а ее гордость. - Может, ты не знаешь, но я могу ранить человека даже ложкой, - с хитрым прищуром съязвила О'Нил, наблюдая за движениями мужчины, чьи руки медленно перемещались по ее бедрам то вниз, то вверх. По телу разливалось щемящее, почти молящее желание, тугим узлом собирающееся внизу живота. Но голубоглазый, очевидно, не собирался останавливаться. - Я тебя сейчас укушу. Вишня лишь усмехнулся, даже в темноте замечая яркий румянец на щеках девушки. - Почему? - сильные руки чуть крепче сжали бедра брюнетки. - Потому что я делаю так? - он вновь повторил свои действия, получая в ответ сдержанное шипение. - А что будет, если я сделаю так? - Дракон рывком раздвинул девичьи ноги в стороны, вставая между ними. Тело Сары рефлекторно подалось назад, но быстрым движением мужчина притянул девушку за талию к себе, от чего хрупкие ладони уперлись в крепкую грудь. - Перестань, - одними губами прошептала О'Нил, но не позволяя себе сдвинуться хоть на миллиметр и наблюдая, как лицо Вишни начинает неумолимо приближаться. Свободная рука мужчины удобно устроилась на шее девушки, дразнящими движениями перебирая волосы, создавая контраст ощущений от мурашек до щекотки. - Очень неубедительно, Принцесса, - заключил голубоглазый, замечая, как брюнетка медленно прикрывает глаза и приотрывает рот. Усмехнувшись, он добавил: - Теперь я точно не упущу момент. Бывает, что от одного прикосновения пробегает ток, заставляющий все тело в миг содрогнуться, вытянуться и вновь расслабиться, ощущая, как все чувства обостряются до предела. В такие минуты мозг перестает отличать реальность от сна, в кровь выбрасывается настоящий коктейль из гормонов, от чего все чертовы проблемы кажутся ничтожно малыми, незначительными и глупыми. В ушах стоит глухой пульс, который сосредоточился, казалось, не просто в одной точке, а во всем теле, создавая настоящую подкожную вибрацию. Руки девушки медленно поползли по мужской груди, отчего мышцы Дракона напряглись, создавая у О'Нил ощущение собственной хрупкости и слабости. Переместив ладони на шею голубоглазого, Сара чувствовала под пальцами зашкаливающий пульс, который усиливал ее собственное желание. Поцелуй Вишни изначально не был нежным и аккуратным, он брал свое, то, что давно по праву принадлежало ему. Кусая нежные губы, он будто стирал из памяти девушки всех, кто был до него, заполняя все мысли, все чувства, все естество лишь им одним. Язык мужчины нахальным образом проник в рот О'Нил, игриво и чувственно пробегая по каждому миллиметру, дразня, как умеет только он, подстегивая, зазывая принять участие в драконьей игре. Брюнетка уже давно стала соучастницей всех шалостей, поэтому, к собственному удивлению, с полной самоотверженностью повторяла действия мужчины, то и дело пытаясь перехватить инициативу, распаляя. Но Вишня не собирался уступать. Сейчас он одержали победу лишь в одной из предстоящих битв с О'Нил. Рука Дракона переместилась с шеи девушки сначала на плечо, потом на спину и, добравшись до талии, нырнула под мягкую кофту. От обдавшего разгоряченную кожу холодка, Сара на секунду разорвала поцелуй, шумно выдыхая, выгибаясь в спине и запрокидывая голову назад. Мужчина тут же этим воспользовался, оставляя едва заметный укус на шее и тут же проводя горячим языком по красной отметине. - И снова я тебя опередил, Принцесса, - хриплым голосом произнес Вишня, оставляя быстрые поцелуи на щеках и губах девушки. - Счет в мою пользу. Сара усмехнулась, рывком перемещая собственную ладонь к паху мужчины, наскоро проведя игривыми пальцами по характерной выпуклости. - Думаю, стоит пересмотреть счет, - облизнув губы, довольно отметила брюнетка, замечая, как напряглись мужские плечи, и с какой силой Вишня сжал ладонями кожу под ее кофтой. Девушка повторила пару раз плавные движения вверх-вниз, отчего Дракон зашипел, дернув хрупкое тело на себя. - Пощади, Принцесса, - прохрипел он. В глазах голубоглазого читалось желание, которое он едва сдерживал, но то ли чувство ответственности за девушку, то ли собственное представление о том, как все должно случиться, останавливали его. - Согласен на ничью. О'Нил улыбнулась, обняв за шею и быстро чмокнув Дракона в губы. - Ладно, дам тебе фору. Вишня улыбнулся, приобнимая девушку одной рукой, а другой заправляя за ухо темную прядь. Сейчас глядя в горящие желанием глаза, отмечая невинный румянец и ласковую улыбку, он понимал, что