Ненавижу

Утро Виктории началось чересчур громко. И без того раздражённая лишним шумом девушка даже не смогла позавтракать — лишь запихнула в себя ненавистный чай с каким-то салатом, тут же под руками горничных очутившись в ванной. Быть обнажённой перед тремя девушками странно. Особенно неловко Вика чувствовала себя в те моменты, когда те приступали к своей работе, торопясь и обговаривая некоторые моменты. — Вы уже подумали о том, какое платье желаете надеть, леди? — Втирая в волосы Пенелопы какое-то масло, поинтересовалась горничная. — У вас есть чудесный наряд, что будет идеально смотреться с вашими волосами, мисс, — вторила ей другая девушка, выливая непонятную, но ароматную жидкость в ванну. — Я хочу надеть закрытое платье, — вспомнив тёмно-зелёное платье с высоким воротом, Вика поёжилась от такого пристального внимания. Будь её воля, она бы сама приняла ванну. Сидя примерно через два часа перед зеркалом, девушка наблюдала за махинациями слуг. Неловко постучав накрашенным ногтем по локтю, попаданка подняла руку к лицу, по привычке рассчитывая поправить очки. Но их не было, а зрение Пенелопы в них не нуждалось. Чувствуя, как настроение всё сильне и сильнее катится вниз, Виктория поморщилась от боли в животе. — Вам больно, леди Пенелопа? — Замерла горничная с расчёской. — Мы делаем что-то не так? — Опустив её руку, уточнила вторая девушка. — Просто голодна, — прикрыв глаза, объяснила Вика, вновь посмотрев на отражение в зеркале. Пенелопа, даже несмотря на отвратительный рацион питания, была красива. Настолько, что Вике было одновременно и завидно, и любопытно. Сама она не могла носить многие вещи из-за своей фигуры, но вот Пенелопа… у неё красивые плечи с ключицами, а на коже нет ни одной веснушки или прыщика. Такая красота, которую хочется показать, но нельзя. Пенелопа, даже будучи одета в простую одежду, приковывает взгляд. А её мимика, боже, Вика бы любовалась и любовалась ей. Так точно передаёт её настроение и то, что она хочет показать. Мягкая улыбка, которую попаданка тренировала, сидя перед зеркалом, была просто до безумия очаровательна. А холодный и высокомерный образ был настолько величествен, что Виктория пожалела о своём неумении рисовать. Такой портрет, такой профиль можно было бы описать! Облачившись в единственное тёмное платье с высоким воротом, Вика под лепет служанок осмотрела это тело в зеркале, любуясь. Такая красавица, а прячется. Зато попаданка в полной мере поняла опасения герцога. Если уж в современном мире людей похищают и продают, что говорить о средневековье, где это норма. — Принесите мне перчатки под это платье, — кончиками пальцев прикоснувшись к ткани, Вика осторожно сжала небольшое украшение на поясе. — Эмили, возьми с собой платок. — Платок? — Неуверенно переспросила девушка, пока вторая горничная ходила за перчатками, подавая их Пенелопе. — Обычный платок, которым можно будет вытереть лицо или руки, — объяснила попаданка, вспоминая исторические подробности, а также не забывая о гигиене. Пускай здесь не было запрета на мытьё, девушка впервые покидает герцогский дом за всё то время, что находится здесь. Лучше взять его на всякий случай, чтобы в уборной комнате была возможность привести себя в порядок. — Как скажете, леди Пенелопа, — кивнула Эмили, скрывшись за дверью гардеробной. Вика, сделав глубокий вдох, положила руку на пояс. Корсет, к