Ненавижу

Сглотнув ком в горле, Вика закрывает глаза, слушая шум машин внизу. В лицо дует холодный ветер, а руки уже начинают дрожать от холода. Ей просто нужно сделать один шаг вперёд. Ничего сложного.

***

Этим днём солнце буквально слепило. Вика даже глаза открыть не успела, как горящий шар начал лезть в глаза. И ведь шторы она всегда задёргивает. Наверное, это была месть братьев — поселить её в комнату на солнечной стороне дома. Чтобы открывала глаза и слепла. Но сейчас речь не о братьях. — Не отвлекайтесь, отец, я просто принесла вам чая, — проходя в кабинет, Виктория мягко улыбнулась мужчине, наблюдая за изменениями выражения его лица. План по изучению внешнего мира с каждым мгновением становится всё более сложным в своей реализации. Охрана внезапно занята очень важной тренировкой, а без рыцаря она и шагу не смеет ступить за пределы особняка. Поэтому приходится давить на жалость у главы дома. Благо, что на колени падать не нужно. Достаточно показаться лишний раз и дать понять, как ей хочется наружу. — Это лишнее, — растерянно смотря на кружку, а спустя мгновение хмуро на дочь, герцог положил бумаги на стол, присматриваясь к Пенелопе. Он прекрасно знает, что просто так она бы не пришла в его кабинет. Ещё и с чаем. Тем более после его отказов. — Ты хочешь чего-то? — Только чтобы вы отдохнули, — мягким тоном призналась Вика, поставив чашку рядом с герцогом и оперевшись бедром о стол. Теперь сделать это было легко, так как в особняке она имела возможность не носить такое огромное количество ткани, просто, чтобы прикрыть ноги. А брюки хорошо смотрятся на Пенелопе, так ещё и Вике в них привычно. Однако она пришла сюда не одеждой похвастаться, а найти возможность выйти из этого дома. — Вы проводите здесь очень много времени. Что-то случилось? — Возникли проблемы в городе, — хмуро объяснил мужчина, опустив взгляд на чай и нахмурившись ещё сильнее. Герцога одолевали подозрения о том, что Пенелопа пришла не просто так. Он уже отметил тот факт, что его дочь изменилась, став более разумной. Но её глупая и наивная отвага остались на месте. Эта безумная смесь может свести в могилу любого. Вика же, поняв, что просить разрешение выйти за пределы поместья бессмысленно, только кивнула, ободряюще улыбнувшись мужчине. — Не засиживайтесь, — выпрямившись, Виктория чуть наклонилась корпусом вперёд, поклонившись, после прижимая поднос к груди. — Сегодня чудесная погода, поэтому я надеюсь, что вы уделите мне время. Погода и вправду была чудесная, не смотря на солнце. Кабинет герцога почти всегда был в тени, поэтому он не мог в полной мере осознать всю прелесть сегодняшнего дня. Вика же, с тяжестью в сердце решив покинуть уютную библиотеку и забросить на время исследования дома, сначала узнала у Пеннела о планах мужчины на день, после чего двинулась с предложением прогуляться к самому хозяину. Солнце слепит полностью, но не может же она позвать гулять герцога по особняку. Уж точно не сейчас, когда ей нужно стать ближе к этому человеку. Герцог тем временем, замерев на пару мгновений, положил ручку на стол, быстрым взглядом оглядев документы на столе, обдумывая её предложение. Спустя ещё несколько коротких секунд, он поднял голову на Пенелопу. — …Думаю, пятнадцать минут я смогу выделить, — немного посверлив её взглядом, герцог согласно кивнул. Желание остаться в этом кабинете увеличилось на несколько раз.

