Последний шанс

Рев двигателей заглушал шум ливня и раскаты грома. От света нескольких десятков фар стало светло, словно от гигантского прожектора. Спустя каких-то несколько секунд парковка была переполнена: теперь светло-серые мундиры разбавляли черные с позолоченными вплетениями. Сотня человек Тосвы словно наседала на Мебиусовцев, оттесняя их к противоположному краю площадки. - Впервые стану свидетелем массовой драки! – шепчу я на ухо Такемичи, не скрывая восторга. - И вот чему ты, скажи, радуешься?! – пищит в ответ он. Со всех сторон нас окружили свастоны, злобно скалясь и играя мускулами в предвкушении мордробоя. Капитаны и их заместители вышли вперед. Но во главе всего этого парада стоял, конечно же, Майки. Я разглядела макушку Баджи – тот уже убрал волосы в хвост. Он то ли не видел меня, то ли не видел возможности мне навтыкать. В любом случае – мне на радость. Дракен тяжело поднимается и занимает позицию по правую руку своего главы. Я едва напряглась – нам бы не упускать его из виду, по возможности. - Погнали! – кричит Майки и две сотни пацанов срываются с мест накидываясь на противников. Я лишь вижу, как за спинами дерущихся исчезает косичка Рюгуджи. - Куда рванул, шпала безголовая?! – ору я, не сдерживая досады и понимая, что теперь найти его среди всех этих тел будет задачкой со звездочкой. Массовая потасовка окружает нас с Таки. Крики, вопли, звуки ударов, хруст поломанных носов сбивают с толку и не дают сконцентрироваться. Я в замешательстве оглядываюсь, пытаясь хоть краем глаза уловить лицо или силуэт Рюгуджи. Ханагаки хватает меня за локоть и тащит сквозь толпы беснующихся. Он громко зовет его и также пытается разглядеть. Внезапно какой-то парень замахивается на него со спины, и, прежде, чем брат успевает сообразить, я отражаю удар коленом в пах. - Не расслабляйся! – кричу я, пытаясь заглушить остальных. Не существует каких-то поделенных пар или групп: все ориентируясь лишь по цвету одежд, бьют в кого попадут. В какой-то момент я цепляю взглядом Чифую, но тот исчезает так же быстро, как и появляется. - Здесь девчонка! – доносится откуда-то сзади прежде, чем я чувствую, как чьи-то руки смыкаются на моей талии. Не глядя ударяю пяткой по его ступне, а локтем с разворота – по лицу. И только потом замечаю темный костюм. - Ох, прости, друг мой, я не специально! – я приседаю на корточки рядом с незнакомым худощавым парнем в одежде «свастики», - скажи, ты Дракена, случайно, не видел? Парень, хрипя, отрицательно мотает головой. - Мы итак в меньшинстве, а ты еще и наших гасишь? – ухмыляется внезапно возникший Мицуя. - Я не специально! - Сделай одолжение, - тараторит он, отбивая удары противника, - найди Эмму и уведи её. Я не успеваю ответить, когда он пропадает за двумя противниками. Под мои ноги то и дела падают стонущие и кривляющиеся тела. - Юджин, там… Майки, - дергает меня за руку Такемичи. Я оборачиваюсь как раз в тот момент, когда Пеян колошматит его по лицу, а тот стоит и даже не защищается. Попутно он что-то ему втирает, но что, я не слышу, да и не то, чтобы мне очень интересно. - Агрх, сам разберется! – я махнула на него рукой, - не отвлекайся! На нас снова несутся трое. Я, ставя защиту, тут же ударяю одного ногой по бедру, а затем, набирая амплитуду и увеличивая градус угла – по лицу. Следующий замахивается кулаком, и я группируюсь для новой контратаки, которую не суждено провести, потому что кто-то грубо хватает меня за шкирку и сильно дергает назад, что я едва не падаю. Удержаться на ногах мне позволяет все так же рука, сжимающая воротник моей футболки. Двое оставшиеся валяются на земле с разбитыми лицами. Такемичи, тем не менее, не теряет времени, и продолжает обыскивать толпу. - О, Бадж, и ты тут… бывают же совпадения… - мямлю