Мальчики под ивой

— Барти?.. — послышался недоумённый голос Блэка, едва камин всполохнул зелёным пламенем. — Где ты был? — не обмениваясь приветствием, осведомился Крауч. На секунду на лице Регулуса промелькнула та эмоция, которая обычно появляется в результате того, что тот переживает дежавю. Это Барти уже успел изучить хорошо. — Между прочим, Тёмный Лорд готовит нападение на Хогвартс. — Я праздновал Рождество с… — Грязнокровками и предателями крови? — перебил его Крауч, не давая вставить и слова. — Думаешь, я не замечал ваши переглядки со сладким мальчиком Гриффиндора? Считаешь, что не догадывался, к кому ты убегаешь по ночам или не понимал, что страдаешь ты на седьмом курсе из-за него? Я не мешал вам, но то, что происходит сейчас… Скажи, Рег, кому ты верен? Парень махнул рукой в сторону писем, которые стопкой валялись на кофейном столике. Эти письма были от Ордена Феникса, Регулус явно не ожидал, что кто-то мог их прочесть, учитывая то, что в дом почти ни у кого нет доступа, даже у Тёмного Лорда, но, вот незадача, у Крауча-то он был. Блэк проследил за жестом друга, пару секунд на его лице полыхнула злость, но уже через мгновение, после короткого вдоха та пропала, не оставляя следа ни одной эмоции. «А общество Поттера влияет на его сдержанность в лучшую сторону», — лениво в мыслях подметил Пожиратель. Поскольку Регулус продолжал молчать, ожидая следующего шага от друга (или уже врага?), Барти сделал укоризненный тон и произнёс: — А Тёмный Лорд так доверял тебе… — Я тоже ему доверял. Он моих надежд не оправдал, почему же я должен это делать? — ровно кинул в воздух Блэк. — Я не собираюсь быть его псом, — он сделал паузу. — И тебе не советую. — Хочешь переманить меня на «Светлую» сторону? — Нет, я лишь хочу открыть тебе глаза на то, что тобой жалко манипулируют. Думаешь, ты бы не смог добиться чего-то большего сам, без покровительства? Ты умён, хитёр, находчив и амбициозен, ты можешь взять лидерство в свои руки, если захочешь. Кому-кому, а тебе никакой властитель-господин не нужен. Ты стоишь выше других таких же обманутых подданных Лорда только потому, что он нашёл в тебе выгоду, одна из причин которой – высокий пост твоего отца. С криком о том, чтобы Блэк заткнулся, Барти вскочил с насиженного места, выхватывая из кобуры на поясе волшебную палочку. Он был в гневе, но даже если Регулуса это и пугало, он не показывал, продолжая без интереса говорить. В такие моменты он был похож на Ориона куда больше, чем представлял. — Интересно получается, что всю жизнь ты старался не иметь ничего общего с Краучем-старшим, всячески отстраняясь от него, а Волдеморт всё равно связал вас в одно звено. Барти знал всё это и без Регулуса, но когда правдой кидает тебе в лицо другой человек, всё равно обидно. Волдеморт в какой-то степени заменил ему отца, он действительно видел в Круче-младшем не только отпрыска Крауча-старшего, но и отдельную личность, он хвалил многие его навыки и умения, но это не отменяет того, что Барти был полезен и потому, что его отец сидит в Министерстве. А ещё Регулус говорил о крестражах Лорда и о том, как это мерзко, перечислял уже известные, говорил о Доркас Медоуз, которая считала, что один из неизвестных — диадема Когтевран. Барти так устал. Он больше не видел границ между хорошим и плохим, всё слилось в одну кучу, точно так же, как и его мысли. Хотел ли он убивать? Нет. Пугало ли его это? Да. Если бы был шанс избежать Азкабана и выжить, он бы предал Лорда? Да. Но такой возможности нет, поэтому на такое он не пойдёт. — Исправь всё, пока есть возможность, — велел Блэк, а потом надавил. — Подумай о матери. Это было последней каплей. Такого давления на себя Крауч терпеть был не намерен. Взлетело первое заклинание, которое Регулус легко отбил, потому что предугадал это заранее, с другими же проклятиями было не так просто. По комнате летали разноцветные вспышки, воздух наполнился жаром и словно одновременно холодом, а по телам волшебников катились маленькие капельки пота. У Блэка против Крауча в дуэли один на один не было и шансов. Барти был более искусен в этом, Регулус же всегда превосходил всех в теории, но Крауч совершил свою самую главную ошибку — недооценил противника. Когда палочка Блэка отлетала в