Дом там, где ты

Настоящее Дилюка не было всего пару недель и когда он вернулся поздно ночью, то надеялся увидеть Олберича на винокурне. Все же они сейчас жили вместе, так что увидеть рыцаря спящего в кровати как минимум было бы приятно. Но каково же было его удивление, когда проснувшаяся Аделина сообщила хозяину, что сэр Кэйа заходил пару раз, но никогда не оставался ночевать. Она вежливо интересовалась, может его что то не устраивает, на что тот, с улыбкой отвечал, что работа не ждет. Рагнавиндр слегка нахмурился и решил не откладывать надолго выяснение, что же это за работа и почему она длилась уже вторую неделю. Капитан кавалерии нашелся сидящим на бордюре фонтана. В его руках наблюдалась бутылка, а сам он видимо перебрал, потому что сфокусировал свой взгляд на Дилюке далеко не сразу. Если это была та самая работа — Рагнавиндр собирался её пресечь как можно скорее. — Кэйа, — он медленно приближался к рыцарю. Тот попытался встать, но ноги его не удержали и он рухнул спиной в фонтан. Дилюк поспешил вытащить горе-утопленника, а тот лишь тихо смеялся, не спеша помогать ему в этом деле. Наоборот, свободной от бутылки рукой, он схватил Рагнавиндра за грудки и притянул к себе, жадно целуя. Дилюк не мешал ему, отвечая и с трудом подавил возникшее от воды вокруг и от привкуса алкоголя на губах, раздражение. Все же оторвавшись от пьяни, он помог ему выбраться из фонтана, вновь усадив на бордюр. Тот продолжал улыбаться как счастливый идиот. И вот что с таким делать?..  — Я надеялся найти тебя дома, а не пьяным в фонтане. Почему ты не жил эти дни на винокурне? — Дилюк чуть слышно вздохнул, — это и твой дом тоже. — Неа, — рука с бутылкой снова оказалась у лица Кэйи и тот сделал глоток, — дом там, где братик. Без братика это просто… пристанище? — он, кажется, задумался о смысле сказанной фразы. Дилюк немного удивленно посмотрел на рыцаря. — Тем более я не хотел там никого пугать, уж больно все впечатлительные… Дилюк чуть слышно вздохнул. Значит снова снились сны, чего следовало ожидать. Вряд ли они исчезнут сами по себе, если преследуют Олберича уже достаточно длительное время. Зато теперь становилась понятна причина неожиданного запоя. Раздражение окончательно ушло на второй план, уступая место беспокойству. Будто прочитав мысли Дилюка, Кэйа тут же отрапортовал. — Я спал и почти не напивался. Точно не каждый день, но кто знает, что приснится сегодня, — он улыбнулся, прижимаясь к Рагнавиндру и утыкаясь лбом в его живот. Дилюк мягко провел рукой по мокрым волосам, будто желая успокоить и судя по довольно сопению у него это неплохо получалось. — Пойдем, — тихо проговорил Дилюк, но не спешил поднимать рыцаря с места. Тот выглядел таким умиротворенным, что даже забыл про бутылку, выронив её из рук. — Может братик меня донесет? — практически промурчал он, повиснув на Дилюке и все еще не собираясь особо менять свое положение тела. Рыцарь не ожидал, что Рагнавиндр буквально воспримет данное предложение и подхватит Кэйю на руки. Тот что-то пробурчал, сам до конца не понимая, понравилось ему, что братец такой послушный или наоборот слегка раздражает. И все же он решил расслабиться и получать удовольствие от ситуации. Закрыв глаза, обхватив Дилюка за шею и что-то умиротворенно мурлыкая себе под нос. Ранавиндр же в который раз напоминал себе про собственную силу воли и про то, что с пьяным Олберичем связываться иногда себе дороже. И все же иногда в этом было что-то крайне умилительное. *** То, что с Кэйей что-то происходило можно было заметить невооруженным глазом. Вот даже сейчас, он изучал список «заданий», мягко проводя пальцем по пергаменту и немного хмурясь. Дилюк стоял рядом, ожидая вердикта и немного напряженно следя за рыцарем. Кажется он вообще ушёл слишком далеко в себя или в свои размышления. Стоило его вернуть как можно