Случилось так

Арсений наконец то просыпается на своей мягкой удобной кровати, а не ебучем продувающим матрасе. Перед последней ночью они благополучно проткнули его, когда Шастун с разбегу прыгнул, забыв достать из кармана ключи. Приходилось по очереди вставать и подкачивать, чтобы не спать на камнях и домой они возвращались чуть ли не ползком.  Попов не мог нарадоваться своей уютной квартирой, вкусной едой, приготовленной мамой и остальными благами в виде нормального душа, сральника, хорошего интернета и тому подобное, но и по времяпрепровождению на природе с друзьями скучал. Ведь если бы он настоял на своем и не поехал, то их взаимоотношения с Антоном так и не сдвинулись. Хотя, может они друг другу по судьбе и в любом случае их ждало примирение, жаркие поцелуи и счастливая совместная жизнь? Но смысла об этом размышлять не было, все шло своим чередом, что доставляло брюнету спокойствие и уверенность в их чувствах друг к другу.  Вообще, на протяжении этих трех дней они разговаривали о произошедшем очень, даже чересчур, много. Шастун то и дело извинялся и тысячу раз рассказывал, как сильно ошибся, оттолкнув его. Голубоглазый даже не задумывался о том, каким его друг может быть робким, особенно если дело касается их двоих. То, как искренне он переживал и волновался за него, как застенчиво клал свои руки на бедра Арсению и нежно целовал, наверное, навсегда останутся в памяти. Это все так будоражило, такой спектр событий за короткий срок буквально накрыли Арсения с головой и вот он уже как пятиклассница ждет сообщения от старшеклассника-красавчика. И оно приходит: Есения Михайлова  Привет, проснулся?  Но совсем не от того, от кого хотелось бы. Попов не мог не заметить какое-то слишком странное поведение Еси: то она липнет как банный лист, то отстраняется как от огня. Он не особо радовался ее резким приливам непонятных чувств и не обращал внимание на такое же резкое замолкание. Да, он ответил девушке в ту ночь, чтобы позлить Антона, но эти прикосновения и общение было чем то мимолетным и вроде бы она не слишком возникала из за этого. Он в принципе не смотрел на блондинку, как на потенциальную партнершу. Толи из за того что он, как оказалось, пидорас еще тот, толи в целом из за вкусовых предпочтений, в которые она не вписывалась. 

Арсений Попов

Привет, да.

Есения Михайлова  Не хочешь придти ко мне?  Арсений вылупился на телефон с открытым чатом, будто видит его впервые. Они конечно познакомились, пообщались, но недостаточно, чтобы считать друг друга друзьями, да такими, что можно было бы по гостям ходить. 

Арсений Попов

Не хочу, если честно.

У меня были другие планы.

Есения Михайлова  Арс, мне плохо…некому даже высказаться =(  Попов никогда не был хорошим собеседником, особенно в таких ситуациях, особенно с малознакомыми людьми. С чего вообще блондинка взяла, что брюнет горит желанием выслушивать чужие проблемы? Особенно её. Но новое сообщение заставило передумать. Есения Михайлова Знаешь, мне кажется, что я больше не хочу жить. Откуда у нее вообще появились такие мысли в три часа дня? Обычно же страдают ночью или на крайняк вечером. Делать нечего. Все таки он не мразь какая нибудь, по крайней мере не считал себя таковым. 

