Мальчики под ивой

Регулус продолжал смотреть на место, где ещё пару секунд назад восседала на каменной плите змея, стоял Питер и был мост. Теперь не было ни первого, ни второго, ни третьего. Вместе с упавшим гриффиндорцем упало и что-то внутри Блэка. Он не обращал внимания на злобный крик Беллатрисы, который раздался после того, как клык василиска вонзился в Нагайну (так она назвала эту змею?), не обращал внимания даже на то, как ведьма злобно обернулась к нему и сократила расстояние, намереваясь проклясть или даже убить. Он пришёл в себя лишь тогда, когда она замерла перед ним, а после кивнула двум единственным выжившим Пожирателям. Те сразу приблизились к Регулусу и схватили, пока тот отчаянно пытался отбиться от них. Силой надавив, они заставили его опуститься вниз и больно стукнуться коленями о камень. — Была бы моя воля, честно, я убила бы тебя прямо на месте, но… — Беллатриса рассмеялась пробирающим до дрожи смехом. — Тёмный Лорд отдал приказ оставить тебя живым для встречи с ним лично. Надеюсь, она придётся тебе по душе, малыш Регги. Доставить его к другим пленным. Те, кто держали Блэка, крутанулись, а после оказались около мрачного особняка Лестрейнджей. Дорога до поместья проходила больно в прямом смысле этого слова — Мальсибер и Яксли волокли Регулуса по земле, отчего тот постоянно бился телом о выступающие камни и другие неровные поверхности. Едва они впихнули волшебника в какую-то совершенно пустую комнату, тут же позвали ближайших Пожирателей, чтобы те обезвредили его, а сами вернулись обратно на поле боя. Эйвери и Амикус Кэрроу первым делом забрали у него волшебную палочку, а после начали поочерёдно вытаскивать все ножи, также сняли с запястья когда-то подаренные Мародёрами часы, стянули с пальца кольцо и вынули из внутреннего кармана личный дневник. Под конец Эйвери чарами проверил, что у того с собой больше ничего нет, а после ехидно улыбнулся, проворковав: — Пиздец тебе, Реджи. Далее они решили попрактиковать на нём Круциатус, продолжалось это около минут пяти, а могло и дольше, если бы в комнату не зашёл четвёртый человек, громко гаркнув на молодняк: — Пошли отсюда прочь, Повелитель сказал не трогать этого пленника без него. Ещё никогда Регулус не был так счастлив слышать Долохова. Он осторожно поднялся с пола, вспоминая о том, как дышать. Эйвери и Кэрроу покинули комнату, на прощание кинув самые злобные взгляды, которые только могли воспроизвести. Антонин смотрел им вслед, пока они не скрылись за углом, а после махнул рукой, приглашая в комнату другого человека, которым оказался Северус Снейп. Долохов прошагал к Блэку, пока тот опасливо следил за ним снизу вверх, не отводя взгляда ни на секунду. Наконец, старший волшебник опустился на корточки рядом с ним — даже в такой ситуации он старался быть со своим бывшим учеником на одном уровне. — Тёмный Лорд дал приказ, если Крауч не вернётся – брать тебя в плен. Живым. Ты понимаешь, что это значит? — Антонин поднял руку, для того, чтобы поправить всклокоченные волосы Блэка, убирая выпавшие пряди с аристократического лица, которое оставалось красивым даже под слоем синяков и ран. — Меня ждёт наказание, но я к этому готов, — хриплым, но твёрдым после пытки голосом произнёс Регулус. Долохов печально смотрел на него, но лишь покачал головой, ничего не говоря о таком заявлении, вместо этого он спросил: — Что с Барти? Регулус вздрогнул, медленно возвращая себя к пережитому ужасу. Он до сих пор видел красную жидкость на своих руках, которыми зажимал горловую рану, чтобы приостановить обильное