Вы не можете остаться здесь

От возникшего сообщения системы Вика чуть не скривила лицо в уродливой гримасе, вовремя вспомнив о Герцоге. Сейчас да, она не может находиться в особняке на постоянной основе. Но вот потом… она ни за что не будет выходить в такую солнечную погоду на прогулку. Либо в библиотеке посидит, либо напросится потратить время здесь. Помнится, в какой-то новелле она читала похожую историю: где принцесса занималась в кабинете своего отца. И ведь хорошо общались. Так почему бы и ей не попробовать эту схему? — Тогда, когда будете заканчивать с бумагами, попросите Пеннела позвать Эмили. — Улыбаясь так мягко, как только возможно, Вика сжала поднос в руках, сдерживая резкие порывы. Почему вообще принято считать, что солнечная погода — это самый лучший день для прогулки? Да это наглая ложь! — Она отведёт вас в укромный уголок, что я нашла. Получив в ответ короткий кивок, Вика быстро и тихо попрощалась с герцогом. Аккуратно прикрыв за собой дверь и отдавая горничной поднос, девушка хмуро двинулась по коридору. Двигаясь в библиотеку, Вика уже в который раз осматривала проходы дома, поражаясь внешнему виду особняка. В её мире это место стоило бы миллионы, если не больше. И она здесь живёт, почти как полноправная хозяйка. Тем не менее, не стоимость особняка заставляет девушку напряжённо осматриваться. Эти два дня проходят слишком спокойно. К ней никто не лезет, Эмили лишний раз не болтает, а братья пропадают по поручениям герцога. С одной стороны, это хорошо, так как шансы выдать себя уменьшаются. С другой, ей нужно улучшать взаимоотношения между всеми членами семьи, а также думать о своём будущем. Неизвестно, когда и при каких обстоятельствах она вернётся назад. Но сидеть сложа руки, и не иметь возможности даже прикоснуться к этой роскоши, она не может. Именно поэтому прогулявшись сначала по особняку и узнав свои границы, а после по саду, Виктория задумалась о дальнейших планах и тут же тяжко вздохнула. Улучшать отношения с семьёй? Для этого нужно время, а также желание, коего у девушки не так много. Тот же Рейнольд вызывает одним своим видом мигрень, а Дерек слишком внимателен к Пенелопе. Вряд ли у них были романтические отношения, но недомолвку Вика чувствует очень хорошо. Учиться законам этого мира? Так герцог через не-хочу согласился приставить к ней учителя. В конце концов, её знания английского не настолько тянучи, а в библиотеке только научная литература, от которой Вику уже тошнит. Посещать балы и вечера, на которые так любила ходить Пенелопа? Она одним своим видом привлекает внимание, а изменения в её поведении рано или поздно заметят. Пытаться разговорить систему?.. Тяжело вздохнув и помассировав свою переносицу, попаданка в полной мере поняла ненависть Шень Цинцю к своей Системе. А ведь она смеялась с их общения! А момент с гробом, боже, она считала её хорошей и ужасно милой, чем вызывала улыбку одним своим упоминанием. Только теперь не смешно ни капли. — Вы хорошо себя чувствуете, леди? — Осторожно поинтересовалась Эмили, тихо шагая за её спиной и переминая рукав униформы, сжимая обложку книги. — Более чем. Поняв, что прозвучало это слишком резко, девушка отругала себя за грубость. Щурясь от солнца, Вика присела на край фонтана, после опустив голову к воде и наблюдая за её течением. Вокруг почти никого не было, а солнце медленно пригревало затылок. В далеке слышались птицы, что голосили на всю округу, но, тем не менее, успокаивали своим пением. Ещё и от фонтана шёл прохладный воздух, от чего становилось только лучше. Как давно она вот так отдыхала? Почти одна, без вечных звонков и подгонов… это слишком странно. Необычно до ужаса, но так приятно, что Вика, когда вернётся, будет в первую очередь скучать по этому спокойствию. От неё здесь ничего не требуют. Никаких ожиданий, только просьба не привлекать внимание. Вика это умеет, особенно когда нужно тихо исчезнуть. Она может делать почти всё, что угодно — герцог не ограничивает свою дочь в денежных средствах. Хочешь новые платья? Пожалуйста. Украшения? Не вопрос. Но как долго герцог давал такую материальную любовь Пенелопе? Почему всё ещё не поднял тему о резком изменение личности дочери? Как так получается, что всех напрягает её поведение, но при этом они счастливы ему? — Что обо мне говорят люди? — Не отрывая взгляда от бликов, Вика опустила руку в воду, слегка её сбалтывая. Эмили, что до этого тихо стояла рядом, неуверенно подняла голову на герцогиню. — Какие слухи вас интересуют, мисс? — Сделав небольшой шаг вперёд, уточнила горничная, перехватывая книгу в руках. — Плохие. — Недолго думая, Виктория выпрямилась, повернувшись к Эмили лицом. — Кого я подставила, оскорбила, насколько плохо себя вела, перед кем могла раздвинуть ноги, — игнорируя то, как горничная дёрнулась от последних слов, попаданка продолжила, — вся грязь, Эмили. Я хочу знать всё. Горничная молчала, глядя на неё совсем неуверенно. Отведя взгляд в сторону, она замялась, думая. Однако делать это под взглядом леди было сложно, из-за чего ей всё же пришлось начать: — В последнее время о вас почти не говорят, — отведя взгляд ещё дальше, тихо призналась Эмили, опуская плечи и поглаживая кончиками пальцев обложку книги. — Пеннел провёл собрание, на котором сказал, что за любой косой взгляд в вашу сторону работник будет наказан. — Тогда что говорили до этого? — Закинув ногу на ногу, Вика сложила на них руки, расправив плечи. Чтобы люди после таких слов начальства заткнулись? Да кто в здравом уме поверит в это? — Не бойся, Эмили, я никого не буду наказывать и увольнять. Мне просто интересно. Неуверенно подняв голову, горничная поджала губы. Вновь отведя взгляд в сторону и чуть помяв ткань униформы, девушка вся сжалась под тяжёлым взглядом герцогини. — В первое время ходили слухи о причине того, почему Герцог привёл вас в дом, — опустив голову, Эмили начала бегать взглядом по булыжникам под ногами. — Одни говорили о вашей схожести с леди Ивонной, другие о жалости к ребёнку. Когда вы приехали, вы были в одной рубахе… — …Это ведь не всё, — заметив чужие мельтешения, Вика сложила руки в замок, призвав горничную продолжить. — Г-говорили, что вы… поразили Герцога, — замерев, горничная опустила голову ещё ниже, вжав её в плечи. Подбирая слова, Эмили тихо, почти шёпотом, продолжила. — Своими навыками. Дослушав до конца слова горничной, Вика кивнула, также опустив взгляд на булыжники под ногами. Значит, Пенелопа не родная дочь Герцога. Всего лишь замена настоящей умершей дочки. Неудивительно, что Пени не похожа на приёмного отца. Это также объясняет излишнюю избалованность герцогини и отношение братьев к ней. Ещё и тот сон про ожерелье начинает давать информацию. Чужой ребёнок, сирота из трущоб, вошёл в богатый дом. Герцог, что привёл её в это место, вряд ли поговорил с сыновьями о своём поступке. Скорее привёл Пенелопу, и через время оставил, решив, что девочка справится с новым окружением. Это также объясняет его поведение, когда малышку обвинили в воровстве. Вика помнит бывшего ухажёра своей тёти, что рос в детском доме. Не воровал, но был жаден и скуп, как в эмоциональном, так и в материальном плане. Тяжело вздохнув, она встала на ноги, поворачиваясь к Эмили спиной и рассматривая фонтан. Что в её мире, что здесь, родители остаются такими же. Но если Пенелопа прибыла в особняк в одной рубашке, то значит, она жила в трущобах. Что герцогу там делать? Какие-то незаконные дела? Тогда Пенелопа была бы прямым доказательством его деяний. Возможно, Ивонна не умерла, а пропала? Это также объясняет озабоченность Эккартов охранниками. Пенелопа, конечно, эмоциональная малышка, но даже у ребёнка есть мотив сделать то или иное действие. Ей просто нужно понять, что за человек была Пенелопа Эккарт. И заручиться поддержкой хозяина дома. Не братьев, а именно герцога, что стоит на голову выше. Однако младших Эккартов не стоит убирать в сторону. В конце концов, они тоже, в некоторой степени, привязаны к девушке. Но как ей не попасться? Придумать историю про потерю памяти? У Пенелопы не было никаких травм, помимо пореза на шее. Прикоснувшись кончиками пальцев к корочке раны, Вика отдернула руку, когда неосознанно начала корябать засохшую корочку. Она почти затянулась, пару дней и от неё даже следа не останется. Но если говорить о ранах, Вика ведь не могла занять тело, в котором уже есть душа? Только если Пенелопа умерла или перешла в её тело. Тогда она тоже умерла? Поёжившись от своих мыслей, попаданка тяжело вздохнула, морщась. — Иди в то место, где я чаще всего отдыхаю. — Прервав тишину, Виктория слегка нагнулась, опуская руку в воду и взбалтывая её, наблюдая за волнами. — Книгу оставь на скамейке, и можешь быть свободна. Я побуду тут немного и двинусь туда. — Вам принести молока? — Прижав книгу к груди, уточнила Эмили. — Когда герцог изъявит желание прогуляться со мной, — немного подумав, попаданка кивнула, слабо улыбаясь. — Также принеси чего-нибудь сладкого. — Как скажете, леди Пенелопа. Дождавшись, когда она останется одна, Вика снова тяжко вздохнула. Выпрямившись и подняв сухую ладонь к лицу, девушка помассировала переносицу. Герцог не делает никаких действий в сторону Пенелопы. Наоборот, когда она проявляет заботу и называет его отцом, он становится мягче. Конечно, не тогда, когда она просит разрешения пройти на третий этаж и чердак, но тоже неплохо. Если у Пенелопы и была какая-то интимная связь, то вряд ли получится узнать это просто так. — Да просто шляться, где попало, не надо, — переключая очередной скандальный выпуск про изнасилование, отец сматерился себе под нос. — Сами носят короткие юбки, а после обвиняют, что их изнасиловали в подворотне. — Саша, — возмущённо зашипела мама, слыша, как Вика замерла у двери в свою комнату, слушая их разговор. — Хочешь сказать, я не прав? — Тут же въелся мужчина, закатывая глаза. — Если бы её правда принудили к этому силой, как она говорит, то чёрта с два она пошла бы на телевидение. Сложив руки на груди и морщась от старых воспоминаний, Вика поднялась на ноги, медленно двинувшись в сторону своего укромного уголка. Каждый выживает так, как может. А жить в трущобах, будучи девочкой — огромный риск. Не принудят силой, так растлят. Да и кто Вика такая, чтобы винить девочку в её поступках? Будто сама лучше. Раздражённо дёрнув плечом, девушка прошла в сад, упав задницей на скамейку и откинув голову на спинку. Рассматривая пушистые облака над головой, Вика не сдержалась от смешка, помотав головой и раскрывая книгу. Герцог и братья не домогаются Пенелопы, а было ли у этого ребёнка что-то — не её дело.

