Мальчики под ивой

Весна 1969 С укутанного тучами неба лился дождь, падая на брошенный наземь снег. Под ногами неприятно чавкали ещё не растаявшие после холодной зимы сугробы. Такая пора почти для всех всегда является самой ненавистной — вокруг слякоть, сырость, снег ещё лежит, а дождь уже забирает себе свои права. В общем, ни туда, ни сюда. Не самая приятная ситуация. По улице разносились шлёпанья подошвы ботинок, пока мальчишка семи лет мчался обратно к дому, поскольку на улице уже стемнело, а родители должны будут совсем скоро вернуться домой. Регулус по просьбе брата бегал в маггловский магазинчик за шоколадными батончиками «Сникерс», которые они так любили, а так как родители пичкать себя подобной дрянью, по их мнению, не разрешают, приходится выкручиваться разными способами, потому что набить желудки сладостью хочется невероятно сильно. Сириус же в отсутствие младшего брата отвлекал своими выкрутасами домовых эльфов, чтобы те в случае чего не разболтали лишнего своим хозяевам, когда те вернутся. Регулус уже почти добежал до арки между домов с зажатыми шоколадками в руках, когда оттуда послышались какие-то громкие голоса, разговаривающие на повышенных нотах, что заставили его неуверенно остановиться и юркнуть в тень так, чтобы его точно не было видно. Немного выглянув из-за угла, он разглядел в темноте три силуэта: два побольше, выглядящие довольно громоздкими, напоминающие шкафы, а третий совсем тонкий, хрупкий, что смотрелся на фоне двух предыдущих менее выигрышным. — Да ладно тебе, милая, чё, совсем прям не хочешь присоединиться? Нет желания помочь двум добрым дядечкам? — раздался грубый басовитый голос, от которого внутри Регулуса что-то подпрыгнуло. Если бы обращались к нему, он бы явно счёл это за угрозу. — Нет, что-то совсем не хочется, — послышался уже другой голос, женский, более высокий, но такой же твёрдый с нотками грубости. — Ну чего ты, милая, чем быстрее закончим, тем быстрее пойдёшь домой, — третий голос был уж больно приторный, заставляющий зубы скрипеть, таким тоном обычно говорят, когда хотят проникнуть в твоё доверие, подлизаться. Регулус замер, когда двое мужчин начали подходить к девушке медленной походкой. Он чувствовал страх от жертвы, ужасающий, почти животный. Она словно была загнанным в ловушку кроликом, пока её окружают два шакала, чтобы растерзать и съесть живьём, пока добыча ещё дышит, а её сердце отстукивает последние секунды. Регулусу хотелось убраться отсюда подальше, чтобы не видеть этих магглов. Был другой проход, более длинный, там явно его ничего бы не поджидало. Дело было лишь в том, что мальчик боялся того, что если сейчас пошевелится, то будет обнаружен, и тогда под раздачу попадут уже двое. Поэтому он прижался к стене, стараясь дышать как можно тише, не издавая никаких звуков. — Ещё один шаг и вам же будет хуже, — угрожающе предупредила девушка, вставая в подобие оборонительной позиции. — Ой да брось, чего ты ломаешься-то? Он резко схватил девушку за руку, сжимая её запястье, пока из горла той не вырвался крик, пронёсшийся по всей улице, но кроме их и Регулуса здесь никого не было. Никто не мог ей помочь, а Блэку хотелось бы, но он был слишком маленьким и беззащитным мальчиком, который никакого отпора дать не мог, что уж тут говорить про защиту. Второй тем временем начал стягивать с девушки её куртку, расстёгивая замок, но та дала отпор обидчику, что было сил толкнув его в грудь, заставляя сделать пару неловких шагов назад. Разумеется, это лишь больше разозлило нападавших, отчего они оскалились, метнувшись к своей «добыче» с удвоенным рвением. Вновь скрипнул замок, но на этот раз расстёгнутый не мужчинами. Девушка что-то вынула из кармана куртки, после чего резко занесла руку в воздух. Блеск в темноте. Удар. Новый крик. Всё произошло