кровотечение. Он мог совершать много ошибок, каждый раз отпускать их, но не эту… За это себя он не простит никогда. Вина и стыд зажимали всё внутри него, вдобавок к этому присоединялась и потеря Питера. Если бы он был более внимателен, более продуман и сосредоточен, смог бы избежать этих потерь? Этого ему больше никогда не узнать. — Я убил его. Во взгляде Долохова было слишком много эмоций: удивление, смирение, печаль, понимание — всё смешалось в одну кучу, от этого Регулус был немного дезориентирован, поскольку голова раскалывалась после Круциатуса. Снейп за спиной посмотрел брезгливо, но никак не прокомментировал ответ Блэка. Антонин хотел сказать что-то ещё, но в этот момент двери в комнату вновь распахнулись, а в проёме появились незнакомые Регулусу Пожиратели, которые пропихнули вперёд какую-то рыжеволосую девушку. Блэк даже не обратил на них никого внимания, до сих пор с тоской смотря на бывшего наставника, но случайно он поймал боковым зрением пошатнувшегося Северуса и всё же уделил внезапным гостям внимание. — Лили? — севшим голосом произнёс пленник, даже немного приподнимаясь на ногах, но Снейп наставил на него палочку, приказав сидеть смирно. Эванс посмотрела на Северуса долгим взглядом, но в итоге упала на пол рядом с Регулусом, взяв в руки его лицо и рассматривая все ссадины. — Как ты? — мягко спросила она, аккуратно поглаживая заострённые скулы. — Держусь, — через боль слабо улыбнулся Блэк, посматривая на Долохова, который вывел двоих Пожирателей, что доставили сюда Лили, за дверь и что-то там начал расспрашивать у них. Регулус вновь перевёл внимание на Снейпа, и в голову ему пришла замечательная идея. — Северус, тебе от самого себя не тошно? — Снейп явно услышал этот вопрос, но предпочёл его проигнорировать. — Возомнил себя вершителем судеб? Так сильно хотелось почувствовать превосходство над магглами и грязнокровками? И как тебе? Северус стиснул зубы, сдерживая себя от злобного рычания, пока Лили ткнула Регулуса в бок, осуждающе хмуря брови, но тот не замечал, внимательно следя за реакцией Пожирателя. — Ах да, я же совсем забыл про твои двойные стандарты. Значит, ты размахиваешь направо и налево различными заклинаниями в магглорождённых, при этом всей душой лелея Эванс? Поздравляю, у вас все признаки долбоебизма. Снейп не выдержал, в одно мгновение сократил расстояние между ними, схватив Блэка за воротник и приподняв, приближая чужое лицо к своему. — Ты… — начал он. — Ох, Северус, теперь даже конфликты ты решаешь маггловским способом – кулаками? — развеселился Регулус, чуть жмурясь. — Отпусти его, — прошипела Лили, оттолкнув Снейпа от Блэка. Северус тут же вздрогнул, будто девушка ударила его. — Что, неприятно, когда медленно теряешь подругу? — продолжал давить Регулус. — Вот только скоро ты можешь совсем её потерять. Думаешь, Волдеморт оставит её в живых, особенно выяснив, что та знает о крестражах? — ему было всё равно, знает ли второй волшебник о крестражах или нет, сейчас суть была не в этом. — Моя смерть на тебя всё равно никак не повлияет, а вот смерть Лили… — Чего ты хочешь? — сквозь зубы бросил Северус, а Регулус проглотил улыбку, ибо почти сумел достичь того, чего добивался своими манипуляциями. — Если ты отправишь патронус Джеймсу Поттеру, то сможешь помочь нам. Я-то умру в любом случае, но так ты спасёшь хотя бы Лили. Эванс смотрела на Блэка обеспокоенным взглядом, пока тот внимательно следил за каждой чертой лица Северуса. Наконец, в глазах Пожирателя загорелась какая-то уверенность, и Блэк понял, что выиграл эту игру.

