Вишневый блеск

Утро выдалось тихим. Непривычно тихим. После бесконечных проблем тишина казалась почти нереальной. И впервые за последние дни дождя не было. Солнечный свет лениво скользил по полу квартиры, цеплялся за светлые стены и золотил край смятого одеяла. Райнер проснулся первым. Несколько секунд он просто сидел на краю кровати, тяжело опустив голову и растирая лицо ладонями. Тело по-прежнему ломило после ран. Голова неприятно гудела. Под бинтами тянуло тупой болью. Но почему-то внутри было немного легче. Он медленно обернулся. Хитч всё ещё спала, свернувшись под одеялом. Светлые волосы разметались по подушке золотистыми прядями, и в утреннем солнце она выглядела удивительно спокойной. Не язвительной. Не колкой. Не той Хитч, которая постоянно пряталась за сарказмом. Просто красивой. Райнер задержал взгляд чуть дольше, чем собирался. А потом осторожно провёл рукой по её волосам, убирая прядь с лица. Хитч едва заметно нахмурилась во сне, но не проснулась. Он тихо выдохнул и поднялся с кровати. Кухня встретила его запахом вчерашнего кофе и лёгким беспорядком. Райнер машинально поставил чайник и сделал себе крепкий чёрный кофе. Пока пил первый обжигающий глоток, задумчиво открыл холодильник. Почти пусто. — Конечно… — пробормотал он себе под нос. — Очень грубо оценивать женщину по содержимому её холодильника. — Сонный голос заставил его обернуться. Хитч стояла в дверном проёме в огромной домашней футболке, с растрёпанными волосами и всё ещё слегка сонным взглядом. И выглядела до невозможности уютной. Райнер невольно усмехнулся. — Тут буквально одна банка пива и сыр. — Я творческая личность. — Мне кажется творчество — не твое. Она подошла ближе и без спроса забрала у него кружку с кофе. Сделала глоток и сразу поморщилась. — Господи, как ты это пьёшь? — С болью и ненавистью. — Верю. Между ними повисла короткая пауза. Но уже не такая неловкая. Скорее странно спокойная. Без обязательств. Без разговоров о будущем. И Райнер неожиданно понял, что именно это его и успокаивает. Хитч ведь не просила обещаний. Не пыталась удержать его. Просто была рядом этой ночью. Одной единственной ночью, которая как выяснилось была и ему необходима. Телефон на столе резко завибрировал, Хитч вздрогнула, обожгла палец о расплескавшийся кофе. Райнер даже не удивился этой неловкости. — Кто там? — спросила она. — Леви? Он кивнул, тяжело выдохнул и ответил на звонок: — Да. — Через час в штабе. — коротко сказал Леви. — У нас появился план по Грише. Связь оборвалась раньше, чем Райнер успел что-то ответить. Хитч закатила глаза. — Ну конечно. Она поставила кружку обратно на стол и чуть наклонила голову. — Ты ведь всё равно поедешь? — Поеду. — Даже не собирался соврать ради приличия? Райнер усмехнулся краем губ. — Не умею. Хитч несколько секунд смотрела на него. А потом тихо сказала: — Просто не делай больше глупостей, ладно? Эти слова почему-то ударили сильнее, чем должны были. — Разве глупости уже не случились? — и кажется он улыбнулся искренне впервые за долгие годы.