скорее и все же что то останавливало Рагнавиндра, поэтому он ждал финального вердикта со стороны брата. — Ты прав, список снова изменился, кроме нескольких пунктов, — все же произнес Олберич, откладывая его слегка в сторону. Дилюк не долго думая снова присвоил его себе, не желая провоцировать рыцаря в очередной раз. Когда тот долго изучал этот список, то будто потихоньку переставал соображать и уходил куда-то вникуда. Дилюку это не нравилось. Кэйе тоже, но в отличие от брата он не замечал этого ухода и не говорил о том, что с ним происходило в эти моменты. Просто зависал и все. — Давай прекратим его выполнять? — с тихим вздохом проговорил рыцарь, — мое нынешнее состояние не такое уж и плохое, беззащитным я явно быть перестал, а все остальное… можно привыкнуть. Обжиться. Свою работу выполнять я смогу в той же мере, что и раньше, — они уже это проверили. Дилюк не всегда мог находится рядом — они уже вновь разлучались на пару недель, когда Олберичу пришлось отправится на зачистку. И как всегда он решил это сделать в гордом одиночестве, не желая брать очередную обузу с собой. В целом — все прошло удачно и не считая нескольких глубоких порезов. Тяжелых ран на нём не наблюдалось. — Все же я считаю, что нужно обратится к кому-нибудь более… разбирающемуся в этой теме, — признал Дилюк. Он и сам искал информацию по своим источникам, но ничего путного не нашёл. Откуда братец умудрился откопать такое проклятье знал разве что он сам, только вот особо не распространялся, что тоже несколько раздражало. Но зная Олберича и его привычку умалчивать некоторую информацию приходилось действовать или хитростью или прижимать к стенке и выпытывать. От второго варианта Дилюка пока останавливало лишь то, что он беспокоился о состоянии брата — идиота и не хотел сделать еще хуже. — Альбедо? Можно поговорить с ним, — немного задумчиво предположил Кэйа, — ну или еще вариант — Дайнслейф, но у меня есть смутные сомнения, что это хорошая идея. Он ещё более мутный тип, чем все фатуи Мондштата вместе взятые. От них хоть понятно, что ждать, а от него — нет. Дилюк задумался. Сам лично он не видел этого типа, но по рассказам Кэйи он бы ему не понравился. Держа эту мысль в голове, Рагнавиндр прикидывал все возможные последствия такой встречи. Все сводилось к тому, что ему ее придется проводить самому. Без вмешательства Олберича. Возможно, даже без его ведома. — Сначала попробуем поговорить с алхимиком, — все же сказал Дилюк, собираясь. Кэйа лишь слегка улыбнулся, готовый последовать за братом хоть к черту лысому. *** — Боюсь, я мало чем смогу помочь, — Альбедо не стал брать список в руки, изучая его лишь со стола, как попросил капитан кавалерии. Тот все это время рассматривал стеллаж с какими то зельями, и все же обратил внимание на алхимика, стоило тому начать говорить. — Внешне он мало чем отличается от обычной бумаги, или скорее папируса. Но вот его…сила. Если он действительно связан с сэром Кейей, возможно ощущается его сила и ничего иного. Может я все же могу взять его в руки, чтобы рассмотреть более детально? — спросил он у Олберича. Тот вздохнул, прикрывая глаза и, стараясь говорить как можно невозмутимее, пояснил. — Когда он в чужих руках — меня будто изнутри иголками колет. Не больно, но неприятно, — Олберич заметил, что Дилюк от этой фразы слегка нахмурился и сложил руки на груди. Его однозначно раздражала скрытность капитана кавалерии, особенно в таких вопросах. — А в руках мастера Дилюка? — решил уточнить Альбедо, после того, как вновь пробежался взглядом по списку. — По началу было так же, но потом прошло, — Кэйа вздохнул. Об этом он забыл как-то упомянуть и увидел как его теперь сверлил взглядом брат. — Прости, я не подумал, что это важно… —О чем ты ещё не подумал? — в голосе послышалась угроза. Он приблизился к Кэйе, смотря не отрываясь и