настолько быстро, что Регулус сначала даже не понял, что случилось. Но вот уже спустя две секунды он мог видеть то, что находилось перед ним: девушка, вся запыхавшаяся и уставшая, стоит, глядя на упавшего в снег мужика, держа в руках острие ножа, её волосы разлетаются в стороны, а поза так и излучает уверенность. В ней не было ни капли сожаления от того, что она сделала. Пока второй мужчина пытался помочь товарищу, потерпевшему удар в бок, девушка быстро испарилась из их поля зрения, делая отсюда ноги. Так поступил и Регулус. Он умчался оттуда как можно быстрее, надеясь, что его присутствия там так и не заметили. По дороге домой он чувствовал своё бешено стучащее сердце, ощущал жар под курткой, вызванный огромной порцией адреналина в его теле, смутно осознавал происходящее. Когда он оказался уже внутри дома и повесил верхнюю одежду на крючок, мальчик успокоился, прибрав все мысли в голове. Шок прошёл, а на смену ему пришло восхищение той девушкой. Игнорируя удивлённые взгляды брата и его возмущённые слова о том, что он возился в магазине слишком долго, Регулус вспорхнул по лестнице к себе в спальню. Мальчик вытащил из ящиков своего платяного шкафа одежду, не глядя бросая её в сторону, пока, наконец, на дне не показалась тетрадка в кожаном переплёте, которую он выкрал у отца из кабинета всего пару месяцев назад. Быстро раскрыв её на чистой странице, он схватил перо у себя со стола, принимаясь выводить на белых листах неровные линии. По истечению минут тридцати кривые линии и каракули переросли в нечто похожее на хороший рисунок. Регулус довольно оглядел итог, наблюдая в своём дневнике изображение той самой девушки, что держала в руке нож. Она выглядела достаточно эффектно. Восторг и уважение — именно это он ощущал, смотря на свою визуализацию произошедшего. Эта девушка смогла дать отпор, при этом не владея даже волшебной палочкой. Регулус вдруг задумался, а что будет с ним, если у него под рукой не окажется палочки в какой-либо неприятной ситуации. На любой случай всегда должен быть запасной вариант спасения.

***

Июль 1977 Звёздное небо удивительно переливалось в вышине. Ночь укутывала своей безмятежностью и тишиной. Завтра обещалось полнолуние. Глубокие тёмные тучи пытались прикрыть собой лунный свет, который спадал на землю, освещая пять силуэтов, распластавшихся на траве. Лицо Ремуса было безмятежно, лишь морщинки, образовавшиеся в уголках его глаз, выдавали беспокойство парня, пока он неотрывно следил апельсинового цвета взглядом за круглым диском луны. Регулус иногда отвлекался от созерцания созвездия Льва и яркой звезды Регул в нём, переводя задумчивый взор на парня со шрамами на лице. Рядом с рукой Регулуса лежала рука Джеймса, который тоже исподтишка наблюдал за тем, как Блэк пытается что-то прочесть, изучить в лице Люпина. Поттер любил частенько поглядывать на Регулуса, который всё время словно старался разгадать загадки каждого человека. Ему было любопытно узнать, когда же до Блэка всё же дойдёт озарение, ведь тот был близок к своей победе. — Красивая сегодня луна, да, Лунатик? — довольно промурлыкал Сириус, оставляя на щеке Люпина лёгкий поцелуй. — Пизда, — легко ответил Ремус, отмахиваясь от парня. Джеймс с удовольствием заметил, как лицо Регулуса приобрело ещё более сосредоточенное выражение, между бровей залегла задумчивая складка, а серые глаза подозрительно сощурились. В голове самого Регулуса словно произошёл переворот, опрокидывая всё с ног на голову. Мысли завертелись, перемешались, отыскивая нужную информацию, пока полностью не сформировали пазл, составляя полную картинку. Агрессия, усталость, шоколад для спокойствия, шрамы, в некие дни слегка потрёпанный вид, в Хогвартсе пропуск уроков, списываемый на болезнь и нехорошее самочувствие — и всё перед полнолунием. А