огромному счастью девушки, был необязательной частью одежды, поэтому она наслаждалась возможностью набрать в лёгкие большое количество воздуха. Неизвестно, сколько времени она должна будет провести на этом вечере, а мучить и без того слабое тело не хочется. — Вы хорошо себя чувствуете, мисс? — Тихо уточнила горничная, всматриваясь в лицо аристократки, из-за чего Виктории захотелось отвернуться, лишь бы её не рассматривали так внимательно. В конце-то концов, она с пяти лет сама принимает ванну и одевается, а тут, внезапно, появляются три феи, что и голову помоют, и спину потрут. К её пяткам даже лезли! Будто она маленький ребёнок, ей богу. — Более чем, — кивнула леди, надевая принесённые перчатки и осматривая тело Пенелопы ещё раз. Завистливо вздохнув, Вика дождалась последних махинаций горничных, после чего направилась к выходу. Сквозь плотную ткань не было видно худобы Пенелопы. Наоборот, под таким слоем украшений она казалась идеальной, а косметика придала здоровый блеск коже. Удивительно, как за пару часов эти девушки сумели скрыть плохое здоровье герцогини. Уже у выхода из особняка попаданка заметила Эмили, что садилась в карету для слуг. Мимоходом сравнив транспорт, Вика вновь сделала глубокий вдох, слегка приподнимая юбку, спускаясь по лестнице вниз. Подойдя ближе, попаданка осторожно присела, приветствуя старшего брата Пенелопы. — Кажется, за последние дни своего отдыха ты стала больше похожа на человека, — осмотрев свою сестру с ног до головы, Дерек нахмурился, всё же заметив бледный цвет лица девушки. В конце концов, косметикой горничные скрыли небольшие недостатки, но вот от внимательного взгляда старшего брата Пенелопы не укрылся настоящий оттенок кожи сестры. — Ты уверена, что одежду нужно гладить? — Продолжал приставать идиот, тихонько попивая свой чай. — А ты помолчать не можешь? — Переворачивая рубашку на другую сторону и расглаживая складки, Вика взяла в руки утюг. — Да как можно, если ты такой ужас творишь! — Всем нам нужен отдых, чтобы собраться с новыми силами, — сдержавшись от смешка, Вика улыбнулась парню, невольно сравнивая его со своим братом. — Поэтому и вы постарайтесь отдохнуть, молодой господин, — добавила Вика, отмечая синяки под глазами Эккарта, — Этот вечер будет выматывающим. Наблюдая, как парень всё сильнее хмурится, Вика опустила уголки губ, также виновато опустив голову. Но, не попросив прощения, она молча развернулась, забравшись с помощью охраны в карету и чудом не наступив на край платья. Поправив юбку, девушка села у дальнего окна, тут же расправив плечи и сложив руки на коленях. Чувствуя, как качнулась карета, когда старший брат Пенелопы забрался внутрь, а дверь хлопает, Вика сделала глубокий вдох, сжав руки в замок. — Я звучала грубо, прошу меня простить. — Дёрнувшись телом назад от рывка транспорта, Вика нахмурилась от стука копыт, что заглушал её слова. — Уверена, будь у вас меньше обязанностей, вы бы больше уделяли внимание своему здоровью. — Раз тебя так волнует моё здоровье, то веди себя тихо и не устраивай сцен. — Разумеется, — повернув голову и встретившись взглядом с парнем, Вика слабо улыбнулась, кивнув. — Я дала слово и сдержу его. Услышав лишь смешок от герцога, Вика молча отвернулась обратно к окну, рассматривая пейзаж. Какой минимум она должна пробыть в зале, прежде чем, под предлогом плохого самочувствия, покинуть празднование?