я, хлопая глазками и глядя в бледное и совершенно точно взбешенное лицо Кейске. Он крепче сжимает кулак, что хлопок натягивается больше и несильно, но ощутимо давит на горло. И мне приходится привстать на цыпочки. - Ты - говнючка мелкая, совсем жить надоело? – рычит (именно что рычит) он мне прямо в лицо, – ты хоть представляешь, что я с тобой сделаю после всего этого? Я цепляюсь пальцами за его ладонь, переживая, что он просто не сдержится и приложит меня головой об асфальт. Совсем как вон того паренька недавно. Который валяется в паре метров от нас и давно не подает признаков жизни. Хотя нет, чую, мне достанется в разы больше. - Да брось, ты ведь сам говорил – будет что вспомнить, - пытаюсь отшутиться я, но чувствую, как злю его еще сильнее. - Мацуока, - голосом, пропитанным праведным гневом, глухо рычит он мне прямо в губы, обжигая горячим дыханием, - либо ты сейчас же валишь отсюда на своих двоих, либо я вытяну тебя отсюда за волосы в таком состоянии, что ни один хирург не соберет. Сбоку на него нападет еще один и он легко отбивается тяжелым ботинком, прижимая меня чуть к себе, чтоб не зацепили. - Да свалю я, свалю! – я дергаюсь, будто рыба на леске, пытаясь высвободиться из бульдожьей хватки, - погоди, у меня тут дела. - Какие, блять, дела?! – ревет Кейске, встряхнув меня, словно кутенка*, - ты совсем ебнулась, скажи мне?! Но я уже не отвечаю. Все мои внимание занимает увиденное за его плечом. Мои глаза стекленеют, а сердце пропускает один удар. Такемичи склонился над телом Дракена, из-под которого вытекает лужица крови. - Блядь, - шепчет Баджи, проследив за моим взглядом, и я тут же отстраняюсь от брюнета, кидаясь в сторону раненного. - Юджин… - всхлипывает Таки, - Дракен… погиб? Что же теперь делать? Я присела рядом, склоняясь ухом к его лицу. - Кто это сделал? – ревет Баджи, опускаясь рядом. - Киемаса… пырнул его… - выдавливает блондин. - Такемучи, в чем дело? – раздается откуда-то приглушенный голос боями Майки. Его окружила дюжина противников. Я ставлю два пальца на сонную артерию и практически прислоняюсь ушной раковиной к губам Кена. - Дракена пырнули! – отвечает ему Баджи. Краем глаза я вижу, как Майки в ужасе замирает, а потом пытается пробиться к нам, но его останавливает Ханма, отбрасывая назад за шиворот. Между ними занимается дуэль на кулаках. - Он жив! – заявляю я, услышав тихое дыхание и замедленный пульс, и резко выпрямляюсь. Затем цепляю Рюгуджи за плечи и, с неизвестно откуда взявшимся приливом сил, переворачиваю громоздкое тело на спину, не дожидаясь помощи парней. - Тшшш, - ласково шепчу я, когда парень глухо застонал. - Что ты делаешь? – вопрошает Такемичи дрожащим от волнения голосом. - Рана, - поясняю я, - надо осмотреть её. Задираю окровавленную ткань его одежды и натыкаюсь на колотую левее его пупка, почти на боку. Неглубокая, но точная. Скорее всего, задеты петли кишечника. Выпрямляюсь, спешно стягивая с себя футболку и оставаясь лишь в одной спортивной майке на тонких бретелях поверх бюстгальтера. - Ты что творишь? – бурчит Баджи, смущенно отводя взгляд в сторону. - Необходимо пережать поврежденный сосуд в ране, - объясняю я, затем мягко обращаюсь к Дракену, приложив скрученную майку к его животу, - потерпи, родной, будет немножко больно. После этих слов, развожу двумя пальцами одной руки края раны, а другой запихиваю ткань в неё, буквально на пару сантиметров, наподобие своеобразной шины, ощущая отчаянное тепло под подушечками. - Вот так, вот так, всё, молодец, маленький, - ласково приговариваю я, гладя его по лицу, когда он морщится от боли. Беру его ладонь и прикладываю к ране, чтобы он плотнее прижал хлопок. - Такемучи, - кричит Майки, - вытащи Кенчика отсюда! Я цепляю окровавленными пальцами Кейске за рукав. - Помоги Майки! Мы вытащим его, обещаю! Тот, не говоря ни слова, кивает и пропадает в толпе бьющихся.       