Фанат

      Рачер схватил окровавленными ладонями свой затылок и с видимым усилием потянул его к согнутым коленям. Тяжело вздохнув, он начал медленно опускать корпус.       – Слабак! – выплюнул издёвку Нол и шлёпнул его ладонью по животу.       – Да ты задрал уже!       – Так докажи, что пора заканчивать! Ну же, ударь меня! Дотянись до меня хоть раз.       Путешественник откинулся на асфальт и растянул руки в стороны.       – Раскрываешься! – бросил Нол и снова ударил его в то место, где должен был быть пресс. Рачер и в бытность свою землянином не страдал от излишнего веса, а с началом его карьеры попаданца так и вовсе не часто ел досыта. Однако наутоланин решил «взяться за пацана капитально», и потому сначала тот избивал бетонную стенку на заднем дворе нового мотеля, а когда совсем разбил кулаки, стал усиленно занимался физподготовкой под непрестанными подначками наставника.       Тем временем путешественник извернулся и попытался заехать обидчику ногой в челюсть. Нол вовремя склонил голову вниз, больно заехав ему лбом в грудь, и удар прошёл мимо.       – Да ты безнадёжен! – плюнул наутоланин, хватая Рачера за промахнувшуюся ногу и кувыркаясь вперёд, отчего последний истошно взвыл. – Сколько мы тут уже тусуемся? Час? Два? И ты за это время меня ни разу не смог ударить! Ни разу!       Внутри путешественника закипела ярость. В том, что именно Нол, наиболее весёлый из всей разношёрстной компании наёмников, так грубо над ним издевается, была какая-то своя, особенная несправедливость. Ярость тем временем начала выходить наружу, усиляя эффект покалывания, и обидчика отбросило к стенке. Расстояние было небольшим, поэтому он просто облокотился на вертикальную поверхность всей спиной.       – Это не счита…       В этот момент Рачер прыгнул вперёд, выставив перед собой правую ногу. Нол пригнулся, чтобы уйти от атаки, но было слишком поздно – из-за попытки поддеть ученика ему не хватило времени на качественный уворот. Ботинок замученного путешественника с резким скрипом чиркнул по неприкрытому ребру наутоланина.       – Всё! – тяжело дыша, выдал Рачер. – Ты сказал, я могу идти, если достану тебя.       Нол хитро улыбнулся и ответил:       – Кто тебе сказал, что в жизни все будут выполнять свои обещания? Теперь тебе надо меня три раза задеть. Продолжаем!       Рачер чуть не впал в бешенство. Расставив руки в стороны, он начал быстро сближаться с наутоланцем. Нол попытался увернуться, но путешественник схватил его за оголённое плечо и повис на корпусе всем телом, за что получил ощутимый удар локтём в ребро. Не обращая внимание на боль, юноша нанёс три последовательных удара по скуле учителя и, получив мощную затрещину, отлетел в сторону.       – Всё. – выдохнул он, поднимаясь и потирая ушибленное место. – Теперь точно всё. И даже не думай продолжать!       – Слабак… – развёл руками Нол. – Но ничего. Завтра здесь же. Будем из тебя человека делать. И не забывай, тебе ещё к Инге бежать.       Это была правда. После изматывающей тренировки по рукопашному бою Рачеру надо было идти на уроки по стрельбе. Вчера на своеобразном совете наёмники после долгих споров всё-таки решили принять егов свой дружный коллектив. Не помешал даже его бредовый с точки зрения простого обывателя рассказ о своём происхождении. «Мы тут все со странностями» – прокомментировал это решения Дядя. – «Если тебе так хочется думать, что нас всех придумал какой-то непонятный тип с захолустной планеты, так тому и быть». После этого команда распределила обязанности по интеграции подрастающего поколения в среду наёмников. Нол, как наиболее сведущий в боевых искусствах, взялся учить Рачера рукопашному бою. Инга взяла под свою опеку его навыки по стрельбе. Дядя, будучи бывшим флотским офицером, мог научить его командовать войсками или пилотировать корабль, однако ни того, ни другого под рукой не оказалось и с этими уроками решили повременить.       Прокручивая в голове события минувших дней, путешественник и не заметил, как дошёл до своего нового жилья.       – Ну сколько тебя ждать можно? – буркнула Инга, откладывая датапад. – Это кто тебя так отделал?       – Нол. Ну, вернее, я сам, это он меня учил так.       – Мда… Я подозревала конечно, что хвостатый того немного, но не настолько же… Пошли.       Они вышли в ту часть номера, что являлась одновременно коридором между жилыми комнатами, кают-компанией и кухней. Инга полезла в шкаф под потолком и извлекла оттуда тюбик с бакта-гелем.       – Мажь. Вальтер сегодня успел смотаться по магазинам за кое-каким снаряжением.       Рачер молча кивнул. Вчера на импровизированном совете также поднимался вопрос о разделе законно нажитой добычи. Предложения Нола «всем по пятнадцать» и Инги «как следует погулять» были в категоричной форме отвергнуты, и каждый получил по десять тысяч кредитов, а пять скинул «на общак».       – Гляди чем ещё обзавелись. – наёмница показала на четыре комлинка С1, лежащих в ряд на полке.       – Прикольно. – буркнул путешественник, натирая костяшки липкой субстанцией.       – Дай пока своё ружьё посмотреть.       Рачер исчез за дверью отведённой ему комнаты и через несколько секунд вернулся оттуда с оружием в руках.       – Ты умеешь с ней обращаться?       – Э… – смутился путешественник. – Стрелял несколько раз. Ну, ты это сама видела. Режимы переключать умею.       – Разобрать сможешь?       – Зачем?       – Оружие чистить надо. Постоянно.       Рачер покачал головой.       – Перезаряжать умеешь хотя бы?       – Там картридж вынимается сбоку и вставляется новый… Ой, а нового-то у меня и нет.       – Балда! Будем воевать со штурмовиками – не забудь у них карманы обшарить.       После недолгого молчания наёмница спросила:       – Она тебе нравится?       – Да ничего… только короткая слишком.       Инга критически оглядела винтовку, а затем залихватски взяла её за ствол и двумя резкими движениями достала из-под цевья складной приклад.       – Так удобнее, не правда ли?       – А так можно было? – Рачер от удивления перестал даже натирать ладони.       – Кто ж запретит-то?       Путешественник взял из рук наставницы винтовку и принялся изучать приклад.       – Конец к стволу и зажать здесь, так?       Инга кивнула. Каркас приклада занял своё место под стволом. После продолжительного молчания она сказала:       – Есть ещё один момент. Тебе с этой винтовкой нельзя показываться на глаза штурмовикам.       – Почему? Ты же носишь пистолет на поясе, и ничего.       Инга покосилась на свой DL-18, мирно покоившийся в кобуре.       – Я не о том. Е-11 не продаётся гражданским лицам, значит, ты её украл у Империи.       – Но я же не крал…       – Или купил незаконно, не суть. В любом случае тебя заберут на нары. Так что я настоятельно рекомендую тебе сменить оружие.       – А где…       – Да тут есть магазинчик на отшибе. Собственно, именно этим я и хочу с тобой сегодня заняться.              