***

Всего десять минут понадобилось на то, чтобы выбрать место, минута, чтобы подготовиться морально, три секунды, чтобы раскрыть медальон, пять минут, чтобы пересилить свои страхи, секунда, чтобы уничтожить крестраж. Джеймс пытался отдышаться, пока за руки его поддерживали Сириус и Ремус, чтобы он не упал. В голове чётко звучали слова, произнесённые тем, что существовало в крестраже, в попытке помутить его рассудок. Если бы кто-нибудь предупредил его, что эта дрянь будет показывать его скрытые страхи и пытаться подчинить себе, возможно, он смог бы подготовиться к этому морально, а так приходилось лишь балансировать между друзьями на негнущихся ногах, пока колени позорно дрожали. Эта сущность, заточенная в частичке души Волдеморта, показывала ему Регулуса, который ехидно ухмылялся, гордясь тем, что находится в рядах Пожирателей. Сущность напевала ему на ухо, ласкала своими речами слух, шептала о том, как будет здорово последовать за Блэком и тоже примкнуть к армии Тёмного Лорда. Она обещала ему многое, даже то, о чём он не смел мечтать. И если бы не мысль о том, что Регулус никогда никого ни к чему бы не принуждал, Джеймс, скорее всего, сдался бы. — Сохатый, ты как?… — осторожно поинтересовался Сириус, продолжая крепко поддерживать друга за плечо. Ответ на свой вопрос он не получил, поскольку Поттер резко выпрямился, чувствуя изменения в магии, связывающей родовое поместье со своим владельцем. — Кто-то пробрался в дом Поттеров, — почти прорычал Джеймс, переводя взгляд на друзей. Ремус с Сириусом переглянулось, а потом молча кивнули, беря за руку Джеймса и трансгрессируя к поместью. Оказавшись у забора, все трое замерли. Что-то внутри перевернулось, оборвалось и сгорело точно так же, как полыхал сейчас особняк. Оранжевый огонь тянулся высоко вверх, всполохи искр подлетали следом за пламенем, в воздухе виднелся пепел и чувствовалась гарь. Над домом сиял знак, который легко мог распознать абсолютно любой волшебник их времени — Тёмная метка. Заметив одного из Пожирателей, Ремус молниеносно кинул в него заклинание обездвиживания. Джеймс мигом оказался рядом с телом, распростёртым на земле, наклонился над ним, а после, схватив Пожирателя за грудки, прошипел прямиком в лицо, да так яростно и гневно, что сомнений не оставалось — такому он мог научиться лишь у Блэка-младшего. — Что вам нужно было в моём доме? — рявкнул парень, выделяя каждое слово. — Отвечай! Видно, Пожиратель был ещё неопытный, да и по его внешнему виду становилось ясно — совсем мальчишка, ибо тот отвечал так, словно он маленький ягнёнок, находившийся перед огромным волком, если бы не заклинание Ремуса, Джеймс мог поклясться, тот задрожал бы. — П-Повелитель приказал найти Б-Блэка, — заметив Сириуса, он ещё более испуганным голосом добавил. — Младшего. Откуда-то сбоку послышалось тонкое и жалобное мяуканье. Джеймс тут же оторвался от пойманного, небрежно опустил его наземь, а после присел на колени и протянул руки к спешившему к нему Коту. Бегло осмотрев его, волшебник удостоверился, что зверь в порядке, не считая пару обгорелых шерстинок. Поттер ласково погладил кота, пока тот жался к нему в испуге, ища такую нужную защиту. Джеймс почувствовал, как его затрясло. Не было больше дома, в котором он прожил свою жизнь, не осталось больше ничего, связанного с воспоминаниями о счастливом и солнечном детстве, в котором не было ни войн, ни страхов, ни смертей. Осталось лишь самое страшное — развалины, потери и любимый человек, который сейчас находился в опасности. Он так и не осмелился сказать, что любит его. Блэк никогда не приветствовал признания в словах, для него любовь заключалась в жестах и действиях, но теперь, находясь в состоянии паники и вспоминая, что Регулус сам почти признался ему под ивой, единственное, о чём мог думать Поттер — что сказать эти три простых слова всё же было нужно. Сириус, с тоской смотрящий на горящий дом, в котором хранились лучшие эпизоды из его жизни, первым увидел два летящих к ним патронуса. Первый, в виде огненной саламандры, поделился голосом Марлин: — Мы не можем найти Лили! Второй была лань. Ожидая того, что та заговорит голосом Эванс, никто не был готов к тому, что информация будет принадлежать устам самого Нюниуса. — Если не хочешь потерять свою подружку и змеюку-предателя, лучше поторопись, Поттер. Добро пожаловать в особняк Лестрейнджей!

