Три головы Цербера.

      Они плакали. Много. Чувственно. Навзрыд. Точнее, так плакала Стелла. Флора, чьи глаза были на красном месте, скромно протирала уголки глаз пальцем и шмыгала носом. Муза, подобно сторожевой собаке, мертвой хваткой вцепилась в ногу Блум. Голова мелодийки покоилась на острых коленях бывшей огненной феи. Напротив иссиня-черной макушки виднелась макушка розовато-фиолетовая. Это Текна заняла собой вторую ногу. Лишь Лейла пыталась поддерживать некую дистанцию между рыдающей Стеллой, что упорно лезла с объятиями, и Блум, которая все еще не привела себя в порядок. — У тебя в волосах стружка. — Лейла кашлянула. За все время своего пребывания на непривычно-длинном диване принцесса Андроса ни разу не посмотрела на Блум. Обычно решительная, фея морфикса безнадежно мялась, искренне не зная, как же стоит ей начать беседу. — Да.       «Звезда».       В любой другой момент Блум было бы стыдно. Стыдно за растянутые вещи, стыдно за всю ту же стружку в волосах, стыдно за карандашный отпечаток на щеке, но сейчас сознание с огромным трудом не покинуло тело. В один и тот же момент Блум находилась как в комнате, вместе с подругами, так и вне ее, наблюдая за всем словно со стороны. — Мы так испугались! — Из-за всхлипов понять Стеллу выходило не сразу. Голос солнечной феи беспокойно дребезжал, подобно туго натянутой струне. — Я… Я думала, что это конец!       И принцесса Солярии разрыдалась сильнее. Блум вздрогнула, когда чужие загорелые руки вцепились в край старой растянутой футболки. Лейла зашипела и отпихнула солнечную фею в сторону, но даже это Стеллу не остановило. Наоборот, Стелла с большей силой и проворством постаралась обнять Блум. — Ты так внезапно пропала… — Произнесла Флора на выдохе. — Я написала тебе пятнадцать писем… Но ты не ответила… — А я звонила! И писала! И… — Стелла совершенно нагло перелезла через Лейлу. Блум и моргнуть не успела, как почувствовала нечто соленое и влажное у себя на лице. Две подруги. Щека к щеке. Как в старые-добрые времена. Разница была лишь в том, что обнимала лишь Стелла, когда руки Блум просто не поднимались. — Я… Я была у вашего дома…       Ту-дум.       Кровь отлила от лица. Все стало на свои места. Медленно, с фантомным скрипом, Блум попыталась повернуть голову в сторону солнечной феи. Стелла шмыгнула носом. Ее глаза, все еще полные слез, нездорово блестели на солнце. — Я все видела!       Текна и Муза, как по команде, зашевелились. Фея музыки вцепилась в штанину художницы, когда фея технологий лишь провела тонкими пальцами вдоль чужой ноги. Настала очередь и Флоры разреветься в голос. — Прости… — Плечи Лейлы еще сильнее опустились вниз. — ПРОСТИ! — В какой-то момент Стелла истратила всех слезы. Тело ее задергалось как от удара током и Шторман, о чудо, не был тут причем. — Я… Я ДУМАЛА, ЧТО ВСЕ ОБОШЛОСЬ. ЧТО ТЫ ВЕРНУЛА МАГИЮ. ПУСТЬ ТАК. МЫ ЖДАЛИ… МЫ ЖДАЛИ ТЕБЯ, БЛУМ. — От твоего голоса у меня болит голова… — Муза стукнула Стеллу в бедро.       Лейла поспешила отодрать ревущую Стеллу, чей крик зловещим эхом звенел в ушах Блум. Огненная фея растерянно заморгала, искренне не понимая, что же такое говорит солнечная фея. — Все же всегда заканчивалось хорошо… — Отчаянный крик упал до глухого шепота. — Помнишь, Блум? Все только начиналось плохо, но конец был хорошим! Ты и Трикс победила, и Даркара свергла, и энчантикс получила вопреки всему. Вот я и думала, что и дом свой ты сама… Сожгла своими силами.       Яснее не становилось. — Мы думали, что ты скоро вернешься. — Прошептала Флора. Ее тонкие смуглые пальцы потонули в рыжих волосах. Фея природы скатывала пряди в жгутики, стараясь успокоиться. — Но потом с Земли прибежали те специалисты, которые сражались с Магами Черного Круга и…       Продолжения не последовало. Девушки, словно сговорившись друг с другом, сильнее облепили удивленную Блум. Только сейчас до бывшей феи дошло какие именно воспоминания Дарко влил в головы нерадивых убийц. — Боги… — Я не спала несколько ночей и старалась найти твои следы. — Несмотря на контекст, голос феи технологий не содержал в себе эмоций. Текна не обвиняла, не хвасталась и вообще не стремилась придать своим словам эмоционального веса. Зенитка просто констатировала факт. — Твой коммуникатор не отвечал, а местные сети не видели твоих данных. Было сложно выйти на твой след.       Черт! Дарко влил не те воспоминания! Совсем не те! — Этот Доради скользкий тип, но даже от него есть польза. — Муза хмыкнула и потерлась щекой о лодыжку Блум. — О, горгулья, я даже готова перед ним извиниться за все сказанное! Даже страшно подумать, что с тобой стало бы, если бы он не вмешался!       Иллюзионисту повезло, что прямо сейчас он торчал в своем карманном пространстве, отлеживаясь от ритуала. Окажись он тут, Блум, не долго думая, открутила бы колдуну голову за саму мысль о том, чтобы сделать противного дружка Диаспро едва ли не героем в глазах общественности. — Кстати, ты ведь наградишь его? — Тихо спросила Флора, вызывая в Блум горение, по силе сходное с зачарованным пожаром, что проглотил тот несчастный дом. — Хах… Быть может… — Мисс Фарагонда сказала, что мало кто выживал после встречи с ними.       Что ж, Трикс вполне могли собой гордиться. Наверное. Ну, после того, как Блум возьмет швабру и… — Эй, Рыжая, у нас остался тот красный сок?       Только не это. Все в один остановилось. Блум никогда не обладала абсолютным слухом или чем-то в этом роде, но прямо сейчас до ее ушей слишком ясно доносились шаги. Огненная фея дернулась, избавляясь от чужого плена и рванула в сторону лестницы, оставляя удивленных подруг позади. — Это что… Голос парня?