сторону, Барти расслабился, понимая, что теперь у того нет ни единственного шанса против него. Уже в следующую секунду Регулус оказался у него за спиной, а на шее — холодное прикосновение металла к коже. Кровь полилась к ключицам и ниже, попадая на идеально белую рубашку. Барти повернулся лицом к другу, ошарашено посматривая в такие же не понимающие происходящего глаза Блэка. Крауч покачнулся, а потом был подхвачен в крепкие объятия Регулуса. Руки того были холодные, но сами объятия тёплые. Контраст заставлялся расслабиться ещё больше, но не давал пока окончательно погрузиться в негу. Регулус, зажимая ладонью рану на шее Барти, что-то шептал, успокаивая, говоря о том, что всё будет хорошо, но Крауч ему не верил, ведь знал, что на ножах руны, которые не дают исцелять раны, нанесённые ими. — Эй, Барти, ты только не закрывай глаза, ладно? Я всё исправлю, скоро ты вернёшься вновь в Румынию, к матери, всё закончится… — Да, закончится… — перебил Крауч, хватая из последних сил друга за руку. — Я так устал, Редж, — он прикоснулся лбом ко лбу Блэка, пока тот склонил над ним голову. — Я бы ведь… всё равно не смог пойти против… Кха! — он откашлялся кровью, сжимая чужую руку ещё сильнее. — Он бы всё равно с другого континента меня достал, ещё бы и маму прихватил… Мама… Ты позаботься о ней, Редж, ладно? В чужих объятиях было всё так же тепло, а рука, которую он сжимал, тоже успела нагреться, поэтому холода больше и вовсе не ощущалось. Лишь что-то мокрое холодило его щёку, падая откуда-то сверху. Регулус плачет, что ли? Да нет, он не будет. Блэк что-то рассказывал, напоминал ему о том, что, казалось, происходило в другой жизни. На каждое его слово в голове Крауча мелькали воспоминания. Он был рад, что познакомился когда-то с Регулусом. Он ни о чём больше не жалел, все терзающие мысли последних месяцев вдруг испарились. Теперь он лишь слушал речи второго мага о том, как Барти впервые подсел к нему в библиотеке, об уроках с боггартами, о том, как они ещё совсем детьми вместе собирали любую информацию о Тёмном Лорде и пытались по его подобию говорить со змеями. — Редж… Последний крестраж – змея… И хорони хоть где, но только не рядом с другими Краучами, умоляю… Наконец-то всё закончилось.

***

Тёмная метка загорелась уже под утро — всего пару секунд лёгкого жжения. Если бы Эван спал, он даже не заметил бы, а так пришлось разбудить Скабиора, уснувшего рядом с ним на диване. На совещании почти никого не было, наверняка все отсыпались после празднования и не заметили сигнала. Волдеморт с огромной змеёй у своих ног заявил о желании напасть на Хогвартс. Скабиор не был глуп, чтобы не понять, что что-то случилось. А по степени ярости, в которой находился их повелитель, оборотень мог с лёгкостью заявить, что проблема горела красным с наименованием «Дамблдор» — другого варианта и быть не могло. И всё же напрягало то, что Тёмный Лорд действовал не своим любимым стратегическим методом, а, скорее, импровизировал. Могло ли это значить, что их дела плохи? Вполне. Быстро рассортировав и распределив своих последователей, Волдеморт уведомил о том, что в семь утра они выступают. Почти все находились в состоянии паники. Скабиор вместе с другим молодняком под руководством Долохова должен был оставаться в особняке Лестрейнджей — сюда будут доставлять пленников. Регулуса не было на собрании, но Крауч заявил, что разберётся с этой проблемой. Прошло полчаса, час, но обоих всё также не было. Запаниковав, Скабиор вышел на улицу, туда, где никто не смог бы подслушать и подсмотреть. Рядом с ним был только Эван Розье, который стал для волчонка уже настоящим старшим братом. Вспоминая момент, когда Блэк пообещал ему помощь, Скабиор взмахнул волшебной палочкой, вызывая патронус в виде серебристого волка. — Лети к Регулусу Блэку и сообщи ему, чтобы он немедленно направлялся в особняк Лестрейнджей, — велел он. Ответ пришёл буквально через пять минут, в воздухе показался уже знакомый ворон с огромным размахом крыльев и сообщил голосом Блэка: — Трансгрессируй ко мне сам. Сделать это можно с помощью Тёмной метки Эвана, он же с тобой? Скабиор переглянулся с Розье, молча вложил свою руку в его, а после мир крутанулся, перемещая их обоих к координатам Регулуса. Они оказались на