ожидая продолжения откровений. Увы, их не последовало, что и требовалось ожидать. — Считаю, что все же стоит проверить, что будет, если я возьму его в руки, -теперь Дилюк не был согласен с этой идеей. Он хотел было остановить алхимика, но Кэйа тихо произнес: — Бери, — и посмотрел на брата. Кажется, что хмурое выражение лица в последнее время стало постоянной маской Рагнавиндра. Дилюк не понимал, что происходит в темной голове рыцаря, но иногда пускал все на самотек, уверенный, что в случае чего всегда успеет и сможет помочь. Кэйа же наблюдал за Альбедо, как тот взял список, готовый в случае чего тут же вернуть его на место. Но ничего не произошло — рыцарь все так же стоял, наблюдая. Лишь только стал выглядеть куда напряженнее. Дилюку показалось знакомым выражение глаз брата — тогда, на пике, он был точно таким же. Напряженным и готовым к действиям. — Альбедо, положи, — собственный голос показался Дилюку слишком громким. Алхимик и сам заметил реакцию Кэйи и послушно выполнил просьбу, теперь наблюдая именно за рыцарем. Тот замер как истукан, смотря на список с какой-то тоской и ненавистью одновременно. — Кэйа, — Дилюк положил руку на плечо брата, привлекая внимание, — ты меня слышишь? — тот никак не реагировал на внешний раздражитель. Лишь только когда Альбедо подошел ближе, в глазах рыцаря возник гнев и он резко вскинул руку и подался вперед, будто желая схватить алхимика за шею и придушить. Дилюк не дал ему это сделать, поймав за запястье и прижимая к себе. Альбедо же продолжал смотреть с присущим ему спокойствием и интересом, не спеша задавать вопросы и позволяя Олберичу прийти в себя. Тот обмяк в руках брата, но довольно быстро попытался прийти в себя, слегка отдаляясь, несмотря на то, что отпускать из объятий его не хотели. — На сегодня закончим, — Альбедо не стал спорить с Дилюком, наблюдая как тот забирает список и убирает его куда-то под плащ. Кэйа же все еще продолжал пребывать в некой прострации даже как-то излишне послушно последовал за Рагнавиндром. — Братец, все в порядке, я уже пришел в себя, — через какое-то время сказал Кэйа, улыбнувшись своей привычной, легкой улыбкой. Рагнавиндр резко остановился, повернувшись лицом к рыцарю и спокойно, но с холодом в голосе проговорил. — Нет, не в порядке. Что еще ты скрыл от меня? — Олберич слегка понуро опустил взгляд, стараясь подобрать слова как можно более мягче. Сделать это получалось с трудом. Отчасти он ощущал себя слегка виноватым, но ничего не мог поделать с дурной привычкой держать все при себе. — Я не скрывал… — Ты просто не договаривал, я в курсе, — в голосе сочился сарказм. Дилюк подошел вплотную, заставляя рыцаря отступить к стенке и буквально прожигая его взглядом, — ты сам пришел и попросил о помощи, сам признался в том, что тебе снится, а теперь снова что-то недоговариваешь? Тебе не надоело? — Рагнавиндр понимал, что больше всего на свете его раздражают как раз вот эти недоговоренности, которыми так любил жонглировать капитан кавалерии. — Ты должен рассказать мне все, от начала до конца, без утаек и сложных слов. Просто. По факту, — Дилюк буквально навис над братом, не позволяя увильнуть. Не в этот раз. — Может, хотя бы сменим место?.. — Кэйа продолжал улыбаться, ощущая себя загнанным в угол как в прямом, так и в переносном смысле. — Нет, — коротко отчеканил Рагнавиндр, — я итак в шаге от того, чтобы запереть тебя на винокурне и не позволять высовывать оттуда носа, пока не станет понятно, что с тобой происходит, — Кэйа снова не смог спрятать улыбку. С одной стороны ему нравилось, когда брат был таким суровым и готовым к действиям. С другой стороны — это немного пугало, потому что он мог поступить так как говорил. — А братик-то затейник~ — Не увиливай и говори, — Олберич чуть слышно вздохнул, прикрывая глаза и стараясь припомнить, с чего все началось. — Я