***

Запив пирожное вином, Виктория отложила пустой бокал в сторону, чувствуя затылком чужие взгляды. Этот вечер проходил гладко. К ней никто не лез, а Виктория, понаблюдав за окружением, быстро смекнула, что и как делать. Однако приветствовать её никто не стал, а сама Пенелопа, как попаданка уже успела понять, ни с кем не общалась. Подходить к ровесницам было также глупо, те недоверчиво смотрели на Пенелопу, стоило ей двинуться в их сторону. Именно поэтому, немного походив по залу и послушав разговоры знати, Виктория направилась к столу, осторожно перекусывая предложенной едой. Не то, чтобы сладкое можно было назвать хорошей пищей, но это была единственная еда на столах. Очевидно, аристократия заранее набивала животы, чтобы на праздновании, веселясь, пить вино и украдкой пробовать десерты. О вине Виктория думала долго. Границы своего тела она знала хорошо, но что на счёт Пенелопы? Она пила когда-нибудь? А ей вообще можно вино пить? Она правда долго над этим думала. Но когда в горле от небольших десертов стало до ужаса сухо, а единственным предлагаемым напитком было вино, то девушка спихнула всю вину на организатора данного праздника. Отметив для себя лёгкую горечь вина, Вика осторожно вытерла губы салфеткой, выкинув ту в специальную маленькую корзину. Побродив в толпе ещё немного, девушка вновь заметила Дерека. Неуверенно поджав губы, она опустила взгляд, направившись в другую сторону. Толку от его статуса сопровождающего, если он бросил свою спутницу, стоило им войти внутрь? И чего так вёл себя… Вспоминая то, как Вика только в первое время могла позволить себе наблюдать за парнем, сидящим со скрещенными руками и ногами, девушка тихо хмыкнула себе под нос, встав у стенки. В карете существовала только тишина, которая заставляла чувствовать себя ужасно неуютно. Виктории хотелось исчезнуть, спрятаться и даже дышать беззвучно. Когда же они остановились, молодой господин буквально выскочил из кареты, протянув ей руку. Неуверенно взявшись за неё, Вика спустилась вниз, ругая парня за то, что он не подал ей ладонь когда она забиралась в карету. Но шагая под взглядами знати, Вика могла лишь сжимать предложенный локоть, шагая чуть ли не в ногу с Эккартом. Сначала ей хотелось выдернуть ладонь, но после, заметив остальную аристократию, девушка лишь расправила плечи, хмурясь. Тогда Вике казалось, что всё пройдёт спокойно. Она будет тихо следовать за братом Пенелопы, улыбаться знати и просто быть декорацией. Но стоило им войти внутрь, Дерек быстро отдал указ быть тихой, после чего скинул её руку, двинувшись к своим друзьям. Чувствуя боль в ногах и голове, Вика аккуратно прикоснулась к уголку глаза, массируя его. Этой ночью ей нужно будет поплакать. Иначе такими темпами она начнёт лить слёзы перед людьми, а это лишняя шумиха. Поджав губы из-за ноющего от усталости сердца, Вика обхватила себя за локти, слыша нарастающий шум. Равнодушно подняв голову ко входу, попаданка краем уха слушала объявление о гостях. Заметив, как знать начала кланяться, девушка последовала их примеру, опустив голову и не отрывая взгляда от пола. Но любопытство сыграло свою роль, особенно когда принц начал свою речь, возвышаясь над знатью. Там, на вершине пьедестала, были особые места, предназначенные только для членов императорской семьи. Два стула, что больше походили на трон, буквально кричали о статусе и богатстве тех, кто сидит на них. Вспомнив приглашение, Виктория перевела взгляд с принца на императрицу. Если это день рождения второго принца, то где тогда первый? Ведь, даже имея плохие отношения, правила приличия обязывают поддерживать репутацию, демонстрируя народу хорошую семью. К тому же, как попаданка знает, семья Эккартов занимает нейтральную позицию, не поддерживая ни первого, ни второго принца. Чёртовы дворцовые интриги. Стоило Виктории подумать над этим, как двери зала хлопнули, из-за чего девушка вздрогнула всем телом, нервно обернувшись к дверям. Сквозь толпу замечая человека в красном плаще, она прислушивалась сначала к разговорам толпы, а после и к самому виновнику этого шума. — Наследный принц, что это за безобразие?! — Вскочив с трона, воскликнула