если взять в пример конец четвёртого курса Регулуса, когда он допоздна зачитался в гостиной Слизерина и затем увидел Снейпа, врывающегося вовнутрь, полностью потрёпанного и взъерошенного, который бормотал что-то о глупых Гриффиндорцах и о том, что срочно нужно отыскать серебро, то всё встаёт на свои места. Регулус чуть не поперхнулся своими мыслями. Серебро. Его боятся... — Ремус... — тихо позвал Блэк-младший. Джеймс навострил своё внимание, когда Люпин медленно повернул голову в сторону брата Сириуса, вопросительно взглянув на него. Джеймс знал, что рано или поздно Регулус догадается. Блэк всегда славился своей внимательностью, проницательностью и умением сопоставлять факты. Но парню было немного страшно. Как Регулус отреагирует на эту новость? Станет ли кричать и паниковать? Придётся ли Поттеру вмешаться? И что ему делать в случае этого? Ранее он бы точно поставил Блэка на место, заставил его заткнуться, ведь нет никого, кто смел бы скалить свои зубы на его товарищей, но теперь... Ему стал нравиться этот заносчивый слизеринец, вечно пытающийся продемонстрировать свои принципы и острые познания в чём-то. — Ты... — казалось, что Регулусу трудно произнести эти слова, возможно, ему было страшно насторожить и оттолкнуть от себя Мародёров. — У тебя ведь есть своя собственная история с луной, верно? — Блэк спрятал все эмоции, выглядя непроницаемо. Казалось, этот вопрос поставил Люпина в тупик. Он замялся, не зная, что ответить. Сириус и Джеймс приподнялись на локтях, готовые защищать друга. Питер же с надеждой глядел на Регулуса, чтобы тот не ляпнул чего-то лишнего, и уже был готов в случае чего разрядить атмосферу какой-нибудь несмешной шуткой. — Верно, Регулус, я оборотень, — наконец спокойно произнёс Ремус, обратно укладываясь на траву. Регулус кивнул. Когда он спрашивал, уже знал, что получит положительный ответ, но всё равно это было неожиданностью. С одной стороны, его с детства учили, что оборотни — это отвратительные создания, не достойные жизни. И учили его этому родители. Но за последнее время он понял, что те вообще много в чём заблуждались. Могли ли они заблуждаться и в этом? Но тогда почему остальные волшебники тоже остерегаются оборотней? Но ведь Волдеморт принял в свои ряды стаю Сивого... Он дал им шанс или что-то ещё? А с другой стороны, волшебник просто не мог представить, что его мнение о Ремусе могло измениться. Тот не был похож на монстра. Как раз наоборот, он был одним из тех людей, от которых ты можешь не ждать угрозы. — Ты знаешь, что твоё имя означает «волк»? — задал вопрос Регулус, тоже укладываясь обратно на прохладную траву. — Нет, — задумчиво усмехнулся Ремус. — Но теперь буду знать. — И это всё? — подозрительно прошипел Сириус, оглядывая младшего брата. — Это всё, что ты хотел знать? Эта вся твоя реакция? — А как он должен был реагировать? — поспешил встать на защиту Регулуса Джеймс, хотя ещё совсем недавно ни за что так бы не сделал. — Истерить и кричать? Отстань от него, Бродяга. — Это было бы на него больше похоже, — фыркнул Сириус, но всё же он успокоился и лёг рядом с Ремусом, прижавшись к нему боком. Джеймс чувствовал уважение к Регулусу за то, что тот так спокойно отреагировал. Ему хотелось благодарить Блэка-младшего за то, что тот не предоставил ему возможности выбирать на чью сторону встать. Потому что он бы точно выбрал Мародёров, оттолкнув от себя Регулуса, а ведь они только более-менее нашли общий язык. — Регулус... — осторожно начал Ремус. — Оборотни действительно служат Тёмному Лорду? — Думаю... да, Рем, — тихо произнёс Блэк после небольшого молчания. — Волдеморт пообещал им хорошую жизнь, а они готовы на многое, лишь бы не жить в грязи и нищете, да ещё и под угрозой собственной смерти. Я немного знаю об этом, лишь то, что известно и остальным...