* * *

             – Расскажи побольше о вашей команде. – попросил Рачер, шагая бок о бок со снайпершой по безлюдной улице.       – Да нечего особо рассказывать. Раньше, живя в столице, мы брали заказы у местных криминальных боссов. Ну, там, выбить долг из кого-нибудь, ограбить Империю, реже – заказные убийства. Выполняли и получали свой гонорар – тем и жили.       – А сейчас?       – А сейчас всё поменялось. Все наши постоянные заказчики полегли во время бомбардировки, и брать работу негде. То, что нам подвернулся заказ от того фермера – большая удача. И ещё большая удача, что нам удалось стрясти с него вдвое больше.       – Ага, я видел, как Нол с Дядей его обрабатывали тогда. Это они занимались выбиванием долгов до того, как вы меня встретили?       – Угу. – кивнула женщина.       Немного помолчали.       – Слушай! – спохватился парень. – Ты ж вчера свою историю так и не рассказала.       – Угу. – кивнула она опять. – В общем, я родилась в семье наёмников. Предки служили в частной военной корпорации. Отец погиб, когда мне было семь. Мать – в самом начале Войн Клонов. Всю войну наша компания сражалась за сепаратистов. Конец её я встретила на Като-Неймодии. Дроиды, с которыми мы дрались бок о бок всю войну, внезапно отключились, и наши солдаты остались очень сильно в меньшинстве. Я попала в плен, бежала, познакомилась с Нолом и Вальтером.       – Как там, у сепаратистов было?       – Знаешь… получше, чем здесь. Платили неплохо, оружие выдавали, кормили не сказать, что вкусно, но съедобно.       – Меня вчера предостерегали не спрашивать тебя, почему ты пьянствуешь… – осторожно начал Рачер.       Инга остановилась, задумалась и сказала:       – Да, пожалуй, не надо…       Остаток пути до магазина они провели в тишине.              