***

В штабе стоял смог из сигаретного дыма и напряжения. Но в этот раз атмосфера была другой. Более собранной. Когда Райнер вошёл в конференц-зал, Леви уже стоял возле карты города вместе со Спрингером и Марселем. Нужно было больше людей из полиции, но тащить к ним Жана Леви точно бы не стал. Даже не пытался намекнуть на такой расклад. Марсель выглядел всё ещё паршиво после аварии, но хотя бы уже не напоминал человека одной ногой в могиле. — О, смотрите кто пришёл, — хмыкнул он. — Жертва романтического алкоголизма. — Завались. — беззлобно бросил Райнер. Леви фаркнул даже не поднимая головы от документов: — Закончили? На столе лежали фотографии складов, старые схемы портового района и снимки с камер наблюдения. В центре карты красным кругом был отмечен старый грузовой терминал у воды. — Наш информатор подтвердил: сегодня ночью там пройдёт встреча людей Гриши. — Сам Гриша появится? — спросил Райнер. — Скорее всего нет. — ответил Леви. — Он слишком осторожен. Марсель медленно выдохнул и постучал пальцем по фотографии. — Тогда нужно заставить его выйти. — Уже думаем над этим. — сухо сказал Леви. Несколько секунд все молчали. А потом Райнер вдруг нахмурился. — Подождите… — Он наклонился ближе к карте— Гриша ведь не доверяет никому извне. Леви перевёл на него взгляд. — Продолжай. — Да и вообще, для чего нужна была вся эта встреча? Нужна информация о встрече и повод быть там. Конни резко понял первым. — Ты… — он не успел договорить. — Нужно пустить слух о сотрудничестве, типо Райнер намерен слить информацию по Марли? — Напрягся Марсель.  В комнате повисла тишина. Райнер устало прикрыл глаза. — Ненавижу, когда у меня появляются хорошие идеи. Леви спокойно кивнул. — Пустим слух, что ты хочешь выйти на контакт с йегеристами. — А Гриша решит проверить лично? Бред. Продолжит так же прятаться в какой нибудь подсобке. — подхватил Марсель. — Или пришлёт людей. — добавил Конни. — И тогда мы проследим за ними до самого Гриши. — закончил Райнер. — Для начала нам нужно пообщаться с нашим информатором. Он будет там. Много способа у нас нет. А там постараемся и Гришу выманить.  На карте начали быстро появляться новые отметки. Снайперские позиции. Группы захвата. Маршруты отхода. План был опасным. Очень. Но впервые за долгое время у них появился настоящий шанс добраться до человека, который снова тянул мир обратно к кошмару войны. И судя по взгляду Леви, отступать он больше не собирался.

***

Ночь снова выдалась холодной. Старый портовый район почти вымер после войны. Полуразрушенные склады тянулись вдоль чёрной воды, ржавые контейнеры громоздились друг на друге, а редкие фонари едва пробивали густой туман, пришедший с моря. Идеальное место для сделки. И для засады тоже. Райнер сидел в старом грузовике возле одного из складов, низко натянув капюшон. Рация тихо потрескивала в ухе. Под бинтами неприятно тянуло бок. Леви приказал ему «не геройствовать», что автоматически означало: сегодня всё точно пойдёт через задницу. — Периметр чист. — послышался голос Конни в наушнике. — Группа два на позиции. — Снайперы готовы. — коротко добавил Марсель. Райнер медленно выдохнул и перевёл взгляд в окно. Пусто. Слишком пусто. Это и напрягало сильнее всего. По плану слух о том, что Райнер хочет выйти на контакт с остатками