***

В библиотеке было мрачно, как и всегда во всём доме. Только Люмос, призванный волшебной палочкой, создавал хоть какое-то подобие света. Регулусу нравилась эта темень, он словно вживался в роль того самого загадочного юноши, по которому сходят с ума окружающие, что льнут к его секретам. Волшебник с самого утра пытался понять в чём же всё-таки была его ошибка при проведении ритуала с рунами. Оказалось, что мало сохранять сосредоточенность на теме, нужно было оставлять ещё верные эмоции: спокойствие, расслабленность и прочее, в общем, положительные эмоции. Конечно, он мог бы применить свою окклюменцию, но этого было бы тоже недостаточно. Здесь было важно прочувствовать момент, а не прятать эмоции за фарфоровой маской. А как вызвать эти чувства — загадка. Вернувшись вчера уже под утро на Гриммо, Регулус тут же засел за книги. Он постарался как можно доскональнее изучить литературу и различные энциклопедии о ликантропии. Затем он спустился в подвал, вынул оттуда скляночку с собственно сваренным зельем. Это была смесь Умиротворяющего бальзама и Зелья сна без сновидений. Нескольких таких капель будет достаточно для того, чтобы Ремус почувствовал себя лучше после полнолуния, только после этого ему потребуется хороший отдых. Затем он взял один из своих браслетов, наложив на тот чары, которые вычитал в одной из книг своей библиотеки. Таким образом он получил магический артефакт, сдерживающий эффект воздействия серебра на оборотней. Довольно ухмыльнувшись самому себе, Регулус положил всё приготовленное, чтобы завтра отдать это Ремусу. Зачем он это делал? Зачем пытался помочь, когда его даже не просили об этом? Ранее он никогда не помогал никому, пока не хотел этого сам. Неужели сейчас он просто сам этого захотел? Почему? Ответ был прост, просто пока Регулус сам этого не осознал. Он привязался к Мародёрам — и это в будущем станет его погибелью. Ведь его учили никогда никому не доверять, никого к себе не привязать и не привязываться самому. Этот урок он не выучил. Сейчас же чары, наложенные на дом, оповестили его о том, что в гостиной находится кто-то посторонний. Регулус нехотя поднялся и спустился в гостиную. По саже на полу, что шла начиная от камина, легко можно было догадаться, кто же этот нежданный гость. Джеймс с задумчивым видом отряхивался от копоти обычным способом без применения магии. Регулусу вдруг показалось заманчивой идеей подкрасться к тому незаметно и помочь в очищении. Тоже без магии. Поднеся руку к спине того и лёгким движением счистив сажу на плече парня, Регулус почувствовал, как волшебник вздрогнул от неожиданности. Затем Джеймс обернулся с заговорщической ухмылочкой и выгнул бровь дугой. — Сегодня без остальных? — спросил Регулус, отрывая руку от мага, но не прерывая зрительного контакта. — Сириус с Ремом, помогает Хоуп с её сыном, — ответил Джеймс, засунув руки в карманы. — Питер отсыпается после сегодняшней ночи. Регулус вопросительно приподнял бровь. — Что? Не думал же ты, что мы бросим Лунатика сегодня ночью одного? Регулус хотел было задать вопрос, чтобы Поттер ответил поподробнее, но потом передумал, решив, что это, собственно, не его дело. Вместо этого он поинтересовался: — Почему ты называешь миссис Люпин просто Хоуп? — Потому что она так попросила, — издевательски протянул Джеймс, отходя, наконец, от Регулуса, заинтересованно рассматривая браслет и зелье, оставленные на комоде, что стоял неподалёку от фортепиано. — Она предпочитает, чтобы мы общались с ней на одной волне. Что это? — Это для Ремуса, — ответил Регулус, тоже подходя к заинтересовавшим Поттера предметам, беря браслет в руки. — Я всю ночь вчера работал над этим. Решил, что ему не помешает. Этот браслет защищает от серебра, а зелье помогает восстанавливать силы и энергию. — Это... великолепно, — тихо и восторженно прошептал Джеймс, заставив Регулуса нацепить самодовольный вид. Блэку была приятна похвала, тем более от Джеймса, который сам являлся превосходным волшебником, придумывающим удивительные вещи. — Мы можем заскочить сейчас к Ремусу, оставишь это ему. До вечера