Число сражающихся уже заметно проредило, остались самые сильные и выносливые.       - Драк, - шепчу я ему в ухо, - ты должен нам немножко помочь, ты должен встать, слышишь?       Тот едва заметно кивает и, облокотившись на наши плечи с двух сторон, тяжело поднимается. Под тяжестью его тела ноги едва не подкашиваются, но я перехватываю его медвежью руку-лапу одной своей, а другой обхватываю его за талию. Чувствую, как Таки делает то же самое.       И мы спешно, насколько это возможно, тащим его через небольшую улочку к противоположной парковке на выезде.       Слышится торопливый топот по лужам.       Мы поднимаем головы. За нами торопятся Хината с Эммой.       - Девочки! Вы в порядке? – спрашиваю я, оглядывая их с головы до пят.       - Как он? – спрашивает Тачибана.       - Все хорошо, он жив! – кряхтит блондин.       Я вижу, как Эмма дрожит, а из её глаз брызнули слезы.       - Мы вызвали скорую, - поясняет Хина, - но… но понятия не имею, когда они здесь будут. Все дороги перекрыты из-за праздника.       Мы опускаем его, дожидаясь скорой, и чтобы чуть передохнуть. Голова Рюгуджи покоится на коленях Сано, а та тихонько плачет.       - Твою мать, - в какой-то момент выдыхает Таки, делая пару шагов вперед, - что они здесь забыли…?       К нам приближается толпа людей в черных костюмах – Киемаса со своей свитой.       Они шагают неторопливо, словно знают, что нам никуда не деться, злобно скалясь и выкрикивая пошлые фразочки и мерзкие угрозы.       - Почему они здесь? – глухо вопрошает Такемичи: его всего трясет, а кровь стремительно отливает от и так бледного лица.       - Дракончик-то еще живой! – доносятся реплики их толпы, - эй, Кретиничи, принеси-ка нам попить!       Необходимо что-то предпринять и быстро.       Такемичи на ватных ногах делает едва заметный шаг назад. Но я ловлю его, крепко сжимая плечо через ткань футболки.       - Успокойся, - шепчу я, - ничего не бойся, я рядом.       Глухой хрип позади нас. Дракен тяжело поднимается на ноги, опираясь о плечо Эммы. Он тяжело дышит и с трудом управляется собственным телом.       - Дракен, - произносит одними губами Ханагаки.       - Прошу тебя, - умоляет блондинка, - не вставай!       - Уходите, - сиплым голосом говорит он, - я задержу их. Спасибо, Такемучи, Ютик, хватайте девочек и уходите.       - А не замолчать бы тебе? – вопрошаю я, вскинув бровь и глядя ему прямо в глаза, - без тебя разберемся, знаешь ли.       Затем подхожу к Хине, вытягиваю из кармана ключи и протягиваю ей.       - Поступим вот как. Девочки, Хина, Эмма – вам придется донести его до моей машины. Темно-серый внедорожник тут рядом, на парковке. Закройтесь изнутри и ждите нас.       - Что ты несешь? Я не стану прятаться за спиной девчонки, - слабым голосом протестует Рюгуджи.       - А у тебя и выбора нет, - пожимаю плечами я, - Сам же сказал - я стою троих. Но можешь считать, что тебя выручает Таки, а я тогда буду за девочек.       Кен какое-то время смотрит осуждающе, затем сдается, выдыхает и улыбается.       - Какая же ты невыносимая. Тогда, - он ухмыляется, - ставлю на вас сто тысяч йен! Не смейте продуть!       - И я столько же, - кивает Хината.       - А я – триста тысяч! – заявляет Эмма.       - Ребята, - молвит Ханагаки, а в глазах его благодарность и нарастающая решимость.       - Сделаем, -подмигиваю, - ну, валите же!       Хина, пыхтя, помогает Эмме, и они, поддерживая его в двух сторон, торопливо шагают дальше.       - Смотри на них, - говорю я брату, заставляя уставить свой взор вслед троим. – Сейчас они в опасности. И только мы с тобой можем им помочь. Хватит бояться. Некуда больше убегать. Они ушли, потому что верят в нас с тобой, знают, что мы не продуем. Нам с тобой есть что защищать, запомни.       