***

Внезапное заявление Рейнольда о том, что они поедут в город на фестиваль, буквально взбудоражило внутри Вики всё возможное. Она наконец выйдет из этого дома, посмотрит на людей и узнает, о чём они говорят. Она даже может поесть разные блюда! Ещё и платить за всё будет Эккарт! — Вы уверены, леди, что хотите пойти в этом наряде? — Поправляя складки на широкой голубой юбке, Эмили неуверенно подняла голову на Пенелопу, вновь испытывая напряжение из-за взгляда герцогини. — Более чем, — согласно кивнув, Вика мягко улыбнулась горничной, дождавшись, пока она закончит. — Мне нельзя привлекать лишнее внимание, а дорогие украшения именно это делать и будут. Надену только то старое кольцо, которое ты предлагала продать. — Тогда я сейчас принесу его вам, — кивнув, Эмили быстро двинулась в сторону гардеробной. Приподняв юбку ещё выше, Виктория покрутилась вокруг своей оси, с довольной улыбкой наблюдая за отражением. В прошлом она почти не носила одежду голубого цвета. Разве что один единственный свитер, который она проносила около года. Чудесная была вещь, пока у неё не полезли прыщи на плечах. Длинной по щиколотки, это платье идеально подходило для долгой прогулки в городе. Ещё и высокий воротник позволит без проблем спрятать порез. К тому же само платье, пускай и выглядело простым, но определённо качественным и дорогим. Удивительная находка в гардеробе герцогини, что предпочитала более тёмные тона. — Позволите заплести вам волосы? — Вернувшись и отдав ей кольцо, поинтересовалась Эмили, когда Пенелопа встала на место, надев кольцо и поправляя короткие рукава платья. Взгляд Эмили против воли упал на чистые локти. Несмотря на то, что синяки уже давно исчезли, горничная всё равно испытывала страх перед леди. Если для остальных она начала казаться более зрелой, то Эмили прекрасно знала, что герцогиня только притворяется. Сцены того, как леди Пенелопа самостоятельно вытирала кровь со своей шеи, до сих пор вызывали короткую дрожь в руках. Какой нормальный человек, тем более молодая аристократка, будет игнорировать возможность пойти к врачу, когда из её шеи буквально хлещет кровь? Леди Пенелопа осталась такой же сумасшедшей, просто начала делать свои дела тихо. В какой момент герцогиня так изменилась? Почему её взгляд в тот роковой день был таким… диким? Это с самого начало повергло горничную в ступор, она должна была заметить это и остановиться на своих издевательствах. Но она продолжила. А леди Пенелопа вернула её, позволив наблюдать за изменениями. Эмили единственная в этом доме знает герцогиню лучше, чем кто-либо. Ни Герцог, ни наследники семьи даже не догадываются о том, какая леди Пенелопа на самом деле. Она была уверена в этом, ровно до того дня. Герцогиня изменилась именно в тот момент? Или это происходило ещё задолго до этого? Что она пропустила? Вспоминая то, какой тихой была леди Пенелопа за пару дней до того инцидента, Эмили посмотрела на герцогиню ещё раз, внимательно рассматривая. Но сколько бы раз она не присматривалась, это определённо её госпожа. Что изменилась характером до неузнаваемости. — Эмили, — хмуро смотря на горничную, Вика осторожно прикоснулась к плечу девушки, вместе с горничной вздрагивая от неожиданности. Встретившись с ней взглядом, попаданка положила свою ладонь на чужой лоб, прислушиваясь к ощущениям. — Ты хорошо себя чувствуешь? — Д-да, мисс, — опустив глаза, тихо произнесла Эмили, складывая свои руки в замок, прячась от слишком внимательного взгляда Пенелопы. Ещё одна особенность, которая появилась у леди. — Просто задумалась. Раньше герцогиня смотрела на всех с безразличием, которое быстро исчезало под гневом из-за неосторожных слов других людей. Теперь же, даже когда леди гневалась и была взбешена, она не устраивала истерики. Смотрела и говорила, не думая о том, как грубо звучат её слова. Леди Пенелопа боялась смерти. Сейчас она говорит о ней так легко, что это вызывает мурашки. Потому что взгляд снова и снова падает на чужую шею, а слова о том, что смерть единственной Эккарт не принесёт ей вреда, заставляют присматриваться и ожидать новых неожиданных действий. — Тебе лучше посетить врача, — опуская руку со лба девушки, Вика по привычке заправила чужие волосы за ухо, опустив руку вниз. — Я сама соберу волосы, отдохни. — Но я хорошо себя чувствую! — Тут же вскинув голову, Эмили прикусила губу, игнорируя действия герцогини. — Правда. — Это приказ, Эмили, — не сдержав тихого смешка, Вика взяла девушку за плечи, разворачивая к себе спиной и подталкивая в сторону двери. — Иди, я сама найду дорогу. Обернувшись к леди Пенелопе, горничная неуверенно поджала губы, опуская голову и кивая. Герцогиня не любит повторяться дважды. — Хорошей вам прогулки, мисс, — развернувшись и слегка поклонившись, Эмили быстро вышла из комнаты, наконец оставляя леди наедине с самой собой. Сделав глубокий вдох, чтобы взять себя в руки, Вика вновь повернулась к зеркалу. Есть что-то в этом теле, от чего Виктории становится жутко. У Пени, несомненно, чудесная и обворожительная улыбка, но в тоже время, когда она слишком сильно уходит в себя, взгляд герцогини становится пугающим. Вике и в прошлой жизни говорили не раз, что у неё тяжёлый взгляд, но у Пенелопы… — Всё хорошо? — Остановившись в проходе, уточнил учитель, нагнувшись, чтобы рассмотреть оттенок лица ученицы. — Не считая того, что я не понимаю задачу, да, — хмуро смотря в учебник, Вика подняла голову на учителя, получая в ответ короткий вздох. — У тебя такой взгляд жуткий был, что я подумал случилось что-то, — хмыкнув, мужчина развернулся к ученице спиной, вернувшись к своему месту и встав у доски. — Зачитай задачу. Учитель математики был первым из учителей, кто сообщил ей об этой проблеме. До этого она даже не воспринимала всерьёз слова окружающих на счёт своего взгляда, но после… Отогнав ненужные сейчас мысли и воспоминания о былых друзьях, девушка осторожно присела на край стула, взяв в руки расчёску с лентой. Собирая волосы в низкий хвост, Вика с лёгкой улыбкой заплела волосы лентой, перебирая её кончик меж пальцев. — А можно мне пойти с распущенными? — Уже давно не взвизгивая, а только хмурясь, Вика со слезами на глазах терпела попытки мамы заплести в косичку чёртову ленту белого цвета. Но та вновь и вновь выпадала, из-за чего мама только сильнее злилась, натягивая пряди с каждой попыткой всё сильнее и сильнее. — Хотя бы без ленты! — Давай в последний раз, — продолжила стоять на своём мама, расплетая длинные волосы и вновь натягивая их у корней, из-за чего Вика всё же не сдержалась, зашипела. — Это последний! Тяжело вздохнув из-за всё равно появившихся воспоминаний, Вика затянула ленту. Она начала сама себя заплетать в четвёртом классе. Ругалась, ссорилась с мамой, но не давала ей больше возможности заплести себя. Однако сейчас, оказавшись здесь, Вика с удивлением поняла, что хотела бы вернуться в те времена, когда её заплетали. Даже смогла бы вытерпеть всю ту боль, которая постоянно сопровождалась с этим действием. Поджав губы, девушка встала на ноги, не глядя в зеркало и быстро покидая комнату. Хлопнув дверью и раздражённо закатив глаза из-за шума, попаданка быстрым шагом двинулась по коридору к лестнице, а уже там к главному входу. — Леди Пенелопа, — стоя у двери, Пеннел поклонился герцогине, протягивая запечатанное письмо. — Старший молодой господин немного задержится, но обещал присоединиться к вашей прогулки чуть позже. — Передай Дереку, что мы с Рейнольдом обязательно будем его ждать, — с улыбкой взяв письмо, Виктория благодарно кивнула дворецкому, покидая особняк. Расправив плечи, Вика спустилась с крыльца к карете. Приподняв юбку и самостоятельно забравшись внутрь, девушка осторожно вскрыла конверт. Рейнольд придёт с минуты на минуту, а письму он уж точно не обрадуется. Во всяком случае, истерику устроит, Виктория была в этом уверена. По этой причине вскрывая конверт, Вика не сдержала мягкой улыбки. Красивый и чёткий подчерк был настоящим счастьем для девушки, что в своём времени была готова убить своих сокурсников с дополнительных за их конспекты. Проведя кончиком большого пальца по засохшим чернилам, Вика быстро пробежалась взглядом по тексту, удовлетворённо кивнув. Спрятав письмо обратно в конверт, попаданка осторожно засунула его за спинку сидушки. Она задолжала благодарность одному мужчине. Ещё и платок должна вернуть. Но как, даже в её современной реальности, можно вернуть окровавленный платок? Проще уж новый купить. Чувствуя всем телом, как карета качается из-за Рейнольда, Вика оторвалась взглядом от окна, повернувшись к парню и широко улыбнувшись. — Чего улыбаешься? Совсем свихнулась? — Хмурясь, Рейнольд дёргано сел напротив, тут же сложив руки на груди. — Просто рада тебя видеть, — почти честно призналась попаданка, поправив подол юбки и отворачиваясь обратно к окну. Мужчина из сада ей очень помог. Своим платком он дал ей стимул провести время с братом Пенелопы. Осталось придумать, как осторожно и без лишнего внимания купить нужную вещь.

