Привыкание

Они выехали. Карл сидел на заднем сиденье машины и глазел в окно, не особо заботясь, как выглядит со стороны. Мимо его взора проносилось множество вывесок от местных продуктовых до тату-салонов, куча разноцветных машин, светофоры, пешеходы, велосипедисты… Он действительно выглядел удивлённым. Итан сидел рядом и контролировал обстановку. Его основной задачей было следить за тем, чтобы Карла не укачало с непривычки. Он знал, что дорога, вроде как, недолгая, но всё таки стоило быть настороже. Он перебросился с Крисом парой фраз в начале пути, но больше они не общались. Это всё казалось слишком сумбурным и от этого ненастоящим. Как будто подписанного и сжимаемого сейчас в руках договора было мало. Как будто выделенной им квартиры в Лондоне было мало. Кстати о квартире. Все его знания упирались в то, что она находится в 34 доме по Уэлл-стрит и уже оборудована всем необходимым. Он крайне надеялся, что во “всё необходимое” входит стиральная машина, иначе он готов был поклясться, что заставит Карла вручную стирать свои шмотки. Одежду им выдали. Не ту рваную и заляпанную кровью, а вполне себе нормальную, может, не самого любимого фасона, но, по сравнению со всем происходящим, это были мелочи. Хотя, Карл, кажется, скучал по своему плащу и очкам. Но жетоны ему вернули. Он смотрелся странно. В светло-зелёной кофте, джинсах, кроссовках. Инородно, что ли. Итан не мог знать и слышать, как возмущался Карл своим обновкам, но ясно мог себе это представить. Глупо было думать, что он останется прежним. Человек начала прошлого века. Единственный выживший. Итан надеялся, что он сможет ему помочь, хоть пока и не особо понимал, как именно. Было что-то странное в том, как поначалу Карл отреагировал на новость о переселении. Он хотел что-то сказать, явно грубое, но замолчал. Ходил задумчивым пару дней, с такой миной, что Морис даже заволновался и прибежал к Итану с вопросами. Но обошлось. Их продержали ещё две недели, за которые им подготовили все необходимые документы, а у Карла ещё и проверили уровень знания английского языка, который, к общему удивлению, оказался вполне себе хорошим, но устаревшим лет на семьдесят. Это будет сложно. Сложно привыкнуть, научиться, обучить. Выкинуть из своей и чужой башки прошлое. Психотерапевт. Им определённо понадобится психотерапевт. Крис обещал решить этот вопрос, и Итан надеется, что это не потребует большого количества времени. Набатом в голове билась мысль, что через каких-нибудь полчаса всё закончится. Будет крыша над головой. Почти своя. Будет кровать, кухня, ванная. Будет безопасно, хоть на чуть-чуть. Без камер, без осмотров, без гигантских уродливых младенцев. Просто… жизнь? Пусть с не самым лучшим соседом, но это, кажется, того стоило. Итан просто хотел возможности заниматься своей работой, есть азиатскую лапшу, видеться с Розой и лежать на полу в луже слёз. Хотя последнее и было явно лишним. Машина повернула за угол и остановилась. Приехали. Итан отстегнулся и вылез из машины, захватывая свой рюкзах и дёргая за собой Карла, чтобы тот не смел лезть на проезжую часть со своей стороны. Грёбанное левостороннее. Дом был невысоким, в четыре этажа с магазинчиками на первом, и то-ли выложен из кирпича, то-ли кирпичной отделки. Но внешний вид Итана интересовал мало, гораздо важнее ему было узнать, что находится внутри квартиры. Отчего-то он сомневался, что Карл возьмёт на себя “бытовой вопрос”. Крис, молча продемонстрировав ключ, отпер калитку, пропуская их в небольшой дворик. Квартира находилась на последнем этаже, лифта предсказуемо не было, но зато отсутствовали соседи на площадке. — Пойдём. — Крис поманил их в одну из дверей. Место было… светлым. То есть действительно много солнца и белые стены, и Итан заметил, как Карл поморщился, щуря глаза. У него