йегеристов, пустили ещё утром после совещания. Через несколько часов на связь действительно вышел посредник Гриши. Теперь оставалось ждать. Леви стоял на крыше соседнего склада вместе с группой наблюдения. В темноте его силуэт почти сливался с металлом и тенями. — Не дёргайся раньше времени, — прозвучал его голос в рации. — Нам нужен Гриша, а не перестрелка. Райнер усмехнулся себе под нос. — Тогда ты выбрал плохого человека для приманки. — Это я уже понял. Вдалеке наконец появились фары. Один чёрный внедорожник медленно въехал на территорию склада. Потом второй. Райнер сразу напрягся. Слишком много людей. Двери машин открылись почти одновременно. Вооружённые мужчины быстро заняли позиции вокруг склада. Профессионально. Не уличная банда. Бывшие военные. — Контакт. — тихо произнёс Спрингер. Из второй машины вышел высокий мужчина в тёмном пальто. Лица в полумраке видно не было. Но Райнер сразу почувствовал, как внутри всё неприятно похолодело. — Это он? — спросил Марсель. Райнер медленно покачал головой. — Нет… не Гриша. Мужчина подошёл ближе к грузовику. — Браун. — раздался знакомый голос. Райнер резко замер. Чёрт. Он знал этот голос. Слишком хорошо. Мужчина вышел под свет фонаря. Порко. Живой. Несколько секунд Райнер просто смотрел на него, будто увидел призрака. Порко выглядел старше. Жёстче. На лице тянулся свежий шрам, а под ним старый, обожженны. Почти полностью скрывающийся его правый глаз. Но это был он. — Удивлён? — усмехнулся Порко. В рации повисла напряжённая тишина. Даже Леви несколько секунд ничего не говорил. — Порко мёртв. — тихо произнёс Райнер. — Мир вообще плохо справляется с тем, чтобы оставлять нас в могиле. Райнер медленно отошел от машины. Каждое движение отдавалось болью в рёбрах. Люди Порко сразу подняли оружие. Слишком много стволов. Плохо. Очень плохо. — Где Гриша? — прямо спросил Райнер. Порко усмехнулся. — Сразу к делу? Даже не спросишь, как я выжил? — Мне плевать. Я сюда по делу приехал, а не за жизнь пиздеть. Улыбка Порко стала холоднее. — А вот ему нет. Райнер почувствовал, как по спине пробежал холод. — О чём ты? Порко сделал шаг ближе. — Эрену было не плевать. Когда я умирал под завалами, рядом почему то оказался не верный товарищ.  Мир будто на секунду оглох. В наушнике резко послышался голос Леви: — Блять! Райнер, без глупостей! Не ведись на провокации. — Даже он впервые за долгое время выругался. Райнер медленно сжал кулаки. — Где он?! Порко улыбнулся. И именно в этот момент всё рухнуло. Выстрел. Где-то сверху. Один из людей Порко упал на бетон. — Засада! — заорал кто-то. — Чёрт! — рявкнул Леви в рацию. — Кто стрелял?! Но было уже поздно. Порт взорвался хаосом. Автоматные очереди разрезали тишину. Люди бросились в укрытия. Фары машин заметались в тумане. Райнер резко дёрнул Порко за ворот и швырнул его за контейнер прежде, чем пуля прошила металл прямо рядом с их головами. — Это не наши! — рявкнул он. Порко тяжело выдохнул, мгновенно поняв то же самое. Третья сторона. Кто-то ещё пришёл за ними этой ночью. И судя по выстрелам — убивать собирались всех подряд. С крыши склада послышался голос Марселя: — Снайперы на востоке! Трое! Леви исчез из поля зрения раньше, чем кто-либо успел ответить. Только короткая тень скользнула вниз между контейнерами. А потом начались крики.