Внезапно он издает боевой клич, чем немало меня удивляет и даже немного пугает.       - Я больше не сбегу! Никто больше не погибнет! Я не хочу видеть те смерти еще раз! – кричит он, сжимая кулаки, - если побегу, то все будет напрасно!       - Эй, сопляки! Заждались? – издевательски орет Киемаса, стоя прямо напротив нас. Его шакалы поганенько хихикают за спиной своего главаря. – Хуемичи, привел нам сестру, чтобы она развлекла нас? Молодец!       - Отойди, - приказывает мне Ханагаки, и я вновь удивленно вскидываю брови, - я и тебя защищу, вот увидишь! Если я даже не могу заступиться за собственную сестру, то что я за дерьмо такое?       Слишком много мне приказывают за один день, но тем не менее, я одобряюще киваю и отступаю.       - Не вмешаюсь до тех пор, пока ты не ляжешь замертво, - обещаю я.       Он направляется к Киемасе.       - А ведь мы так и не закончили наш бой на ставках!       Киемаса и его приспешники разражаются громким гоготом.       - Ты продул, тупица!       - А вот и нет! – протестует брат.       - Ну раз это бои на ставку, - громко говорю я, чтобы все услышали, - то я буду четвертая, кто ставит на Ханагаки! – показываю ладонь с широко расставленными пальцами, - пять миллионов йен!       - У вас болезни на голову – семейные что ли, - ухмыляется один из ублюдков.       - Завались! – внезапно орет Таки, сжимает кулак и бросается на Масатаку. – Смахнемся!       И в следующее мгновение улица заполняется воплем брата. Киемаса проткнул ножом его сжатую ладонь.       - Придурок, мне нахуй не упало с тобой драться, я просто казню тебя, - ухмыляется Масатака.       - Дрянь! – я срываюсь с места, но Такемичи резко выставляет здоровую руку в мою сторону:       - Стой на месте! Не смей!       Он выдергивает нож из раны, отбрасывает его в сторону и тот отлетает с противным лязгом. В следующую секунду блондин кидается на противника, обхватывает его за торс. Киемаса наносит ему несколько тяжелых ударов коленом в живот. Но Таки не отпускает. И внезапно шамкает его зубами прямо в бок. Масатака вопит и он, пользуясь его замешательством, словно юркая блоха, оказывается за его спиной, беря в захват на удушающий.       - Пусти, - хрипит Киемаса.       - Не смей отпускать! – ору я.       Еще пару минут и он отрубается, лежа на земле, прямо поверх Такемичи.       Я подскакиваю к нему, хватаю за одежду и рывком вытягиваю из-под тела.       - Как ты? - Рук не чувствую, - признается он, и я вижу багровеющий синяк на его правом предплечие. - Вы покойники, мелюзга! – все семеро разом бросаются на нас, а впереди – главный прихвостень Масатаки. - Отдыхай, теперь моя очередь, - шепчу я, вставая в стойку. - Сука, - орет он, замахиваясь кулаком. Я резко сжимаюсь, втягиваю голову вниз, укорачиваюсь от его слишком широко замаха, дергаюсь вперед так, что теперь его кулак не попадет по мне, и наношу два хука по челюсти, левой и правой. Он, оглушенный, отступает назад и, прежде, чем успевает сообразить, я вращаюсь на 360, набирая достаточную амплитуду, и ударяю вытянутым локтем согнутой правой, словно стрелой, прямо в адамово яблоко. Он заходится кашлем и падает оземь. Краем глаза вижу, как сбоку замахивается следующий. Ставлю защиту и напрягаю бедро. Но его лицо на полпути встречается с чьим-то кулаком. - Вот еще девчонок при мне не били! – ворчит Аккун, потирая кулак. Я сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. Ну вот откуда эти стереотипы? А может я весь вечер только и жду, чтобы морду кому-нибудь начесать? - Аккун! Ребята! – всхлипывает Ханагаки. - Ты че опять сырость развел, плакса? – спрашивает его рыжий, ухмыляясь ему через