* * *

             – Приглянулось что-нибудь? – спросила наёмница, оторвав взгляд от стеллажа с прицелами.       Рачер сунул в руки продавцу-консультанту трандошанскую винтовку и помотал головой.       – Пройдём в следующий отдел? – услужливо предложил продавец.       Следующий отдел занимали короткие ручные бластеры. Он ничем особо не отличался от предыдущего, только настенные стеллажи дополняли стеклянные витрины. И на одной из таких витрин путешественник увидел это… С первого взгляда он понял, что влюбился. Под кристально чистой стеклянной рамой лежали два футуристичных пистолета. По форме они отдалённо напоминали клоновскиеDC-17, только были более вытянуты вперёд, а покатая кромка над дулом была выгнута в другую сторону, и из неё выглядывало второе дуло.       – Сколько? – дрожащим голосом прошептал Рачер, указывая на предмет своего обожания.       – О, прекрасный выбор, молодой человек. Родианские парные бластеры с подствольниками, способными выпускать взрывной снаряд на 10 грамм барадия. Основной калибр имеет три режима стрельбы: Мощный, при котором заряда энергоячейки хватает на пятьдесят выстрелов, экономный – на сто двадцать, и оглушающий…       – Сколько? – повторил вопрос путешественник.       – Оружие входит в состав набора, содержащего непосредственно два бластера, пояс с кобурой по разные стороны и повязку на голень с двенадцатью разрывными зарядами для подствольника. Весь набор стоит пятьдесят пять тысяч кредитов.       – Да это надувательство! – развела руками хранившая до этого молчания Инга. – Пистолетики столько не стоят.       – Плевать! – выкинул Рачер. – Хочу!       – Эй, мы вообще хотели тебе винтовку присмотреть.       – К хатту винтовки. Где можно взять столько денег?       – Нигде. Пошли в другой магазин. – Женщина схватила его за руку.       – Для начинающего охотника за головами я, так и быть, могу сбросить… тысяч пять. – сказал проницательный продавец.       – Сохраните этот комплект. – сказал Рачер и направился к выходу. – Деньги я обязательно достану.       Уже с улицы до торговца оружием долетели слова:       – Это что такое сейчас было? А ты не забыл, что тебе ещё броню покупать?       – Хрен с ней, с броней.       – А если попадут в тебя?       – Не попадут…              

* * *

             Дядя кинул в пиалку с водой дрожжи, которые они привезли с Драгонвелла, достал из холодильника бутылку с оранжевым соусом и обильно заправил получившийся мякиш. Сидевший рядом с ним на диване наутоланин отложил ложку и с презрением посмотрел на кулинарное извращение в соседней тарелке. Вредный, но ужасно вкусный соус из гипермаркета неподалёку мог испортить его атлетичную фигуру. Дядя пошёл ещё дальше и, стараясь, чтобы наутоланин всё хорошо видел, обмакнул в избыток соуса шмат вяленого мяса.       Отъехала в сторону входная дверь, и в номер зашли остальные члены банды. Инга сладко потянулась и с размаху плюхнулась в кресло. Рачер же понуро опустился на противоположный от Нола и Дяди конец дивана.       – Как тренировка? – задорно спросил наутоланин. – Чем ты так его расстроила?       – Ему пулялку не продали. – ехидно сказала Инга.       – Где?       – Да тут, недалеко. Заведение называется «Стволы и пушки»       – Так вы всё это время ходили по магазинам? – спросил Дядя, разом проглотив большой кусок мяса.       – Угу… – буркнула женщина, открывая шкаф за порцией хлеба.       – Кому что, а бабе – шоппинг. – съязвил Нол. – Ничего другого можно было и не ждать.       – Ну а чего он с поношенным имперским обрезом ходит? За который к тому же ещё и принять могут? Вот я и решила ему помочь новое ружьё присмотреть. А он упёрся и ни в какую теперь: «Хочу те пистолетики»!       – Покажите, как ваш хлеб заваривать. – печальным голосом сказал Рачер.       – Кидаешь в воду и ждёшь минуту. – сказал Дядя. – Дорого твои пистолетики стоят?       – Пятьдесят.       – Да за такую сумму можно корабль купить! – присвистнул Нол.       – Дай соус. – протянула Инга руку к Вальтеру. – Да не боись, накуплю своего – поделюсь.       Тот осторожно вернул одёрнутую руку с бутылкой и протянул наёмнице.       – Да, кстати. – обратился он к Рачеру. – Мы тут холодильник поделили. Моя полка – верхняя, под ней – ингина, под ней – твоя, а в самом низу – общая.       – А Нол? – спросил парень, глядя на склонившегося над миской наутоланина.       – А Нол – аскет. Здоровый образ жизни ведёт.       Поставив рядом с собой миску с хлебным варевом, Рачер сел за стол и грустно сказал:       – Давайте мою полку тоже под общую.       «Так надо» – шептал внутренний голос – «Ради тех бластеров».       – О, наш человек. – похлопал его по плечу Наутоланин. – А ты, оказывается, не совсем пропащий.       – Кстати. – сказал Дядя. – У тебя сегодня появится возможность поднакопить на свои пистолетики.       – Заказ? – хором спросили Нол с Ингой.       – Он самый. Помните тех важных шишек, что давали нам работу в столице? Так вот, некоторые из них очень даже живучие…              