***

Автоматные очереди разрывали туман над портом. Пули били по металлу контейнеров, выбивая искры. Кто-то кричал в темноте. Рации захлёбывались помехами. Райнер резко прижал Порко за контейнером, тяжело дыша. — Это не ваши люди? — рявкнул он сквозь шум выстрелов. Порко быстро выглянул из укрытия. И тут же выругался. На крышах соседних складов двигались силуэты. Чёрная форма. Без опознавательных знаков. Работали слишком чисто и организованно. Он точно знал кто это. — Твою мать… — тихо процедил Порко. В этот момент сверху раздался голос Марселя: — Райнер! Райнер поднял голову. Марсель стоял на металлическом мостике между складами вместе с людьми Леви. И в ту же секунду он увидел Порко. Мир будто замер. Марсель резко побледнел. На его лице промелькнул настоящий шок. — Порко?.. — почти неверяще выдохнул он. Порко тоже поднял взгляд. И впервые за весь вечер его холодное спокойствие дрогнуло. Всего на секунду. Но этого хватило. Один из людей Порко резко вскинул оружие на Райнера. — Он нас сдал! — заорал кто-то. — Убить его! Всё произошло слишком быстро. Райнер только начал поворачиваться на движение. А потом Порко резко толкнул его в сторону и закрыл собой. Выстрелы прогремели почти в упор. Тело Порко дёрнулось. Кровь брызнула на бетон. — ПОРКО! — сорвался голос Марселя сверху. Он буквально кинулся вниз по лестнице, игнорируя крики людей Леви. Райнер едва успел подхватить Порко прежде, чем тот рухнул на землю. — Ты идиот… ! — хрипло выдохнул Райнер. Порко криво усмехнулся, уже задыхаясь от боли. — А ты… всё ещё слишком медленный… Новые выстрелы ударили по контейнеру рядом. Люди Леви быстро открыли ответный огонь и начали оттаскивать раненых в укрытие. В хаосе мелькнула тень Леви — короткая, быстрая, смертельно точная. Через секунду один из нападавших рухнул с крыши вниз. Марсель наконец добрался до них и рухнул рядом на колени. Его руки дрожали. — Нет… нет, нет, нет… Порко тяжело посмотрел на него. И в этом взгляде вдруг мелькнуло что-то старое. Почти забытое. Что-то ещё из тех времён, когда они были просто детьми. — Ты всё ещё… такой страшный, когда орёшь… — выдавил он с кровью на губах. — Заткнись! Придурок!— голос Марселя сорвался. — Просто заткнись, понял?! Райнер видел: он в панике. Настоящей, истеричной панике! Порко медленно повернул голову к Райнеру и схватил его за ворот куртки, притягивая ближе. — Слушай внимательно… Его голос стал почти шёпотом. — Старый… судоремонтный док… северный сектор… — он закашлялся! — я еще не ебнулся окончательно, чтобы … Эрену служ…ить. Райнер нахмурился. — Гриша? Порко едва заметно кивнул. — Он там… но я боюсь… это тоже ловушка… Новый взрыв прогремел совсем рядом. Контейнеры содрогнулись. Люди Леви начали быстро отступать, прикрывая периметр. — Нужно уходить! — крикнул кто-то. Марсель попытался поднять Порко. — Мы вытащим тебя! Но Порко неожиданно резко сжал его руку и покачал головой. — Нет… Марсель замер. — Что?.. Порко тяжело дышал, кровь уже пропитывала одежду насквозь. — Если останусь… вас задержу… — Нет, заткнись! — почти сорвался Марсель. — Мы уходим вместе! Но Порко уже с трудом держался в сознании. Он только коротко посмотрел на брата. И в этом взгляде было слишком много всего: усталость, боль, и странное спокойствие человека, который давно перестал ждать для себя хорошего конца. — Прости… Марсель… А потом резко оттолкнул его. Собрав последние силы, Порко буквально пополз к ближайшей машине. — Порко! — Марсель дёрнулся за ним. Но подоспевший Леви жёстко схватил его за плечо. — Стоять. — Отпусти меня! — Это приказ! Порко с трудом забрался в машину, оставляя за собой кровавый след. Мотор взревел. И через секунду автомобиль исчез в густом тумане порта. Марсель так и остался стоять, тяжело дыша и не сводя взгляда с пустой дороги. Будто всё ещё не мог поверить, что снова увидел брата… И снова его потерял…