плечо. - Пятерка из школы Мизо в сборе! – кривляется Макото. Ханагаки становится вровень с друзьями. - Иди, Юджин, дальше мы сами, - улыбается он мне, - Спасибо, что вразумила. Секунду я колеблюсь, затем срываюсь с места и бегу следом за Дракеном и девочками, крикнув напоследок, чтобы те были осторожны. Заворачиваю на повороте и мне открывается следующая картина: прямо на парковке, в паре метров от внедорожника, на Драка и девочек напали с десяток мебиусовцев. Блондин отбивался, и явно долго, с открытой раной, и в какой-то момент он просто обессиленно рухнул на колени. Тогда один из серых костюмов замахивается битой. Эмма за секунду оказывается подле, обхватывая голову Кена и прижимая к груди. Жмурится, ожидая удара. Бита парня стремительно летит в сторону этих двоих, но её перебивает мой голеностоп, замахнувшийся из Дольо-чаги. Бита отлетает, рассыпаясь надвое, парень стоит в замешательстве, я, не теряя времени, опускаю ногу, переношу на неё вес и сокрушаю его сбоку Сайд-киком и добивая ударами в челюсть кулаками. - Юджин! – пискнула Хина. - В машину, живо! – велела я, вставая в стойку. Девочки, будто бы ожидая моей команды, подхватывают Рюгуджи под белы рученьки и затаскивают в уже открытый салон. - Ты, блядь, кто такая? – спрашивает один из нападающих. - Знакомиться будем или дело решать? – шиплю я, издевательски скалясь. - Ну держись! На меня бросаются двое, я четко вижу их удары, рассчитываю замахи, выставляю защиту и напрягаю предплечье и… они оба отлетают как по волшебству, не добежав до меня какого-то метра. Ну вашу ж мать! - Идиотина, сказал же – вали, - рычит Баджи. Его волосы вновь рассыпаны по плечам, а сам он едва ли потрепан, - какая же ты все-таки тупица. Ну погоди, я до тебя еще доберусь, тогда ты меня увидишь. Эти тараканы покажутся тебе спасителями. - Ты что здесь забыл?! – окончательно взбесилась я, - вали к своему отряду и нянькайся с ними! А я и без тебя тут разберусь! - Заткнись, иначе уложу тебя прямо сейчас. - Себя уложи! Вали, говорю, обратно! Дай мне самой! - В другой раз, - ухмыляется он и треплет мои влажные волосы. Во рту у него уже резинка, и он собирает волосы пальцами. – Не путайся под ногами. - Да щас! – я выдергиваю резинку у него из зубов и собираю все мокрые пряди в тугой хвост на темечке, - Или вместе, или никак! Кейске сначала пытается возразить, а затем ухмыляется перенятой у него же привычке.       Он завязывает волосы в идентичный хвост запасной резинкой и протягивает мне сжатый кулак, по которому я легонько отбиваю костяшками. - Только, ради бога, Мацуока, не лезь впереди меня и не отставай. - Как скажешь. - Вы там не наболтались? – спрашивает один из мебиуса, и Бадж срывается прямо на него. Я тут же следом ринулась в бой. Совсем скоро я поняла, что Кейске целиком подстроился под меня. Мы одновременно прикрывали спины друг друга, но он следил и следовал моей траектории боя. Вот я ударяю одного в челюсть, он тут же перехватывает его на бросок, подскакиваю к другому, упираюсь на его колено, перекидываю ногу через его голову и взбираюсь ему на плечи, проводя удушающий захват – брюнет лупит его по солнечному. И так со всеми, пока все девятеро не лежат, а мы тяжело дышим. - Твоя тачка? – спрашивает Бадж, кивая на внедорожник. - Не только одни свастоны гоняют без прав, - снова повторяю я. - Ладно, промою мозги тебе позже. Вези его в больницу, живее. Я киваю и не говоря больше ни слова, подскакиваю к машине и запрыгиваю на водительское. Хина сидит рядом, тут же подает мне ключи. Я завожу двигатель и рывком срываюсь с места. Вижу в заднее зеркало бледного Рюгуджи на коленях Эммы. - Не помри там, рожа твоя шалапайская, - шепчу я, вдавливая педаль газа в пол. Дороги скользкие от воды, серые отблески играют на