* * *

             Ромунд Освель отложил датапад на стол и лениво потянулся в кресле. Одиннадцать лет назад он, долго метаясь по галактике в поисках работы, поступил в имперскую академию. После выпуска его распредели сюда, на Фоллин, работать штабным офицером снабжения. И с тех пор он не раз удивлялся, какое удачное решение принял на заре своей карьеры. Безусловно, он любил имперскую службу. Но гораздо больше Ромунд любил звон блестящих имперских кредитов…       Не успел он вернуться по причине срочной мобилизации резервов из отпуска(из-за которого, кстати, очень удачно отсутствовал в столице во время орбитальной бомбардировки), как на его личный датапад пришло анонимное сообщение с просьбой списать шесть ящиков винтовок Е-11. Освель ни секунды не сомневался – как показал его многолетний опыт службы на Фоллине, работать с таинственным незнакомцем было очень выгодно. В тот же день он приказал провести ревизию на складе. Младший лейтенант, заведующий секцией стрелкового оружия, с небывалым рвением бросился исполнять поручение. С первых же дней знакомства Ромунд в жестокой манере продемонстрировал ему свой перфекционистский нрав, и теперь молодой солдат, если сомневался, в каком состоянии находится оружие, на всякий случай был им недоволен. За один вечер юный стахановец отыскал на складе аж пятьдесят единиц оружия в неудовлетворительном состоянии, чем заслужил щедрую похвалу от своего начальника. Теперь Освелю осталось лишь написать под копирку пятьдесят актов списания, меняя в шаблоне только заводской номер бластера, и скинуть таинственному незнакомцу маршрут, а также время отправления транспортника с грузом...              

* * *

             Инга отодвинула лежащий на крыше строительный мусор и просунула ствол своей винтовки между ошмётками ваты и развороченным контейнером. Прямо по курсу ехал K79-S80 с двумя пилотами в лобовой кабине, которые даже не подозревали о поджидающей их опасности. Выстрел в водителя-штурмовика, и танк потихоньку прекращает движение…       Тем временем отряд из трёх бойцов прокладывал себе путь по головам имперских солдат. Пока Нол метался от одного бойца к другому, шедшие за ним Рачер с Вальтером и Инга с крыши делали контрольные выстрелы в тех, кому посчастливилось выжить. И вот, улучив момент, когда недобитые штурмовики были полностью заняты мелькающей из стороны в сторону зелёной вспышкой, Дядя запрыгнул на подножку кабины и заскочил внутрь. Молодой офицер, выполняющий функции второго пилота, уже поджидал гостей и трясущимися руками приставил к груди наёмника табельное оружие. Седобородый человек молча пожал плечами и поднял руки кверху. Жестом имперец приказал ему вынуть из кобуры оружие и положить на торпедную панель, что тот спокойно и сделал. Видя, что пленник не предпринимает никаких попыток вырваться, офицер совсем осмелел и, высунувшись из дверцы кабины, крикнул:       – Всем лежать! Ваш соратник у меня под прице…       Не дожидаясь окончания немногословной директивы, Дядя развернулся и всадил пятку в голень имперцу, а затем приложил его лбом о дверной проём. Несколько мгновений спустя улицу огласил крик «Ах ты, падла!» и ещё один удар черепушки о дюрасталевую поверхность.       – Какого хатта? – воскликнул Нол, когда очередной штурмовик, пытавшийся на него набросится, поскользнулся на прозрачной жидкости, растёкшейся из-под брюха машины. Сидевший на корточках Рачер прекратил обшаривать поверженного солдата на предмет армейской экипировки. А спустя ещё пару секунд из кабины появился Дядя, держащий за ухо молодого юношу в имперской форме не вполне боеспособного состояния.       – Этот умник слил топливо, когда начался налёт.       – Это плохо? – спросил Рачер.       – Это полный кирдык. Теперь нельзя заводить транспортник.       – А как нам груз доставать? – вопросил путешественник, добивая еле шевелящегося штурмовика.       – Тихо! – гаркнул Дядя. – Оружие на предохранители. – Кстати – он достал комлинк и набрал Ингу. – Не стреляй в сторону транспортника, чтобы не случилось. У нас тут чп.       – Что случилось?       – Топливо разлилось. Танк завести нельзя – может полыхнуть. Сейчас думаем, как достать оттуда заказ.       – Поспешите, тут колонна бронетехники в двух кварталах.       – Хатт!       – Кстати, там же внутри ещё бойцы сидят. – оторвался от избиения очередного штурмовика наутоланин.       – Хатт! Какой люк мы сможем открыть вручную?       – Внутренний открывается со стороны кабины. – вспомнил Нол.       – Верхний обычно не закрывается. – сказал Рачер.       – Значит так. Хвостатый – со мной в кабину. Пацана сейчас подсадим наверх.       Не успел путешественник опомнится, как две пары рук схватили его и подбросили в воздух по направлению к транспортнику. Чудом он ухватился за стенку кабинки, в которой снаружи путешествуют штурмовики, после чего заботливая рука подтолкнула его вперёд. Пока он карабкался на крышу, внутри уже началась пальба.       Тем временем в кабине пиликнул комлинк:       – Подкрепление через квартал отсюда. – доложила Инга.       – Задержи их сколько сможешь. Рачер, готов сверху?       – Угу.       – Давай!       Люк наверху оказался ожидаемо не запертым, хотя и очень тяжёлым. Приложив немало усилий, путешественник смог его приподнять. Огонь сверху и из-за перегородки между салоном и кабиной превратил внутренности танка в натуральный тир. У запертых внутри защитников груза не было шансов.       Нол в один прыжок очутился в салоне и сразу же сдёрнул крышку с одного из ящиков.       – Имперские винтовки, шесть штук! – доложил он.       – Всё не заберём. – рассудил Дядя. – сколько ящиков?       – Подкрепление вышло на позиции. Я отстреливаюсь как могу, но у них два шагохода! – раздался голос Инги.       – Принял, мы уходим. – сказал Вальтер.       – А груз? – почти взвизгнул спустившийся сверху Рачер.       – Шесть ящиков. – выдал Нол.       – Сматываемся! – приказал Дядя и полез в кабину.       – Давай хоть по одному… – начал было путешественник, однако наутоланин схватил его за руку и потащил вон из транспортника.       – Быстрей, быстрей! – закричал седоволосый, склоняясь над бесчувственным телом офицера. Вокруг уже слышны были звуки выстрелов.       – Нол, захвати этого с собой.       Наутоланин молча пожал плечами и взвалил имперца на плечи. Последним с подножки спрыгнул Рачер, бросая полные скорби взгляды на брошенное добро.       – Мы покинули танк. – сказал Дядя в комлинк. – Стрельни в пол под ним.       – Зачем?       – Стрельни!       Преследовавшие наёмников имперские войска сначала увидели, как под боевой машиной загорелся пол, а потом чудовищный взрыв разворотил перекрёсток двух дорог.              

