Тайна Нефилима

      "Как же холодно!"       На улице бушевал снегопад. Мои босые ноги ступали по сырой, холодной земле, обмораживая их с каждой секундой. Направление пути было мне неизвестно, однако я не останавливаясь шла через хвойный лес, в попытке найти пристанище. И когда надежд не осталось, а градус тела упал до минимального значения, впереди на глазах растаял снег и показалась земляная дорожка, освещаемая лунным светом. Восприняв это как знак свыше, превозмогая невероятные боли и судороги я, практически, поползла по ней. К моему счастью, через пару минут впереди засветился дом. От радости спасения, будто появились силы и ноги понесли меня вперёд. — Прошу помогите, — скулил мой охрипший голос, пока сжатые в кулаки руки бились об входную дверь. — Впустите меня ненадолго согреться! Умоляю!       Никто не отвечал. От безысходности из глаз потекли слёзы, что сразу замерзали. — Ну пожалуйста, пожалуйста!       Дёрнув ручку двери она сама по себе открылась. Я влетела в дом и упала на пол. Стало очень тепло и тело заныло с ещё большей силой, отогревая конечности. Посреди комнаты стоял камин, что служил единственным источником света. Рядом с ним я и устроилась. Через некоторое время боль отступила. Прижавшись к нагретому месту, закрыла глаза и не заметила, как уснула. — А-А!       Чей-то крик до чёртиков напугал меня. Встрепенувшись, озиралась по сторонам. — Мне очень больно!       На этот раз стало понятно, что источник звука где-то сверху. — Держи мою руку.       Это были мужчина и женщина. Но что там происходило оставалось вопросом.       Стоны продолжались ещё какое-то время. Казалось, что я здесь явно третий лишний, но выходить на такой холод, абсолютно босой, было страшнее.       И вдруг девушка выкрикнула то, что заставило меня напрячься ещё больше. — Я не могу больше терпеть! Прошу тебя, сбегай к тётушке Грете, позови её! — Но как я могу оставить тебя одну? — Плевать! Если это так продолжится, то ребёнок может задохнуться!       Он никак на это не решался, однако когда эти стоны переросли в крик, сдался. — Я быстро, любимая. Ты только дыши, глубоко дыши! — Его голос дрожал.       Громкие и быстрые шаги пронеслись по второму этажу и спустились на первый. Парень пробежал мимо меня с такой скоростью, что его было почти не видно. А девушка продолжала стонать, иногда прерываясь на глоток воздуха.       И вдруг всё стихло... Я даже задержала дыхание, чтобы только удостовериться, в том, что она жива.       "Где же её муж?"       Паника постепенно нарастает.       "Что делать? Что делать?! Надо пойти помочь? Ну же решайся! У тебя есть знания об оказании первой помощи!" — Луна, я надеюсь, что никогда в жизни об этом не пожалею.       Что было мочи рванула на второй этаж, тем временем вспоминая всё, что знаю о родах и первой помощи. Сердце билось как бешеное.       В самой боковой комнатке горел свет. Я не стала сразу же забегать туда, а через щель присмотрелась. — Ах! — Ирин, — прошептала женщина, держа новорождённую девочку на руках. — Твоё имя Ирин.       Младенец, впервые широко раскрыл свои глаза, удивлённо рассматривая маму. — Эри! — зазвучало с лестницы.       Мне пришлось спрятаться за дверь, чтобы остаться незамеченной.       Молодой супруг вместе с женщиной средних лет забежали в комнату. — Молодец, Эри! Молодец! — подбежал он к ней, обнимая и целуя в лоб жену.       Девушка обмякла в его руках, плавно выдыхая. — Ты отрезала пуповину? — схватилась за малышку женщина. — Да...       Тётя Грета рассматривала ребёнка со всех сторон, аккуратно прощупывая своими пальцами её тельце. — Хорошо, Касандра, всё правильно сделала, но надо было сразу звать меня! — Мы это учтём, когда решим завести второго, — улыбнулся парень. — Нет уж, погоди. Я после такого не уверенна, что захочу ещё, — засмеялась она.       В три ручья с меня текли и пот и слёзы. В конечном итоге, я признала в этом парне своего молодого отца, а в тёте Грете - бабушку.       Передо мной предстала сцена рождения дитя, сим являлась я сама. Только вот эта девушка, что родила никогда мне не виделась и даже сейчас она лежит так, словно прячет лицо.       Неведомая сила потянула вперёд, я больше не была властна над собой. А едва оказавшись посреди комнаты, окликнула родителей. И мгновенно обмерла от ужаса. Никто меня не услышал кроме матери, что медленно повернула голову, на которой не было лица. Я шаг за шагом попятилась назад. Она смотрела на меня, в то время пока всё содержимое моего живота было готово выйти наружу. А потом сделав глубокий вздох и... — А-А-А!       Это было так громко! Мне пришлось зажать уши двумя руками, но это не помогало! Не по-человечески громкий звук! — Прошу перестань!       БАХ!       Позвоночник выгнулся на кровати, заставляя сесть. Лёгким не хватало воздуха и я жадно глотала кислород, но звук не прекратился. Только теперь это было не передо мной, а в соседней комнате. Всё происходящее за дверью указывало на то, что кричит Аристия. Меня охватил ужас, можно представить это был не сон, якобы это всё произошло прямо сейчас со мной.       Оставшуюся часть ночи я провела в полудрёме, с головой спрятавшись в одеяло.