***

Спустя полтора часа Арсений уже стоял на пороге квартиры девушки. Помещение было довольно светлым и уютным: много напольных ламп, длинный коридор, белый мраморный пол и обои в постельных тонах. Было видно: девушка или, если быть точнее, ее родители, не бедствуют. Блондинка, встретив друга, сразу подхватила его под локоть и повела в свою комнату.  – Еся, что происходит? – Попов покорно прошел за подругой, оглядывая небольшую комнатку с кроватью, шкафом и письменным столом, на которой стояла бутылка дешевой водки. Половины, кстати, уже не было.  – Давай выпьем? – Михайлова взяла алкоголь и села на кровать, свободной рукой хлопая рядом, приглашая парня сесть, – Я с родителями поругалась.  Девушка сделала максимально грустное лицо. Не зря ходила на кружок актерского мастерства, правда это было больше десяти лет назад, но знания то пригодились. Суть первой части ее плана была непонятна и ничего лучше импровизации она не придумала. Главным для нее было либо вывести брюнета на эмоции, чувства, а главное, страсть, либо действовать не спрашивая. Да и не поленилась, попросила знакомую купить алкоголь, так ведь легче признаться в чувствах и ожидать взаимности, когда оба пьяные?  – И из за этого ты решила, что не хочешь жить? – Арсений наблюдал, как Еся открывает крышку и берет с подоконника пачку сока. Такое чувство, что это все - какая то неудачная шутка, на столько была некомфортная, давящая атмосфера. В груди все сжималось, завязывался неприятный ком и вызывало сильное волнение, будто вот-вот должно случиться что то плохое.  – Нет, не из за этого, – Девушка сделала небольшой глоток с горла и сразу запила соком, поморщив нос, – Сень, хочу с тобой поговорить.  – Не называй меня Сеней, – Попов уже несколько раз пожалел, что не проигнорировал сообщение подруги. Да, было бы неправильно, но он и не отрицал, что сам по себе человек довольно эгоистичный. Не любит он эти сопли и в целом чужое нытье. Нет, Антона или Диму он бы выслушал и обязательно поддержал, но они обычно без особой причины не строили из себя великих мучеников, как это умеют делать девушки, – О чем? Говори уже и я пойду.  – Ты мне нравишься, – Блондинка смотрит прямо в глаза, ожидая бурной, а главной ответной реакции. Но парень напротив сидит спокойно, не пошевелив ни одной мышцей. Попов глубоко вздохнул в предчувствие ужасного разговора. Конечно, эти непонятные переглядки во время поездки и странное поведение кричали об этом, но Попов специально не хотел этого замечать. Да и времени, вообще то, не было, слишком уж он был поглощен Шастуном и новыми отношениями. Нырнул в них с головой и выныривать не собирался, особенно ради Есении. Нет, она не плохая девушка, но ее характер был как минимум не для Арсения, как максимум ужасным. В ней буквально кричал синдром принцессы или как по другому называют избалованных девчушек? И ее поведение это показывает даже сейчас. Она не старается подогреть к ней интерес или хотя бы сблизиться с другом, просто выпаливает в один момент информацию и делай с ней что хочешь. Брюнет молчит про то, что знакомы они от силы неделю и тут априори за такой срок не могло возникнуть любви или даже симпатии. Может, конечно, у девушек все работает по другому, но что то слабо вериться.  – Есь, я люблю Антона, – Попов поднялся и уже намеревался уходить, но девушка вновь остановила его, становясь рядом. Она не выглядела обиженно или оскорблено или, по крайней мере, не подавала вид.  – Но…может когда нибудь мы сможем…, – Михайлова медленно притянула брюнета ближе, чтобы тот встал прямо напротив стола, а после резко впилась в губы Арсения, целуя жадно и напористо, не получая ответа.  Голубоглазый оттолкнул девушку, крикнул что она дура и выбежал из квартиры. Но это было уже не важно. Есения вытерла губы рукавом и подошла к столу, на котором, прямо за учебниками, стоял телефон с включенной камерой, но не стала сразу отправлять, обрезанное до нужного момента видео, Антону. Эту информацию нужно преподносить в нужный момент, неожиданно, чтобы допиться пущего эффекта.  Это уже было дело принципа. Девушка не привыкла влюбляться невзаимно, в ее голове это было чем то невозможным. В ее жизни не было ни одного парня, которого она бы не получала и Арсений, весь такой холодный и недоступный лишь подогревал интерес для той, кому всегда чуть ли не под ноги бросались.