они, кажется, вообще не проходили, почти всё время были болезненно-красными. Он знал, что ему что-то закапывали, но эффекта хватало ненадолго. Это было что-то вроде гостиной, совмещенной с кухней. Длинный стол с несколькими высокими стульями отгораживал одну зону от другой. Итан быстро заприметил чайник, холодильник, духовку и, к своему ужасу, газовую комфорку. Он ненавидел чёртов газ. Крис тем временем подошёл к тому самому столу и стал выкладывать на него какие-то вещи из небольшого чемодана, который прокатался с ним всю дорогу на переднем пассажирском сиденье. — Это телефоны. — Он указал на два чёрных смартфона с завитками проводов. — Все необходимые номера уже вбиты, удалить их нельзя. — Карточка для оплаты. — На стол опустился ярко-жёлтый конверт. “Pockit”. — На неё тебе раз в месяц будет приходит пособие. Должно хватать на комфортную жизнь, но если что — свисти. — Крис говорил так, словно полностью игнорировал стоящего рядом Хайзенберга, предпочитая сосредоточить внимание на Итане. Карл хмурился, очевидно, замечая неприкрытое пренебрежение в свою сторону. — Ноутбук. Не уверен насчёт его характеристик, но, думаю, какие-нибудь мелкие игрушки потянет, если тебе это интересно. — Из чемоданчика был вынут ноутбук. Достаточно внушительных размеров, так что Итан про себя предположил, что пойдут на нём не только “индюшки”. — Из техники это всё, вай-фай не запаролен, одежда на первое время у вас есть, район нормальный, так что разберётесь. Карл громко фыркнул. Крис обернулся на него. — И ещё, Итан, — добавил он чуть громче и чётче. — Если почувствуешь угрозу своей жизни и здоровью, то немедленно звони. Мы его заберём. — Этого не потребуется. — Он даже не заметит. Они выпаливают это одновременно, так, что их слова смешиваются друг с другом в кашу, но при этом хорошо различимы. Итан вопросительно выгибает бровь, смотря на Карла в упор, а тот отмахивается от него рукой, возводя очи к выбеленному потолку. — Мы всё поняли, спасибо, Крис, — выпалил Итан скороговоркой. Возможно, самую малость, он хотел его выпроводить. Крис положил ключи от квартиры на тот же стол, ныне уже напоминающий какую-то часть интерьера подпольной банды: документы, техника, конверт с банковской картой… Действительно, новая жизнь. Крис ушел, на прощание показав жест “рации” у лица, мол, ты это, звони, если что не так. Итан с каким-то предательским облегчением закрыл за ним дверь. Пришла пора исследовать квартиру, и что-то ему подсказывало, что результаты ему не понравятся. Ванная комната хорошая и светлая, как и всё здесь. Обычный совмещённый санузел, но Итана порадовало наличие ванны — кажется, он уже представляет, как наполняет её горячей водой и зависает там часа на три. Камер, в какие бы углы он не залез, он не нашёл. Осталась последняя дверь, и Итан понял, что его насторожило. Это была однокомнатная квартира. Кровать была большой и даже на вид очень уютной, но она была в единственном экземпляре. Гардероб, широкий и длинный рабочий стол, прикроватная тумба — это всё было чрезвычайно мило, но блекло перед тем фактом, что у них была одна кровать. Хотя… в гостиной был диван? Но спать на диване не хотел сам Итан, а заставлять Карла в его почтенном возрасте казалось неприличным. Что ж, вот и первое испытание, которое они должны пройти сообща. Итан задумчиво стоял в комнате, когда почувствовал урчание в животе. И осознал, что из продуктов у них, скорее всего, есть только целое и прекраснейшее нихуя. Первое испытание резко стало вторым, потому что теперь Итану предстояло заказать доставку продуктов — идти по магазинам в первый же день он категорически отказывался, да и смеркалось уже как бы. С кухни раздался хлопок, и Итан, проклиная то, что оставил Карла на пять минут наедине с технологиями, поспешил к нему. — Интересно. У