Сероводород

По всему госпиталю у пациентов, согласно режиму, сейчас было время сна, и продлится оно ещё около получаса. От того и в кафетерии совсем не было посетителей. Даже врачи решили заняться в относительно свободное для них время чем-то полезным. Кто-то разбирал карты пациентов, кто-то читал медицинскую литературу, а кто-то спал в ординаторской. Лишь один Сяо Чжань устроился за дальним столиком. Омега вот уже минут двадцать, как всматривался в строчки амбулаторной карты одного из своих подопечных, при этом не прочитав ни строчки. Перед ним стоял бумажный стаканчик с уже давно остывшим чаем, к которому молодой человек даже не притронулся. Все его мысли были заняты историей господина Су. Также в голове Сяо Чжаня, словно зажёванный фрагмент пластинки, крутилась брошенная им напоследок фраза. Не теряйте ни секунды, ведь когда-то обязательно настанет то время, как бы мы этого не хотели избежать, когда не по своей воле придётся расстаться навсегда. Расстаться навсегда… Тут ещё нужно сойтись попытаться, учитывая, что тому не способствует ни один фактор. Как это вообще можно себе представить? Ван Ибо всего семнадцать, а ему, Сяо Чжаню, все двадцать пять. Но это далеко не самое страшное, и не с такой разницей в возрасте встречаются пары, причём порой они очень даже счастливы вместе. Что же делать, когда омега почти семь лет как замужем? Да, это брак, заключённый с взаимной выгодой, но ребёнок - его-то это никак касаться не должно. И вообще, сколько раз уже Сяо Чжань думал об одном и том же? Изо дня в день одни и те же слова, одни и те же выводы. Зачем? Сколько можно терзать себя? Да и с чего он вдруг решил, что к Ван Ибо у него искренние чувства, а не сиюсекундный порыв? Может это всего лишь химия, синтез 2-фенилэтиламин*? В то время, как с супругом - нечто похожее на соединение серы и водорода, которые при смешении образуют неприятный запах, напоминающий тухлятину. Просто его пятидесяти восьмилетний муж не способен вызвать в сердце молодого омеги ту бурю эмоций, которую требует его организм. А может это и вовсе гормоны беременности так бушуют? Но разве не отца своего ребёнка начинаешь желать как последняя нимфоманка в столь интересном положении? Разве не его член должен всё время стоять перед глазами, а во снах один сплошной секс? Да что ж он такой неправильный-то? – Вот ты где! Ван Ибо пронёсся мимо мужчины словно вихрь. Приземлился перед ним на стул и сразу же упёрся локтями в столешницу, чтобы быть к омеге как можно ближе. В глазах парня словно огоньки мелькали, выплясывая какие-то мудрёные танцы. Он смотрел на человека напротив себя и улыбался ему искренней, тёплой улыбкой. На какой-то миг Сяо Чжаню даже показалось, что в этих глазах промелькнула любовь, любовь к нему. Но он быстро отбросил эту мысль, прекрасно понимая, что такого быть не может. Они с Ибо просто хорошие друзья, которые сошлись на общих интересах и не более того. – Я тебя уже долго ищу. И в отделении был, и на улице посмотрел. Думал, что ты в административной части здания, но там я только у отца несколько конфет стащил, – юный альфа достал из кармана шоколадные шарики в темно-зеленой обертке и положил их перед Сяо Чжанем. – Угощайся, – и его улыбка стала ещё шире. – Ну, думаю, если тебя не будет в кафетерии, тогда уже позвоню и прямо спрошу куда ты делся. – Спасибо, – омега взял одну конфету и, развернув фантик, положил её в рот. Сделал он это чисто из вежливости, не желая отказывать Ибо. Уж очень преданно тот смотрел на мужчину, да и такой путь проделал, чтобы его отыскать - было неудобно огорчать парня. К тому же, с кем бы ещё Сяо Чжань мог поговорить, как не с ним? А тема для беседы у него была. – Ты знаешь господина Су? Он за мной закреплён. Ибо мимолётно бросил взгляд на больничную карту, что лежала перед Сяо Чжанем. Понял, видимо, что это документ того человека, о котором и шла речь. – Так его весь госпиталь знает. Классный дедушка, любвеобильный. – Любвеобильный, – подтвердил Чжань и всё же поведал парнишке историю о том, с чего сегодня начался его утренний обход пациентов и к чему всё это привело. *** После всего рассказанного омегой о старичке, который без сомнения казался душой компании, у Ван Ибо напрочь пропал настрой не то что улыбаться, он даже говорить не хотел. Альфа сложил руки на груди, откинувшись на спинку стула, и смотрел куда-то перед собой, покусывая нижнюю губу. Абсолютную подавленность чувствовал и Сяо Чжань. Он опустил голову, судорожно соображая, на что можно отвлечься, а то не ровен час расплачется как девчонка. Какие-то они с Ибо неправильные оба. Работа должна оставаться работой, нельзя подобные моменты принимать слишком близко к сердцу. Такими темпами это может привести к проблемам с указанным органом, да и голова