***

      Утро.       Часам к восьми пришла Дженна. Она настолько резко забежала в комнату, что я еле пришла в себя от такого пробуждения.       "Мои волосы чрезмерно длинные!"- думалось мне, пока та расчёсывала их. — "Такие ярко малиновые, мягкие, волнистые, и пахнут они цветами, а глаза, как океан. Как бы то ни было, мне тяжело привыкнуть к этому. Да, это теперь Я, но в то же время не Я. Как объяснит это смущающее меня чувство? Я словно бы осознала, что тело это всего лишь внешняя оболочка, а ты - это то, что внутри. Всё ж таки, не могу пока воспринимать себя, как того шестнадцатилетнего подростка, которым была 2 дня назад, да и голова работает совершенно иначе."       Через несколько мгновений на голове красовался синий бант, отделявший чёлку от остальных волос, заплетённых в две косички.       Теперь дело дошло до одежды. Просто при одном взгляде на Это, мне уже становилось неудобно. Синее платье, точно под мой бант, выглядело сногсшибательно, я представить себе не могла, что такое раз в жизни надену, так ещё и дома. Выбора нет. Думаю понятия, как "женские штаны, брюки или джинсы" тут нет. — Миледи, желаете присоединиться к чаепитию вместе с сестрой? — поинтересовалась служанка, наводя последние штрихи.       "Пришло время завести дельный разговор!" — Думаю да! Я с удовольствием! — В таком случае вам надо спуститься. Вы найдёте дорогу, пока я приберусь в вашей комнате? — Ага...       Я уже побежала открывать дверь, как... — Постойте! Вы без обуви!       Ох! Как же я надеялась, что она не заметит! Те самые декоративные туфельки, что лежат на полке в шкафу вызывают у меня лёгкое покалывание в районе фаланг пальцев ног, одним своим видом. — Я же дома!       Дженна хихикнула. — Летом дома вам можно не носить колготки, но обувь обязательно всегда! — "Нет, молю!"       Ну и того... Я в детских туфельках.       Спустя 20 минут разгуливаний по особняку, мне в сотый раз удалось пожалеть, что согласилась в одиночку искать нужную дверь, в, абсолютно, неизвестном доме.       Размеры этого поместья настолько большие, что, кажется, у меня появилась новая фобия.       "Если следовать логике, то вход должен быть где-то на первом этаже."       Здесь работает столько людей. Каждый чем-то занят. А я, в конце концов сняв свою обувь, бродила босиком. — Миледи, вы что-то потеряли? — наконец, обратился ко мне незнакомый господин. — Себя.       Он вопросительно скорчил лицо. — Я потерялась в собственном доме, и мне очень стыдно это признавать. Я была бы бесконечно благодарна, если бы вы оказали мне честь и провели до обеденного зала, где мой достопочтенный отец и сестрица сейчас пьют чай.       Мужчина замер. Единственная буква, которую он смог выговорить была "э".       "Переборщила…" — Прошу вас, следуйте за мной. Стало как-то неловко. Я же даже не знаю как с ними разговаривать.       Доведя меня до двери парень обернулся, и слегка наклонившись сказал: — Миледи, при разговоре с прислугой, вы можете использовать упрощённый язык. — И тут же удалился.       Смотря ему в след, ещё какое-то время я обдумывала эти слова. "Возможно... не следует так беспокоиться об этом."       С горем на пополам, открылась мне очередная тяжелейшая дверь. «Да что же в этом доме они такие непроходимые?!» — Амелия? Я думала, что тебя не дождусь, — подняла брови Тия, отвлекаясь от книги. — Извиняюсь, потерялась, — служанка заметив меня, сразу побежала за дополнительным сервизом. — А отец где? — Уже ушёл... — сообщила она, пригубив чашку чая. — Какие планы у тебя на сегодня? — Дженна говорила о посещении психотерапевта. — "Правда как он может помочь ребёнку с предположительным диагнозом "Амнезия"?" — А потом? — У меня свободное время до начала обучения. — По коже пробежались мурашки от воспоминаний того, какие учебники я нашла вчера на столе.       Вот теперь возник вопрос: — А чем здесь вообще можно заниматься? То есть, как ты проводишь своё свободное время?       