он сейчас вряд ли проснётся, он завалился в кровать и сладенько спит, пока его суженный преданно сторожит его у кроватки, как пёс, — Джеймс сделал невинные глазки на своё сравнение. Регулус мягко засмеялся. Ему нравилось, что наедине с ним Поттер постоянно отвешивал какие-либо шуточки в сторону Сириуса, предлагая его младшему брату разделить с ним эти прекрасные моменты. Джеймс нежно улыбнулся на смех Регулуса, пока тот не видел. Он до сих пор с ума сходил по этому бархатистому смеху, в чём не признался бы даже себе. — Ну и чего мы тогда ждём? — ухмыльнулся Регулус, как только прекратил смеяться. Парни парно трансгрессировали к дому Люпинов, крепко держась за руки. Регулус заметил, что трансгрессия с Джеймсом у него выходит куда более ровной, нежели с Сириусом. Тошнота почти не подкрадывается к горлу, а головокружение проходит куда проще и быстрее. Дверь в дом была не заперта, поэтому Джеймс легко отворил её, элегантным жестом прося Регулуса пройти внутрь. Блэк вошёл, осматриваясь. Дом Люпинов не был чем-то особенно богатым, но, благодаря стараниям Хоуп, как он решил, здесь было очень уютно и комфортно. Джеймс провёл Регулуса на второй этаж, остановился около деревянный двери и, прежде чем войти, легонько постучал. Внутри Регулус обнаружил спящего Ремуса, около кровати которого, действительно, как преданный пёс сидел Сириус, держа Люпина за руку. Мама Ремуса сидела с другой стороны, поглаживая шелковистые волосы сына. Это была среднего роста ещё довольно молодая женщина со стройной, худой фигурой, как у сына. Они были мало чем похожи, за исключением одинаковых носов. Как только два парня вошли, она подняла на них взгляд, на что Регулус приветственно кивнул ей, оставляя на тумбочке зелье и браслет. — Это ещё что? — подозрительно сощурился Сириус, ожидая ответа от Регулуса. Но ему ответил Джеймс, тут же заверяя, что Ремусу это никак не навредит, а лишь поможет. Хоуп слушала с заинтересованным выражением лица. Регулус уже знал, что она была магглом, но с удивительным пристрастием тянулась ко всему волшебному и магическому. Покидая комнату вместе с Джеймсом, Регулус уже почти дошёл до выхода, как вдруг сзади его догнала мама Ремуса. Она смущённо посмотрела на него, прежде чем медленно проговорить: — Регулус, правильно? — дождавшись кивка волшебника, она уже увереннее и смелее продолжила. — Спасибо. Вам не обязательно было делать это для моего сына. — Не за что, миссис Люпин. Я сам захотел, — пожал плечами Регулус. — Что ж, — от былой неуверенности на лице не осталось и следа. Женщина стала выглядеть более живой, а от её расслабленной позы и засунутых в карманы джинсов рук тут же повеяло харизмой. — Прошу тогда перейти на ты и называй меня, пожалуйста, Хоуп. — Конечно, Хоуп, — расслабленно улыбнулся Регулус. Женщина кивнула и задорно посмотрела на Джеймса. — Я напишу письмо, когда Ремус проснётся, — сказала она. — Приходите вечером и возьмите с собой Питера, а пока прошу меня извинить, нужно идти к сыну, а позже показать его парню свой мотоцикл, иначе он меня всю изведёт! Она ушла вновь на второй этаж, а Джеймс и Регулус вышли на улицу. — У Хоуп есть мотоцикл? — удивлённо спросил он, а, дождавшись кивка Джеймса, заключил: — Ты уверен, что Ремус её сын? Думаю, Сириус в восторге от матери своего парня. — После того, как Хоуп начала часто ссориться из-за состояния Ремуса с Лайллелом, отцом Рема, мистер Люпин почти перестал появляться в доме, а Хоуп нашла себе увлечение, от которого теперь не может оторваться, — усмехнулся Джеймс. — Сириус, правда, считает, что никакое это не увлечение, а самая настоящая любовь на всю жизнь. Регулус фыркнул, ничуть не удивлённый. Его брат бывает иногда просто безумцем со своим пристрастием к маггловским штучкам. — Ты хочешь назад? — Мм? — не понял Регулус. — Я нет, давай отправимся куда-нибудь, где не так мрачно, — предложил Джеймс. Регулус пожал плечами, протягивая Поттеру руку. Откуда взялось это доверие — самому не понятно. Они трансгрессировали на берег какой-то неглубокой, кажется, горной речки с быстрым течением. Оба парня