не могу объяснить, откуда появилось проклятие, так как я не помню, — начал свою исповедь рыцарь под тяжелый взглядом Дилюка, — просто я проснулся, а у меня на груди этот список и там была надпись, что мол, вперед, на подвиги, пока не сделаешь — будешь беззащитнее ребека. Я не поверил, но убедился на собственном опыте. Долго думал, как поступить, пошел к тебе, ну а потом ты все знаешь сам. А список ты сам у меня забрал, после того, как я его чуть не потерял. И ты не спрашивал, что я при этом испытывал, со временем это ощущение прошло и я думал, что все хорошо. Когда же ты уезжал, он случайно оказался у Аделины и я понял, что это реакция на любого человека, к которому он попадает…- Дилюк едва подавил вздох. — Как он оказался у нее? — пусть он и догадывался, все же хотел услышать это из уст брата. — Я его потерял. Ты это хотел услышать? — улыбка так и бродила по лицу рыцаря. Рагнавиндр все же не выдержал и вздохнул, потерев глаза и в очередной раз напомнив себе, что любит этого оболтуса, а следовательно сажать его на цепь под присмотр — дело не очень хорошее. Хотя бы потому, что взаперти Олберич быстро чахнет и начинает чувствовать себя еще хуже. Сделает еще какую-нибудь глупость, а потом разбирайся с этим. — Что с этим делать яснее не стало, — признал Дилюк, задумавшись. Кэйа решил воспользоваться моментом, чтобы выбраться из своей западни и прижался к Рагнавиндру, ощущая исходящее от нее тепло и легкий холод от списка. — Как всегда, братец — искать способы выжить в нашем бренном мире, — улыбка все еще бродила по лицу рыцаря, особенно после того, как его мягко поцеловали в волосы. Дилюк явно задумался о чем-то своем и Кэйе не сильно хотелось ему мешать. Он так разнежился в чужих объятьях, что не заметил, как его сознание куда-то уплыло. Когда он открыл глаза, то на него смотрели обеспокоенные глаза брата и он стоял уже в некотором отдалении. Более того — они были уже не в Мондштаде, а где-то в лесу. В его руках был меч и тот был в крови. Рыцарь испуганно отшатнулся, а Дилюк тут же оказался перед ним, хватая за грудки и притягивая к себе ближе. — Что ты творишь? — только и спросил он, обеспокоенно изучая брата. Олберич и сам был бы рад ответить, только вот не знал, что. — Я… я кого-то убил? — в голове была каша, а во рту ощущался привкус крови. Его тоже кто-то ранил? Что все же произошло? — мы с тобой шли от Альбедо и я чуть не уснул у тебя в руках, а теперь мы здесь, — в голосе слышалось потрясение. Дилюк смотрел на брата не менее испуганно, но в отличие от рыцаря он лучше контролировал себя и не позволял эмоциям взять вверх. — Это было два дня назад, мы вернулись на винокурню и сутки провели в доме, изучая литературу. Потом ты уснул и я оставил тебя на какое-то время, а когда пришел проверить — тебя и след простыл. Когда я тебя нашел, ты был тут, вооружен и явно с кем-то сражался. Но в последние дни вокруг спокойно, я не знаю, кого и где ты нашел, — чем дольше говорил Дилюк, тем сильнее начинала болеть голова у Кэйи. Он вздохнул, касаясь висков и хмурясь. Рагнавиндр же пожалел, что тогда не исполнил свое желание про цепь. Теперь одной проблемой стало больше. *** — Это кровь кабана, ничего критичного. Сам сэр Кэйа цел, но судя по всему с его сознанием что-то не так, — лекарь говорила вполголоса, чтобы не разбудить пациента. Она дала ему макового настоя и теперь беседовала с мастером Дилюком, что пригласил ее. Ей заплатили немаленькую сумму, чтобы никакая информация не покинула эту комнату, хоть она и уверяла, что итак никому ничего не расскажет. — Спасибо вам, — коротко сказал Рагнавиндр, провожая гостью, — что может послужить причиной для такого поведения? — спросил все же он, понимая, что данная ситуация вряд ли подходила под какой-то стандартный случай. — Причин довольно много, но пока рано делать