Она отложила свой роман в сторону. — Ну... я читаю, гуляю, изредка занимаюсь конным спортом, учусь шить, вязать.       "Да... Здесь нет огорода или скота, а тем более техники. По большому счёту, в моей жизни мало что поменяется. Зато землю копать не надо и бегать за курицами." — А друзья у нас есть? Ровесники например. Или нет! Лучше расскажи о нашем детс... — Погоди-ка с расспросам! Лучше попробуй этот торт с безе! — перебила меня. Я замолчала, а она уже положила на мою тарелку кусочек.       Сначала стало неприятно, будто я обременяю её своими расспросами, вопреки тому, что Аристия знает мою ситуацию. Однако как только безе оказалось у меня во рту, весь мир поплыл перед глазами. Настолько нежный вкус, тающий во рту. А эта кислинка, что даёт клубника и капелька сладости голубики! Муа! Причин навсегда остаться здесь стало на одну больше. — Леди, положить вам ещё половинку? — хихикнула горничная.       На моём лице и без слов всё было написано. — Да! — взбудораженно выкрикнула я. — Хороший вкус, Лия. — Лия? — Это сокращение твоего имени, но использовать его при разговоре с тобой могут только члены семьи и самые приближённые люди — например друзья. Разве ты не слышала, чтобы меня называли Тия? — Не обращала внимание. Если тебе так удобно, то можно и Лия. — "Мне бы вернуть своё старое имя. Ирин… Отец говорил, что раньше так звали божественных существ. Мама очень верила в богов и ангелов, и имя выбрала мне сама. А теперь Амелия… Почему Амелия?"       Благодаря этим рассуждениям мне вспомнилось вчерашнее желание: — Аристия... — Просто Тия, — исправила она меня. — Тия... Мне очень хочется знать, где наша мама?       Горничная, дёрнувшись, пролила чай на стол и начала поспешно извиняться, всё вытирать.       Сестра отвела потухшие глаза в бок. — Послушай, Амелия… — серьёзно начала она. — Мама умерла несколько лет назад, — её слова ещё какое-то время повторялись в голове, но осознание пришло быстро.       Нет, я не расплакалась, не была в шоке, не замерла от ужаса, нет. — Ммм... — сделала глоток горячего чая.       Отчего-то у меня уже было предчувствие, что так и будет. Горничные, заботившиеся о чистоте нашего стола, внимательно наблюдали за моей реакцией. Как бы они не старались скрыть свои прожигающие взгляды, я чувствовала их на себе. А что такого? Как ни странно, для меня это ничего не значит. Я всего лишь немного опечалена, что моя мечта даже в этом мире не исполнится. Дети, не видавшие света, никогда не будут бояться его потерять, так как не знают, каково им обладать. — А что насчёт курсах подготовки к титулу императрицы? — резко перевела тему я.       Аристия, сведя брови на переносице, повернула взгляд ко мне... Возможно ли, что она оценила моё равнодушие как неуважение или, тем более, оскорбление нашей матери? — Тия, всё нормально. Что есть — то есть. Раз так произошло, что она покинула нас слишком рано, значит жизнь решила взрастить нас без неё.       «Не лучшая у меня тактика для «остаться незамеченной и плавно влиться в жизнь». Своими речами я привлекла только больше внимания.»       По моей удаче, в комнату зашёл пожилой мужчина в строгом костюме и разрядил обстановку. — Миледи Аристия, ваша карета подана.       Уголки её губ немного приподнялись в прощание мне, но она по прежнему выглядела несчастно.       Когда от сестры не осталось и следа я поинтересовалась: — Куда это она? — Миледи направляется в храм Вита. — Что это? — Он принадлежит главному богу империи. Там очень часто совершаются подношения, исповеди и молитвы. Также его называют храмом предсказаний. — Занятно... — протянула я.       Тем не менее наш диалог показался мне странным. О нашей жизни «до» она ни словом не обмолвилась, только убегала от ответа. А эти крики ночью? Я не успела спросить... — Амелия, вам пора на приём.       Заглотив третий кусок безе с кремом и ягодами, поблагодарила прислугу за еду.

