Геи тоже счастливы

Чимин даже чуть обиделся на гопников, что подумали про него такое, и пройдя мимо их стола, сел за стол Джуна и Джина. Гопники растерянно огляделись. — Братан… — грустно подал звук Хохол, и унывающими глазами глядел на стройную спину. Пак проигнорировал и сдержанно ухмыляется, а его друзья лишь хихикнули. — Чимин-и, ты обиделся на нас чтоль? — Крюк пытается глянуть на него, но тот отворачивал голову и продолжал кушать. — Братан… — гопники чуть ли не давя Пака, обнимают за спину, а Юнги растерянно на это глядел, жуя медленно рис. Чимин закатывает глаза. — Ну хватит, у меня между прочим ещё друзья есть, — Пак смотрит на Джуна и Джина, и те довольно заулыбались. — Мы больше ниче не ляпнем… — щебечет парень с шрамом, и поглаживает тонкую, теплую руку. — Простишь? — Ладно, ладно, — хмыкает Пак. — Но я все равно останусь здесь сидеть, идите к Юнги. Гопники переглядываются. Стояло молчание, пока все гопники не пересели к ним за большой стол, даже Джуна и Джина вместе прищучили. — Братан! Сюда иди, место есть, — Чимин оборачивается назад, когда Крюк подзывает Мина. Юнги уловил во взгляде Чимина усмешку, мол, «я знаю, что ты струсишь». Гопник чуть задвигав нервно челюстью, резко встает и хватает поднос, пересев к ним, усаживаясь подле него с невозмутимым лицом. Гопники даже чуть удивились. — Вау, — Чимин кивает одобрительно. — Осмелился? — А ты думал я трус? — Ну-у-у… — Чимин многозначительно улыбается, поковыряв приборами обед. — Кто знает, кто знает. Мин нервно хватает приборы, и хмуро оглядывает парней, что моментально опускают голову.

***

Чимин убегает от гопника, что пытался его догнать, и Пак со смехом убегал, и вскоре прячется за спину к Крюку, опираясь о плечи. Тэхён теряется, когда его закружили в разные стороны, а гопник лишь пытался со смехом поймать его. — Отстань! — кричит Пак, и его ноги не слушаются от передоза смеха. Чимин отстраняет от себя Кима и прячется за спину Мина, что стоял рядом и пил пиво. Гопник вдруг перестал улыбаться, когда увидел хмурое лицо Юнги, и притормозил ловить Чимина. После он неохотно и молча удаляется. — Фух, ну спасибо, — вздыхает Чимин и жамкает плечи Юнги. — Кстати, Юнги, ты чего такой сегодня хмурый и злой? Из-за того что я тебя ночью на пол прогнал? — Из-за этого тоже, — не обернувшись, говорит гопник. — А от чего ещё? — восстанавливал Чимин дыхание, и продолжал массировать плечи. — Говорить не хочешь? — Пак начал массировать больновато шею. — Ай, ай ай… — Мин откинул голову и зажмурил глаза, поджимая плечи к шее. — Настроения нет, ай! — Ну ладно, — Чимин убирает руку с шеи и потянув к себе назад за плечи, наклоняется к уху. — Если будешь хорошо себя вести, то может и ляжешь ко мне в постель, поспишь… — Пак вздыхает горячо. А Юнги закатывает глаза от шепчущего голоса, и коленки его невольно чуть согнулись. — Ну а если будешь плохим мальчиком, то… — Пак шлепает его по ягодице, а Мин кажется полностью ослаб. Чимин убегает с ехидной ухмылкой, а Крюк, что все это время разговаривал быстро по телефону, уставился на румяного Мина, что сел у стены и дискомфортно двигал и сгибал ноги, одну руку держа у паха. — Че с тобой? — Крюк касается его плеча. — Братан… — лохматый и тяжело вздыхающий Юнги закачал головой. — Это пиздец. — Че такое? — присел Тэхён. Мин сжимает челку и готов заскулить. — Это пизде-е-е-ец… Брата-а-ан… Юнги трет горячий лоб. А Тэхён всё не вдупляя, глядит на бугорок внизу. — О-о-оу… Братан! У тя на Чиминку встал?.. — шипит Ким, а Мин слыша эту фразу, уже вот-вот заревет. — Всё будет ок братан, я тя не брошу, пидр ты наш, — в добром тоне говорит Крюк и подхватывает его за руку, придерживая. А Гопник не отрицает, так как если встал на Чимина, значит пидр.