шли в уютной тишине, наслаждаясь теплом. Вскоре Регулус почувствовал, как ему становится жарко и наложил на себя и Джеймса Охлаждающие чары. Поттер довольно улыбнулся, украдкой поглядывая в сторону облачённого в чёрный волшебника, пока тот не видит. Таким образом они медленно дошли до прекрасной ивы, стоящей на берегу, которая раскинула свои длинные ветви чуть ли не до самой воды. Регулус тут же почувствовал восхищение, смотря на великолепное дерево. Два волшебника медленно подошли к иве. Регулус вытянул руку к курчавой, пышной листве, кончиками пальцев касаясь листовых пластин с сетчатым жилкованием. Волшебник задумчиво погладил их, а затем медленно повернулся к Поттеру. В глазах Джеймса сверкнула какая-то новая идея, он обернулся к Блэку с озорным взглядом, хитро сощурившись. Парень тут же сбросил с себя футболку, обувь, штаны, а затем направился к воде. Зашёл по пояс и с наслаждением выдохнул. — Ну? — обернулся он, в ожидании смотря на второго мага, мявшегося на берегу. — Что? — смущённо спросил Регулус, отводя взгляд от голого торса Поттера. — Ты собираешься идти в воду? — Эээ... Спасибо, но нет, я не особый фанат плавания. Регулус чувствовал себя неловко. С чего он вообще так засмущался? Что, ни разу не видел парней без футболок? Да в раздевалке перед квиддичной тренировкой их полно. Может, сказывалось ещё и то, что он просто боялся зайти в воду. Ему не хотелось, он чувствовал омерзение перед этой стихией. Но не говорить же Поттеру, что он всего-навсего не умеет плавать. К тому же ему вовсе не хотелось снимать ни перед кем футболку. Ему не хотелось светить своим телом. И всё же пересилив себя, Регулус вновь обернулся к Джеймсу, наблюдая, как тот вальяжно развалился на спине, расслабленно устраиваясь на поверхности воды. — Предпочитаете загорать, а, мисс Регинка? — усмехнулся Поттер. — Предпочитаю отсиживаться в тени, — буркнул Регулус, пропуская мимо ушей своё новое прозвище. — Регинка, — вновь попробовал на вкус плавающий парень, довольно скалясь и сдерживаясь от смеха, отчего чуть не ушёл с головой под воду. Регулус закатил глаза, чувствуя раздражение. Что за идиотская привычка всё время коверкать его имя и нести какой-то бред? Но Джеймс не хотел успокаиваться, уже хватаясь за живот, чтобы унять истерические порывы смеха. Блэк не выдержал, схватил с берега кед Поттера и бросил парню прямо в его нахальную морду. Тот еле успел поймать свою обувь, чтобы ту не унесло течение. — Не называй меня Регинкой! — Эй, поаккуратнее, это мои любимые конверсы! — рявкнул Джеймс, бережно прижимая к себе кед. Регулус фыркнул и отошёл от воды, нагибаясь для того, чтобы пролезть под ветвями и усесться в тени. Здесь хотя бы было не так жарко, а за стеной из ветвей ивы не было видно Поттера. Что это вообще было? Что он так засмущался-то Джеймса? Зачем так внимательно вслушивался в его смех? Почему лишь раздражался, когда Поттер начал коверкать его имя? Почему не захотел его проклясть? Хотя нет, это-то он всегда хочет сделать. Почему не захотел пырнуть ножом, как было ещё совсем недавно? Не вынося эту жару, Регулус расстегнул две верхние пуговицы рубашки, а затем ещё и третью, решив, что так будет лучше. Он откинулся спиной на ивовый ствол и блаженно прикрыл глаза, но его покой вскоре был нарушен. Ветви зашуршали и через них протиснулся Джеймс с уже натянутыми штанами и обувью, полностью высушенными, лишь футболку он оставил без внимания, кинув на траву рядом с Регулусом, а затем и сам расположился рядом. — Как поплавал? — язвительно бросил Блэк. — Отлично, — промурлыкал Поттер. — Жаль, что не утонул. Джеймс бросил на Регулуса лукавый взгляд, улыбаясь уголком губ. Ох, как же ему нравилось злить этого пессимистического волшебника, постоянно раздражать того и выводить на эмоции. Ведь тот уже не боялся показывать перед Джеймсом свою искренность, и все его чувства, отображающиеся на бледном лице, были произведением искусства. Регулус сразу же становился ярким, живым. — Ты стесняешься? — вдруг прямо задал вопрос Джеймс, внимательно оглядывая профиль Регулуса. Но тот уже успел