***

— Может, ты хочешь попробовать… — Сначала я должна доесть мясо, — Подцепив вилкой свинину, девушка уже в который раз прикрыла глаза от удовольствия. Вокруг стоял такой сильный шум, что чтобы услышать своего собеседника, приходилось иногда практически в ухо говорить. В воздухе же буквально гуляли разнообразные запахи, чаруя и вынуждая постоянно выискивать нужное блюдо. Ранее неизведанный, но безумно обворожительный запах мяса в необычном соусе привёл их к тому, чтобы застрять у небольшого прилавка. Непонятный кисло-сладкий соус сначала смутил её, не привыкшую к такому вкусу. Она много раз видела в дорамах такие блюда, но чтобы вживую поесть… в её маленьком городе не было ни одного кафе или ресторана азиатской кухни, а родители не любили эксперименты с едой, поэтому Вика никогда не пробовала такое. — Они же готовят… на улице, когда вокруг все ходят, — продолжил Рейнольд, с нескрываем отвращением смотря на еду. Если раньше девушка считала Рейнольда обычным парнем-холериком, то теперь к этой характеристике добавилось ещё и ворчание. Эккарт мог, практически не затыкаясь, ругаться на что-либо, чем безумно напомнил отца попаданки. Слушая ругань старшего брата Пенелопы, который иногда переходил в описание её недостатков, Вика согласно кивала, доедая блюдо. Не хочет есть — не надо, ей больше достанется. А к ворчащим людям она уже привыкла. — Может, хочешь блины с мёдом? — Стоя в очереди, уточнил дедушка, пока они дожидались своей очереди, которая очень медленно двигалась. В центре площади работники быстро и шустро убирали сожжённое пугало, чтобы освободить больше места. Не так далеко от прилавков Вика видела, и даже показала дедушке, как молодые парни залезали на высокий столб, чтобы забрать разные подарки. Чудесный день, чтобы прогуляться. Ещё чудесный праздник, чтобы познакомиться с новыми людьми. Укутавшись в отданный шарф и слегка морщась от чужого запаха сигарет, девочка отрицательно покачала мужчине головой, широко улыбаясь. Она с самого начала не хотела ехать на масленицу. Родители на работе, в школе выходной, а старший брат свалил к своим друзьям. Дом был в полном её расположении, пока к ней не пришли одноклассницы, буквально силой вытащив на площадь. Через час веселья они разошлись. Одну забрали родители, другая пошла гулять с друзьями, а третья ещё в самом начале отстала от них. Денег на еду не было, а выигранные сладости не набивали желудок. Под курткой в штанах она спрятала сборник стихов, чтобы потом продать. Вика полчаса простояла на остановке, дожидаясь своего автобуса, который должен был проехать мимо неё, как минимум, два раза. Но его не было, и она, с дедушкой и молодой девушкой, ждала. Сейчас, поедая блины и пряча в карманы куртки купленную дедушкой сладость, она показывала пальцем на сцену, надеясь попросить купить маленькую игрушку-пугало, которая должна принести хороший урожай. Если она подарит такую вещь маме, она же обрадуется? — Там выступают уличные артисты, давай посмотрим? — Отодвинув от себя пустую дощечку, Вика ещё немного послушала ругань парня, после чего, дождавшись запинки, перебила. — Мы же только там были, — хмурясь, Рейнольд коротко выдохнул, двинувшись за Пенелопой в толпу. Пробираясь сквозь людей и постоянно получая локтём или рукой по всем возможным местам, Вика обернулась на розоволосого, чуть подождав, пока тот нагонит её, после чего зацепилась пальцами за чужой пиджак. Неловко улыбнувшись напрягшемуся парню, девушка аккуратно двинулась вперёд, продолжая держать его за одежду. Музыканты уже были рядом и, если привстать на носочки или пролезть под чужую руку, можно было увидеть выступление танцовщицы. Вика, стоя на носочках и шатаясь из стороны в сторону, всеми силами пыталась устоять на месте. Перехватив Рейнольда, чтобы удержать за его счёт равновесие, девушка кивнула парню на танцовщицу, чуть придвинувшись к нему. Перекрикивая музыку и чужие разговоры, она переложила руку с чужого локтя на плечо, вынуждая Эккарта чуть пригнуться. — Ты знаешь, что это за мелодия? Рейнольд, что чувствовал себя не очень уютно в толпе простых людей, скорчил лицо, кивнув. Он, в отличие от девушки, был на таких фестивалях не раз, поэтому не видел здесь ничего интересного. Эккарт бы предпочёл остаться в особняке, чтобы помочь старшему брату с документами. Он бы так и поступил, если бы отец не настоял на данной прогулке. С чего он вообще решил, что выпускать эту полоумную псину из дома будет хорошей идеей? Мусор тянется к мусору. Как эти ленивые мрази, что не знают правил, так и Пенелопа ведёт себя, будто впервые здесь. Каждый год твердит, что не пойдёт на фестиваль, а в итоге тратит огромное количество денег на глупые безделушки. И для кого? Для состоятельных и влиятельных членов семьи Эккартов! Будто правда верит, что они им нужны! Вновь гуляя меж прилавков, Рейнольд заранее приготовил кошелёк. Пенелопа погуляет немного, купит, что ей нужно, и они пойдут домой. Дерек ему заранее сообщил, что не придёт, так как работы много, а тратить его впустую на хотелки этой девушки он не хочет. Прикрыв на мгновение глаза, Рейнольд коротко вздохнул. Ходить в этой толпе, среди этих тварей, он не имел ни малейшего желания. Будь его воля, он бы и Пенелопу сюда не пускал. Чем ей балы разонравились? С едой, что намного изысканней этих помоев, с людьми, с которыми есть, о чём поговорить. Даже охрана там намного лучше, нежели чем на таких мероприятиях! В чей-то дом на вечер они могли её отправить одну. Рейнольд сам видел, что Пенелопа поумнела и начала думать о репутации их семьи. На фестивали же, где её могли спокойно обдурить и увести куда-то, оставлять одну было