Мы родом из детства

У Сережи холодные ступни. Буквально ледяные и чуть влажные, как лягушки в болотце за детдомом. Нынче холодный октябрь выдался, оно и неудивительно. Разумовский ночами прокрадывается в кровать Олега, и сует ему меж бедер свои ноги, отогреть пытается Не то, чтобы сам Олег против был, знаете ли. Просто за Сережу тревожно. Он носки не надевает почему-то. Волков вот, к примеру, иногда даже в шерстяных спит, хоть они и молью местами проедены. Сережа вообще-то ценнее, Олег не жадный, он и поделиться может. Разумовский сильнее в одеяло укутывается, толкается острыми локтями в бока. Дергается иногда, наверное, снится что-то не очень хорошее. Обычно, когда Сережа просыпается от кошмара, Волков достает из дырки, которая прячется за отклеенными обоями, свой кассетный плеер. Мальчик его в какой-то древней комиссионке нашел. Олег делится наушником и проматывает пленку (так вообще-то делать нельзя, она быстро портиться из-за этого) специально для Сережи, выискивая любимую мелодию друга. Сейчас не стоит, наверное, Сережку будить. Завтра ужасный понедельник: им придется кутаться в пуховики ранним утром и идти по заснеженным дорогам в школу. Олег чешет затылок и выдыхает устало. Мальчик сползает с кровати. Он тащит из коридора табуретку — на них воспиталки сидят обычно — и к шкафу ее волочет. Волков старается бесшумно открыть скрипучие дверцы шкафа, и на носочках тянется к теплому одеялу, которое на верхней полке припрятано. Олег слышит копошение и оборачивается испуганно. Он себя отчего-то преступником чувствует. Хотя забота о друге — это ведь не плохо, а очень даже хорошо. Мальчик о дружбе вообще-то мало знает. Волков стягивает с себя носки, морщась от холода. Окна плотно закрыто, но из щелей, что не смазаны оконной замазкой, слегка поддувает. С этим уже ничего не сделаешь, воспитателям как-то без разницы. Разве что пластилином залепить. Олег тащит тяжелое одеяло к постели. Он аккуратно вытаскивает сережину стопу — Разумовский всегда сворачивается клубочком, когда спит — и старательно натягивает журапки. Волков отходит назад, разглядывая свои труды и кивнув удовлетворенно, распрямляет колючую ткань покрывала. Олег укладывается рядом, подпихивая уголки одеяльца, чтобы нигде не сквозило, и только когда Сережа перестает дрожать и вздыхает спокойно, засыпает. **** Утром Сережа кажется радостным и хорошо выспавшимся. Только за ночь носки сползли и остались валяться где-то у изножья кровати.