* * *

             – Почему мы не взяли с собой оружие? Хотя бы пару ящиков? – не унимался Рачер. Команда пряталась в небольшом, но достаточно надёжном подвале недалеко от места происшествия.       – Мы и так еле сбежали. – вздохнул Дядя. – А шуму наворотили столько, что нас теперь по всему городу будут искать. Согласись, в таких условиях человек с ящиком винтовок будет выглядеть несколько… подозрительно.       – Что дальше-то делать будем? – спросила Инга. – Мы без груза, нас везде ищут. Залечь бы на дно в такой ситуации…       – Нельзя. – ответил Вальтер. – Эти винтовки были… куплены. Наш клиент потратил немало денег, чтобы их повезли именно там и именно сегодня.       – Погоди, – нахмурился Нол. – ты ж не хочешь сказать, что твой наниматель выставит нам счёт за эти винтовки?       – Это было бы весьма нагло с его стороны, но… – тут Дядя сделал небольшую паузу – если мы не привезём товар, пострадает наша репутация. И заказы нам больше никто давать не будет.       – Совсем никто? – спросил Рачер.       – Город не очень большой, слухи расходятся быстро. Но у меня есть план, что делать дальше. – и с этими словами бывший офицер республиканского флота подошёл к офицеру имперскому и похлопал того по щекам.       – Ну рассказывай, зачем ты топливо разлил?       Имперец осторожно приоткрыл глаза, зажмурился и утробно заурчал, выражая своё негодование.       – Похоже, ты его чересчур сильно приложил… – высказала опасение Инга.       – Нормально. – отмахнулся Дядя и обратился к своему пленнику:       – Ну что, разговаривать будем или как?       – Бандитская… сволочь… – прошептал пленник и сплюнул на пол кровь.       – Каждый зарабатывает на жизнь чем может. – философски заметил Дядя. – А пока расскажи о себе.       – Пошёл ты… – просипел имперец.       – Чего ты от него хочешь? – вступилась за пленника Инга.       – Нол, займись клиентом. – проигнорировал слова наёмницы Дядя.       Наутоланин улыбнулся, потёр руки и зашёл за спину офицеру. Через несколько ласковых движений в районе шеи Нол резко схватил его двумя пальцами за шейные позвонки, отчего имперец взвизгнул и наклонился вперёд.       – Чего орёшь, как баба? – буркнул наутоланин и сгибом локтя свободной руки сжал офицеру две челюсти вместе.       Через некоторое время освобождённый юноша начал судорожно глотать ртом воздух.       – Итак. – произнёс Дядя, растягивая слова. – Я предположу, что ты служишь интендантом на местном складе. Чего? Откуда я знаю? Малец, я воевал на войне клонов, и воевал успешно. Я был капитаном звёздного разрушителя класса «Венатор», когда ты ещё на горшок ходил. И да, мне приходилось общаться со снабженцами на своём веку. Знаешь, как сильно я их ненавижу? – тут седовласый старик замахнулся на пленника ладонью, отчего последний обхватил голову руками и съёжился. – Каждый снабженец, которого я встречал, норовил выдать нашему флоту как можно меньше припасов. За каждый ящик детонаторов, за каждую протонную торпеду приходилось собачится до хрипа в горле. Но у всех интендантов есть несколько общих черт. Во-первых, вы не привыкли думать мозгом, что ты и продемонстрировал, когда брал меня в плен. Во-вторых, вы не умеете драться от слова совсем: у тебя табельное оружие до сих пор лежит в кобуре, а ты даже не попытался его достать! – имперец еле сдерживал подступившие к горлу слёзы. Инга при слове о кобуре на всякий случай выхватила бластер. – В-третьих, – продолжал Вальтер. – Из офицеров только интендант мог сопровождать списанные винтовки. А теперь, ты нам расскажешь, где находится твой склад, где там лежат точно такие же винтовки, как и когда туда легче проникнуть. Усёк?       Имперец, воровато озираясь по сторонам, поднял трясущуюся голову и помотал ею из стороны в стороны.       – Можно я? – подал голос Рачер и сделал джедайский жест рукой.       Дядя несколько секунд подумал и затем коротко кивнул.       Рачер подошёл к пленнику, уселся возле него на корточки и, проведя в воздухе рукой, чётко проговорил:       – Ты расскажешь всё про свой склад.       Пленник секунду-другую удивлённо таращился на гипнотизёра, а потом усмехнулся и сказал:       – Пошёл в задницу хатта!       Нол и Инга мелко рассмеялись, Дядя помрачнел и сказал:       – С твоего позволения, я продолжу.       Рачеру ничего не оставалось, как покраснеть, кивнуть и отступить.       – Знаешь, почему мы напали на ваш конвой? Потому, что мы знали точное время и место его продвижения, а также содержимое ящиков. Как думаешь, откуда? – имперец перестал трястись и с интересом глянул на дознавателя. – Я тебе скажу, откуда. Вас продали. Не просто так именно сегодня и именно там ехал танк со списанным оружием. Ты – всего лишь винтик в огромной коррупционной схеме, которым можно пожертвовать ради прибыли, причём не самой большой. Возможно, ты веришь в Империю, в её идеалы, в то, что она строит порядок. А вот Империя в тебя не верит. Ну что, теперь будешь говорить с нами?       Офицер некоторое время лежал на полу, а затем сжал кулак и сказал:       – Освель… падла…              