опасно И почему именно он? Отправить её с охраной, как в прошлые года, и всё! Отец забыл о том, что эта девица не его настоящая дочь. Ивонна, вот, кого он должен был искать, а не эту!.. — Рейнольд? На автомате протянув руку к кошельку, Эккарт замер. Он закрыл глаза лишь на мгновение, а Пенелопа стоит перед ним с хлебным изделием местного приготовления. Где только достала? За какие деньги? И не противно ей это есть?.. — Что нужно?! Вика, пока Рейнольд усиленно размышлял, сумела поторговаться с милой женщиной, за старое кольцо взяв булочек и забрав пару медных монет, как сдачу. Стоило ей двинуться к хмурящемуся парню обратно, как за подол её юбки кто-то аккуратно дёрнул. — Тётенька, а можете дать немного? Обернувшись и опустив голову вниз, Вика улыбнулась двум мальчишкам. Отдав им две булочки и получив в ответ широкую и яркую улыбку, она двинулась к Рейнольду, что продолжал хмуро о чём-то думать, глядя на украшения. — Они с яблоком, очень вкусные, — протянув деревянную тарелку парню, Вика улыбнулась ещё шире, учуяв сквозь лишние запахи тонкий аромат яблок. — И ещё тёплые. Их никто, кроме хозяйки и меня, не трогал. — Я тебе псина, что ли, чтобы есть всё то, что ты мне даёшь?! — Будучи от природы нервным, после мыслей о родной сестре Рейнольд буквально срывается на крик, чтобы перекричать окружение и дать понять, что разговаривать не хочет. Он взмахивает руками, пугая не только хозяина лавки, рядом с которой они стояли, но и окружающих их людей. Вика, что не ожидала такой реакции, замерла на пару секунд, обдумывая такую резкую смену настроения. Она одета прилично, ни с кем лишний раз не общалась. Что могло так взбесить человека? — …Тебе не нравятся яблоки? — Предположила девушка, в ответ получая ещё один крик: — Ты! Ты мне не нравишься! — Сложив руки на груди, парень отвернулся от неё, хмуро наблюдая за толпой. — На кой чёрт отец вообще меня с тобой отправил?! Лучше бы сама, как и раньше, сходила с охраной, и не тратила моё время! Настроение плавно катилось вниз. — Тогда давай дождёмся Дерека, и я… — Да будто у него дел нет, кроме как с тобой шастать в этом свинарнике! Сделав глубокий вдох, Вика коротко кивнула, разворачиваясь и двинувшись сквозь толпу к краю фестиваля. — И куда ты пошла, дура?! — Быстро догнав и дёрнув Пенелопу за локоть, Рейнольд сжал чужую руку. От этого действия тарелка в руках девушки полетела вниз. — Домой, идиот, — хмуро опустив взгляд на разлетевшиеся булочки, Вика дёрнула рукой, вырывая её и присаживаясь на корточки. Быстро складывая хлебные изделия обратно в тарелку, она выпрямилась, рассматривая грязные участки еды. — Их теперь только собакам… — Самое то для такой, как ты, — не удержался от комментария Рейнольд, тут же встречаясь с тяжёлым взглядом Пенелопы. Смотря ей в глаза пару мгновений, он усмехнулся. — Что такое? Разве я сказал что-то не так? — Я просто удивлена, что животное может говорить, — опустив взгляд на булочки, Вика оторвала корочку, на которой была грязь, после чего, под набравшим в лёгкие воздух Рейнольдом, откусила чистую часть. Пережёвывая под ошалевшим взглядом парня еду, попаданка пожала плечами. — Знаешь, ты прав. Зря я тебе предлагала, ты всё равно будешь всем недоволен. Поехали домой, раз тебе всё это в тягость. Настроение детей резким скачком упало вниз. Рейнольд, что даже спустя столько лет совместной жизни, не может понять причины появление Пенелопы в их доме. Он уверен, что Ивонна ещё жива, что она, рано или поздно, вернётся домой. В груди Эккарта всё ещё теплилась небольшая надежда. — …Вот и отлично, — сжав руки в кулаки, Рейнольд быстро обогнал её, широкими шагами двинувшись к выходу с фестиваля. Вика, что наблюдала за постепенно исчезающим в толпе парнем, сглотнула пережёванную булочку. Опустив голову вниз и рассматривая хлебное изделие, она тяжело вздохнула. И что такого она сделала, чтобы вывести Рейнольда из себя? Хотя, боже, сам себе надумал что-то и сорвался на ней. Ничего удивительного. — Мы работаем ради тебя, чтобы ты, сука, ни в чём не нуждалась! — Срывая голос, кричала на весь дом мама, вышагивая перед ней сначала в одну сторону, а затем в другую. — Хочешь новую одежду? Пожалуйста, Вика. Хочешь новую книгу? Выбирай любую! Хочешь учиться музыке и изучать английский? Да на, держи! Слушая её ругань и краем глаза отслеживая передвижение женщины, чтобы в случае чего приготовиться к удару, Вика сжала челюсть, услышав тихий вой желудка. В школе есть не получается, а за жалкие полчаса, что она бежит в музыкальную, перекусить получается редко. Ещё и учительница, ебанатка тупая, позвонила матери. Она два раза не сделала домашнее задание и опоздала на пять минут. В чём её вина, если на улице гололёд? — С этого дня ты приходишь со школы и кладёшь телефон в нашей комнате! Кивая и получая новые крики из-за своего молчания, Вика оставила телефон у родителей, вернувшись в свою комнату. Желудок продолжил урчать, но выходить и получать ещё больше не было никакого желания. Вытерев слёзы, девочка достала из рюкзака булку хлеба, вгрызаясь в корочку и потянувшись за бутылкой воды. Прислушиваясь к звукам в коридоре и быстро справляясь с едой, она спрятала пакет с крошками в ящике стола. Вытерев рот и слушая ругань матери с отцом, Вика посмотрела в окно, дожидаясь, пока подойдёт время сна. Нужно будет поблагодарить Настю за её плеер с музыкой. Только, чтобы им воспользоваться, нужно подождать, пока родители уснут. Откусив от булочки ещё немного начинки, Вика двинулась в сторону выхода фестиваля. Нужно будет поговорить с герцогом о кухне ещё раз. Она давно не ела шарлотку, а эти булочки с яблоками просто божественны.