ничего до этого не знал о любви. Он даже не догадывался, что можно всепоглощающе хотеть человека, видя лишь его счастливое лицо, чувствуя теплую ладонь в своей руке, замечая взгляд, направленный на тебя, что видит в тебе больше, чем можешь рассмотреть сам. Он вдруг осознал, что желал ее, нуждался в ней еще до того, как смог прикоснуться. На боку неприятно заныла рана, загоняя мужчину вновь в тупик: его жизнь не похожа на идеал. Он видит в О'Нил хрупкую девушку, шрамы которой ни душевные, ни телесные он не может позволить себе нанести. Как все принцессы из сказок, она еще не знает о своем положении и впускает серого волка в свое жилище... И черт возьми, волка это пугает больше, чем заботит принцессу. - Что-то не так? - Сара заметила, как постепенно взгляд голубоглазого потухал, становясь все более задумчивым и отстраненным. Отчасти она знала, в чем дело: они оба понимали. - Я тоже Дракон, Вишня. И я сделала этот выбор сама, поэтому, пожалуйста, - брюнетка провела подушечками пальцев по щеке мужчины, взглядом следя за движением собственных пальцев. - Не надо меня отталкивать в надежде защитить. Я справлюсь, правда, - он молча наблюдал за ней, едва сведя брови. Казалось, ему втройне тяжелее сейчас принять решение остаться, чем было раньше решиться уйти из родного дома. - Знаешь, что самое сложное в профессии врача? - начала Сара, перебирая выбивающиеся темные кудри на затылке Вишни. - Это когда у тебя есть и умения, и желание, но ты не можешь спасти чью-то жизнь. В мире гораздо больше людей, которых я не смогу спасти, чем тех, кого смогу... Болезнь можно вылечить, только когда этого хочет пациент. Доктор только помогает бороться с болезнью. Но борются с болезнью на самом деле пациенты. В то время, когда ты пытался выжить, ты сам себя спасал. Не Драконы, никто-либо другой, а только твоя воля к жизни смогла помочь, - девушка уверенно взглянула в любимые голубые глаза, стараясь одним взглядом внушить уверенность в правдивости собственных слов. - И моя воля быть с тобой такая же. Это мой выбор... Ты — мой выбор. Замолчав, Сара выжидающе смотрела на мужчину, что не сводил с нее напряженного, не моргающего взгляда. Брюнетка прикусила губу: в душе начало появляться чувство, что она могла сказать лишнее, слишком в лоб или слишком рано. Ей хотелось говорить искренне, прямо, но она больше всего опасалась, что ее слова будут восприняты голубоглазым, как мимолетное, бурное, но кратковременное проявление эмоций, чем отличаются девушки ее возраста. Вечный камень преткновения, возвращающий на землю. Вздохнув, О'Нил уже открыла рот, готовясь перевести тему, как Вишня аккуратно обвил ее талию руками, притянув к себе. Ласковым котом положив подбородок ей на плечо и обнимая чуть крепче, он шумно выдохнул, расслабляя плечи. В его объятиях было так спокойно, тепло и удобно, будто ее тело создано специально для него, для его рук. Попытки что-либо объяснить, пояснить или уточнить сейчас были настолько лишними и странными, как снег в пустыне: быть может, но совершенно не нужно. - Знаешь, о чем я вспомнил? - шепотом заговорил Вишня, улыбнувшись, ощущая, как маленькие ладошки устроились на его спине. - Ту ночь на вокзале, - О'Нил ощутимо вздрогнула. - Я ведь и правда думал, что вижу тебя в последний раз. - Ты сейчас рискуешь получить подзатыльник от меня, - пробурчала девушка, уткнувшись носом в мужское плечо. - Не люблю вспоминать о том времени. - Правда? А мне нравится думать о нем. Помогает держаться и помнить о том, что мне дали еще один шанс. Сара чуть отстранилась от Дракона, вопросительно заглянув в глаза. - Шанс на что? Вишня аккуратно провел ладонью по темным волосам девушки, заправляя длинные локоны за ухо, едва касаясь подушечками пальцев щеки, и наскоро провел по припухшим, налившимся красным от поцелуя губам. - Шанс сделать на этот раз все правильно. О'Нил нахмурилась. Слишком часто Дракон отвечал на ее вопросы загадками, что заставляло ее вновь и вновь расшифровывать значение каждого произнесенного им слова. С самого начала их общения он говорил о тех вещах, значение которых были понятны только ему одному, словно проверяя, догадается ли брюнетка об их истинном смысле. Сейчас же его ответ зарождал еще больше вопросов, ответы на которые Сара пока знать не хотела. - Знаешь, что я хочу сделать первым делом после окончания практики? Набрать полную ванну горячей воды и нырнуть в