мостовой. Не отрывая взгляда от шоссе, ловлю себя на мысли, что реально боюсь, боюсь, что этот мальчишка-переросток реально больше не откроет глаза, что не переживет своего пятнадцатилетия. Не из-за того, что без него пропадет Майки, а из-за того, что Дракена может сегодня не стать. Сглатываю подступившие слезы. Вот только моей истерики сейчас и не хватало. Нарушаю уже шестое правило по счету, сворачивая на сплошной и подрезая в неположенном. - Хина, ты отменила скорую? – спрашиваю, просто чтобы успокоиться. - Да, - кивает девочка. Внезапно слышу гул мотора позади. В задние зеркала вижу, как нас нагоняют мотоциклы. «Мебиус настигли?!» - внезапно всплывает в моей голове, и я пытаюсь ускориться сильнее, переключая уже на пятую скорость. И тут, боковым зрением вижу светлую макушку Майки, обгоняющую нас. А за ним Баджи с Чифу. И еще несколько. Они выстроились перед машиной косяком, пробивая и освобождая нам путь. И правда, все встречные автомобили прижимались к обочине, стараясь не связываться с байкерской группировкой. Стрелка на спидометре перескочила сотню. Коммандер влетел на подъездную площадку больницы, взметнув фонтан гравия и воды. К нам торопятся санитары с носилками. - Что произошло? – спрашивает врач приёмного. - Ножевое, - сообщаю я, выскакивая из машины и распахивая дверь задних сиденей. - Готовьте операционную! - Позаботься о Майки, - шепчет Дракен, лежа на носилках. - Остановка сердца! – кричит кто-то из врачей, - быстрее, реаниматологов! У оперблока царило настоящее безумие: все – Такемичи с друзьями, девочки, Пеян с Мицуей - напряженно переговаривались, Эмма плакала. - Какие же вы шумные, - спокойно проговорил Майки, появляясь в конце коридора, - не орите, вы же в больнице. - Майкииии, - проскулила Эмма. - Кенчик не помрет, не бойтесь, - так же спокойно проговорил он, присаживаясь на кресла для ожидающих, - он обязательно сдержит слово, ведь нам с ним еще страну завоевывать. Манджиро одарил всех доброй, безмятежной улыбкой, и напряжение, немного спало. Но мне казалось, что одна я заметила, как дрожат его пальцы. Операция прошла удачно. Все выдохнули, Эмма снова расплакалась. Мы все собрались внизу, у главного входа. Здесь была вся Тосва в томительном ожидании. - Я прибью тебя завтра, - снисходительно сообщил мне Баджи, затем стянул с себя форменную куртку, накидывая на мои голые плечи, - ты только недавно переболела, тупица. Так нравится температурить? - Спасибо тебе, - улыбнулась я. Баджи с Чифу уехали, и я подошла к Такемичи, Эмме и Хине. Тачибана всё безуспешно пыталась успокоить Сано. - Ну, Эмма, перестань плакать, все же хорошо, - говорила она, - дедушка увидит твои заплаканные глаза и будет волноваться! - Дедушки дома нет, он уехал к сестре, - всхлипывает блондинка, уткнувшись в плечо Хинаты. - Слушай, - обратилась я к ней, касаясь светлых волос, - хочешь я заберу тебя сегодня к нам? У нас тоже взрослых нет. - Да, точно, Эмма, - закивал Таки, - соглашайся. - Отличная идея! – хлопнула в ладоши Хина, - и я не буду за тебя волноваться! Девочка перевела на меня неуверенный взглдяд. - А… а можно? - Ну, конечно! Садитесь в машину. Отвезем Хину домой. А я поищу Майки. - Пойти с тобой? – спрашивает брат. - Неа, ты иди, сиди, со своей рукой, - подмигиваю я, - ты тоже сегодня калека. Сначала я посмотрела около операционного блока. Потом в комнате ожидания. В фойе. Даже в мужской туалет ненароком заглянула. Но чертового Сано нигде не было. Цыкнув я выскочила во двор больницы, где был переход в другой корпус. И увидела. Он сидел под зданием на корточках, опираясь спиной о стену. - Вот ты где! – направилась к нему, - сколько тебя можно искать?! Я замерла в метре от него. Парень спешно вытер слезы. - Я… я сейчас… Я выдохнула и присела рядом