***

— Мы на территории особняка, почему я не могу прогуляться по саду? — Слабо хмурясь, Виктория спрятала вскрытый конверт за спину, чтобы не мозолить Рейнольду глаза. Он и так весь на нервах после фестиваля, а во время поездки у них случилась ещё одна ссора из-за письма, которое девушка спрятала перед их путешествием. — Потому что я так сказал! Одна ты никуда не пойдёшь! — Продолжал стоять на своём Рейнольд, закрывая ей выход ногой. — Ты можешь просто сказать, что я сделала не так, Рейнольд, — тяжело вздохнув, в который раз уже повторила Вика, в ответ получая очередной крик. — Говоришь много лишнего! Карета остановилась у главного входа в поместье. Наблюдая за тем, как Рейнольд выскакивает из кареты, быстро исчезая из её поля зрения, Вика прикрыла глаза, резко выдохнув. Она просто хотела прогуляться по территории особняка. Пятнадцать-двадцать минут, и она бы также пришла домой. В чём смысл был ехать и ссориться из-за этого? Покинув карету, Вика двинулась к входу, поднимаясь по лестнице и заходя внутрь. Кивнув горничным, что поклонились ей, девушка двинулась к лестнице. — Эта фальшивка точно что-то натворила! Остановившись на последней ступеньке на втором этаже, Вика подняла голову на лестницу, что вела выше. Тихий шёпот было сложно расслышать и точно разобрать слова, поэтому попаданка тихо сняла обувь, поднявшись на две ступеньки выше. — Именно, иначе второй молодой Господин не был бы таким взвинченным, — согласна прошептала вторая сплетница, а Вика не сдержалась от смешка. — Как думаешь, что на этот раз? — Очевидно, устроила истерику, когда он отказался брать очередную безделушку, — зашептала третья, тут же засмеявшись. — Такая идиотка. — Тихо, совсем неслышимо, прошептала вторая. — Будь я на её месте, вела бы себя приличней и брала бы полезные подарки. Её вытащили из трущоб, но кровь безродной берёт своё. — Пф, — не сдержавшись, тихо фыркнула попаданка, тут же прикрыв рот ладонью. Наверху стало тихо. С тяжёлым вздохом поднимаясь наверх, Вика улыбнулась замеревшим девушкам. Пока она поднималась, те быстро защебетали, очевидно, заметив отсутствие обуви на герцогине. — Очень странно слышать о своей крови от тех, кто имеет статус ниже моего, — сказав это, герцогиня поднялась на третий этаж, встав перед девушками и оперевшись бедром об перила. — Где Пеннел? — Он со вторым юным господином у Герцога, — опустив голову, произнесла одна из девушек. — Приведи его, — кивнув ей, Вика наблюдала, как горничная быстро сбегает вниз, пиная или сбрасывая её обувь по лестнице вниз. Не беда, она и босиком походит. — Помнится мне, Пеннел проводил собрание, на котором предельно ясно объяснил причину вашего возможного увольнения. — Мягким тоном начала Вика, встречаясь взглядом с одной из горничных. — Или я не права? — Правы, леди Пенелопа, — в унисон сказали девушки, опустив головы. Никто не хочет терять работу из-за сплетен о главной семье. А если их выпнут из этого дома с плохой рекомендацией, то вряд ли они сумеют устроиться в хорошее место. Ни один хозяин своего дома не принесёт в дом крысу или таракана. От таких принято избавляться, но никак не разводить. — Тогда какого чёрта вы делаете это в коридоре? Своих комнат нет? — Сложив руки на груди, девушка недовольно цыкнула. — Окажись на моём месте другой Эккарт, вы бы полетели из этого дома без возможности в будущем устроиться на хорошую работу. Вы этого хотите? — Н-нет, герцогиня, — сжавшись, прошептала одна из девушек. — Мы очень сожалеем. — Мне плевать, сожалеете вы или нет, это не моё дело, — закатив глаза, Вика развернулась к горничным спиной, медленно спускаясь по лестнице. — Вы в ответе за то, что будет с вами в будущем. Если вы даже сплетничать не умеете, то я боюсь представить, как вы выполняете свою работу. Передайте дворецкому, что я буду ждать его в своей комнате. Одна из вас, — остановившись и обернувшись назад, Вика кивнула самой зажатой, — пусть принесёт мне воды. — Хорошо, мисс. Спустившись на второй этаж и проверив свою обувь, попаданка хмыкнула. Спустившись ещё ниже и нагнувшись, чтобы забрать свою обувь, Вика замерла на корточках, заметив поднимающегося Дерека, что также остановился на месте. Очевидно, он тоже не ожидал встретиться с Пенелопой на лестнице. Когда та поднимает свою обувь, расхаживая босиком. — Что ты делаешь? — Поднимаю обувь, — подцепив пару, девушка выпрямилась, улыбнувшись сводному брату Пенелопы. — Куда ты? На втором этаже она живёт одна. Чтобы дойти до библиотеки, проще воспользоваться лестницей в восточном крыле, но никак не южной, которая ведёт в спальни. — Отец хочет пригласить тебя на ужин, — глядя на обувь в тонких руках, а после на сами ноги, парень резко отвернулся в сторону, хмурясь. — Скажу, что ты занята. — Но я же… — Мы ошиблись, подумав, что ты стала взрослее. Очевидно, это было просто детское желание. Сказав это, Дерек полностью развернулся на месте, спускаясь по лестнице вниз. — Оставишь меня голодной? — Тихо спросила Вика, блефуя, и надеясь на то, что Рейнольд ещё не успел всё разболтать Эккартам. — Тебе принесут еду в комнату, — даже не остановившись, парень спустился на первый этаж, двинувшись дальше. Кончики пальцев дрогнули, отчего обувь в руках Вики упала обратно. Опустив голову, она вновь присела. — От тебя бесполезно что-либо ждать, — кидая дневник на пол, устало прошептала мама. — Одни проблемы. Поднявшись на свой этаж, Вика прошла в спальню Пенелопы. Подойдя к кровати и тихо поставив рядом с ней обувь, она залезла на застеленную постель, вытаскивая из-под одеяла подушку. Молча, без лишних криков, она со всей силы ударила по подушке. Снова занося руку и нанося удар, она отшвырнула мягкое изделие в сторону. Доставая следующую подушку, Вика тихо выпускала эмоции. Ей нужно быть тихой, пока не придёт Пеннел. После она примет ванну и ляжет спать. Солнце ещё не успеет полностью уйти, поэтому она будет чувствовать себя спокойно. Но сначала нужно дождаться Пеннела.