опушке какого-то леса, деревья здесь были голые, совершенно без какой-либо листвы, не было даже вечнозелёных елей и сосен. На каком-то могучем дереве виднелось сооружение, похожее на домик. Тёмная фигура Блэка стояла над незнакомой могилой. Подойдя ближе, Пожиратели смогли разглядеть вычерченное на надгробии: «Бартемиус Крауч-мл. 11.01.1961 - 26.12.1979» Здесь же была написана и незнакомая Скабиору цитата, но значения он ей почти не придал, всё его внимание теперь было устремлено на Регулуса, который молча развернулся к ним лицом. Лицо его не выражало никаких эмоций, взгляд был пустым, а на щеках ещё виднелись дорожки засохших слёз. Неприятный холодок пополз по позвоночнику, когда волшебники глядели на такого мрачного и каменного Блэка. Спрашивать, что произошло, смысла не было, легче было сразу приступить к волнующим их вопросам. — Зачем было трансгрессировать сюда? — поинтересовался Скабиор. — Это единственная возможность тебе спастись, — безучастно пояснил Регулус, вновь переводя безжизненный взгляд на могилу. — Если ты не покинешь Британию прямо сейчас, времени сделать это после у тебя не будет. Я обещал, что помогу, а свои обещания я выполняю. — И как ты собираешься это провернуть? — Дамблдор всё устроит, я уже обговаривал с ним подробности. Он передаст тебе порт-ключ во Францию, скорее всего. Каждый месяц тебе будут передавать новый, чтобы окончательно сбить властей, если они захотят выйти на твой след. Думаю, через полгода-год всё уляжется, и можно будет перестать бегать с места на место, но до этого нужно будет потерпеть. Ты согласен на такие условия? — Вполне. — Тогда то, что касается тебя, Эван, — Регулус впервые за разговор обратил внимание на третьего Пожирателя, цепляясь за него таким внимательным взглядом, что даже Скабиору стало не по себе. — Ты можешь бежать вместе со Скабиором, тогда тебе удастся выйти из игры в ближайшем будущем и тоже уцелеть, но если ты откажется, станешь автоматически нашим врагом. — Я пойду с волчонком, — даже не обдумывая, заявил Розье, сам не замечая того, что ухватился за рукав Скабиора. Регулус кивнул, переводя серый взгляд, в котором отражалось пасмурное небо, куда-то ввысь.

***

Едва Питер вернулся после празднования Рождества, как был вынужден вновь покинуть дом. Зачарованная монета в его кармане нагрелась, сообщая о том, что Дамблдор созывает Орден. Добравшись до штаба, Петтигрю обнаружил на лицах друзей зеркальное непонимание и беспокойство. Директор долго себя ждать не заставил, спустился со второго этажа уже спустя пять минут после прибытия всех остальных. Рядом с ним перебирал ногами Грюм, причитая о том, что «хитрой змее» доверять нельзя, позади — Блэк-младший, смотрящий в пол и хмурящийся сильнее обычного. — Лорд Волдеморт нападает на Хогвартс, — изрёк Альбус Дамблдор, едва остановился перед всеми. По толпе прокатился судорожный вдох ужаса. — Наша задача – оборона. Мы не имеем права позволить противнику захватить школу. Помимо того, не нужно забывать о том, что нам всё ещё нужны кое-какие реликвии, — директор не произносил слова «крестраж», но те, кто имел о них представление, тут же поняли, о чём говорил старик. Он начал распределять всех: кто-то охранял западное крыло, кто-то восточное, кто-то был ответственен за Большой зал, а кто-то за Астрономическую башню. Доркас, Марлин и Лили вызвались разыскать диадему Кандиты Когтевран (если Медоуз была права, диадема — один из последних крестражей). У Блэка-младшего, видно, был какой-то свой план, ибо тот отдал Поттеру медальон Слизерина, Джеймс на секунду сжал руку Регулуса, с нежностью смотря в его глаза. «Как жаль, что мы сегодня, скорее всего, умрём», — подумал Питер. Регулус схватил Питера за руку и повёл за антитрангрессионный барьер, чтобы оттуда куда-то трансгрессировать. Как только Питер почувствовал землю под ногами, его резко откинули к ближайшей стене, да с такой силой, что в глазах аж заплясали звёздочки. — На чьей стороне ты сражаешься? — прошипел ему в лицо Регулус. — Чего? — округлил глаза парень, пытаясь оторвать руку Блэка от своего горла. — На стороне Ордена, конечно! Второй волшебник кивнул, успокаиваясь и отпуская Питера, пока последний смерил его странным взглядом, задумываясь о причинах такого