***

Долохов, прекрасно слышащий диалог Регулуса и Северуса, лишь нахмурился, зайдя в комнату, а после кивнул, отпуская Снейпа. Возможно, он не верил, что им удастся выбраться из ситуации, в которую они попали, а может, дал шанс на спасение по доброте душевной — Регулус не знал, но в который раз почувствовал благодарность к этому мужчине. Антонин остался единственным надзирателем, сторожа девушку и парня молчаливой тенью. Продолжалось так всего несколько минут, пока Долохов вдруг не побледнел и не вытянулся по струнке смирно. Регулус тоже это почувствовал — волокна огромной силы и тёмной магии, тянущиеся щупальцами вперёд. — Закрой сознание, — лишь успел он шепнуть Лили прежде, чем двери распахнулись. На пороге стоял он. Всё такая же прямая спина с гордой осанкой, хищные плавные движения и горящий смертью красный взгляд — Лорд Волдеморт явился, чтобы жестоко покарать предателей. Долохов тут же поклонился повелителю, а после короткого и недовольного «прочь», покинул будущую пыточную так, словно его здесь никогда и не было. — Так-так-так, Регулус, вот уж не думал, что когда-либо наша встреча произойдёт так, — произнёс мужчина настолько добродушными и приторным голосом, что Блэк ни на секунду ему не поверил. — Как у тебя дела, дорогой? Выглядишь, честно говоря, не очень. Регулус понимал, что тот всего лишь с ним играется и специально выводит на эмоции, забавляясь реакцией, но он ничего не мог с собой поделать. Всего одно упоминание Тёмного Лорда вгоняет его в злость и раздражённое состояние, а уж он собственной персоной — подавно. — Хватит зубы мне заговаривать, можешь приступать к тому, что планировал сделать, — прорычал Блэк, стараясь, чтобы было впечатление от того, что он смотрит на мага свысока, даже если сидит на полу весь в ранах и синяках. Такое неуважительное и дерзкое поведение явно подпортило Волдеморту настроение, но он всё же взял себя в руки, хмыкнув. — Какие мы сегодня смелые и эмоциональные. Ах да, точно, тебе же совсем нечего терять, — он вдруг покосился в сторону Лили, которая вообще старалась не издавать ни звука. Эванс хоть слегка и вздрогнула от неожиданного и пронзительного взгляда, но, в целом, выдержала его весьма стойко. Видно, Тёмный Лорд изменил какие-то свои планы, потому что он отвернулся от девушки и достал из кармана записку. Ещё до того, как Волдеморт начал её зачитывать, Регулус уже догадался, что там будет. — Тёмному Лорду. Я знаю, что умру задолго до того, как ты прочитаешь это, но я хочу, чтобы ты знал: это я раскрыл твой секрет. Я похитил настоящий крестраж и намереваюсь уничтожить его, как только смогу. Я смотрю в лицо смерти в надежде, что когда ты встретишь равного себе, ты снова станешь смертным. Р.А.Б Мужчина вдруг закрыл лицо своей ладонью с неправильно длинными тонкими пальцами и рассмеялся холодным, с нотками безумия смехом. Лили, стараясь не шуметь, отползла от него подальше, а Регулус не сводил с волшебника взгляд, готовясь к резкой перемене после такой достаточно спокойной для Лорда минутки. И эта перемена наступила. Маг в два широких шага преодолел расстояние между местом, на котором стоял, и пленным. Схватив Блэка с такой силой за подбородок, что наверняка останутся следы, он низким змеиным шёпотом выплюнул тому в лицо. — На что ты рассчитывал, Блэк, когда предавал меня? Скажи, о чём думал, когда похищал крестраж? Где медальон?!! Пальцы резко переместились на горло, сжимая ещё сильнее. Регулус засмеялся, вырывая из себя хриплый и приглушённый звук. Волдеморт вздёрнул бровь, как бы сомневаясь в наличии мозгов у бывшего последователя. Найдя прямой контакт со взглядом Блэка, Тёмный Лорд одним рывком ворвался в сознание парня, переворачивая воспоминание за воспоминанием. Картинки мелькали разные, начиная от раннего детства, проведённого со старшим братом, заканчивая ивой и Джеймсом Поттером. Регулус даже не думал закрывать своё сознание и сопротивляться. Он понимал, если Волдеморт решил откопать нужное ему, он уже ни перед чем не остановится, а