***

Тяжело дыша от активного избиения подушки, Вика упала боком на кровать. Убрав рукой волосы с лица, девушка прикрыла глаза, делая глубокий вдох. С братьями будет сложно. Из-за чего Рейнольд так напрягся? Что такого она сделала, что получила ненависть в свою сторону? Ещё и Дерек. Не то, чтобы это сильно её задело, но она правда рассчитывала на его появление. Старший молодой Господин имеет большое влияние на Рейнольда. Как минимум, не было бы той ситуации с булочками. Но Дерек тоже имеет против неё скрытые мотивы. Пенелопа точно ходила по дому босиком, он видел её не раз без обуви. В том же саду он и слова не сказал, когда она развалилась на скамейке. Хотя, она тогда была ранена, поэтому эта ситуация не самая лучшая. Герцог выше этих двоих на голову. Если Вика получит его благосклонность, то сможет рассчитывать на защиту. Но возраст рано или поздно возьмёт своё, поэтому ей стоит показать свой характер и разумность. Докажет, что имеет силы вести своё дело, и он не откажет. Возможно, даже передаст какое-то семейное дело. Опять же, младшие Эккарты. Не Дерек, так Рейнольд начнёт скандал о том, что ей ничего доверить нельзя. — Эта фальшивка точно что-то устроила! Сделав глубокий вдох, Вика вытерла мелкие слёзы на глазах. Пенелопа и правда лишь замена настоящей дочери. Простая девочка, что, наверное, в детстве была похожа на настоящую леди Эккарт. Вика во время исследования дома не нашла ни одной картины семьи, поэтому не имеет ни малейшего представления о том, как выглядели женщины этого дома. Наверное, Рейнольд, помимо цвета волос, больше ничем не похож на матушку. Даже больше, иногда, глядя на него, Вика ловит себя на мысли, что второй господин этого дома больше походит лицом на Герцога, нежели первый. Встав с кровати, попаданка прошла к зеркалу, рассматривая лицо герцогини. — Она копия Саши, — ворковали бабушки, наблюдая, как Вика довольно улыбается, сидя на руках отца. Положив голову на его плечо, она довольно засмеялась от новых комплиментов, пряча свою улыбку в шее папы. — Да ты глянь, в нашу породу пошла деваха, — самоуверенно крикнула бабушка со стороны отца, доказывая родственникам мамы свои слова. — Вырастет, и парни толпами бегать будут! — Ты копия отца, — восхищённо шептал Сашка, друг из детского садика. Задрав голову, он открыл рот от удивления, расправив плечи и копируя позу папы, чем вызвал только улыбку. — У тебя волосы да нос наши, — с грустью вздохнула двоюродная бабушка со стороны мамы, наливая младшей внучке лимонада. — Ты на отца, конечно, похожа, но характер у тебя мамин, — тихо призналась Маша, слушая с Викой тихую и мелкую перепалку её родителей на кухне. Внешность отца и характер мамы. Именно так было все шестнадцать лет, и никак иначе. Однако сейчас, глядя на себя в зеркале, она видела не себя, а совершенно чужого человека. Всё ещё тощую, бледную девушку, с закрытой высоким воротником шеей. Что у неё осталось из настоящего, реального мира? Только её характер и память. Она больше не часть этой мрази, которую должна была называть отцом. В ней не течёт эта чёртова кровь, которую она ненавидит и боится. Она свободна от этого человека, ровно как и от матери. Что она ей сделает? А она вообще вернётся? Увидит младших братьев, племянника? Ещё раз перечитает все новеллы, начав новые? Досмотрит, наконец, Волчонка. Она же это сделает?.. — Система?..

Не имею права рассказывать об этом.