императрица. — Как то, что старший брат присутствует на празднике дня рождения своего младшего брата, может быть безобразием, матушка? — Громко и с явной насмешкой в голосе спросил мужчина. Чувствуя тревогу, Вика осторожно начала двигаться за спиной знати к выходу, внимательно слушая разговор императорской семьи. — Ты наследный принц, и все же выкидываешь подобный ужас там, куда тебя даже не приглашали!.. Остановившись за спинами ровесниц, Виктория посмотрела на Императрицу, которая не позволяла себе говорить лишнего, нервно двигая головой с принца на кого-то ещё. — Что это за мужчина? — Тихо зашептались девушки, даже не заметив то, как за их спинами спрятался ещё один человек. — Боги, он весь в крови!.. — На что вы намекаете, говоря, что я не приглашен? — Мигом заглушив шёпот знати, принц постарался придать своему тону грусти, но все прекрасно слышали насмешку. — Эти слова так расстраивают. Попаданке всё сильнее и сильнее хотелось уйти отсюда. Она так долго ждала появления императорской семьи, чтобы со спокойной душой покинуть праздник, как первый принц буквально перевернул всё вверх дном. Дерек теперь чёрта с два отпустит её сейчас домой. Повезёт, если не начнёт держать рядом с собой. — Кто ты такой, чтобы приходить сюда! — Продолжала кричать Императрица, с яростью смотря на крон-принца. — Именно из-за того, что меня сюда пригласили, я отложил все свои дела и приехал. Крон-принц саркастично пожал плечами. Судя по его лицу, ему совсем не было грустно. — Но слуга, доставивший приглашение, был слишком неопытен. Несмотря на спокойный и даже насмешливый тон, по телу девушки побежали мурашки. Крон-принц низко наклонился, схватил тело за волосы и встал обратно, с силой потянув наёмника на себя, так, что оно наполовину приподнялось. — Он не отдал мне приглашение, как я велел, а сделал вместо этого совершенно не то, что было нужно, поэтому я преподал ему небольшой урок. Ты должен был выбрать более хорошего слугу, младший братец. — Послышался звук металла, а после весь зал содрогнулся. Уши Виктории заложило от громких криков, однако последние слова принца она услышала более чем чётко. — Дарю тебе это вместо подарка. Опустив голову вниз, Виктория чувствовала, как задыхается. Перед глазами всё плыло, а в голове раздался звук оповещения. Попаданка дёрнулась, услышав такой родной звук, почти не глядя нажав «Да». Только потом до неё дошло, что она приняла квест, который даже не удосужилась прочитать. Не предложение очнуться, нет. — Система, что это за квест? — Стоя в лабиринте, тихо спросила девушка, чувствуя, как всё внутри сжимается от страха. В полутьме слух начал улавливал лишние звуки, пока попаданка усиленно взмывала к системе. — Да ответь ты! Оглянувшись по сторонам, Вика не сразу заметила небольшой светящийся шарик. На ватных ногах направившись к нему, девушка обхватила себя за руки, осторожно заворачивая за угол и замечая в далеке ещё один шар. Постоянно оглядываясь и прислушиваясь, Вика прошла совсем немного, замерев на месте, когда перед глазами показался фонтан. Неуверенно ступив вперёд, девушка сделала глубокий вдох, прерывисто выдохнув, тут же прикрыв лицо руками. Стараясь взять себя в руки, попаданка вытерла мелкие слёзы, опуская руки и оглядываясь в поисках скамейки, когда к кадыку прижалось что-то холодное. — А я все гадал, что за крыса тут шатается. — Раздался голос со спины, до ужаса и дрожи в руках знакомый. — Разве это не полоумная сучка Эккартов? Наследный принц едва заметно улыбнулся, встав перед девушкой и продолжая держать у шеи острое лезвие, которое давило и уже успело порезать ткань и кожу. — Преследуешь, даже будучи свидетелем того, что произошло в бальном зале. Ты хочешь умереть? Глядя в глаза крон-принца, Виктория чувствовала, как внутри всё замирает, а слова мужчины не воспринимаются. Как бы сильно девушка не старалась понять, внутри всё затихло. Она даже старалась дышать как можно меньше. — Говори. Для чего ты шла за мной по пятам, как гнусная крыса? Лезвие глубже вонзилось в кожу, заставив придти в себя. Дёрнувшись, Вика направила корпус назад, чтобы отодвинуться от лезвия, но принц тут же перевёл лезвие на её