***

      Этот сеанс у психолога, которому нужен психолог, по ощущениям, длился вечность. Мистер Рамос, завёл тему про маму и пытался мне доказать, что смерть — это нормально и я когда-нибудь тоже умру. Может он нас подслушивал? Наверное подумал, что я подверженная стрессу после её потери. Ведь она мама как никак. Конечно, в его словах была доля правды, только вот если бы перед ним по-настоящему сидел десятилетний ребёнок, то боюсь пользы бы это не принесло.       Признаться честно, даже во время этой консультации мысли у меня были забиты только сегодняшним сном, больше похожим на кошмар. Как я могла увидеть момент своего рождения? И был ли это он? Я никогда не интересовалась у папы о том, как родилась, он лишь говорил, что в этот день аномально сильно шёл снег. Там так и было… Вероятно я об этом слишком много думала, поэтому и приснилось. Всё может быть, даже то, что это был не сон, только вот в подобное я не особо верю, но допускаю вероятность. Вещие сны, пророчества, высшие силы. Папа с детства учил, что этого не существует. Удивительно, потому что моя мама чуть ли не служила в церкви и, по рассказам бабушки Греты, благодаря этому они с папой и познакомились, что позже вылилось в сильнейшую ненависть ко всему божественному. К сожалению, я так и не успела спросить причину. Ведь до какого-то момента своей жизни он был верующим, а потом…       Луна стала для меня единственным источником поклонения, при помощи рассказов отца о перенесени души матери на эту звезду после смерти. Однако, в самом конце его жизни, произошло то, что я так и не смогла понять.       Направляясь из комнаты для занятий в свою, на втором этаже слышалась возня. Кто-то бегает, кому-то что-то кричит. "Что случилось?"       Торопливо приподнимая подол платья, побежала по лестнице. Прислуга не замечала меня, все забегали в боковую дверь. Я набралась смелости и схватила одну горничную, которая промчалась перед моим носом. — Что происходит? — уже немного напуганно от такой беготни, обратилась я.       Девушка была вся на взводе, по глазам видно, что плакала. — Миледи, ваша сестра... — Лина! Бегом неси полотенце! — скомандовал мужчина.       «Это же горничная Аристии.» — Она задёргалась и вырвала свою руку. — Прошу прощения, мне надо бежать.       Комната в которой была вся суматоха забита людьми. Протискиваясь мимо них, я точно заработала пару синяков. — Аристия, ОЧНИСЬ! — склонившись над телом сестры, молил отец. — Что с ней случилось?! — на выдохе, ахнула я. — О! Миледи! Пожалуйста идите в свою комнату! — попросил молодой человек, на удивление первый кто заметил меня.       Пропуская его слова мимо ушей, мне не составило труда пробиться прямо к папе. — Сколько она в отключке? — упала на колени перед ними я, потянувшись руками к ней, чтобы оказать первую помощь. — Лия! Уходи отсюда! Не нужно тебе на это смотреть! — ПАП, сколько она без сознания? — посерьёзнела я, слегка повысив тон.       Мужчина пару секунд непонятливо пялился на меня, а потом ответил. — Достаточно долго. — Расстегните ей платье! Корсет, пуговицы — всё что может мешать воздуху проходить в лёгкие, — твёрдо наказала я, приподнимая ей веки.       "Так, всё по порядку." Одной рукой запрокинула ей голову, другой приподняла челюсть и щекой наклонилась к лицу. Грудная клетка двигается, чувствую тёплое дыхание — дышит! — Поднимите ей ноги наверх.       Люди вокруг меня были слишком удивлены, чтобы что-то предпринять. "В каком бы веке мы не жили, неужели вы все не знаете, как оказывать первую помощь?" — Просто сделайте как я говорю!       