нее, - мечтательно протянула девушка, прикрыв глаза. Ей казалось, что от всех внешних переживаний тело вскоре уже не будет в состоянии нормально функционировать. Мужчина же усмехнулся на ее слова, чмокнув брюнетку в губы и упиваясь порцией девичьего недоумения и смущения, добавил: - А я теперь хочу на это посмотреть. Сара хлопнула Вишню по спине, сомкнув губы в одну линию и стараясь сдержать улыбку. Сейчас уже ни одно ее желание или картинка в голове не обходится без участия курчавого. Будто он всегда был частью ее будущего. В ночной тишине зазвонил телефон. Одной рукой Дракон вынул его из кармана, другой же не выпуская девушку из объятий. Разговор оказался настолько коротким, что голубоглазый даже не произнес ни единого слова. Лишь его лицо стало серьезным, а черты лица заострились от напряжения. Через несколько секунд нажав на «отбой» и убрав технику обратно в карман, Вишня тяжело вздохнул. Повернувшись к брюнетке, он хотел было уже начать объясняться, как Сара первой начала разговор: - Тебе нужно идти, - констатировала она, улыбнувшись и отвечая тут же на вопросительный взгляд мужчины. - Я заметила имя Аарона на дисплее. О'Нил понимала. Понимала больше, чем мог предположить кто-либо из Драконов. Еще не успев столкнуться в полной мере со всеми ужасами жизни группировки, она осознавала, как может быть тяжело. Будучи в Балтиморе, не было ни дня, чтоб брюнетка не думала, не представляла свою роль и судьбу в банде, не анализировала их деятельность, мысленно создавая ситуации и ища оптимальные им решения. Как бы сильно не отличались ее фантазии от реальности, она уже готова принять их и жизнь каждого из драконьей семьи. - Я вернусь быстрее, чем ты успеешь сказать «вишневый пирог». Сара улыбнулась, высвобождаясь из теплых объятий и вставая на ноги, наблюдая за тем, как мужчина надел пиджак, поправил темные кудри, упавшие на лицо, и направился к мотоциклу, припаркованному сбоку от крыльца особняка. Девушка медленно следовала за Драконом, жадно ловя каждое его движение и скрестив руки на груди. Без голубоглазого было как-то особенно холодно, неуютно и темно. Усевшись на мотоцикл и взяв в руки шлем, Вишня еще раз взглянул на О'Нил, улыбающуюся ему на прощание, и внутри него начали зарождаться те жгучая тоска и тревога, не покидавшие его с злополучной ночи, когда он почти полчаса наблюдал за пустым перроном, откуда отправился поезд, увозя брюнетку все дальше. Стоя в стороне, у самых ступеней и не находя сил приблизиться, девушка помахала голубоглазому, следя за тем, как быстро удаляется его фигура, сливаясь с темнотой вокруг. Прижав дрожащие руки к груди, Сара прикусила губу, не позволяя страху и беспокойству взять вверх. Что-то не давало ей покоя. Дрожащим от эмоций и холода голосом она произнесла слова, потерявшиеся в густоте ночи: - Вишневый пирог... - И что же ты, - парень на секунду запнулся, подбирая слова.- Бросаешь меня? - В чем дело? Будешь скучать? - Сара старалась говорить ровно и спокойно, хотя осознание, что сейчас она должна попрощаться с Драконом, грозилось заставить голос предательски задрожать. - Конечно, - без лишних слов отметил Вишня, сведя брови, будто сетуя на девичью недогадливость. Внутри О'Нил все похолодело: казалось, что сейчас начала сбываться главная, самая заветная и трепетная мечта. Но рассудок подсказывал, что она сжимает в руке билет на поезд, что через считанные минуты увезет ее в другой город. Город, где не будет Его. - Уверена, другие девушки развлекут тебя, - ядовитее, чем хотела, заметила Сара, отводя взгляд в сторону и прикусив губу. Более нелепого ответа нельзя было придумать. Но в душе юной девушки внутренние демоны кричали и вопили о том, что не будет взрослый парень водиться и нянчиться с ней, такой маленькой, глупой трусихой, что в словах его при любом раскладе найдется фальшь и обман. Но кто из них двоих больше обманывает Сару: Вишня или она сама? Парень пренебрежительно махнул рукой, обходя мотоцикл. - Да, конечно, - курчавый прикусил нижнюю губу, будто эти слова были далеки от того, что на самом деле он хотел сказать. Однако его голос не дрогнул. - Но, если бы они, например, уехали, вряд ли бы я о них вспоминал. Вишня встал перед О'Нил, оперевшись руками на мотоцикл по обе стороны от брюнетки. Его голубые глаза теперь были на одном уровне с темно-синими зеркалами, так испуганно и нежно следящими за его движениями. Он чуть