сонную артерию, не сводя взгляда. — Судя по твоему молчанию, ты, должно быть, прощаешься со своими братьями. Не волнуйся, я буду столь любезен, что передам им, Эккартам, твои последние… — Засунь свой меч себе в задницу, — прервала речь крон-принца девушка, опустив взгляд на лезвие в чужой руке. Руки дрожали, однако Вика этого не чувствовала. Она будто оказалась в вакууме, в котором время идёт намного быстрее, не позволяя полностью осознать происходящее. — Интересное начало, — замерев лишь на мгновение, на лице мужчины появилась улыбка. — Решила заговорить? — Нет, но и помереть я не хочу, — сглотнув ком в горле, Виктория осторожно подняла руки вверх, показывая, что без оружия. — Уберите меч. — С какой стати? — С такой, что я вам ничего не сделала, — на выдохе прошептала девушка, чувствуя, как начинает дрожать губа. — Мы взрослые, блять, люди, язык дан для разговора, — подняв взгляд на крон-принца, Виктория вновь дёрнулась в сторону, почувствовав слабую, но резкую боль в шее. — Да я ничего вам не сделала! — Тогда зачем преследовала? — Наклонившись ближе, задал вопрос мужчина, тут же хмурясь от крика. — Да на кой чёрт вы мне сдались?! Вы и в людных местах меч к шее случайных прохожих приставляете?! — Чувствуя, как из глаз всё же побежали слёзы, Виктория зажмурилась, шмыгнув. — Впервые из дома вышла, и в итоге… — Иди, — с тяжёлым вздохом убрав меч, кронпринц спрятал оружие в ножны, наблюдая, как девушка опускает голову, одной рукой закрывая шею, а второй вытирая слёзы. Не мешкая, попаданка развернулась, рванув к лабиринту. Вакуум исчез, однако время не замедлилось. Казалось, что оно стало идти ещё быстрее. На ходу вытирая слёзы и спотыкаясь из-за чёртовой обуви и юбки, девушка выскочила из прохода, тут же врезаясь в мимо проходящего человека. — Простите, простите меня, — не поднимая головы, прохрипела попаданка, без остановки стирая слёзы и стараясь проскочить мимо. Но почувствовав руки на своих плечах, она замерла, накрывая глаза ладонью и опуская голову. — Леди, ваша шея… — Царапина, не более, — дёрнувшись в мужской хватке, Вика громко шмыгнула, понимая, что теперь её точно не выпустят из чёртового дома. — Отпустите меня, пожалуйста. — Вы уверены, что вам не нужна помощь? — Неуверенно, но всё же убирая руки, мужчина тут же полез в карман, протянув ей платок. — Прижмите к шее, это лучше, чем ничего. — Назовите ваше имя, чтобы я могла после вернуть его вам, — сквозь слёзы посмотрев на платок, Вика взяла предложенную вещь, тут же крепко прижав её к шее. — Винтер Берданди, леди. — Спасибо вам, — быстро попрощавшись, Виктория обошла мужчину, двинувшись к повозкам. Мужчина преследовать её не стал, что хоть немного, но радовало. Сдерживая крик в горле, Вика в последний раз вытерла глаза, делая глубокий вдох. Игнорируя музыку и шум из здания, она прошла под окнами, быстрым шагом добравшись до стоянки карет. Отыскав знак семьи Эккартов, Виктория сделала глубокий вдох, чтобы придать своему голосу спокойствие. — Отвезите меня в особняк, а после возвращайтесь, — отдала быстрые указания кучеру девушка, самостоятельно забравшись в карету, наплевав на манеры, подняв юбку до колен. Лишь сев и глубоко вздохнув, Виктория подозвала к себе остолбеневшую охрану, что до её прихода играла в карты. — Передайте молодому господину, что мне стало плохо. Также найдите мою служанку и отвезите её в поместье. — Б-будет сделано, мисс, — переглянувшись, воскликнули мужчины. Кареты стояли далеко от мест, где сидели люди, поэтому её было плохо видно. Девушка не могла не отметить тот факт, что в карете было не настолько жутко, как во время прогулки по лабиринту. Когда она было потянулась к дверце, кучер, что до этого общался со слугами других домов, закрыл дверь, быстро забравшись на своё место и тронувшись. Через окно наблюдая за быстро сменяющимся пейзажем, Вика прикрыла глаза, сжимая руку в кулак. Тихо всхлипнув, Виктория облокотилась о стекло, сделав глубокий вдох и зажимая раны на шее. Стук копыт постепенно успокаивал, а темнота дарила неожиданное умиротворение. Словно прикрывала от чужих взглядов, позволяя спрятаться. Всё будет хорошо… Иначе и быть не может.