Они как-будто очнулись и сразу разбежались выполнять мои поручения. — Теперь распахните окна! Свежий воздух! Нужен свежий воздух! И выйдите все отсюда!       Сегодня я открыла для себя новую возможность этого тела — визжать до пятой октавы.       "Тут что-то не так... Она ровно дышит, пульс нормальный, никаких признаков вообще нет. Можно подумать Тия просто спит." Затем прошло ещё пару минут, но девочка не подавала никакие признаки сознания. — Принесите что-то с едким и резким запахом! Алкоголь, духи, что угодно! — Но этого не потребовалось. — Тия? Тия! — широко раскрыл глаза папа. — Леди! Вы пришли в себя!       От спавшего напряжения я облокотилась на близлежащий диван.       Её состояние было похоже на посленаркозный период: еле открывающиеся глаза и плохая артикуляция. Отец прикрыл лицо ладонью, чтобы проступившие слёзы не были видны. Последний раз я видела его таким, когда после стольких лет призрения и ненависти, во время болезни он под руку со мной пришёл в храм и сев на колени начал читать молитву за меня. Это был его предпоследний день.       Не прошло и часа как она пришла в себя. То как сестра смотрела на меня после пробуждения было нелепо: тревога, злость, смятение. Можно представить это я её чувств лишила. Быть может Аристия просто не поняла где находится и кто перед ней, однако к отцу охотно потянулась. Вместе с тем, моя выходка не останется незамеченной. Прислуга провожала меня такими сконфуженными взглядами... На сей раз я одними оправданиями не отделаюсь. У нас в мире это каждый ребёнок знает! Этому учат в школе!       «Во что же я вляпалась?»

***

— Леди Амелия, — обратились ко мне через дверь комнаты, — Господин Кейран просит вас спуститься вниз.       "Ну всё! Пропала я!"       В уме прокручивались миллионы вариантов ответов на всевозможные вопросы, что я услышу от папы.       "Литература! Я просто вычитала сегодня в книжке! Ну да, конечно... Сегодня я это узнала, именно в тот день, когда Аристии стало плохо! Память вернулась! Нет, точно нет." — Погружаясь всё глубже в себя, не заметила, как добрела до двери комнаты.       Как ни в чём не бывало, Тия и папа спокойно пили чай. По взгляду сразу стало понятно, что я прервала длинный разговор. — Как ты себя чувствуешь, Лия? — поинтересовался маркиз.       Я его не видела с прошлого утра, была бы моя воля и другая ситуация, точно уже бросилась к нему на шею. — Прекрасно! Спасибо за беспокойство. — Присаживайся к нам. — Да, спасибо, — кажется моё напряжение чувствовалось в воздухе.       Папа выдержал паузу и тихо откашлявшись начал говорить с серьёзностью, точно пред ним сам император. — Я хочу тебя поблагодарить, за то что спасла Аристию, — прямо сказал он. — Откровенно говоря, я растерялся, её привезли за минуту до твоего появления. Тия с детства была здоровым ребёнком и ничего подобного не происходило. Но ты совершила просто потрясающие вещи! — сдержанно и в то же время гордо говорил он. — Я очень вами дорожу, девочки! Знаю, что без матери вам не просто. Всё-таки вы девочки и в связи с нашими правилами и порядками многим со мной поделиться не можете. Но я правда стараюсь сделать всё, чтобы вам стало легче, чтобы вы жили счастливо и не боялись делиться мыслями, чувствами и переживаниями. Как-никак мы семья. — Капля солёной слезы потекла по моей щеке. — Вы — то что останется от меня и вашей матери, моё наследие и династия. Прошу вас, только живите и растите. — Папа поднялся со стула, и встав на одно колено, обнял нас с сестрой так сильно, как мог себе позволить. Аристия не хуже меня поддалась чувствам и растрогалась. — Обещаю, что в следующий раз, ни за что, не позволю этому повториться! — отец оставил лёгкий поцелуй на наших лбах и отстранился. — В благодарность тебе, Амелия, проси у меня всё что хочешь!       