***

К старому судоремонтному доку они добрались уже под утро. Небо начинало медленно светлеть, туман стелился над водой густыми серыми полосами, а ржавые краны возвышались над пустым берегом, как скелеты давно мёртвых машин. После перестрелки в порту все выглядели одинаково паршиво. Марсель молчал всю дорогу. Слишком молчаливо. Райнер несколько раз ловил на нём взгляд — пустой, тяжёлый, застывший где-то между злостью и страхом. Но сейчас времени на это не было. Леви быстро распределял позиции возле старого ангара. — Два входа. Основной и технический. — тихо сказал он, глядя на схему. — Если Порко не соврал, Гриша внутри. — А если это ловушка? — спросил один из бойцов. Леви спокойно передёрнул затвор. — Тогда у нас будет плохое утро. Райнер стоял чуть в стороне, проверяя оружие. В голове всё ещё звучал голос Порко. «Это ловушка…» Но почему-то он всё равно ему поверил. Марсель подошёл ближе. — Думаешь, он выживет? Вопрос прозвучал слишком тихо. Райнер замер на секунду. А потом честно ответил: — Не знаю. Марсель опустил взгляд. Больше так ничего и не сказав. Штурм начался быстро. Без предупреждений. Люди Леви одновременно вошли с двух сторон. Внутри ангара пахло сыростью, бензином и химией. Старые лампы мигали под потолком. — Чисто! — Второй сектор чист! Шаги эхом разносились по металлическим коридорам. А потом впереди раздался крик: — Контакт! Райнер первым сорвался вперёд. Гришу нашли в нижнем помещении под доком. Он пытался уничтожить документы и жёсткие диски, когда дверь буквально выбили внутрь. Седой. Осунувшийся. С воспалёнными глазами. Словно за несколько суток из него высосали жизнь. Он был уставшим, но всё ещё казался опасным. Гриша резко дёрнулся к столу. Выстрел. Пуля выбила оружие у него из руки. — Даже не начинай. — холодно произнёс Аккерман. Гриша тяжело дышал, переводя взгляд с одного лица на другое. А потом увидел Райнера. И усмехнулся. — Вот уж кого не ожидал увидеть. Марлийский пес!  Райнер молча подошёл ближе и с такой силой впечатал его в стол, что посыпались бумаги. — Где Эрен? Гриша усмехнулся кровавыми губами. — Сразу к делу… Леви коротко кивнул бойцам. — Забираем его. ⸻ Допрос проходил уже в штабе. В маленькой серой комнате с одной лампой под потолком. Гриша сидел прикованный к стулу, разбитый, уставший, но всё ещё упрямо спокойный. Леви стоял напротив. Райнер и Марсель — у стены. Несколько минут никто ничего не говорил. Только гудела лампа. Потом Леви спокойно спросил: — Кто устроил стрельбу в порту? Гриша усмехнулся. — Вы до сих пор не поняли? Леви молчал. Гриша поднял уставший взгляд. — Это были люди Армина. Конечно, Армин, кто бы еще мог так безукоризненно подыгрывать Эрену. В комнате резко стало тихо. Райнер нахмурился. — Что?.. — Так называемые чистильщики. — продолжил Гриша. — Они убирают всё, что может вывести на Эрена. Марсель резко выпрямился. — Армин работает на Эрена, чем тогда у него занимаешься ты? Гриша тихо рассмеялся. — Работает? Нет… скорее пытается контролировать конец света. Леви медленно прищурился. — Объясни. Гриша тяжело выдохнул и откинул голову назад. — После войны Армин понял одну вещь. Если Эрен снова начнёт действовать открыто — мир окончательно развалится. Поэтому он собрал людей, частично это те же йегеристы. — Чистильщики. — тихо произнёс Райнер. Гриша кивнул. — Они убирают свидетелей. Архивы. Людей. Всё, что может привести к панике раньше времени. Все что может привести к Эрену. Марсель выругался сквозь зубы. — Зачем ему это?! — Потому что он всё ещё верит, что может спасти Эрена. Что в нем сохранилось какое то благоразумия. Эти слова ударили тяжелее остальных. Райнер отвёл взгляд. Гриша продолжил: — Я уже в это не верю, — он отвел взгляд, потом пристально посмотрел на Марселя, — чем я тут занимаюсь?… я создал катастрофу такого масштаба, что даже страшно жить в мире который нас ждет… Леви сделал шаг ближе. — Где Эрен? Гриша улыбнулся. И промолчал. Леви не изменился в лице. — Последний раз спрашиваю. Тишина. Только тяжёлое дыхание Гриши. Потом он вдруг тихо усмехнулся. — Знаешь… самое смешное? Он поднял взгляд на Леви. — Эрен всё это время был намного ближе, чем вы думали. Райнер резко напрягся. — Где он?! Гриша посмотрел прямо на него. И впервые в его глазах мелькнуло что-то похожее на страх. — Под старым метро… под южным сектором города… там осталась одна из лабораторий… Комната будто застыла. Леви ещё несколько секунд молча смотрел на него. Потом очень спокойно достал пистолет. Райнер нахмурился. — Леви— Гриша вдруг нервно усмехнулся. — Думаешь, убив меня, ты что-то остановишь? Леви снял пистолет с предохранителя. — Нет. Холодный взгляд остался абсолютно пустым. — Но мне станет немного спокойнее. Выстрел прозвучал оглушительно громко в маленькой комнате. Райнер вздрогнул будто впервые увидел как кого то убивают. А после его накрыло. Этот звук выстрела и запах пороха. Воздух перестал поступать в легкие он схватился за грудь, стянул бронежилет с груди. Марсель подоспел вовремя, взял его под локоть и вывел наружу.  Гриша дёрнулся и обмяк в кресле. Тишина после этого стала почти невыносимой. Леви медленно убрал оружие, но так и остался стоять неподвижно. И впервые за всё время выглядел не злым. Просто бесконечно уставшим.