нас были меньше. Карл стоял напротив холодильника и пытался, кажется, разобрать его силой мысли. Хотя и руками тоже, потому что те уже лезли щупать пустые прозрачные полки. — Ты ещё голову в морозильник засунь. — беззлобно бросил Итан, когда понял, что никому ничего не угрожает. — Ты меня за идиота держишь? Итан только что-то глубокомысленно промычал, возясь с зарядкой от ноутбука. Следовало разобраться с этим поскорее. Еды. Он хотел еды, такой, какой-нибудь типично-американской, с кучей сыра и жареной коркой, и, может, салатом. Может быть ещё и пива. Соблазн был велик, но разум говорил, что это точно не та еда, которой обрадуется его желудок после строгой двухмесячной диеты. Со вселенской печалью в глазах Итан погладил курсором значок Макдоналдса и перешёл на сайт знакомого и любимого Теско. Экспериментировать с другими магазинами не хотелось. И тут его ждал подвох размером со всю сраную Великобританию. Фунты. Всё было в сраных фунтах и он понятия не имел, как рассчитывать налог. Чем-то ценники походили на американские, например, была цена за граммы и цена за пачку. Проблему дополняло то, что он не ориентировался в ценовой политике, и не мог сказать, сколько надо потратить сейчас, чтобы хватило на оставшийся месяц житья-бытья. За спиной Итана раздался звук помех, а затем чёткий британский голос начал вещать что-то про нефтяной рынок. Отлично, Хайзнеберг смог самостоятельно справиться с телевизором и включить ВВС One. Итан проверил счёт на карте. Семь тысяч и пятьсот фунтов стерлингов? Воспользовавшись нехитрыми услугами конвертации валюты, Итан определил, что это много. По крайней мере, это больше, чем он получал в Штатах. Может, стоило, наконец, расслабиться и накидать в корзину всякой дряни, не обращая внимания на цену..? — Карл, есть пожелания к закупке в магазине? — громко спросил он, не оборачиваясь. — Пиво? Что ж, гении мыслят одинаково. — Пока рано, ты едва-едва восстановил свои обменные процессы, да и я не в лучшей форме. Но, — тут Итан всё таки обернулся. — Я думаю, что через неделю мы сможем отметить новоселье по всем правилам. — Это каким же? Напиться до белочки? — Карл хохочет. — Нет, блять! Просто выпить. Пожрать фастфуда, купить суши, обложиться кусками пиццы и смотреть типичные мужские боевики. Карл посмотрел на него, как на больного. — Какие суши? Ты в Японию намерился сгонять? Итан понял, что пробелы в знаниях об устройстве современного мегаполиса необходимо срочно заполнить. — Нет. Есть такая штука, как доставка еды и продуктов из ресторанов. Я заказываю, а специальный человек, называемый курьером, привозит мне всё необходимое прямо к дому. — Подожди. Ты сейчас хочешь сказать, что есть специальные люди, которые приносят другим людям еду, когда им лень идти за нею самим? — Типа того, — кивнул Итан. — Похоже на рабство. — Они получают зарплату за всё это, так что они не рабы. Карл глубоко задумался, судя по всему теперь игнорируя то, что показывал телевизор. Что же, тоже неплохо, пусть осваивается. В целом, знание того, что они не нищие, прибавило Итану уверенности в выборе продуктов. Так что корзина быстро наполнилась всякими замороженными полуфабрикатами, хлебом, шоколадными батончиками и, слабостью Итана, фунчозой. Всё равно он не планировал сейчас ничего готовить, а вот поесть заварной китайской лапши было бы в самый раз. Не забыл, конечно, и о средствах гигиены и домовых принадлежностях — таковых, кроме полотенец, при осмотре-обыске квартиры он не нашёл. С небывалой лёгкостью он оформил заказ, и только этап заполнения адресной строки отозвался какими-то смешанными чувствами в груди. Немного неловко с непривычки, он вылез из-за стола. — Я заказал продукты, думаю, через полчаса приедут. Я в ванну, — Карл выдернулся из своих раздумий над тяжёлой судьбой