ненароком пострадает. Переживать нужно лишь за себя, за своих близких, родных и любимых. Но эти двое не могли иначе. Ван Ибо и Сяо Чжань молча поднялись в своё отделение. Время отдыха уже подошло к концу и пациенты могли свободно перемещаться по коридору. Кто-то ещё зевал, пытаясь «расходиться» после крепкого сна, кто-то напротив был уставшим, так как погрузиться в царство Морфея не удалось, а лежать несколько часов подряд и не иметь возможности ничем себя занять - утомительно. Альфа шёл за мужчиной хвостиком, а тот и не был против. Только вот голова Сяо Чжаня сильно закружилась, настолько, что он потерял равновесие и завалился на стойку медсестры, крепко вцепившись в неё пальцами. Благо, что на ногах удалось удержаться. В ту же секунду, как земля перед глазами завертелась, омега почувствовал на себе чужие руки, что крепко обхватили его за талию. Возможно, благодаря этой поддержке мужчина и не расстелился на полу. – Чжань-Чжань! Конечно, подобное обращение было непозволительно по отношению к доктору от какого-то нерадивого подростка, но это был мимолетный порыв, который Ван Ибо не сумел проконтролировать. Его захлестнуло волной испуга, когда Сяо Чжань слишком уж резко свалился на эту долбанную стойку. Учитывая, что с омегой такое не в первый раз, вообще сложно что-либо понять. – Ты слышишь меня? – Ибо легонько похлопал мужчину по щеке. – М, всё хорошо, – благо, что он ещё сознание не потерял. – Бо-Бо… Вроде парню как-то и неловко должно было стать от того, что он позволил себе подобного рода обращение к старшему, но от этого его ответного «Бо-Бо» внизу живота подростка что-то приятно сжалось. Альфа даже не думал о том, чтобы разомкнуть объятия. Они настолько плотно стояли друг к другу, что могли чувствовать грудной клеткой биение чужого сердца, и этот момент единения показался мальчишке чем-то особенным, тёплым, трепетным. – Бо-Бо, – и снова он это повторил, негодник. – Проводишь меня до ординаторской? Я посижу немного и меня отпустит. – Ты сам врач, – как-то обречённо произнёс подросток, всё же немного отстраняясь от Сяо Чжаня, но не убирая рук. – Тебе действительно не кажется, что твоё состояние не в пределах нормы? Омега чуть усмехнулся. Он хотел было ответить, что перетрудился, распереживался и всё в том же духе, но не успел. К ним подбежали, действительно подбежали две до смерти перепуганные старушки и заверещали одна громче другой. – Доктор, помогите! Там беда!!! – Мужчина лежит на своей кровати и не…и не… – женщине явно не хватало воздуха от переизбытка эмоций. – И не дышит! Сяо Чжань моментально собрался, совсем позабыв о том, что и сам находится не в наилучшем состоянии. Всё же, долг остаётся долгом, от него никуда не деться. – Какая палата? Старушки отвечать не стали, наверное, из-за стресса и вовсе не расслышали вопрос доктора. Просто развернулись и засеменили обратно, показывая направление. У Ван Ибо зародилось какое-то странное ощущение, как будто-то в сердце что-то ёкнуло. Коридор в отделении длинный и до той палаты, о которой подумал парень, было метров десять расстояния, а то и больше. Оставив Сяо Чжаня, он со всех ног ринулся вперёд в надежде, что это он просто такой впечатлительный, а рассказ омеги оказал сильное влияние на его разум, но, к сожалению, интуиция его не подвела. Дверь в палату того самого господина Су была нараспашку. Висящие на окне занавески с каждым порывом ветра от сквозняка взлетали всё выше и выше. Тонкая, полупрозрачная ткань касалась ног бездыханного бледного тела мужчины, который словно просто крепко спал. Юному альфе показались вечностью те секунды, что он простоял, глядя на господина Су, пока из-за его спины в палату не вбежал Сяо Чжань, оказываясь возле кровати. Тот моментально оценил обстановку: сложил вместе две ладони и принялся делать непрямой массаж сердца, надеясь спасти старика. – Всем посторонним покинуть палату! – крикнул омега жёстким, устрашающим голосом, что для него было совсем не свойственно. – Ибо медсестру сюда, быстро! Пусть берёт сумку с укладками неотложной помощи!       