***

Весь день выходки Чимина для Мина стали… Откровенными что-ли? Если раньше гопнику казалось нормально, что если Пак нагнулся за чем-то, то сейчас это выглядело неимоверно привлекательно. Даже задница такая упругая. Чимин подбегает к Мину уже после пар. — Юнги! Мин вздрагивает, и столбом оборачивается назад, смотря, как тот подбегает с черным рюкзаком на плече. — Юнги-я, сходи потом в магазин, ладно? — А ты че? — Я пойду к Джуну с Джином, они согласились помочь мне с проектом, — улыбается Чимин, и смотрит, как Юнги принимает список продуктов, и кивает. — Ладно, схожу. — Ай-й, спасибо, — Чимин крепко обнимает его, и гладит по затылку. Мин уставился в одну точку, приоткрыв в шоке рот. Объятья стали такими теплыми. — Ладно, я пошёл, — Чимин хлопает его по заднице, и убегает со смехом, заставив Юнги выругаться и застыдиться с румянцем.

***

Усталый Мин ставит продукты на стол, и потирая лоб, включает свет и принялся ставить все в холодильник, а потом идет в комнату. Плюхнувшись на подушки лицом, Юнги втягивает в легкие запах Чимина, и сжимает их, закрыв глаза. Мин трется носом о объемную подушку, и хрипло вздыхает, покрываясь мурашками.

***

— Хэй! Просыпаемся! — Пак подходит к нему, и шлепает много раз двумя руками по заднице гопника, пока тот спал на животе. — Я вижу, ты так устал вчера, что положил жидкое мыло в холодильник. Юнги мычит, и трет глаза, подтягиваясь во всем теле. — Ты уже вернулся? — Ага, закончили, но я конечно остался у них с ночевкой, — Пак, что был уже в домашней одежде, перелезает Мина, и плюхается рядом. — Как хорошо дома… Юнги приподнимается на локтях, и сонно приоткрывает глаза. — Сегодня какой день недели…? — Суббота, пар нет, — Пак улыбается. — Можешь снова лечь спать, если хочешь? Мин приоткрывает глаза, и смотрит на Чимина. — Что вы там делали? — Проект, — пожимает плечами Пак, в непонимании глядя на гопника. — И все? — Ну да, — Чимин смотрит в недоверчивые глаза. — Ты такой смешной когда сердитый или серьезный, такой грозный, — Чимин гладит по волосам рукой, и тот выбравшись из мыслей, невольно прикрывает глаза, и ослабленно покачивается при каждом касании по голове. — Ты все время в этой одежде, давай я дам тебе свою, а эту постираю? — И так нормально, — получил за такие слова легкий шлепок по затылку. — Я не хочу чтобы ты по дому ходил как свинья. Раздевайся, — Пак спрыгивает с кровати. — Не хочу раздеваться, и так нормально. — Мин Юнги, — обернулся Чимин. — Если ты сейчас не снимешь эту гребаную одежду, я тебя привяжу к батарее, буду поить тебя раз в день, а кормить два раза в неделю, — Пак приближается к нему, а Мин садится и расстегнул молнию на груди. — Вот и умница.

***

Одежда постирана, но Юнги ходил весь день в удобной широкой футболке и в мягких черных штанах. Очень даже удобно, подметил гопник. Чимин лежал в телефоне, пока Мин не пришел, и не лег рядом, наглядевшись в вечернюю улицу. — Тебе не холодно? Юнги молча покачал головой, и прикрывает глаза, чуть ли не уткнувшись носом в плечо Пака. Чимин глянул на него, и вновь погладил по уже чистым волосам, что так прикольно взвивались в кудри, а когда высушиваются, становятся пушистыми. — Знаешь, а ты в коем то веке красивый. — В коем то веке? — Угу, — Чимин хихикает, продолжая лежать на спине, убирая пальцами прядки волос с лица. Такой пронзительный взгляд Чимин видел только в любовных сериалах. — Давай спать, я так не выспался… — Ладно, — гопник соглашается.