Она даже договорить не успела. Не сдержав истеричного смешка, Вика вздрогнула от тихого стука в дверь. Прижав руку к груди и сделав глубокий вдох, девушка проглотила ком в горле, взяв себя в руки. — Входи. — Вы звали меня, леди, — проходя в спальню и подходя ближе, Пеннел остановился рядом с диваном и коротко поклонился, в ответ получая такой же короткий кивок. Ей нужно вести себя спокойно. Тихо, чтобы не навлечь ещё больше проблем. — Ты был в кабинете, когда Рейнольд давал отчёт герцогу о прогулке? — Перейдя сразу к делу, Вика аккуратно села за зеркало, расправляя подол юбки. Нет смысла тянуть с разговором. Пеннел сообразительный, да и Пенелопу он знает. Лучше не отвлекать его лишний раз от своих обязанностей. — Да, леди Пенелопа. Желаете знать, о чём он говорил? — Хотелось бы. По отражению в зеркале Вика чётко видела скорчившееся лицо дворецкого. Очевидно, ему было неприятно говорить об этом, однако и проигнорировать такое поведение Эккарты не могли. Она сглупила, повела себя по идиотски. Но кто вообще выкидывает еду? Тем более свежую выпечку, от которой можно отломить грязный кусок. Тем не менее, Герцогиня бы так себя не повела. И это её ошибка. — Он поделился тем, что вы много ели и таскали его по грязным местам. Также рассказал о том, что вы подняли еду с земли. Прикрыв на секунду глаза, чтобы не сорваться, Вика мелко кивнула. Она и не рассчитывала на то, что Рейнольд будет молчать. Кто угодно, но не он. Подняв руки к волосам, Вика начала аккуратно расплетать причёску, приглядывая за Пеннелом за спиной. — Какой же была реакция герцога? Глупый вопрос, даже слишком. — Очень сложно сказать, мисс. — Отведя взгляд в сторону, мужчина сжал руку в кулак. — Но то, что он этим недоволен, было хорошо понятно. — Покажи мне отца, что был бы счастлив узнать, как его ребёнок ест с земли. — Не сдержалась от комментария и тихого смешка Вика, стянув ленту и положив её на стол. От этой ситуации с каждой секундой становится всё хуже. — Вы позвали меня ради этого? Или у вас есть поручение? — Проигнорировав её смешок, Пеннел напряжённо расправил плечи, хмуро поглядывая на отражение герцогини. — Отец же ест с братьями? Завтракает там, обедает? — Короткий кивок стал более чем хорошим ответом. Довольно улыбнувшись, Вика взяла в руки расчёску, принявшись приводить волосы в порядок. — Я хочу, чтобы ты за три часа до начала их трапезы провёл меня на кухню. Хочу попробовать испечь шарлотку. — …Шарлотку? — Тихо переспросил Пеннел, тут же прокашлявшись. Прикрыв рот кулаком, он повысил голос, чтобы не мямлить. — Я могу попросить повара… — Я хочу попробовать сама. Вика сидела тихо, с идеально прямой осанкой. Её плечи были расправлены, а руки плавными движениями расчёсывали непослушные локоны. Она скоро ляжет спать. — Как пожелаете, леди. Стоит просто со всем закончить. — Ещё я хочу, чтобы к завтрашнему вечеру ты подготовил мне охранника, — положив расчёску на столик, Вика повернула голову к Пеннелу. — Рейнольд и Дерек заняты, как и отец, не хочу их тревожить. От новых мыслей и догадок Пеннел едва слышно скрипнул зубами, сжав свою челюсть. Первый молодой Господин вёл себя необычно после того, как направился за леди Пенелопой. Он подумал, что случилось что-то серьёзное, поэтому поспешил придти в спальню герцогини. Однако не сумел увидеть ничего странного, от чего по рукам пробежала мелкая дрожь. Если герцогиня пожелает что-то сделать, у него нет гарантии и уверенности, что она будет невредима. — Желаете посмотреть им подарок? — Решив перевести тему, аккуратно уточнил дворецкий, тут же получая в ответ тихий смешок. — Не думаю, что им необходима безделушка с ежегодного фестиваля. Внутри мужчины что-то тихо, но очень ощутимо упало. — Вы глубоко ошибаетесь, леди. — Ты хоть раз видел мои подарки у них? — Резко вскинув голову, герцогиня поджала губы, также резко отведя взгляд. Пеннел, заметив слёзы в глазах леди, ещё сильнее сжал руки в кулак. — Я сказала всё, что хотела. — Полностью отвернувшись в другую сторону, Пенелопа встала на ноги, а мужчина только сейчас заметил босые ноги герцогини. — Так как я поела на фестивале, беспокоить меня не стоит. Переоденусь и лягу спать, устала за сегодня. Пеннел, поклонившись, мысленно поставил себе задачу попросить Эмили уговорить Леди Эккарт постелить в своей спальне ковёр. Герцогине, очевидно, нравится ходить босиком, однако она может заболеть из-за этого. Кто-то должен заботиться о младшей Эккарт. Не семья, так слуги. — Я позову Эмили, чтобы она помогла вам. — Не стоит. От тихого и мягкого тона девушки по телу Пеннела пробежали мурашки. Не так, леди Пенелопа должна была придти с фестиваля радостной и весёлой! Она уезжала такой счастливой, а вернулась тихо, едва заметно. — С вашего позволения, мисс, — поклонившись ещё раз, Пеннел сглотнул ком в горле. — Доброй ночи. — Доброй, Пеннел. Дождавшись ухода мужчины, Вика прерывисто вздыхает. Поведя плечами и вытерев мокрые глаза, она подходит к окну, задёргивая на нём шторы. — Я хочу к тебе, — накрываясь пушистым одеялом, тихо шепчет Вика, утыкаясь лбом в чужое плечо. — Ребёночек, что ли, маленький? — Также тихо шепчет мама, поправляя своё одеяло в ногах. — Я хотя бы одна спать не боюсь, — цыкнув, Вика закатывает глаза, самостоятельно поднимая чужую руку и забираясь ближе. — А я сплю без включённой лампы, — не осталась в долгу мама, получая короткий щипок. — Так, спать! — Л-леди Пенелопа, — раздаётся тихое за дверью. — Входи. Быстро стирая побежавшие слёзы, Вика встаёт к девушке спиной, слыша тихий стук каблуков по полу. — Вы просили воды, поэтому я принесла графин и, — начала горничная, но была наглым образом перебита. — Ты скучаешь по своей семье? Вопрос ставит в тупик обеих. Вика, что поддалась эмоциям, сокрушительно закусывает губу, чтобы прямо сейчас не сделать ещё хуже, и горничная, что была наслышана об отвратительном характере младшей Эккарт. — Почему вы задаёте этот вопрос, мисс? — Аккуратно поставив поднос с кувшином чистой воды, горничная подмечает босые ноги герцогини. Разве ей не должно быть холодно? В такое время суток достаточно прохладно. Очередное желание вызвать чужое сочувствие, как пару месяцев назад? — Потому что скучаю, — тихо, но честно говорит Вика, обхватывая себя руками и пожав плечами. — Когда я была маленькой, мы с мамой редко когда могли сходить на праздник. Ей приходилось много работать, чтобы обеспечить наше существование. — Вспоминая, как мама тихо закрывалась от неё в спальне после работы, девушка не сдержала улыбки, кивнув своим мыслям. — А я была глупой и не понимала этого. Часто вела себя отвратительно. У меня это и сейчас осталось, — сглотнув ком в горле и набрав в лёгкие побольше воздуха, Вика обернулась к горничной боком, встречаясь с ней взглядом. — Злобный, эгоистичный и крайне мерзкий характер. То, что я не устраиваю теперь публичные истерики, не значит, что я изменилась так уж сильно. — Опустив руки вдоль тела, попаданка прошла к горничной, даже не пытаясь улыбнуться. — Ваша работа — убирать этот дом. Не больше и не меньше. Вы получаете за это деньги, причём хорошие. А вылететь из этого дома означает обрести себя на безработицу. Но ты ведь не хочешь этого? Понимая, что она пригревает змею у груди, Вика, тем не менее, не могла замолчать и просто выпроводить горничную из комнаты. Даже расскажи она об этом Герцогу, разговоры в особняке не прекратятся. А месть коллег за то, что герцогиня лишила бедную девушку работы, может быть неожиданной. Она и так оставила Эмили рядом с собой и позволяет ей видеть то, что не следует. Однако её личная горничная не может позволить себе распускать руки. Эккарты, как минимум Рейнольд, открыто продемонстрировал своё отношение к ней. Сделай она что-то не так, вылетит отсюда без вопросов. С другими работниками следует вести себя иначе. Использовать это тело и титулы так, чтобы никто не посмел и пальцем её тронуть. — Н-нет, леди, — низко опустив голову, прошептала девушка, получая в ответ короткий вздох. Разговоры за спиной Вика сумеет пережить. — Тогда расскажи всем слугам, как я кричала на тебя. — Прикоснувшись к чужому воротнику, попаданка аккуратно поправила жёсткую ткань. — Как ругалась и обещала уволить вас всех, но была остановлена дворецким, — Очень мягко подняв голову горничной за подбородок, Вика приподняла уголки губ. — Справишься? Горничная окончательно запуталась в том, что от неё хотят. Она пришла сюда с мыслями о том, что её уволят, но ей дают шанс и возможность остаться в этом доме. А взамен?.. Сплетни о том, что леди осталась такой же истеричной особой? — Мне стоит прикрикнуть? — Наблюдая за отсутствием реакции девушки, уточнила Вика, растягивая губы в кривой усмешке и складывая руки на груди. — Или даже разбить графин, что ты принесла? — Нет! — Громче нужного вскрикнула девушка, тут же замолкая и отводя взгляд в сторону. — Я вас поняла. — Тогда оставь меня одну. Дождавшись, когда за последним гостем закроется дверь, Вика тяжело вздохнула, мотнув головой и двинувшись к кровати. Встав у изголовья, она сняла платье, совсем немного промучавшись с мелкими пуговицами. Бросив его на полу, попаданка забралась под одеяло, утаскивая с другого конца кровати подушки и буквально упав между ними. Она одна. Её больше никто не побеспокоит, и девушка может делать всё, что захочет. Громко шмыгнув носом, Вика тихо рассмеялась всей ситуации. Она одна. Полностью. Не этого ли она когда-то желала всей душой?