выводы. Приглядите за ним, если что, пошлите за мной и я сразу приду. Я бы тоже хотела помочь ему, — лекарь поклонилась, покидая винокурню. Дилюк же вернулся в комнату, сев на край кровати и мягко поправляя одеяло на брате. В голове не было ни одной дельной мысли, как поступить дальше. Снова отправляться в библиотеку? Подключить к этому делу еще больше людей? Приковать Кэйю к кровати, чтобы не натворил дел? Сложно удержать такого неугомонного человека как Олберича, но сейчас хотелось это сделать как никогда. Чтобы тот не навредил в первую очередь себе. Также стоило узнать, не произошло ли в ближайших местах резни несчастных животных и не было ли свидетелей. В случае чего, с ними стоило поговорить в первую очередь. Мысли продолжали роиться в голове, мешая. Дилюк прилег подле брата, мягко обнимая кокон со спины и вздыхая. Ближайшие дни явно обещали быть веселыми. *** Следующий подобный приступ произошел при Дилюке. Они сидели в библиотеке, в очередной раз пролистывая какой-то трактат в надежде найти хоть какую-нибудь полезную информацию. Казалось, что ее просто не существовало, но надежда умирает последней. Кэйа зевнул, потягиваясь и явно намекая на то, что он устал. Рагнавиндр хотел предложить остановится на сегодня, но почувствовал какую-то странную перемену в брате. Он замер, смотря куда-то перед собой, затем поднялся и собираясь уходить. — Кэйа? — Дилюк поднялся следом, привлекая внимание. Ноль реакции. Его нагло игнорировали. — Кэйа, — Рагнавиндр направился следом за рыцарем, поймав его за руку. В этот раз капитан кавалерии среагировал молниеносно — призвал оружие, замахиваясь на брата и будто желая отрубить тому руку. Дилюк отступил назад, наблюдая за Олберичем и решая, как ему поступить. Но Кэйа решил сам — он готов был напасть на Рагнавиндра, но запнулся об стул и растянулся на полу. Пару секунд не подавал признаков жизни. Когда Дилюк уже было решил, что рыцарь нелепо напоролся на собственный меч, тот тихо произнес. — У меня столько вариантов, почему я лицезрею перед своим лицом ворс ковра… самый приятный — я уснул и упал со стула. Какова вероятность, что это он? — Дилюк какое-то время молчал, помогая лежачему подняться. Тот выглядел рассеянным, но явно был в себе. — Я что-то успел натворить? — с опаской уточнил рыцарь. — Нет, только попытался, — Дилюк задумчиво смотрел на брата, пытаясь решить, как же лучше поступить сейчас. Тот казался измученным и было видно, что в его голове бродят мысли одна другой краше. — Давай не будем сейчас об этом, тебе следует отдохнуть, — предложил Дилюк, собираясь увести Кэйю в комнату. Однако он не шевельнулся, подняв глаза на Рагнавиндра и тихо произнес. — Я немного опасаюсь отдыхать, — он усмехнулся, запустив руку в собственные волосы, разлохматив их, — приступы начинаются как раз в момент моего несознания. Сон, усталость и все — я иду творить произвол. Понять бы, куда я хочу пойти, — Дилюк мягко притянул его к себе, обнимая. Он желал успокоить Кэйю, как-нибудь приободрить, но не знал как. Единственное, что он мог сейчас сделать — это быть рядом. — Если хочешь — можем в следующий раз проследить. Я не дам тебе натворить дел, — Олберич усмехнулся, уткнувшись носом в плечо брата. — Если честно, я бы не хотел, чтобы это вообще ещё хоть раз повторилось, — объятья Рагнавиндра успокаивали. Сознание снова напомнило о усталости и готово было отправиться в отдых, но Кэйа не позволил, встряхнувшись и скидывая оцепенение. — Ты меня убаюкиваешь, — проговорил он с обвинением в голосе и даже ткнул пальцем в грудь Дилюка. — Это не повод доводить себя. От усталости так же можно потерять сознание, немного отдыха не помешает, — Кэйа все же смирился с тем, что брата ему не переубедить. Он послушно направился следом, кинув взгляд в сторону собственного отражения в зеркале. Оно и правда его не порадовало.