***

Юнги ночью вертелся на кровати, пока Пак пытался уснуть. — Мин Юнги. Мин замирает. — Ты чего вертишься все время? — Чимин сонно приподнимает голову. — Мне не спится, — выдает Мин тихо. — На пол хочешь? — Нет!.. Просто… — гопник чуть теряется, и потирает лицо. — Просто ты коленом мне… Чимин приподнимает одеяло, и видит как своим коленом упирается о пах Мина. — Оу, прости… — Чимин убирает ногу, и ложится на спину. Мин моргает медленно, дыша тихо, но очень напряженно, он раздумывает, а после приподнимаясь, поднимает аккуратно на животе Пака белоснежный свитер, и углубляется под одежду. — Юнги? Ты что делаешь? — вскидывает Пак бровь, и убирает с груди руку, позволив Мину подняться, и коснуться горячими губами розоватых сосков. — Пробую землянику, — Чимин прикрывает глаза, и отбрасывает голову с легким смехом от щекотных поцелуев, положив руку на затылок. Юнги задирает на боках одежду, и задышав горячо, выцеловывает грудь, а сердце кажется выпрыгнет из груди гопника. Юнги устраивается между ног, пока Пак закрывает глаза, и затылком упирается о подушку, выгибаясь в спине уже от более приятных поцелуев. Юнги спускается, целуя плоский живот и выпирающие ребра. Пак сжимает простынь и стонет сладко, а Мин будто впервые так наслаждается стонами, хотя, так и есть. Мин спускается ниже пупа, начиная стягивать с бедер Чимина штаны. — Ах Юнги… Ты так сразу… — закусив губу, Чимин ерзает, и чувствует как снимают нижнее белье, распаляя раскаленным дыханием орган. Юнги видит вставший, аккуратный член, и его глаза засияли. И думая, что даже член его безумно возбуждает, нежели… Что-то другое. Мин прикрывает глаза, и касается губами горячей плоти. Пак сдавленно стонет, а Мин смотрит на наслажденное лицо Чимина, и сам получает от этого удовольствие. Юнги обсасывает влажную головку, ерзая на напряженном животе, упираясь локтями о мягкую кровать, массируя гладкие и упругие бедра большими руками. Чимин продолжает кусать покрасневшие губы и нежно двигает стройными ногами по спине гопника, что невзначай берет все в рот, сделав вакуум. Чимин вскрикивает, раскрыв сладко рот. Юнги хмурится от того, чтобы не издать блаженный вздох с хрипотцой, а после несдержанно замычав, начинает двигать головой, создавая трение головкой о теплую внутреннюю щеку. Пак зарывается в чистые волосы пальцами, и скулит, продолжая прогибаться. Мин напряженно массирует ляжки Пака, от чего оставались красные пятна. Мин вытаскивает член изо рта, и закрыв глаза, облизывает языком влажный ствол. А после вновь берет в рот, надрачивая ещё рукой. Пак дышит сладко и часто, чувствуя приближающий пик. — Юнги-я… Я скоро, — Чимин хочет раздвинуть ноги, но Мин возвращает их на свои плечи, заглотнув полностью пульсирующий орган. Пак вскрикивает, и изливается в рот гопнику, а по телу прошлось приятное и расслабленное тепло. Мин сглатывает до конца с глухим кашлем, и отстранившись, мутными глазами смотрел на румяное лицо Чимина, сам отдышавшись. Вдруг неожиданно Мин подрывается, и схватив свою спортивку с сушилки, идет к двери. — Ю-Юнги…? — растерялся Пак от судорожного гопника, и натягивая низ, доползает до края кровати, глядя, как тот замирает у двери. — Ты куда? Что случилось? — Подумать надо, — отвечает нервно тот. — Зачем ты это сделал?.. Ты теперь жалеешь? — говорил Пак это тяжело от недавнего оргазма, и восстанавливал отрывистое дыхание. — Блять, Чимин, я еле себя не сдерживаю, чтобы не сделать тебе ещё раз ебаный минет, — Юнги качает головой. — Сука… — и уходит. Пак в непонимании хмурится, и задышав глубоко, обмякает, плюхаясь на кровать, чувствуя усталость.