Замок, где живёт прекрасный принц

Пришлось лезть в гору, но это только помогало избавиться от адреналина, что продолжал бушевать во мне. Я даже не знала, правильно ли иду, просто шла по единственной широкой дороге, надеясь встретить прохожих и спросить у них. Прохожих было не густо, вернее, не было ни одного. Когда поднялась, увидела вдалеке трассу. Минут пятнадцать ходу. Наверное, туда. На самом деле мне не страшно было заблудиться, кто-нибудь подскажет выход. А вот как найти выход из ноющей безысходности, наполняющей внутри? Если я чего и опасалась в этой поездке, то вовсе не этого. Я боялась насилия. Как глупо. Ему никого не надо брать силой, успевай только отбиваться от тех, кто хочет взять его. Как можно быть таким очаровательным и таким доступным? Ему следовало бы хоть какие-то границы установить для всех, кто его желает. Ну да Бог с ним, пусть живёт как хочет. Я дошла до трассы и увидела на ней остановку. Отлично. Вот мне и удалось добраться. Теперь осталось только подождать автобус. Расписания никакого. Ясно. Наверное, местные и так знают его. Что ж, когда-нибудь он ведь приедет. Я села ждать, но, как назло, раньше автобуса я увидела вдалеке фигуру в развевающейся на ветру белой рубашке. Невозможно было не узнать его. Мне захотелось убежать куда-то, но куда? Просто по трассе? Не такой уж плохой вариант, только вот я не знаю в какую сторону город. Бежать в противоположную ещё глупее, чем оставаться на месте. Чтобы не видеть его приближения я зашла за остановку. Вот и всё, собственно, что я могу сделать. Но чего он хочет от меня? Поговорить? Снова бесконечные разговоры, имеющие одну лишь цель – склонить меня к своей точке зрения. Да, в этом он мастер, но я не хочу этого. Я не хочу принимать его точку зрения. Я не хочу смотреть на мир его глазами. Я не хочу жить в таком мире. Он заглянул за остановку, и я встретилась с ним глазами. В них был призыв к спокойствию, хоть сам он не особо верил в его реализацию. Я отвернулась. Если бы не знала, что он там, то догадаться об этом было бы невозможно, так тихо он стоял. Отлично – подумала я – я простою так до тех пор, пока не придёт автобус и не должна буду с ним говорить. Я стояла, слушая ветер, мне даже удалось несколько расслабиться. Странное чувство закралось в меня, словно я чувствую тепло, которое исходит от него и знаю, что сейчас он подойдёт и обнимет меня. И мне будет очень хорошо в его объятиях. Перед глазами встала вчерашняя картина нашего танца. Его шёпот, его прикосновения. Почему я вспоминаю сейчас это, а не то, как утром он вышел из своей комнаты вместе с Луизой? Может потому, что это было совсем не важно для него, а наш танец важен? Нет, не стоит придумывать ему оправдания. Я просто пытаюсь дать нам шанс, а это поистине жалко. Никакого шанса у нас нет. Никогда не было. Я повернулась. Он стоял, засунув руки в карманы шортов и смотрел на море. - На этой остановке, что не бывает ни людей, ни автобусов? - Автобус раз в три часа. - И когда следующий? - Не знаю. - Ты это мне пришёл сказать? - Нет. - Жаль. Я бы предпочла это желание другому. - Какому? - Навязать мне свою правоту. - Я вовсе не собираюсь этого делать. - Как же. Я вчера всё слышала. Нужно быть абсолютно уверенным в своей правоте. - Это было больше о театре. Над Стюартом я просто посмеялся. Понятно было, что он ничего не докажет. Жизнь - это совсем другое, чем театр. В театре есть чётко расставленные акценты, основная мысль, которая стремится из начала произведения в конец и все действия сводятся только к тому, чтобы наиболее полно отразить эту мысль. Там нет ничего лишнего, побочного, не относящегося к делу. Тогда как жизнь – это сумбурный поток событий, который несётся, подхватывая всё на своём пути и смешивая в кучу. Чтобы найти в нём смысл нужно как следует постараться. Считать же себя правым в чем-либо и вовсе бессмысленно. Разве есть правда у камней, щепок, листьев, которые несёт поток грязи? - Тогда зачем ты пришёл? Поговорить об этой грязи? - О том, что я увидел тебя и забыл, как грязно вокруг. - Зато я увидела всю грязь. Было неприятно. - Я понял, но меня удивила твоя реакция. Ты же, вроде, знала свою подругу. Ты рассчитывала на что-то другое? - Я даже забыла о её существовании. Вообще обо всём. Кроме тебя. Я опустила глаза. В голове стало как-то пусто. Чего я к нему прицепилась? Я что ему полиция нравов? Да и что он такого сделал? - Всё закончилось – произнесла