с ним прямо на землю. И притянула его к себе, обхватив руками светлую голову. Вот, кому сейчас поганее всех. И страшнее. - Ну всё-всё, - ласково шептала я, одной рукой перебираю влажные пряди, а другой глажу по спине, - всё закончилось, хороший, всё прошло, не бойся. Лапушка, ну чего ты, чего… Именно сейчас я чувствовала, что нужно говорить с ним в таком тоне. Потому что сейчас я была взрослым человеком, а он – напуганным пятнадцатилетним мальчишкой… Он спрятал лицо у меня на груди, а плечи его беззвучно дрожали. Прошло какое-то время, пару минут, или пару десятков минут, перед тем, как он окончательно успокоился. - А знаешь, - мягко начала я, касаясь пальцами его щеки и наклоняя голову, чтобы заглянуть в глаза, - я предложила Эмме остаться сегодня у меня. Давай и ты сегодня переночуешь у нас? М, как тебе идея? Он кивает, и, отстранившись, поднимается на ноги. Кажется, кому-то надоело, что с ним сюсюкаются. - С радостью, Ютик! – улыбается он в своей привычной манере. - Как же вы долго! – возмущается Эмма, высунувшись из окна внедорожника, когда мы подошли к машине. - Ну прости, мне надо было в туалет! – улыбается Майки. Я киваю ему на пассажирское рядом с водительским, и он замирает. - Так я же на байке, - напоминает он. - Не проблема, - пожимаю плечами я, и распахиваю огромный багажник Коммандера, по площади схожий с небольшой квартиркой, - закидывай. - А у тебя всё схвачено, да? - Конечно, я полна сюрпризов. Он коротко рассмеялся, а затем вместе с Ханагаки закинули массивный байк в машину. В салоне царило молчание. Но не напряженное, а уютное для всех. Сзади Эмма устроилась на плече у Хинаты, а та – у Ханагаки. Майки рядом спустил окно, уложил ладони на дверцу, на них облокотился подбородком и подставил лицо под встречные потоки воздуха, прикрыв глаза. Сейчас я напоминала самой себе мамочку, что развозит детишек по домам. Наконец дом, милый дом. Мы наскоро поужинали вчетвером полуфабрикатами и остатками с обеда. Готовить сил не было. Майки сходил с ума в привычной ему манере. Таки почти не отставал. Пока я стелила постели, все успели принять душ и переодеться в ночное. Когда очередь дошла до меня, и я встала под горячие струи воды, только тогда я поняла насколько замерзла за весь день. Мышцы ныли от усталости, а разбитые костяшки на руках щипали. Когда я закончила все ночные процедуры и высушила волосы, в доме царила тишина. Я выключила везде свет, заперла входную дверь. Сначала заглянула в комнату брата. Оба парня уже глубоко спали, синхронно похрапывая. Кровать Такемичи была достаточно большой, поэтому места без проблем хватило обоим. В моей же комнате стоял небольшой диванчик. Я решила, что посплю на нем, а Эмме, как гостье, уступлю кровать. Сано долго отнекивалась, но в итоге сдалась. Я на цыпочках прошла в комнату, забираясь в постель. В голове – ни одной мысли. И только когда начала постепенно проваливаться в сон, поняла, что кто-то тихонько всхлипывает. Хотя кто – нетрудно догадаться. - Эмма, - негромко зову я, - ты чего? Ответа сначала не последовало, а затем она глухо отозвалась. - Н…н…ничего… П…про…прости… Я сначала села, затем поднялась. Поспать спокойно? Не, не сегодня. Сама же их притащила, сама и отдувайся. Я подошла к кровати и коснулась торчащей из-под одеяла макушки. - Напугалась сегодня? - Очеееень, - скулит блондинка. Она забилась в самый угол, уткнувшись лицом в стену. Я вздыхаю, тру переносицу, затем отодвигаю край одеяла и забираюсь рядом. - Иди сюда, - говорю я, привлекая к себе девочку. Та тут же льнет, судорожно вдыхая. Второго Сано за вечер успокаиваю. А ведь Майк сделал для меня то же, когда я была у Драка. Глажу её по волосам, о чем-то бессвязно рассказывая, пока девочка не проваливается в сон. И я следом за ней.