сильнее сжал ладони. - А мы с тобой успели... - Дракон уничтожил еще один сантиметр между лицом Сары и своим. - Подружиться, - на выходе произнес он. Брюнетка лишь кивнула, борясь с роем мурашек, возникших от ощущения его дыхания на своей коже, аромата его парфюма, искать который будет по всему Балтимору, и назойливым желанием наклониться вперед еще ближе... Но ей было страшно. Невыносимо страшно понять парня неправильно, стать обузой для него, еще одной трудностью. Страшно оказаться ненужной. Страх начал окутывать ее сознание, сотрясая мелкой дрожью все тело. Вишня заметил, что что-то не так, и поспешно отстранился, неловко потирая руки. Он мысленно ругал себя за торопливость, за нетерпение и настойчивость. С ней ему было сложно. Сложно, потому что она отличалась от девушек до нее: брюнетка была нежнее, внимательнее и боязливее. Возможно, виной всему были отсутствие опыта и ее возраст. Или его? Дракон все чаще думал об этом. Он не хотел свалиться огромной проблемой на голову школьнице, распевая песни о собственных чувствах, но не давая никаких гарантий о будущем счастье. Черт, да будь он сам девушкой, сбежал бы при первой возможности. А она... Снова бежит ему навстречу. - Прости, не хотел тебя пугать, - поспешно начал он, но хрупкая ладошка крепко удержала его руку, и девушка отрицательно замотала головой. В девичьем взгляде читалась больше вины, чем страха. Этот факт до одурения быстро сводил парня с ума. Он решил, что скажет ей всё, признается, намекнет: скажет не прямо, аккуратно, осторожно так, что только она смогла бы понять. - Будь умничкой. Не позволяй мальчикам запудривать тебе мозги. Вишня погладил Сару по волосам и прижал к себе. Девушка крепко обняла курчавого за талию, вслушиваясь в учащенное сердцебиение. Вот только точно сказать, кому оно принадлежит, она не могла: в голове стоял шум, в глазах — искры, ладони потели, а в груди жгло. Она не могла понять, услышала ли она те самые слова от Дракона или только вложила в них смысл, который так давно искала. В надежде на подсказку, О'Нил подняла голову, чтобы увидеть голубые глаза, что не умели врать. Только не ей. Но то ли случайно, то ли намеренно брюнетка ощутила теплые губы, согревающие, казалось, все ее тело. Вишня не углублял поцелуй, лишь аккуратно позволил девушке удлинить его, целуя сначала верхнюю, затем нижнюю губу, иногда бегло проводя по нежной коже языком. Он готов был сгрести ее в охапку и увезти как можно дальше, чтоб всегда так целовать только ее, чтоб она так крепко сжимала только его куртку, чтоб повторяла только за ним. Чтоб училась только с ним. Загудел поезд. На этом и закончилась их маленькая история. Сара все еще сжимала рукава кожанки Дракона, приподнимаясь на носочки, не позволяя Вишне прервать поцелуй, на что он вновь наклонялся вперед, лишь на долю секунды отстраняясь от девушки, позволяя обоим вздохнуть. Послышался повторный гул. На этот раз курчавый остановился, обхватывая заалевшие девичьи щеки ладонями и целуя в раскрасневшийся нос. Нужно остановиться сейчас, иначе все, от чего Вишня так стремится ее уберечь, окажется неизбежным, сейчас он и так позволил себе больше. Теперь ее образ, теплота губ и ладоней прочно въелись в его подсознание. - Пока, Принцесса, - Дракон постарался улыбнуться, как можно легче и кокетливее, будто недавний поцелуй был прощальным подарком, на подобии фарфоровой фигурки или сувенира. Курчавый видел, как недоуменно О'Нил наблюдала за ним, когда он надевал шлем, садился на байк и махал на прощание. Она же одними губами прошептала последнее «Пока», что в его голове гремело оглушительным криком. Сара помахала в ответ, все еще наблюдая за удаляющейся фигурой, Дракон кожей чувствовал ее взгляд. Прощальный поцелуй, даже дружеский, ничего больше. Только вот, кто больше хотел себя в этом убедить: сбежавшая школьница или признавшийся в чувствах бандит? Выехав за пределы вокзала, Вишня свернул с главной дороги, откуда открывался вид на перрон и уже успевший тронуться поезд. Сняв шлем, он облокотился о руль мотоцикла, наблюдая за тем, как вагоны сменяют друг друга, превращаясь одну сплошную змею, уносящуюся прочь. - Только не грусти, Принцесса, - произнес Дракон, выпуская клуб теплого пара в морозную ночь. - Может, это и к лучшему, - повторял Вишня, еще полчаса наблюдая за пустующим перроном и пытаясь убедить себя в том, что действительно поступил правильно.