***

— Не смей даже упоминать о ране, Пеннел, — держась за плечо дворецкого, Вика осторожно поднималась по лестнице, чувствуя, как перед глазами всё плывёт. — Это обычная царапина, просто в неудачном месте. Сжав чужое плечо, Вика опустила голову ниже, чуть покачнувшись из-за ступеньки, что прямо перед её взором переместилась вперёд. — Как вы можете так говорить, мисс, — растерянно глядя на леди, мужчина осторожно приподнял девушку, на секунду остановившись, чтобы Пенелопа могла перевести дух. Он был на грани, особенно когда герцогиня предстала перед ним с окровавленной шеей и бледным лицом. И ладно бы она пришла с главного входа, рядом с которой он находился, чтобы вовремя встретить детей Герцога. Не заметь он завернувшую карету, что двинулась к боковому входу, леди Пенелопе пришлось бы самой возвращаться в свою комнату. — Герцог будет… — Это только моё дело, — тяжело дыша, отрубила Виктория, продолжив путь по коридору. — Чем он мне поможет? Позовёт лекаря? Это обычная царапина, я промою её и лягу спать. Кровь остановилась ещё в карете. Руки дворецкого дрогнули, из-за чего герцогиня чуть не упала, соскользнув со ступеньки. Мигом подняв леди, Пеннел с небольшим облегчением выдохнул, когда они закончили подъём по лестнице. Ходьба по коридору была намного быстрее, так как в нём не было убегающих ступенек. — Но вдруг… — Если бы это правда была серьёзная травма, то я сдохла бы ещё по пути в карете, — грубо толкнув дверь, Виктория опустила чужое плечо, самостоятельно уперевшись рукой о стену и указав мужчине на окно. — Открой его и выйди из комнаты. Когда в поместье вернётся Эмили, вели ей быть как можно тише. — С каждым словом девушке было сложнее вздохнуть. Каждая фраза забирала весь кислород, который только был у попаданки, из-за чего она начала задыхаться. Делая глубокое дыхание, она собралась с мыслями, продолжив: — Заранее достань спирт. — Сделав глубокий вдох, Вика оттолкнулась от стены, самостоятельно двинувшись к ванне. — Чем незаметнее вы это сделаете, тем лучше. — Лекарь… — Не беси меня, Пеннел, — взявшись за ручку двери, Виктория обернулась к мужчине. — Ты опоздал со своей помощью. Ещё тогда, когда меня кормили дерьмом, а слуги не знали своего места, считая себя лучше дворянки. Руки начали дрожать, а перед глазами всё плыть. Она бы села, чтобы хоть немного отдохнуть и дождаться Эмили, однако могла оставить кровь. Если окровавленную одежду ещё можно незаметно выкинуть, то диван или кресло будет практически невозможно. Однако речь шла не о мебели дома, а о Пенелопе. Ребёнке, что, возможно, умер, а она заняла его тело. Без своего желания и хотения. Пенелопа жила в этом доме шесть лет и никогда не воспринимала себя как часть этого дома. Знала, что герцог даст ей всё, чего бы она не попросила, но не могла даже рассказать об издёвках слуг. Кричала, переворачивала столы и устраивала сцены, чтобы её не трогали те, кто и взгляда на неё не смели поднять. Если человеку всю жизнь твердить о том, что он свинья, то не стоит удивляться, если однажды он захрюкает. — Я могла тебя на виселицу за такое отправить, но пожалела. Не заставляй меня желать твоей смерти. Пройдя в ванну и захлопнув за собой дверь, Виктория трясущимися руками отыскала спички со свечой, принявшись освещать комнату. Когда