Фраза застала врасплох. Сейчас единственным моим желанием является обосноваться и прожить эту жизнь, взглянув на всё под другим углом. Но отказываться от такой привилегии, что может мне понадобиться не стоит так скоро. — Пап, сейчас мне ничего не нужно! Разреши оставить эту удачу на другое время! — Я не требую от тебя мгновенного решения, однако не отрицал возможности, что оно уже имеется. Поэтому подумай… — Благодарю.       Мои глаза метнулись в сторону сестры, она так же тихо и неподвижно сидела за столом, мозоля взглядом чашку. Ни благодарности, ни даже малейшей радости спасения. Этично ли будет прямо спросить в чём дело? А может подождать? — Пока Аристия была без сознания, а мы старались ей помочь, Бог послал новое предсказание, — папа закрыл глаза и прислонил пальцы обеих рук друг к другу, в виде пирамидки, словно погрузившись глубоко в раздумья. — По этой причине императорский двор резко оживился.       Я пыталась вникнуть в слова отца, но никак не понимала смысла. Аристия же, в свою очередь, насупилась и сжала кулаки. Прежняя Лия бы точно поняла о чём он говорит, но я представить себе не могу, что Бог в этом мире так открыто общается с людьми через предсказания. Может эти слова имеют определённый подтекст? — Оракул одарил вас новыми имена. Звать вас станут: Аристия Пиония ла Моник и Амелия Джовиетта ла Моник, — последнее он произнёс с ощутимой горечью. — Император желает видеть девушек, что были удостоены такой чести. — Недовольно бросил он.       Тия глубоко впала в свои мысли, а мне осталось только гадать, кто такой оракул и с чем его едят.       «Сам Бог даровал нам вторые имена. Джовиетта… Наверное очень старое. Только вот я без понятия хорошо это или плохо? Отец напряжён, а сестрица молчит, судя по всему, тоже не рада. Я теряюсь в догадках… Но самое страшное, что нам придётся побывать на аудиенции у самого императора! Не ударить в грязь лицом! А вдруг он голову отрубит? Луна, я ведь ничего не помню и не знаю правил этикета!» - грудь начала всё чаще и чаще подпрыгивать от коротких вздохов. — Папа, моё имя совершенно простое. — Вступила в разговор Тия, прерывая семейные раздумья. — Даже если это моё второе имя, оно не будет иметь большого значения на публике. Не думаю, что меня рассмотрят, как потенциальную опасность для престола. Хотя такой вариант нужно тоже учесть,— десятилетняя девочка заговорила сложными словами, прямо и чётко выражая свои мысли. В моём 21 веке не всем взрослым дано так грамотно разговаривать и рассуждать.       Именно сейчас, в момент важности и полной концентрации Аристия высказывалась в другом тоне. Это сильно возвысило её в моих глазах. — Что же касаемо Джовиетты… — мгновенно повеселела она, — то здесь ситуация намного сложнее.       Эта смена настроения, как по мановению волшебной палочки, не законченные фразы и смутное понятие происходящего дразнило меня. — Так отец это хорошо или плохо?! Что это вообще всё значит? Что значит второе имя? Кто такой оракул? И почему этим так заинтересовался император? Не гнетите меня своими речами и скажите всё как есть. Я и так, не в лёгкой ситуации из-за болезни…       Папа сделал небольшой глоток чая. От раннего беспокойства не осталось и следа. Как видно, сложная задача над которой он так усердно думал, наконец-то решилась. — Дело в том, что это имя священно! И не просто священно, на наших землях оно ознаменовано исключительно императорским. Его носила самая сильная женщина в империи - покойная вдова и мать нашего нынешнего императора Джовиетта Ирене Шана Кастина.