недоверия. Кто-то другой предал его, что ли? — Змея – последний неизвестный крестраж. Убьём её, девочки уничтожат диадему, Джеймс избавится от медальона, тогда останется только перстень, — произнёс Регулус, накладывая на себя и Питера Дезиллюминационные чары. — А сейчас-то мы что делаем? — Веселимся, — ответил Блэк, а на его лице поплыла кровожадная усмешка, да такая, что Питер даже вздрогнул. Регулус был в таком состоянии нечасто, но когда включал этот режим, всем окружающим становилось не по себе. Только сейчас Петтигрю заметил, что они находятся у Хогвартса, видно, Дамблдор снял временно запрет на трансгрессию, чтобы члены Ордена могли перемещаться, рискованно, учитывая то, что попасть сюда могли и враги. Но уже через секунду Питер ощутил, что защита вновь на месте, а над замком поднимается какой-то серо-голубоватый купол. Только для Блэка исподтишка обезоруживать других Пожирателей могло показаться весельем. Питер же чуть ли не трясся от напряжения в воздухе, ведь один неверный и необдуманный шаг — и ты попрощаешься со своей шкурой уже навсегда. У Регулуса с собой была какая-то сумка, перекинутая через плечо; обезвреживая врагов, он пробирался куда-то вперёд, только через пару минут Питер понял, что тот держит курс к мосту. Добравшись, слизеринец раскрыл сумку и достал оттуда самодельные зачарованные бомбы. — Что ты собираешься делать? — опешил Питер. — Выманим кучку Пожирателей на мост, а потом подорвём его, — он вдруг достал ещё что-то белое, продолговатой формы, и всучил это в руки остолбеневшему Петтигрю. — Клык василиска, так, на всякий. Мы должны быть готовы к появлению змеи Тёмного Лорда в любой момент. Забравшись на мост, они приготовились ждать бывших сообщников. Те появились довольно быстро, да ещё и под предводительством Беллатрисы. Глядя на эту женщину, Питер чувствовал, как сердце начинает стучать от страха сильнее. Она была непредсказуема, а такие люди сразу становились небезопасными. Почти в самом начале Петтигрю увидел змею, которая одним огромным бревном ползла следом за мадам Лестрейндж. Если змея действительно была крестражем, это будет их единственный шанс на успех. Регулус снял с себя чары невидимости и вышел вперёд. — Регулус? — удивлённо замерла Беллатриса на границе защитного купола, а затем счастливо оскалилась. — А мы тебя уже потеряли. Не хочешь поделиться секретом проникновения на вражескую территорию? — она фыркнула на купол, который не давал им пройти. — Вам лучше уходить, Белла, — без единой эмоции произнёс Регулус. — Орден не отдаст замок без боя. — Ну если эти глупцы так хотят – они получат бой, — вдруг она расплылась в приторной улыбочке, смотря на брата так, будто он был лакомым кусочком. — А как же ты вообще тут оказался, тебя же не было на собрании… Ах, Реджи-Реджи, ты хоть представляешь, что с тобой сделает Тёмный Лорд? «Она знает!», — понял Питер, с ужасом наблюдая за сценкой со стороны. — «Но как?..» — Последний раз повторяю: уходите, пока есть возможность, — Питеру показалось, что голос Регулуса даже дрогнул, будто тот действительно надеялся, что сможет достучаться до бывших соратников. Беллатриса как-то странно поглядела на то место, где должна была быть граница защитного купола, а после сделала на пробу один шаг и весело улыбнулась. — Ах, возможность… такая удивительная вещь. Защита пала. С уже победным рёвом кинулись в сторону Блэка-младшего Пожиратели, а тот только этого и ждал, поскольку бомбы скоро должны сработать. Питер же побежал в обратную сторону, туда, где осталась змея. По пути он сталкивался с людьми, которые падали и недоуменно оглядывались по сторонам, не понимая, как могли наткнуться на воздух. Кажется, кто-то догадался, что что-то здесь нечисто, поскольку в Петтигрю прилетело заклинание, рассеивающее наложенные на него чары, но было уже поздно. На ходу вытащив клык, парень вонзил его в змею, которая успела цапнуть его за руку, а после прогремел первый взрыв, за ним ещё один и ещё… — Питер! — разрезал округу голос Регулуса. Петтигрю обернулся. Последним, что он увидел, было лишённое красок лицо Блэка, словно белое полотно. Питер падал вниз с улыбкой на лице, понимая, что искупил свои ошибки и даже сделал что-то большее. Наконец-то он был не пустым местом.