она смогла более менее осмотреться, то быстро кинула платок в тарелку, прижав к шее полотенце. Отыскав в полутьме кувшин с водой, Виктория осторожно вылила воду в тарелку, наблюдая, как вода окрашивается кровью. Поёжившись, девушка промочила край полотенца, после чего, стянув перчатки, осторожно прикоснулась к шее. Чувствуя, как в глазах снова собираются слёзы, а ноги подгибаются от усталости, Виктория осела на пол, сжав в руке ткань чёртового платья. Стараясь не делать резких движений, девушка одной рукой принялась расстёгивать мелкие пуговицы на спине, а после развязывать шнуровку. Руки с каждой минутой становились тяжелее, а веки уже невозможно было поднять. Вике хотелось лишь лечь спать, чтобы поскорее забыть этот кошмар. Было бы ещё лучше, если бы она очнулась в реальном мире в своём теле. Но попаданка чувствовала, что этого не получится. Не знала, но чувствовала, что она снова и снова, день ото дня, будет просыпаться здесь. — …Пенелопа! Леди Пенелопа! — Услышав крики Эмили, Вика вздрогнула, тут же застонав от боли в шее. — Боги, почему вы не позвали врача?! — Это просто царапина, — чувствуя сухость во рту, Вика поморщилась от головокружения. Посмотрев на горничную, что буквально тряслась, стоя в дверном проходе, девушка не сдержала смешка, стирая рукой слёзы. — Сними это платье, нужно промыть рану. — М-мисс, я лучше… — Когда ты держала иголку, страшнее было? — Сидя в полумраке и глядя в глаза девушке, попаданка снова поморщилась. — Делай свою работу, Эмили. Молча. Что бы ни слуги, ни кто-то другой не узнал о том, что здесь происходит. — Но как я… — Хуем об косяк, сними ты это ебаное платье, — чувствуя такую сильную усталость, Вика заставила себя встать на дрожащие ноги, оперевшись рукой о столешницу. — Когда снимешь платье, достань у Пеннела алкоголь. — Х-хорошо, — дрожа всем телом, прошептала девушка, принявшись развязывать шнуровку. Когда платье опало на пол, Вика медленно набрала в лёгкие воздуха. Больше её ничего не стискивало и она могла дышать полной грудью. Немного подышит, и головокружение с усталостью пройдёт. — Спирт, Эмили, — не увидев движения за спиной, напомнила герцогиня, подняв взгляд на зеркало и принявшись осторожно вытирать засохшую кровь. В тишине проводив горничную взглядом, Вика осмотрела лицо Пенелопы. Стараясь не думать о полумраке и разных тварях, девушка вылила ещё немного воды, с тяжестью в мышцах вытирая пятна. Будет грустно, если из-за её неосторожности на этом теле появятся шрамы. Пенелопа точно расстроится, что теперь у неё будут ограничения в украшениях. Ведь, каким бы красивым и роскошным не был бриллиант, уродский шрам над ним будет привлекать намного больше внимания. Тяжело вздохнув, Вика прикрыла глаза, вспоминая мелодию, что мама пела Денису, укачивая её племянника. Всхлипнув от того, что из рта чуть не вырвался вой, попаданка прикусила губу, жмурясь из-за слёз и всеми силами отгоняя мысли вон. Помнится, она планировала устроить вечер слёз. Что же, отличная возможность. Осталось дождаться, когда она останется одна. А перед этим она дождётся Эмили со спиртом, после чего отдаст все доказательства сегодняшней ситуации, чтобы горничная сожгла их. Вспомнив о платке, Вика приоткрыла глаза, в темноте рассматривая красную воду. Проще подарить новый.