Медсестра показалась Ибо какой-то нерасторопной. Такое ощущение, что она вообще была где-то совершенно в другом месте, когда старушки настигли Сяо Чжаня, умоляя его помочь несчастному старику. Возможно, она просто растерялась, не каждый же день в этом, казалось бы, спокойном отделении приходится работать со смертью. Она стояла, открывая и закрывая рот словно рыба, как будто совершенно не была знакома с инструкцией, что необходимо делать в подобных ситуациях. Не смотря на то, что абсолютно все медицинские работники, независимо от своей должности и специфики работы, обязаны в совершенстве владеть знаниями об оказании первой неотложной помощи. Но Ван Ибо понял, что совершенно ничего сейчас от неё не добьётся, разве что и эту девчушку придётся откачивать, вон как испугалась. А сумка с укладками первой неотложной помощи находилась в процедурном кабинете, о чём юному альфе было прекрасно известно. Более того, он сам мог в ней разобраться, что и для чего нужно применять. Не желая больше тратить бесценное время, Ибо рванул в процедурный кабинет, благо тот был не заперт, сам взял эту чёртову сумку и побежал назад в палату, напоследок бросив медсестре: – Госпожу Фу найди! *** Сяо Чжань сидел на полу в коридоре, прижавшись спиной к стене и смотрел прямо перед собой. Ему было совершенно неясно, какие эмоции он сейчас испытывает. В голове как будто образовалась пустота, совсем никаких мыслей. Господина Су спасти не удалось. К тому моменту, как его обнаружили, он уже пару часов как умер. Вероятнее всего, старичок прилёг, желая немного вздремнуть, и заснул, а уже во сне остановилось сердце. И эта смерть оказала на доктора куда большее влияние, чем можно было бы себе представить. – Отпросись домой, – Ван Ибо опустился на пол рядом с мужчиной. – Уверен, госпожа Фу поймёт. – Мне нельзя домой в таком состоянии, – тихо прошептал Сяо Чжань. Ему прекрасно было известно, как супруг отреагирует, увидев, до чего довёл себя его беременный омега. Чжоу Мин с самого начала был против, чтобы Чжань работал. Он всегда говорил, что в состоянии обеспечить его, поэтому ему стоит сидеть дома и вести домашнее хозяйство. Конечно, сказано это было не такими «громкими» словами, всё же по отношению к мужу господин Чжоу был тактичен, но смысла это не меняло. Теперь же, узнав, что у Сяо Чжаня умер пациент, а самочувствие омеги оставляет желать лучшего, вряд ли он позволит ему вернуться в больницу. Но домой ехать всё равно пришлось. Мужчина, конечно же, мог остаться на ночь в больнице, но эти стены напоминали ему о случившемся. О какой ночёвке в отделении может идти речь, когда он даже не представляет, как сюда вернуться завтра? На крайний случай можно было снять номер в гостинице, но вероятнее всего, Чжоу Мин тогда ещё больше начнёт подозревать неладное. Нужно абстрагироваться, хотя бы дома попытаться представить, что всё случившееся оказалось лишь дурным сном. Лучшим вариантом было просто отвлечься на то, что полностью сможет занять мысли. К примеру, супруг же предлагал Сяо Чжаню поучить его управлять машиной? Стоит попросить его приступить к этому сегодня. – Ты серьёзно? – Чжоу Мин был поражён настойчивостью своего омеги. Совсем недавно тот волком на него смотрел, думая, по всей видимости, что старик умом тронулся, а сейчас сам просит его о помощи. Может просто время немного прошло, Чжань взвесил все «за» и «против», от того и сменил своё отношение к этому? – Если ты не сильно устал на работе, – омега же явно был настроен очень решительно. Сяо Чжаню прекрасно было известно, что Чжоу Мин не откажет ему в просьбе, которая, пусть и косвенно, но связана с его ребёнком. – Поужинаем и выедем в поле, что за нашим участком, хорошо? – что и требовалось доказать. Весь вечер до того момента, пока окончательно не стемнело, Сяо Чжань сжимал в руках руль дорогого автомобиля супруга. Оказалось, что водить машину совсем не сложно, особенно если тебе всё доходчиво и терпеливо объясняют. Такого инструктора, как Чжоу Мин, взаправду, днём с огнём не сыщешь. Он ни разу не повысил голос на мужа. Хоть Чжань и впитывал как губка всё, что ему говорилось, был прилежен в обучении и старался запомнить с первого раза, но всё равно не мог избавиться от страха. Человеку свойственно бояться чего-то нового, этого не отнять. Вот и Сяо Чжань не с первой попытки сумел тронуться с места, а как проехал первые полметра, так сразу же резко нажал на тормоз. При этом его глаза, казалось, вылезут из орбит. Один раз испугался, второй, а муж старался всё на шутку спустить и ещё, и ещё, и ещё раз доходчиво объяснял. В итоге, по прошествии где-то примерно трёх часов усиленных тренировок, Сяо Чжань таки сумел самостоятельно преодолеть пару километров, а супруг был более чем доволен качеством его езды. – Завтра закрепим? – Чжоу Мин выбрался из машины, когда та уже была припаркована в гараже. – Может, выедем на улицу? Проедешь по поселку. – Нет, пока боюсь, – омега ждал мужчину у подъезда в гараж. – Давай хотя бы через пару дней. День туда, день сюда и уже к выходным Сяо Чжань чувствовал себя абсолютно спокойным, управляя транспортным средством. Теперь-то можно быть спокойным, что когда супруг вынужден будет на несколько дней отлучиться по делам, омеге не придётся ходить пешком, а он сможет катать свой животик в комфортабельных условиях. А там, как родит, можно будет и идти права получать, чтобы иметь возможность выбраться куда-нибудь в город. Хотя, а почему потом? Сейчас что мешает?