* * *

             Над фоллинским городком опустилась ночь. Ночь была до неприличия тихая. Ещё вечером имперский патруль закончил прочёсывать улицы и бодро доложил, что никаких мятежников не нашёл. А теперь город спал. Спали жители трёхэтажных построек, спала фоллинская аристократия в своих замках, спали дежурные штурмовики на имперском складе. Несмотря на последнее, в них всё-таки прилетело по заряду из бластера в оглушающем режиме.       – Путь свободен. – прошептал человек в имперской форме.       – Где здесь можно найти транспорт? – также шёпотом спросил его человек в белой потрёпанной накидке.       – Перед складскими воротами должны стоять дежурные машины.       Человек в белом тихо свернул с пути основной группы.       – Мы же не будем брать только шесть ящиков винтовок, правда? – спросил юноша в нетипичной для Фоллина одежде: синие брюки из плотной ткани, такая же курточка и разгрузка поверх неё. Довершали же всю картину чёрные берцы на ногах.       – Конечно не будем! – растянул рот в своей фирменной улыбке голый по пояс зелёный ксенос с четырнадцатью хвостами на затылке.       Спустя час копошений в складском помещении к выходу были подтащены двадцать ящиков с винтовками и два – с детонаторами.       – Ворота сможешь открыть? – шепнула женщина в синем обтягивающем комбинезоне, держащая за спиной мощную снайперскую винтовку.       – Не ворота. – шепнул в ответ имперец. – Калитку.       С этими словами кусок стены метр в ширину и два в высоту отъехал в сторону.       Наутоланин аккуратно выглянул из-за образовавшегося прохода и увидел заведённый имперский танк. Немного помедлив, он помахал машине рукой, в ответ на что та мигнула фарами.       – Транспорт есть. – доложил он внутрь.       – За работу! – сказала женщина.       Когда погрузка была закончена, имперский офицер спросил:       – Вы ведь выполните своё обещание?       Гуманоид с хвостами на голове кивнул и направился к нему.       – Езжайте! – сказал он своим товарищам. – Я останусь помочь нашему другу.              