лишнее сопротивление нанесёт только ещё больше боли. Наконец, найдя нужное воспоминание о краже медальона и передаче его в руки Ордена Феникса, Тёмный Лорд разозлился по-настоящему. Он резко бросил вымотанного Блэка на пол, отчего тот больно приложился боком о холодный пол, а магия Лорда вдруг всплеснулась, разбивая в щепки единственное, что находилось помимо трёх людей в комнате — старинную хрустальную вазу. — Круцио! — рявкнул тёмный волшебник, резко вскидывая палочку. Он вновь игрался, пытал не в агрессивном и ожесточённом темпе с самого начала, а постепенно наращивал силу заклинания, чтобы пытаемый полостью прочувствовал всю боль и мучения. Вскоре голова и тело раскалывались так, что Регулус уже не выдержал, заорал, что наверняка слышал весь особняк. Волдеморт улыбался, наслаждаясь мучениями предателя, пока его вдруг не прервали, приоткрыв дверь. Вошедший, заметив развернувшуюся перед собой картину, побледнел и прошептал кротким, срывающимся от страха голосом: — М-Мой Л-Лорд, м-мадам Лестрейндж… она… — он судорожно сглотнул и перед тем, как броситься от комнаты прочь, произнёс быстро, словно скороговорку: — Мертва. Волдеморт зарычал в гневе, усилил действие заклинания, кажется, до предела. Регулус уже совсем ничего не соображал, цепляясь лишь за мысли в голове, чтобы хоть как-то удержаться от отключения, а отключиться хотелось неимоверно, но он боялся, вдруг сейчас закроет глаза, а проснётся уже овощем. Он цеплялся за лицо Джеймса, за его ласковую и нежную улыбку, он вспоминал тёплое урчание кота, прекрасные моменты, прожитые с компанией Мародёров, он давал себе слово, что если выживет после этого ада, то обязательно распечатает снимки Питера и создаст отдельный альбом, как тот и мечтал, он не давал себе расслабиться и провалиться в беспамятство, потому что ещё не позаботился о миссис Крауч. Когда пытка прекратилась, Блэк даже не сразу понял, в чём дело. В какой-то момент он просто осознал, что находится в лежачем состоянии на руках у Лили. Та нежно гладила его по лицу и плакала. Регулус догадался, что та умоляла Волдеморта остановиться, и по какой-то неизвестной никому причине тот действительно остановился. Теперь же он с интересом рассматривал объятия девушки и парня, в любопытстве слегка склонив голову, пока на его всё больше напоминавшем змею лице сияла усмешка. Он подошёл ближе, вырвал Блэка из объятий Эванс, поставил его на колени и сладко улыбнулся, приказав: — Умоляй, — Блэк выпучил на него расширенные глаза. — Тогда, возможно, я прощу тебя. Все мы совершаем ошибки, Регулус, никто от этого не застрахован, — не разрывая зрительного контакта с Тёмным Лордом, Блэк залез одной рукой под штанину, а вторую поднёс ближе к мужчине, пока в запале своих речей тот не замечал этих действий, продолжая что-то вещать. — Я уверен, что ты просто запутался, ступил не на ту тропу, такое бывает с каждым, а я слишком ценю тебя, как последователя, чтобы долго сердиться. Должен признать, я тебя недооценил, не каждый в твоём возрасте так быстро смог бы догадаться о крестражах. Просто представь, чего мы сможем добиться вместе с твоим умом и находчивостью, представь, чего мы уже добились. Хочешь, я могу сделать тебя стратегом, отстранив от боевых действий, я знаю, ты их не любишь. — А хочешь, я скажу, что это твой последний уцелевший крестраж? — ухмыльнулся Регулус и одним проворным движением стянул перстень с пальца Лорда, а также достал нож в виде «турецкого боуи», перекинув обе вещи рыжей ведьме, — Лили, давай! Та не растерялась, схватила нож и вонзила его в крестраж. Какой же замечательной идеей всё же было нанести на этот нож маскирующие чары, которые не давали обнаружить объект, и обмакнуть его в яд василиска. Волдеморт, сделавший пару шагов в сторону Эванс, вдруг вздрогнул всем телом, согнулся пополам и закричал во всё горло на весь дом. Волна его крика была настолько мощной, что чуть не сшибла Блэка, который и так еле держался на ногах. Взяв Лили за руку, Регулус приблизился к