успокоиться и теперь не демонстрировал никаких эмоций. — С чего ты взял? — фыркнул Блэк, закидывая ногу на ногу. — Просто любопытно. Стыдно снять футболку? — в его голосе не было ни осуждения, ни насмешки, действительно лишь интерес. — Не твоё дело, Поттер. — Как скажешь, — расслабленно пожал плечами Джеймс и уютно устроился на траве, закрывая глаза. Регулус же вновь чувствовал злость. Как можно быть таким прямолинейным и догадливым? Эти качества вместе бесили его вдвойне. Он прикрыл глаза, на несколько минут сосредотачиваясь на звуках окружающей природы: щебете птиц, лёгком завывании ветерка, постукиванию дятла по дереву где-то вдалеке, течению речки, жужжанию стрекоз, плеску рыбы, выпрыгивающей из воды. Открыв глаза и повернув голову в сторону, Регулус заметил внизу по берегу какое-то движение. Что-то кристально-белое, чище свежего выпавшего снега, блестело в лучах солнца. Серые глаза волшебника расширились, когда он распознал две фигуры, которые точно не ожидал увидеть. Медленным, тихим движением он достал из глубокого кармана штанов свою чёрную тетрадку, раскрыл на чистой странице, вытащил следом и шариковую чёрную маггловскую ручку, которой обычно делал записи, не тратя усилия на перо с чернилами, а после начал делать наброски рисунка. Джеймс в любопытстве взглянул на старания волшебника, проследил за его взглядом, а затем ошарашено замер. Блэк рисовал единорогов. И, действительно, там, куда указывал серый взор, находились два жеребёнка, бодаясь друг с другом, будто меряясь своими маленькими рожками. Что было в этой ситуации более удивительным — тот факт, что перед ними находятся маленькие единороги или то, что Блэк их рисует, Джеймс не знал, поэтому он лишь застыл, немного раскрыв рот. Кажется, малыши тоже их заметили, потому что начали подходить ближе, заинтересованно заглядываясь на двух парней. Регулус продолжал вырисовывать, пока Поттер дожидался приближения жеребят. Один из них неуверенно мялся позади, пока второй храбро двинулся вперёд, осторожно делая шаги навстречу Джеймсу. Поттер медленно приподнял ладонь, чуть склонив голову, пока жеребёнок не уткнулся в неё чуть мокрым носом. Парень прикрыл глаза, наслаждаясь прикосновениями существа. Регулус же уже закончил свой быстрый набросок и теперь просто наблюдал за открывшейся ему картиной, но приближаться не спешил. Единороги не жаловали тёмную магию, которая уже давно поселилась внутри Блэка. Постояв около волшебников ещё немного, жеребёнок отскочил в сторону, игриво бросаясь вдогонку брату — или сестре, — пока парни провожали их зачарованными взглядами. Тетрадка лежала у Регулуса на коленях, а Джеймс бросил на неё заинтересованный взгляд. — Давно ты рисуешь? — поинтересовался он. — Меня сможешь? — И не мечтай, — хмыкнул Блэк, откидываясь вновь на ствол ивы. Поттер усмехнулся, принял полулежачее положения, а затем оба погрузились в приятную тишину. Через время, повернув голову в сторону второго волшебника, Регулус заметил, что Джеймс задремал. Или просто притворялся. Видимо, в дрёме Поттер попытался снять с себя очки, но те лишь косо съехали набок. Регулус, немного подумав, приблизил руку к лицу парня, аккуратно подцепил очки за оправу и снял, осторожно положив рядом. Затем он поправил мокрые пряди его волос, выбившиеся из причёски, нежно убрав их со лба, чтобы те не прилипали. Проникнувшись каким-то безумным порывом, он вновь раскрыл дневник, и буквально минут за десять сделал быстрый скетч, воспроизводя на бумаге безмятежное лицо Джеймса. Долго он дневник открытым не оставлял, чтобы Поттер не увидел этот рисунок. Почему-то показывать его было стыдно, хотелось оставить его при себе, как что-то ценное и дорогое… Несколько секунд он вглядывался в лицо мага, только сейчас замечая, насколько Джеймс был красивый: ещё слегка сырые тёмные волосы, на пару оттенков посветлее волос Регулуса, приближённые к горькому шоколаду, кучерявые, но не плавные волны, как у Блэка, а плотные завитки, нос с совсем небольшой горбинкой на переносице, кончик заострённый, пухлые губы, длинные ресницы, форма глаз