* * *

             – Эта комната. – шепнул офицер, подходя к кабинету своего начальника.       Наутоланин кивнул и нажал кнопку вызова.       – Ты уверен, что он домой не ушёл? – спросил Нол       – Он только из отпуска, ему столько дел разгребать…       В этот момент дверь открылась, и на пороге появился заспанный человек в имперской форме. Недолго думая, наутоланин прописал ему в челюсть, а затем резко ударил ниже, в грудь своей жертвы. Освель сложился пополам и судорожно начал заглатывать воздух. Нол приблизился к нему и заехал ногой по лицу, отчего тот упал на спину. Опустившись на корточки, Наутоланин схватил Ромунда за подбородок и приложил об пол, а затем поднял и обхватил руками его голову.       – Подожди. – попросил заказчик и обратился к жертве:       – Ну что, мразота, слить меня хотел, да? А я вот живой, стою тут и радуюсь, что твоей жалкой жизни настал конец…       – Сам его добьешь или мне закончить дело? – перебил имперца Нол.       Имперец ненадолго задумался, после чего достал из кобуры бластер и приставил к животу Освеля. Так, не издавая ни звука, трое разумных провели несколько минут. Наконец юноша со вздохом опустил бластер и признался:       – Не могу.       – Слабак. – буркнул Нол и одним движением свернул Освелю шею.              

* * *

             Примерно в это же время за чертой города проходило мероприятие, которое незнакомые с миром «Звёздных войн» люди окрестили бы помесью Хэллоуина с тусовкой неформалов.       Возле заброшенного здания характерной для планеты архитектуры стояло, скучая, трое разумных рептилоидной расы. У каждого из них чёрные волосы были завязаны в хвост на затылке, а тело покрывали шикарные робы с золотыми нашивками на плечах. Одним словом, это были местные, уроженцы Фоллина. Им пришлось немало подождать, прежде чем к развалинам подлетел имперский танк. Из его недр выпрыгнул седовласый статный мужчина и безусый юноша, каждый из которых держал в руках ящик с опознавательными знаками империи. Повторив данную операцию ещё два раза, люди направились к фоллинцам.       – Вы весьма опоздали. – обратился к ним рептилоид, выделяющийся на фоне остальных более шикарной одеждой.       – Покорнейше прошу простить. – отозвался седовласый мужчина. – Надеюсь, качество товара несколько сгладит нашу вину.       – О чём вы говорите? Вам предписывалось украсть старые списанные винтовки.       – Я настоятельно рекомендую осмотреть товар.       Главный фоллинец кивнул своему помощнику, и тот направился к ящикам. Скинув с одного из них крышку, он взял одну винтовку и тщательно её осмотрел.       – Это удивительно, но оружие новёхонькое. Даже заводская смазка видна.       – Вы что, ремонтировали товар после налёта? – удивился главный.       – Я попрошу вас передать нам вашу часть сделки. – доброжелательно улыбнулся Вальтер.       – Право же, я было начал надеяться на приятную беседу.       – Гораздо приятнее беседовать, когда не думаешь о кредитах.       Главный вздохнул и подал жест другому помощнику. Тот молча направился к наёмникам и передал юноше коробку. Открыв её, парень увидел двадцать рядов стопочек высотой в пять пластин, номиналом в сто, и кивнул своему компаньону. Тот в свою очередь жестом приказал отнести гонорар в танк.       – А теперь, – доброжелательно начал он. – когда совесть у нас обоих чиста, можно и поговорить. Я, например, хотел бы обсудить крайне занимательный факт: помимо этих шести у нас в машине лежит ещё больше ящиков с винтовками.       – Сколько же их у вас?       – А это зависит от того, сколько вы готовы за них заплатить.       – Позвольте прояснить один момент: мы шли на эту сделку, подразумевая купить у вас шесть ящиков винтовок за десять тысяч кредитов. Теперь же, когда вы утверждаете, что у вас есть ещё товар, вы ставите меня в неловкое положение.       – Вы можете его не покупать. – хитро улыбнулся Дядя.       – Ах, уважаемый, не глумитесь надо мной. Позвольте, я вам расскажу, в чём дело. Эти винтовки очень нужны синдикату «Чёрное солнце». Вы, наверное, слышали, про орбитальную бомбардировку нашей столицы? Ну так вот, большая часть ресурсов синдиката осталась там. Люди, здания, ценности, оружие, агенты в других организациях – сколько всего сгорело в том ужасном костре! Мы потеряли почти всё, но не влияние. О нас знают, нас боятся по всей галактике, и со временем мы восстанем из пепла, поверьте мне! – с этими словами рептилоид сжал ладонь в кулак. – А сейчас, позвольте мне пожаловаться на свои проблемы. Я – скромный кладовщик, и в мою задачу входит обеспечивать оружием тех оболтусов, что синдикат набирает ускоренными темпами…       – Кладовщик! Так ты снабженец? – сказал Дядя так грозно, что все три фоллинца попятились.       – Увы. – развёл руками тот. – Такая вот нелёгкая судьба моя. Но, резюмируя вышесказанное, хочу донести до вас, что денег у меня нет.       – Какое лживое заявление – воскликнул Вальтер. – не уж вам не платят зарплату?       – На что вы… А... нет, извольте, это слишком.       – А что, вы сомневаетесь, что вам возместят затраты на дополнительное вооружение?       – Нет, хотя… стоп… Ладно, говорите, сколько ещё у вас есть.       Дядя улыбнулся и вежливо сказал:       – Всего было двадцать ящиков. Вы купили шесть, осталось четырнадцать.       – Сколько вы за них хотите?       – Из уважения к вам – столько же за каждые шесть.       – Грабёж! – схватился за голову кладовщик.       – Ну а как вы хотели? – продолжал давить вежливостью старик. – Нам же надо что-то кушать в перерывах между налётами на имперские конвои?       Окончательно добитый фоллинец достал из кармана кредитный чип, нажал на нём несколько кнопок и передал Вальтеру.       – Двадцать четыре тысячи, устроит?       Дядя принял из рук деньги, доброжелательно улыбнулся и отправился вместе со своим компаньоном разгружать оставшиеся ящики.              