я – Не о чём говорить. - А если я не хочу, чтобы всё заканчивалось? - Всё уже закончилось. - Я признаю, что отнёсся к этому слишком легко. Мне не следовало делать этого. Мне показалось, что из вас с Луизой вышла отличная пара: с одной можно общаться о глубоких вещах, а с другой… Я думал, что это устраивает вас обеих. Меньше всего я хотел обидеть тебя. Прости. Этого больше не повторится. - Ты не будешь спать с ней? - Не буду. - С кем же тогда? Его взгляд остановился на мне. - А если я не захочу? - Значит, ни с кем. - Но ты будешь копить неудовлетворённость. - В чём ты видишь выход? - А ни в чём. Нет выхода. Бессмысленный разговор. В какую сторону идти в город? Я за два часа и так дойду. - Не дойдёшь. - Ты мне ноги поломаешь, что ли? - Перестань. - Что мне перестать? Пытаться отвязаться от тебя? Ведь в этом не должно быть никакой проблемы. Или ты привык, чтобы тебе навязывались? Я чувствую себя грёбаным зайцем, который, убегая лишь разжигает аппетит волка, а остановившись будет съеден. Нет отсюда выхода. Нет. - Есть. - Какой же? - Дать волку съесть зайца. - Но тогда заяц проиграл. - Заяц даже не подозревает, что за этой мнимой смертью кроется целый новый мир. - Потустороннее существование? - В некотором смысле, но без стонов и воплей. Просто другая жизнь. - Заяц боится смерти. - Могу съесть тебя под наркозом. Я нервно рассмеялась. Он не намерен отступать, это абсолютно очевидно. Вот - то насилие, которого я боялась. Я чувствую себя слишком слабой, чтобы противостоять ему. - Ты знаешь, что я сдамся, да? - Я знаю, что хочу быть с тобой. Ты же видела вчера, что я смотрел только на тебя. Это не проигрыш твой. Мы проиграем оба, если ты не согласишься. Или оба выиграем. Тебе решать. Ох, как же он умеет всё выкручивать. Совершенно простые и понятные пять минут назад вещи теперь стали не такими уж простыми. Как ему это удается, так сдвигать мозги в нужную ему сторону? - Стоит, наверное, признать, что зайцу не устоять перед волком, если это только не радиоактивный заяц, который прихватит волка с собой на тот свет. - Я согласен. Вместе навсегда. - Тебе что, безразлична твоя жизнь? - Для меня небезразличен смысл жизни. Сама жизнь без смысла не имеет значения. - И твой смысл в таком пустяке как переспать со мной, а потом искать себе другую? - Мой смысл в том, чтоб вовремя увидеть, не проморгать подарки судьбы. Судьба говорит с нами случайностями. Разве встреча двух людей не случайность? Из неё потом создается семья, являющаяся оплотом стабильности, хотя на самом деле это лишь не упущенная случайность. - Ты не можешь хотеть иметь семью в этом возрасте. Ты же ещё учишься. - Семья – это не сразу дети, но это создание такой милой уютной ячейки, некоего ковчега, где ты можешь укрыться от злых ветров судьбы. - По - моему над тобой всегда светит солнце. - По-твоему. Мы снова замолчали. - Я хотел бы детей от тебя. - Да прекрати. Женщины обычно говорят такое. И про то, чтобы спрятаться тоже. От кого тебе прятаться? - Смысл не только в «от кого» но ещё и в «с кем». Если бы сейчас начался дождь, или ураган, конец света, я бы хотел быть с тобой. С тобой хорошо. Он немного помолчал, внимательно глядя на меня. - Ты вернёшься со мной? - Нет. - Ладно. - Ладно? - Это твой выбор. Я бессилен изменить его. Я проиграл. Но думаю, что это «мы» проиграли. Он развернулся и пошел обратно. Я открыла рот от неожиданности. Хотела крикнуть: «Вернись», но удержалась, не понимая, чего теперь хочу. Я уже успела привыкнуть к тому, что он стоит рядом и не уходит, говорит, что хочет быть со мной и от этого веет таким теплом. А теперь вот так просто взял и ушёл? Всё ещё можно спасти, но что спасать? Серьезно ли это для него или просто азарт погони? Что серьезного может родиться за один день? Но у меня же родилось. Сердце колотилось, мозги не соображали. Плюс ко всему вдалеке на шоссе показался рейсовый автобус. Проклятый автобус, который не даёт времени подумать. Что делать? Следующий будет только через три часа. Нет, это не важно через сколько, нужно решить сейчас - оставаться или уезжать. Он бы не ушёл так просто если бы это было важно для него. Если бы он обернулся сейчас, если бы посмотрел на меня, я б пошла с ним на край света. Но он не оборачивается. Автобус подъезжает. Он остановился, открыл двери. Тома за ним не стало видно, как будто не было никогда. Я взошла по ступенькам, словно на эшафот, взглянула в окно. Прощай любовь моя.