кошачья, правая бровь выбрита, аккуратные уши украшает золотая серёжка. Затем спустился взглядом чуть ниже: шея с выпирающим кадыком, глубокие ложбинки на чётко вычерченных ключицах, широкая грудь, поджарое спортивное тело с едва заметным прессом. Регулус проглотил ком в горле, чуть не сдавив себе шею. Хотелось... Прикоснуться, провести кончиками пальцев по животу парня, ещё больше очертить ключицы, погладить губы, густые брови, затем... Регулус вздрогнул, отшатнувшись от Поттера, спиной сильнее вжимаясь в ивовый ствол. О чём он только сейчас думал? Что у него было в голове? Вдруг дышать вновь стало трудно. Он отчаянно втягивал воздух ноздрями, помогая приоткрытым ртом. Нужно отбросить эти мысли, попытаться очистить голову. Ну он же окклюмент, должно получиться! Но мысли так или иначе возвращались к парню, что мирно дремал под его боком. Регулус судорожно прикрыл глаза и сделал глубокий вдох. Он уже испытывал подобную тягу. Он частенько мог находить парней привлекательными. Люциус Малфой, братья Лестрейнджи, Мерлин, да даже Сириуса и Ремуса он мог назвать красивыми. И, видимо, Джеймса Поттера тоже... Но что-то заставило его усомниться. Это не просто наблюдение их красоты. Он уже чувствовал такое по отношению к другому человеку: когда хотелось прикоснуться, когда ему было просто хорошо рядом, когда он хотел вдохнуть его запах. Ему нравился запах дождя и свежести от Барти Крауча-младшего. И ему нравился запах листвы от Джеймса Поттера. Ему иногда хотелось коснуться Барти. И ему хотелось теперь коснуться Джеймса. Ему нравилось находиться рядом с Барти, с ним всегда было спокойно и тихо. Он думал, что это чувство лишь от того, что они давно друг друга знают, но тогда почему же подобное он чувствует к Джеймсу, который вечно неугомонная куча энергии, вечно спорит с ним и доказывает своё? Его мысли прервал Поттер, который проснулся и теперь безмятежно потягивался. Он попытался нащупать свои очки на переносице, но не обнаружил их там. Регулус поднял их с травы и машинально протянул парню. — Спасибо! — усмехнулся Джеймс, возвращая очки на место. — Кажется, я заснул, извини, всю ночь не спал. Не скучал? «Знал бы ты, Джеймс, как мне здесь было весело». — Ага, веселился и скакал вокруг тебя, — саркастично протянул Регулус. — Воу, даже так?! — облизнул губы Джеймс, от чего Регулус отвернулся. Ещё совсем недавно он думал о том, как мог бы прикоснуться к этим самым губам. — Ладно, пора вставать, возьмём Пита и дождёмся письма от Хоуп. — Ох, вот и выпал же ты на мою голову… — раздражённо хмыкнул Блэк. — Не переживай, я ни в коем случае от тебя не отстану! — подмигнул Поттер. — И что тебе ещё от меня нужно? Всё основное ты про меня знаешь: у меня есть отбитый брат, строгая мать, равнодушный отец, я увлекаюсь ножами и древними рунами, люблю иногда рисовать, читаю маггловские книжки… что же ещё тебе нужно? — Разумеется, что я знаю лишь основное. Другая твоя сторона остаётся для меня загадкой, и я не остановлюсь, пока не узнаю все твои секреты, — ухмыльнулся Джеймс. — Ты же понимаешь, что я никогда не расскажу тебе все мои тайны? — закатил глаза Регулус. — Браво! И именно это даёт мне возможность оставаться рядом и узнавать тебя больше до самого конца, потому что я знаю, что ты всё равно будешь что-то недоговаривать, а я не утрачу к тебе своего любопытства! Джеймс протянул второму парню свою руку, но тот лишь грозно посмотрел на него в ответ, поднимаясь самостоятельно. Они действительно прихватили с собой Питера, и, попивая травяной чай с лимоном в доме Поттеров, принялись ожидать сообщения от Хоуп. Миссис Люпин долго ждать себя не заставила. Прочитав новость о том, что Ремус проснулся, три волшебника тут же отправились к дому Люпинов. Весь оставшийся вечер Регулус слушал слова благодарности от смущённого Ремуса за браслет и зелье, восхвалял вместе с Хоуп кофе. «Наконец-то хоть кто-то в этом доме ценит этот напиток!» — говорила миссис Люпин. А также старался поменьше смотреть в сторону Джеймса. Он обязательно разберётся с этим дерьмом, но позже, сейчас ему хотелось расслабиться.