14
17 июля 2021 г., 15:01
Огребо запихал в рот еще три полоски картошки, издал какое-то совершенно непереводимое мычание и выжидательно посмотрел на Даню.
— Тридцать два, у него больше, — услужливо перевел Беляк.
Даня вздохнул, взял сразу пять картошек, явно надеясь, что уж этого точно должно хватить, распихал их по щекам и с мольбой глянул на Женьку.
— Тридцать четыре, у него больше.
— Если кто-то из вас подавится, призы получат все, — предрек Тарасов. — Может, ничья?
Огребо помотал головой, снова решительно потянулся за картошкой. Даня возмущенно завыл.
— Куда ты короткие берешь, так нечестно! — вступился за него Женька.
— Пусть Даня тоже короткие берет, тогда честно будет, — заметил Волков.
— У нас только длинные, — сказал Женька.
— Значит, короткие Даня уже запихал, — решил Беляк. — Тридцать восемь, у него больше.
Даня страдальчески посмотрел на стремительно пустеющую коробку, взял еще пять долек, попробовал было открыть рот пошире, чтобы хоть как-то их уместить.
— Фу-у-у, — с максимально несчастным видом протянул Женька.
Даня поспешно схватил салфетку, стал выплевывать размокшую и заметно подавленную картошку в нее.
— С победой, — радостно выдал Беляк, хлопая Огребо по плечу, и тут же отшатнулся, заметив, что Огребо хватает со стола бумажный пакет.
— Я, пожалуй, за колой, — скривившись решил Шилов.
Тарасов и Волков, не сговариваясь, пошли за ним.
Когда они вернулись, столы, к счастью, были уже чистыми, Беляк с Женькой — довольными, а Огребо с Даней — измученными.
— Я картошку теперь лет двадцать есть не смогу, — пообещал Даня.
— Потому что ты слабак, — объявил Огребо. — И проиграл потому же.
Он пригнулся, уворачиваясь от брошенной в его голову салфетки, схватил было свой стакан с газировкой, замахнулся, передумал и жадно из него отпил.
— Вы закончили или как? — спросил Волков. — В парк же хотели, он закроется, пока вы тут.
— Успеем, — решительно заявил Женька.
— Погоди, я только еще че-нибудь поесть возьму, — добавил Даня.
До закрытия парка они, конечно, успели. Дружно ввалились в какие-то зловеще железные и немного покосившиеся ворота, будто для большей жути выкрашенные в болотно-зеленый, обсудили, что вместе с ни разу не ярким октябрьским пейзажем картина выходит особенно привлекательной, пошли на поиски аттракционов, ради которых сюда и пришли.
— В смысле — закрыто? — разочарованно протянул Тарасов.
Они еще раз оглядели немногочисленные качели и вагончики, убедились, что все они находятся под надежным слоем целлофана, вздохнули.
— Видимо, из-за погоды, — рассудительно сказал Волков.
— У нас и зимой горсад работает, — напомнил Даня.
— А у них — нет.
— И что теперь? — спросил Огребо, явно чувствуя, как все намеченные приключения проплывают мимо.
— Ну, пошлите просто гулять, че, — без энтузиазма предложил Женька. — Может, найдем что-нибудь, что работает.
В парке не работало решительно ничего. Парни обшарили каждый его уголок, тут и там натыкаясь на заборы и объявления о закрытии «до следующего сезона», обшарили интернет, убеждаясь, что других развлечений в шаговой доступности все равно нет, смирились и пошли вокруг какого-то мелкого, явно искусственного озера.
— Надо было с остальными в кино идти, — вздохнул Беляк.
— На мультик? — не без издевки уточнил Тарасов.
— Будто тут сильно лучше.
— Плохо, что мяча никакого нет, — заметил Женька.
— Что, тренировок и игры не хватило наиграться? — с притворной заботой уточнил Даня.
— Да нет, не баскетбольного. Как в лагере, помните? Ну, в вышибалы играли, в одиннадцать, в собачку…
— А это и без мяча можно! — объявил Шилов, стягивая с себя шапку и бросая ее Волкову. — За собачку — Женька, как инициатор.
Волков шапку поймал, глянул с явным неодобрением, выдохнул, перебросил ее дальше — Тарасову. Тот — куда быстрее — швырнул ее Дане, Даня подождал немного, позволяя Женьке подойти поближе, и, явно издеваясь, кинул шапку не через верх, а вбок, Огребо.
Дальше становилось только веселее. Парни кричали, перебрасываясь шапкой во все возможные стороны, периодически ее роняя и снова подхватывая, чтобы Женька не успел ее поднять, швыряли снова. Женька старательно выпрыгивал вокруг них, пытаясь дотянуться до заветной цели, бросался наперерез, стоило шапке оказаться слишком уж низко, падал сам и тут же поднимался, снова бросался в атаку.
Наконец ему повезло. Огребо, то ли от усталости, то ли из жалости, кинул шапку Шилову достаточно низко, чтобы Женька смог до нее дотянуться. Женька подпрыгнул, стараясь схватить ее, не рассчитал, ударил по ней снизу, придавая дополнительное ускорение.
Парни замерли, глядя, как шапка пролетает над головой растерянного Шилова, осторожно огибает заборчик и летит к озеру, приземляясь в воде у самого берега.
— Доигрались, — резюмировал Тарасов.
— Да ладно, сейчас достану, — без особой уверенности сказал Шилов.
— Нет! — возразил Волков.
— Если я без шапки вернусь, мне сначала тренер призов раздаст, потом… Ну, дома тоже не обрадуются.
— Давай я, че, — осторожно, явно надеясь на запрет сказал Женька. — Из-за меня же улетела.
— Или я, я же бросил, — добавил Огребо.
— А я не поймал, — напомнил Шилов. — И шапку дал тоже я.
Волков неопределенно помотал головой и закусил губу.