курьеров и теперь смотрел на Итана с таким выражением лица, словно тот сказал такое-то явное непотребство и теперь должен был стыдиться перед всем миром. Итан воспринял это по-своему. — Если ты так переживаешь, то я дам курьеру чаевые. Карл пробурчал что-то утвердительное и отвернулся от него. Как-то поспешно даже. Хотя, это сразу было выкинуто из головы, едва Итан перешагнул порог ванной комнаты. Полноценно возлежать в горячей воде было чревато засыпанием и оставлением Карла наедине с курьером. Но понежиться себе под душем Итан всё же позволил. Горячие капли стекали по спине, груди, бёдрам. А он тупил в дно ванны, прислонившись лбом к стенке. Смотрел на бесчисленные шрамы на теле. Какие-то почти зажившие, какие-то ещё вполне себе заметные. По ободу на обеих руках. Он сжал три оставшихся пальца левой руки так, словно они были чужими для него. Как завороженный он наблюдал, как они сгибаются и ловят струйки воды. Чтобы вытащить себя из под душа, пришлось приложить усилие. И чтобы переодеться в чистое и домашнее тоже. Чувство иррациональности почти пропало. Итан вошёл в общую комнату ровно в тот момент, когда зазвонил телефон — его телефон, надо будет его как-то пометить, — призывая спуститься и забрать приехавшие продукты. Итан не знает, почему спрашивает у курьера о возможности оставить чаевые, если ему, в целом, плевать. И также не знает, почему жмёт пять звёзд за доставку, если пакет доставили порванным, и почему начисляет курьеру пять фунтов сверху. Он говорит себе, что он просто честный человек. Карл едва не сбил Итана с ног, когда тот открыл дверь квартиры. Кажется, происходящее действительно его увлекало. Пакет, без особого сопротивления со стороны Итана, был вырван из его рук и транспортирован на кухню, а после подвергнут тщательному досмотру. — Эм, Итан, я не могу это перевести, — Хайзенберг с недоверием посмотрел на упаковку соуса. — Это кетчунез, всё в порядке. Дай, я в холодильник поставлю. Кажется, в этот момент Карла настиг гастрономический шок, а в глазах появилась нечитаемая просьба. Возможно, о пощаде, но Итан пока сомневался в своих способностях толковать выражения его лица. Видимо, про пиццу с ананасами придётся умолчать. — Фунчоза, — пояснил Итан прежде, чем вопрос был озвучен. — Наш сегодняшний ужин. Карл молча повертел в руках коробочку и зачем-то даже потряс. — Я сделаю вид, что понял тебя, потому что я пиздец как устал, но потом ты расскажешь про всю эту херь ещё раз. — Видимо, подразумевались все продукты, купленные Итаном. Мия тоже не особо одобряла то, что он покупал в супермаркетах самостоятельно, Итану было не привыкать к критике. Слава богу, в ящике нашлись вилки. Ели молча. Карл, кажется, был слишком сосредоточен всасыванием в себя лапши. Итан резко почувствовал себя выброшенной на берег рыбой. С ним могла бы сидеть рядом Мия, его любимая жена, они могли бы кормить Розу вместе. Но напротив него сидел седой бывший мутант, впервые поедающий фунчозу. Разумеется, Итан, как уважающий себя тридцатисемилетний мужчина, был мастером избегания проблем. Он прятал свою проблему в яму, закапывал, а потом убегал дальше по дорожке жизни, всякий раз забывая, что семя, закопанное в землю, имеет свойство прорастать. Именно так он поступил и на этот раз, сосредотачиваясь на мирских заботах. Так что, он неожиданно произносит: — У нас одна кровать. — Меня вполне устраивает диван. — Хорошо. Итан не спорил, потому что у него нет сил и теперь он хотел только спать. Если Карлу плевать на свою спину, то это его дело. Он ему не нянька. — Спокойной ночи, — устало. Итан закинул вилку в раковину и оставил коробочку на кухонном столе рядом с чайником. — Потом помою. И ушёл. Итан заснёт, едва его голова коснётся подушки, и он совершенно точно не услышит, как бьётся вода о дно раковины.