* * *

             На улице стоял ранний утренний рассвет, а сна не было ни в одном глазу. Рачер валялся на своей койке, тупо глядя в потолок и переваривая в голове щедрый на события день. Только что они с Дядей и Ингой, сидевшей в засаде всю сделку с фоллинцами, добрались до мотеля. Покуда спать не хочется совсем, сейчас самое время, чтобы потренироваться тягать предметы телекинезом. Эх, жаль, что сейчас ночь и можно получить по башке, если долго колобродить…       Как-то внезапно пришло осознание, что никто на самом деле не будет насильно его укладывать. Это не Земля, не родительский дом и не армейская часть. Он – взрослый. Он – сам по себе. В конце концов, он – наёмник и может самостоятельно определять свой режим дня.       Противно скрипнув кроватью, Рачер поднялся и направился в коридор, выполняющий также функции кухни. По пути он чуть не споткнулся об один из двух ящиков с детонаторами, которые решили не отдавать фоллинцам, ибо самим нужнее. Отъехавшая в сторону дверь представила его взору фигуры двух людей, сидящих за столом с бокалом чего-то тёмного в руках.       – Кто к нам явился! – воскликнула Инга и, покрутив стаканом, спросила:       – Будешь?       – У… – поморщился Рачер.       – Да не боись, даром наливаю. – продолжала настаивать женщина. – После боя полезно.       – Да я не… – протянул юноша, продолжая осматривать смущённым взглядом кухню на предмет чего-нибудь тяжёленького. Ну, привита в нём с детства неприязнь к алкоголю, что тут поделаешь?       На глаза попалась солонка. Рачер схватил её, вдумчиво взвесил в руке и развернулся уходить.       – Первый раз вижу человека, предпочитающего вину соль. – раздался за спиной задумчивый голос Дяди.       Солонка оказалась достаточно подходящей гантелью. С пятого раза Рачер смог поднять её в руке, а затем старался наращивать время, проведённое предметом в воздухе. Монотонные упражнения навели на него сонливую скуку. Стоял рассвет, а он ещё не ложился. Сколько бы Рачер не повторял себе, что ежедневные упражнения с силой для него важны, в конце концов он сдался и решил укладываться. Осталось только почистить зубы, и можно ложится сладко дрыхнуть до самого утра…       В узенькой обитой металлом комнатке с краном и душем стояли в трёх разных стаканчиках три щётки и три тюбика пасты. «Чёрт, то есть хатт…» – подумал Рачер. – «Ещё на средства гигиены тратиться!».              

* * *

             – Я впечатлён. – сказал, смыкая пальцы рук, улыбающийся фоллинец в богатых фиолетово-золочёных одеждах. – Забрать из машины с шестью ящиками двадцать – это, прямо скажем, нужно уметь.       – Четырнадцать из них не входили в план сделки, и мне пришлось докупать их из своего кармана. – робко подал голос его собеседник.       – Ты поступил мудро, Элай. – сказал Ксизор. – Синдикат возместит тебе убытки. Сколько там было, говоришь?       – Тридцать тысяч, мой господин.       – В пределах разумного, хотя и весьма дерзко для наёмников.       – Господин, мне следует нанять группу Вальтера Каннингема к нам на постоянную работу?       – Нет, Элай. Они опасны для нас.       – Но почему? Они же оказали нам большую помощь.       – Мой дорогой друг… – Ксизор погладил своими длинными ногтями гладкую поверхность стола. – К сожалению, ты не видишь всей картины. Но знай, что из-за этих наёмников мы потеряли важного информатора в имперском стане.       – Но почему именно они?       – Сегодня мой человек из Имперского Бюро Безопасности поделился со мной выпиской из протокола о вскрытии Ромунда Освеля. Он не был убит привычным и сколь-нибудь цивилизованным способом. Нашего информатора жестоко избили, а затем свернули шею. – тут Ксизор неслабо поморщился. – Среди выживших в ходе уничтожения столицы наёмников я знаю лишь одного разумного, настолько склонного к физическому насилию. И, представь себе, этот человек работает с Вальтером Каннингемом уже очень давно.       – Но зачем им это, господин?       – Вот именно, Элай, зачем? И, боюсь, пока мы не поймём их мотивов, с ними не следует связываться.