мужчине, положил руку на его ослабевшее плечо и невербальной магией заставил того опуститься уже перед ним на колени. Он наклонился, взял его за подбородок точно так же, как тот пару минут назад держал его самого, а после нагнулся над ним, шепча прямо на ухо: — Ты даже не знал, что твои крестражи уничтожают. Неужели оно того стоило, Реддл? Теперь представь, чего мог добиться ты, если бы не пошёл на сделку с дьяволом. Игры со смертью опасны, Том, но, думаю, ты прекрасно и сам уже усвоил этот урок. Всё ещё держа Лили за руку, он направил её чуть вверх, и они вместе вонзили нож в горло тёмного мага. Регулус с серьёзным лицом смотрел на кровь, которая ручейком стекала вниз. Эванс тут же выдернула подрагивающие пальцы из его ладони, оставляя нож в теле. Волдеморт упал на пол, расширив от ужаса глаза. Он был как никогда близок к смерти. Регулус смотрел на него так, будто пытался разгадать сложнейшую загадку в своей жизни. Неужели он предпочитает мучиться в болевых конвульсиях, нежели вытащить нож и спокойно умереть? Блэк вновь схватился за нож и наклонился над Тёмным Лордом. — Как ты там говорил? «Удар милосердия»? Что ж, можешь считать мой последний удар таковым, — он резко выдернул нож из горла мужчины, отойдя назад и наблюдая за алым потоком, что хлынул из раны бурным течением. В этот же миг двери комнаты распахнулись и на них нацелились с десяток волшебных палочек Пожирателей. Каждый с ужасом смотрел на тело повелителя у своих ног. Регулус пошатнулся, оседая на пол. Волдеморт был мёртв. Эта мысль прострелила его внезапно, дошла только тогда, когда Долохов опустился рядом с телом повелителя и протянул руку к пульсу, ничего там не нащупав. Лили тут же бросилась к другу, подхватывая его слабое тело в своих объятия. Регулус благодарно улыбнулся ей, наконец позволяя себе расслабиться. — Лили, ты убила самого могущественного Тёмного волшебника столетия, — рассмеялся он, не обращая внимания на Пожирателей, которые замерли в полной растерянности. — Как твои ощущения? Эванс тоже хихикнула, но не успела ничего ответить, так как на лестнице послышался топот множества ног, а уже в следующую секунду в комнату ворвались члены Ордена Феникса, впереди которых был Джеймс, что, заметив Пожирателей, наставил на них палочку. Ремус приставил палочку к горлу Долохова, а тот даже не сопротивлялся, покорно сложив свою палочку у ног. — Ремус, нет! — хриплым голосом произнёс Блэк-младший, обращая на себя внимание. — Отпусти его, — Люпин, немного не понимая, всё же последовал просьбе, отойдя на пару шагов. — Антонин, молю, беги, пока есть возможность. — Я не могу, — покачал головой Долохов, со слабой улыбкой смотря на своего ученика. — Я остался один, не считая Рабастана. Белла и Руди мертвы, Малфои предали нас, Тёмный Лорд мёртв. Мне больше незачем переживать за свою жизнь. Регулус с тоской смотрел на мага, пока Лили сменил Джеймс, ласково заключая Блэка уже в свои объятия. — Обещай, что навестишь меня в Азкабане, Птенчик, договорились? — улыбнулся Долохов, пока члены Ордена заключили его в магические наручники. — Обещаю.. Пожирателей увели, а Джеймс взял лицо Регулуса в свои руки, наконец обращая внимание на себя. — Я чуть с ума не сошёл, Регги… В ближайший месяц ты никуда не выйдешь, будешь сидеть дома, максимум, что тебе будет дозволено – пить травяной чай и читать маггловские книжки с котом на руках. Только дома Поттеров больше нет… — запнулся Джеймс, и в его глазах появилась бесконечная печаль. — А твои такие объятия мне будут дозволены? — промурлыкал Регулус, положив голову второму парню на плечо. — Посмотрим по твоему поведению, — подмигнул Поттер, вызывая смешок Блэка. — Насчёт дома не переживай, Джимми, площадь Гриммо ещё никто не отменял. — Будем жить вместе? — с какой-то загадочной и одновременно счастливой улыбкой произнёс Поттер, вызывая очередной смешок Блэка. Второй вдруг замолчал, а после тихо обратился к бывшему гриффиндорцу. — Джеймс? — Да? — Я люблю тебя, ты знаешь? — Знаю. Я тоже тебя люблю, Реджи.